Нечто важное

Доггетт проснулся бодрым и полным сил. Было около 11 утра. Агент потянулся, подошел к холодильнику и вытащил оттуда нарезанную ветчину и сыр. "Холостяцкая еда" - невесело подумал Джон, - "Если бы я мог покончить с этим существованием... " Позавтракав, Джон решил просмотреть почту. Во входящих висело сообщение от мистера Эйльена: "Позвони мне! СРОЧНО!". Мужчина кинулся к телефону и набрал номер Малдера. - Мистер Эйльен? Добрый день. Прости, не сразу заметил сообщение. Я очень устал. Вырубился до 11 утра. - Дружище. Ты нашел артефакт? - Да. Это браслет из 14 костяных бусин, на каждой из которых нацарапаны индейские символы. Малдер потрясенно замолчал, а потом осторожно спросил: - Ты прикасался к нему руками? Ну, в смысле, без защиты? - Старик индеец мне посоветовал надеть перчатки, или достать платок. - Ты все сделал правильно. Теперь по поводу адреса на конверте. СМ - это Санта муэртэ - "Мексиканская богиня кали". Она одинаково справедлива, одинаковой мерой меряет всех: богатых и нищих, тех кто прозябает и тех, кто стоит на вершине власти, больных и здоровых, умных и глупых. Именно справедливость и беспристрастность Сантиссимы Муэрты (Святейшей Смерти) сделали ее самой популярной святой в среде бедноты и тех людей, которые чувствуют себя совершенно беспомощными против нападок сильных врагов. То что пришло Монике с пометкой СМ трогать голыми руками было категорически нельзя. К сожалению, Санта-Муэрто поклоняются и латиноамериканские преступники, бандиты. Они совершают ритуальные убийства, прикрываясь именем Санта-Муэрто. Кстати, Джон, по поводу твоего нового знакомого... - Мистер Эйльен, прости, звонят из больницы. Я должен ответить. Агент не дав собеседнику договорить, переключился на второй вызов. - Агент Доггетт. Слушаю Вас. - Мистер Доггетт. Это доктор Лесли. Ваша напарница стала подавать признаки жизни. Она стонала во сне, старалась открыть глаза, но у нее не получается. Вы можете приехать. - ДА! Я сейчас... - Доггетт стремглав выбежал из дома. Его сердце бешено колотилось, щеки краснели. "Моника! Я еду! Держись!" Впервые за всю неделю Джон смог попасть в отделение реанимации на вполне легальных основаниях. С замиранием сердца он вошел в палату напарницы. Девушка лежала в паутине датчиков и капельниц. Ее иссиня-черные волосы разметались по подушке изящным орнаментом. Веки дрожали, губы едва заметно шевелились. Доггетт осторожно взял руку напарницы в свою и поцеловал ее в щеку: - Ну, здравствуй, сокровище мое... При его словах Моника вздрогнула, и ее губы еще сильнее задрожали. - Мон, только не уходи. Я так много хотел сказать тебе и не успел... Я второй раз уже упускаю шанс все тебе рассказать. Первый раз нам помешала эта авария, я день и ночь сидел у твоей постели, перебирая в голове варианты, а когда все прошло, я растерял все нужные и ненужные слова... Я спрятался, я испугался... Моника медленно перекатила голову по подушке в сторону Джона и тихо простонала... Пульс слегка подпрыгнул и вернулся в норму. Она снова попыталась открыть глаза и не смогла. Джон тихо поцеловал ее в лоб и вышел из палаты. - Агент Доггетт, я думаю, кризис миновал, думаю она придет в себя сегодня-завтра. - Доктор Лесли. А часто случается подобное? Молодой врач улыбнулся: - Знаете, агент Доггетт, я много видел коматозников, уж простите, я так буду называть подобных пациентов, но таких, как ваша напарница вижу впервые. Она отчаянно цепляется за жизнь. Она держится так, как не держался бы даже я, если бы упал со скалы и мне пришлось бы висеть на одном пальце... Я бы упал все равно. А она нет. Я думаю, что она очнется, выкарабкается. Нужно верить в себя. - Спасибо. Доктор Лесли, а могу ли я привезти к Монике ее столетнего дедушку? - Пожалуйста. - Молодой врач улыбнулся и пошел по направлению к стойке регистратора. Джон вздохнул с облегчением и осторожно сжал в кармане орлиное перо. Ровно в полночь Агент Доггетт и старик индеец были в у постели Моники. Старик велел Джону оставаться снаружи, и смотреть, чтобы никто не прервал обряд, который он собирался провести в палате. Агент вышел за дверь и стал ждать. Через час индеец с улыбкой вышел из палаты: - Иди. Она ждет тебя. Я прошу тебя закончить обряд. Ты обязательно должен сказать ей то, что она просила тебя во сне. - Но, как вы узнали? - мужчина был поражен. - Не теряй времени. Обряд должен закончиться. Иначе последствия будут страшными для вас обоих. ИДИ же! - прикрикнул на него старичок. Джон пулей влетел в палату: всюду пахло травами, специями и морской водой... Моника сидела на кровати и недоуменно оглядывалась вокруг. - Джон? Где я? - девушка выглядела растерянной и испуганной. - Мне стало плохо? Да? Мужчина быстро пересек палату и порывисто обнял напарницу: - Мон! Все позади... Все закончилось... Просто ты уснула и не смогла проснуться. Ты знаешь - он взял ее лицо в свои ладони - Я тоже спал. Я был слеп и глух. Я только сейчас очнулся... Моника, родная. Я так люблю тебя! Я не могу выразить в словах, насколько эти чувства сильны... Я больше не в силах скрывать это. - Джон... - Моника тоже положила свои прохладные ладони на его небритые щеки. Она видела слезы в уголках его глаз, она вытирала их и говорила: - Я люблю тебя. Я всегда тебя любила. Это произошло на том расследовании, когда мы вели дело об убийстве твоего сына... Ты был зол на весь белый свет. Ты злился на Барбару, на меня., на полицию... Я так долго ждала, когда ты проснешься... - Мон... Доггетт забыл на секунду, как дышать, когда девушка просто накрыла его губы своими. Ее поцелуй обжег мужчину, пронзая теплом все его тело. Целуясь, агенты не увидели стоявшего в дверях оторопевшего доктора Лесли.