Нечто важное

После звонка Джона потрясенные Малдер и Скалли не могли вымолвить ни одного слова. Все эти события, как ледяной душ окатили их с ног до головы. Дана первая нарушила молчание. - Фокс, что ты об этом думаешь? Бывший специальный агент глубоко вздохнул и изрёк: - Я думаю, нам надо расследовать этот случай. - Фокс... Мы не в ФБР, у нас нет ни связей, ни каналов для получения информации... - Дана, не случайно в ФБР существует буква Р! Расследование! Я думаю, мы поможем Джону и Монике. Если ты помнишь, я в своё время восстановил секретные материалы после пожара. У меня есть копии. Нам с тобой нужно просто посмотреть аналогичные случаи, полистать историю древних оккультных обрядов, поискать случаи, связанные с использованием артефактов и колдовства. Работы много, а времени нет совсем. Старик индеец дал Джону на поиски 3 дня. Число 3 является магическим уже самим по себе. Так что поиск артефакта - важная часть расследования. Это необычный предмет. Более того, этот предмет не выглядит как повседневный, а если за его поиски взялся индеец, то скорее всего он принадлежит либо индейской, либо мексиканской культуре. Итак, круг поиска постепенно сужается. Нужно дать Джону зацепку, пусть ищет нечто, что носит на себе индейские или мексиканские орнаменты, надписи, рисунки. А мы с тобой начнём изучать наши материалы. Фокс пощелкал мышкой и и на экране возник архив, защищённый паролем. Через три часа Фокс с воплем восторга вскочил. - Дана! Радость моя! Я нашёл! Иди сюда, смотри скорее! Я знаю, что нужно искать Джону! И оба агента с интересом начали читать древнюю легенду индейцев навахо, которая была записана самим Малдером со слов Альберта Холстина, шамана племени Навахо. После прочтения Малдер повернулся к Дане и посмотрел ей в глаза: - Я люблю тебя. Я редко тебе это говорю. Я просто подумал, а вдруг ты или я заснем, как сейчас спит Моника. Вдруг мы не успеем сказать друг другу то, что должны были сказать друг другу Джон и Моника. Вдруг мы также не доскажем, недолюбим... - Я тебя тоже очень люблю. С первой нашей встречи. - Скалли смущенно улыбнулась. - А когда мне поставили диагноз, я поняла, что могу умереть, так и не сказав тебе о моих чувствах... Ты помнишь, я начала писать дневник, чтобы ты знал, что я чувствую... Я знала, что когда-то ты прочитаешь это. Ты же прочитал, пока я была у Бетси в палате... Ведь прочитал? -да, прочитал. - Фокс сжал тонкие пальцы своей любимой. - Я в тот момент как будто проснулся. Я тогда впервые ощутил, что могу тебя потерять. Я ощутил, как хрупка человеческая жизнь... Знаешь, я тогда поклялся, что если ты выживешь, я не подвергну твою жизнь опасности... Я клятвы не сдержал... Сколько раз ты была на грани жизни и смерти, сколько раз я чуть не потерял тебя! - Фокс Уильям Малдер! Замолчи сейчас же! - Дана резко встала и уперла руки в бока. Она хотела сказать ему, что он сделал всё, чтобы защитить её, что он стал её ангелом-хранителем, её щитом и бронёй... Но её Малдер не дал ей даже рта раскрыть. Он просто накрыл её губы поцелуем. Весь запас красноречия у Даны прошёл. Она с нежностью ответила на поцелуй и постепенно успокоилась... Он здесь, рядом. Он обнимает и целует её, его сильные руки подхватывают её и несут в спальню, его руки, такие сильные и в то же время нежные, ласкают её шею, плечи... Его хриплый от возбуждения голос шепчет ей, что она у него одна на пять миллиардов... Спустя два часа, Дана осторожно напоминает Фоксу, чтоб утром он позвонил Доггету и всё объяснил. А в это время в Фоллс Чёрч Джон Доггетт засыпает, прижимая к груди серое пальто своей напарницы, взятое из её дома на Беннетт Авеню.