Наша история

      Со дня Нового Года прошло четыре дня. В эти дни мы с Ником много гуляли, проводя время вместе. И вот я решил пригласить своего парня в гости под предлогом вместе провести время, но на самом деле я очень хотел большего.       Мы встречались уже два месяца, а первого раза у нас ещё не было, что расстраивало. Если поначалу я боялся, думая, что Ник будет меня торопить, то теперь я понял, что для него это не стоит на первом месте, и я уже сам, честно говоря, хочу близости. Я понимаю, что ему страшно, он не хочет сделать мне больно (да-да, понятное дело снизу буду я), да и мне страшно, так как я и сам боюсь боли, но я понимаю, что это рано или поздно произойдет и я хочу этого, несмотря на неуверенность и страх.       Я, естественно, ко всему подготовился.       Сначала спровадил родителей в поездку на пару дней отдохнуть в честь праздников. Они каждый год куда-то ездят и обычно берут меня с собой, но в этот раз я не захотел, сказав, что им стоит отдохнуть вдвоём, а я буду лишь мешаться, да и мне есть с кем время проводить. Родители отреагировали спокойно, точнее я бы даже сказал, что попытались, но радость в глазах была видна. Ну, а что? Я понимаю, взрослые люди. Нам с Ником тоже нужно, так что... Пусть отдыхают. И чем дольше, тем лучше.       Потом я позавтракал, куда уж без этого, и написал Нику, приглашая к себе, на что тот прислал радостное сообщение, что скоро придёт. Далее я решил почитать статьи и советы, чтобы примерно знать, что делать на случай, если Ник вдруг не знает, хотя мне почему-то кажется, что он в курсе, как и что у парней.       Вопрос с клизмой я решил ещё вчера. Конечно мне было ужасно неловко и даже в какой-то степени стыдно делать это, но я понимал, что без этого никуда. Примерно поняв, что да как, я сходил в душ и хорошенько везде побрился, а заодно помыл голову.       Посушил волосы, надел чистую домашнюю одежду, чтобы Ник ничего не заподозрил, и начал ждать его. Где-то через полчаса я уже встречал своего парня, приглашая пройти внутрь.       — Твоих родителей точно не будет? — спросил на всякий случай, обнимая меня.       — Нет, — улыбнулся я, целуя его.       — Чем займёмся? — я бы сказал чем, но пока рано.       — Может фильм? — да, без этого никуда. Мне же надо немного смелости набраться, чтобы начать действовать.       — Давай.       Мы прошли в мою комнату, сели рядом на моей кровати, Ник меня приобнял, а я припал к его плечу, и включили какую-то мелодраму на ноутбуке. Прошло минут тридцать, а мы сидим с Ником и до сих пор смотрим фильм. Не знаю о чём он думает сейчас, но мне кажется, что он погружён в фильм и не замечает моих метаний и переживаний.       Я все полчаса пытаюсь настроиться, но у меня ничего не получается. Всё ещё переживаю, немного дрожа. Но я понимаю, что сейчас как раз самое время, в такой романтичной, уютной и домашней атмосфере. Когда ещё у нас будет такой шанс?       Я знаю, что это будет тяжело, возможно мне не понравится и я даже не получу удовольствие, но я хочу, с ним хочу, с тем, кто стал для меня таким родным, близким, кто стал для меня целым миром. Я безумно люблю его, люблю всем сердцем и знаю, что он любит меня не меньше.       Ну, а так как он у меня нерешительный (а точнее слишком заботливый и прежде всего думает о других), то первый шаг приходится делать мне.       Пока Никита спокойно смотрит фильм и не замечает моих раздумий и переживаний, я всё же решаюсь и, чтобы привлечь его внимание, сажусь к нему на бёдра, закрывая обзор. Чтобы нам не мешал ноутбук, я выключаю его и убираю на стол. И всё это в тишине! Смотрит недоверчиво и с непониманием.       — Кир, ты чего это? Мы же фильм не досмотрели, — в его глазах чётко отражается непонимание, но я решаю оставить эту реплику без ответа. Ещё будет время поболтать. Нужно действовать пока я решился.       Приникаю к его губам, медленно целуя и проводя языком по губе, смачивая её. Он выходит из ступора и начинает целовать меня в ответ. Медленно, тягуче, посасывая то нижнюю, то верхнюю губу. Обхватываю его за шею и прижимаюсь как можно ближе.       Наш поцелуй начинает набирать обороты, становится более страстным. Приоткрываю рот, пропуская его язык, позволяя там хозяйничать. Обводит десна и зубы, сплетаясь с моим языком в жарком танце.       —Ммм... — непроизвольно вырывается у меня стон от того, насколько приятно.       Отрываюсь от его губ и смотрю прямо в глаза. В них столько нежности, теплоты и безграничной любви, что я первый раз в жизни уверен в том, что сделал правильный выбор и готов полностью отдать ему себя: свою душу, своё тело, свои эмоции, всего себя от макушки и до кончиков пальцев на ногах.       — Ник, я хочу...хочу, чтобы... — слова даются мне с трудом, настолько они смущающие. Я знаю, что не время для смущения, но всё равно краснею против воли. — Я хочу, чтобы ты взял меня, — быстро протараторил я, поднимая на него свои глаза.       — Кир, малыш, ты хоть понимаешь, чего ты хочешь? — с волнением спрашивает он, пытаясь что-то разглядеть в моих глазах. — Понимаешь, что это будет неприятно, возможно больно и...       — Да, я понимаю, я читал, — быстро перебивая его, проговариваю я. — Я уже давно хочу этого и я знаю, что ты боишься сделать мне больно, но я больше не могу. Рано или поздно придется. Да, мне страшно, не спорю, но если это ты, то я готов, — беру его руку, сплетая пальцы и ощутимо сжимая. — Готов к тому, что будет неприятно и больно, но рядом будешь ты, это самое главное, другого мне не надо. С тобой я готов на всё, я доверяю тебе, — выдыхаю ему эти слова прямо в губы, следя за его эмоциями.       — Маленький мой, я постараюсь оправдать твоё доверие и сделать всё максимально безболезненно, — проговаривает шёпотом, впиваясь после этого в мои губы страстным поцелуем. Отвечаю на него, через несколько секунд отстраняясь.       Вижу непонимающий взгляд.       — Я... это... ну, — начинаю неуверенно мямлить, не зная как сказать. Стыд полностью завладевает мной. — Я подготовился, ну... в смысле помылся и... эээ... сделал клизму, — наконец проговариваю я, отворачиваясь от смущения. Никогда ещё я не говорил таких смущающих вещей. Уверен мои щёки сейчас сравнимы с цветом помидоров.       — Малыш, посмотри на меня, — нежно просит Ник, касаясь ладонью моей щеки и поворачивая голову к себе. Неуверенно открываю глаза и смотрю на него. — В этом нет ничего постыдного, ты со мной, со мной ты можешь быть любым, не надо стесняться естественных вещей, хорошо?       — Да... — тихо выдыхаю в ответ и снова приникаю к его губам. Целуемся страстно, покусывая губы друг друга, вкладывая весь свой голод.       Разрываю поцелуй и перехожу на его шею, легонько покусывая. Тихо-тихо стонет, что говорит о том, что ему нравится. Отрываюсь от его шеи и смотрю прямо в глаза, видя в них огоньки. Он, не отрывая глаз, подносит мою руку к своему лицу и целует. Целует внутреннюю сторону ладони, целует каждый палец. Медленно, нежно, будто пробуя. А я всё также продолжаю на него смотреть и плавлюсь от его взгляда и действий. И тут он подминает меня под себя, полностью перехватывая инициативу.       Начинает медленно выцеловывать кожу шеи, смакуя её на вкус и не забывая оставлять яркие засосы, вырывая мои тихие полустоны-полувсхлипы. Конечно не знаю как я их потом буду прятать, но это потом. Сейчас я полностью в его власти, готовый отдаться весь, без остатка.       — Ты безумно вкусно пахнешь, так бы и съел тебя, — произносит это так, что у меня появляется ощущение, будто он действительно хочет меня съесть. Проходится языком по ключицам, оставляя влажную дорожку. Аккуратно снимает с меня футболку, откидывая куда-то.       Любимый внимателен, нежен, заботлив. Для него моё удовольствие на первом месте и от этого, от мысли, какой он замечательный человек, моё сердце стучит сильнее. Помогаю снять футболку и с него. Прохожусь пальцами по его плечам, груди, прессу. У меня ещё будет время испробовать его всего и доставить такое же удовольствие какое он доставляет мне.       Переходит на соски. Целует один, проводит пальцами, слегка нажимая.       — Ахх... ммм... — стону я от непередаваемых ощущений, слегка комкая простыню и подрагивая всем телом. Настолько это нежно, приятно и ужасно возбуждающе чувствовать его горячий язык. Обводит языком ореол, посасывая сосок и прокручивая пальцами другой.       — А-ах!.. — присасывается, покусывая и теребя второй. Затем меняет местами. Теперь он облизывает второй, играясь пальцами с первым. — Ах... Нииик... — мои стоны продолжают литься, показывая, как мне хорошо.       В штанах уже ужасно тесно, член болезненно пульсирует, хочется большего. Хватаюсь за его плечи и трусь своим пахом о его, давая понять, что пора уже переходить к активным действиям и замечая такую же каменную плоть.       Спускается ниже цепочкой поцелуев по животу к кромке штанов. Начинает поглаживать мой член через ткань, распаляя меня всё больше, вызывая один стон за другим. Приспускает штаны, почему-то приостановившись.       — Кир, ты такой мокрый, — прошептал как-то восхищённо, а я от его слов застонал, прикрывая глаза. Проводит языком по ткани боксеров.       — Ах! — откидываю голову, немного прогибаясь в спине и подаваясь его языку. Чувствую как ткань стала ещё мокрее. Слегка прикусывает член, вырывая мой протяжный стон. Отстраняется, надрачивая мне через трусы, а я неумело толкаюсь в его руку, чтобы больше прочувствовать. Уже не могу, чувствую, что на грани, и тут Ник сильнее сжимает мою плоть, и я, не выдержав, прогибаюсь в спине и с громким стоном кончаю себе на живот.       Приникает губами, слизывая с меня сперму, а я отчаянно краснею, пряча лицо.       — Ты вкусный, — довольно шепчет он, смущая меня ещё больше. Поворачивает моё лицо и просит открыть глаза. Открываю, видя как потемнели его глаза от возбуждения.       От осознания того, что он хочет меня, худого нескладного, даже можно сказать, бледного парня, у меня неосознанно вырывается стон. Приникает к мои губам, нежно целуя. Обхватываю за шею, отвечая с такой же теплотой. Отрывается от губ, снимая с меня до конца штаны вместе с боксерами. Когда он успел всё с себя снять я и не заметил. Садится между моих разведенных ног, и я невольно свожу колени вместе. Это скорее рефлекс, чем попытка спрятаться или уйти.       — Ты прекрасен, не закрывайся, — тихо выдыхает Ник, разводя мои ноги в стороны и лаская моё тело таким откровенным и похотливым взглядом, что у меня всё внутри замирает и я завожусь ещё больше.       — Надо смочить пальцы, — хрипло шепчет, еле сдерживаясь. Послушно открываю рот, обильно смачивая слюной. Посасываю, вылизывая его пальцы, играя с ними. Вводит в меня один палец, крепко держа, и одновременно с этим начинает ласкать мой член.       Чувствую, как обводит горячим языком ствол, вырывая мой громкий, протяжный стон. Он нежно и мягко посасывает головку, перебирая яички, и от того, насколько это приятно, я даже забываю, что во мне палец. Но тут он вводит второй, и я ощущаю небольшой дискомфорт, морщусь. Ник видит это и заглатывает член на половину так резко, что я давлюсь собственным стоном.       — Ахх!.. Ниииик... — мысли путаются и концентрируются на этой невероятно влажной и горячей глубине его рта. Так хорошо, что я начинаю подаваться бёдрами навстречу.       И тут я чувствую третий палец, снова возвращается дискомфорт, и я начинаю скулить, но губы на моём члене смыкаются ещё плотнее, работая быстрее и мне действительно становится легче. Я открываю глаза и, видя, как губы любимого, блестящие от слюны и так плотно обхватывающие мой член, скользят вверх-вниз, сопровождая сие действо томными, полными страсти взглядами, кончаю, выгибаясь в спине, поджимая пальцы на ногах и изливаясь ему в рот с громким стоном. Понимаю, что больше не могу терпеть. Я очень хочу его! Просто до безумия хочу!       — Ник, я больше не могу, — хнычу я, нервно ерзая. — Я хочу тебя, возьми меня... — тихо выдыхаю ему в губы и впиваюсь в них поцелуем. Не медля больше ни минуты, Никита переворачивает меня на живот, подложив подушку под бедра, немного мнёт ягодицы, смачивает свой член слюной и начинает медленно в меня входить.       — Потерпи, маленький мой, будет больно, — тихо проговаривает любимый, начиная целовать мою спину, шею, плечи. Всё до чего может дотянуться. Чувствую кое-что побольше пальцев. Сначала только головку, еле-еле входящую и медленно продвигающуюся, а вместе с ней очень острую, режущую боль, как будто меня разрывают в том самом месте.       Я вцепляюсь пальцами в простыню, как в спасительный круг, а зубами сильно сжимаю кончик подушки. Но это не помогает. По моим щекам начинают скатываться крупные слезинки, появляется ощущение, что меня разрывают, всё как будто горит огнём. Объятия и тихий, полный ласки и нежности шёпот, а также неспешное проникновение не помогают.       — Кир, хороший мой, расслабься, ты делаешь мне больно, — прошептал Ник, стараясь поглаживать по спине, чтобы немного успокоить меня. Я попытался расслабиться, но ничего не получилось. Ник, поняв, что дело дальше не пойдет стал выходить из меня.       — Стой! Нет, пожалуйста... не выходи, — стал умолять я его, параллельно пытаясь насадиться на его член.       — Успокойся, я просто хочу тебя перевернуть, — сказал любимый и с этими словами перевернул меня на спину, закидывая мои ноги себе на плечи и резко входя на всю длину.       — Ахх! — неожиданное удовольствие разлилось по телу, смешиваясь с болью и стало легче. С каждым толчком удовольствие начало перевешивать боль. Я вцепился в плечи Ника, вовлекая в страстный поцелуй.       И тут меня прошило такое наслаждение, что я аж открыл глаза и раскрыл рот, как рыба на суше, хватая воздух и выдыхая неприлично громкий стон. Видимо, поняв, что Ник попал по простате, он начал двигаться в нужном направлении.       — Еще! Еще... Ахх! Ниииик... сильнее!.. глубже!.. прошуу... — начал бессвязно выкрикивать я. Любимый наклонился ко мне, прижав ноги к груди и впился в мои искусанные губы, прибавляя темп и стараясь войти поглубже.       Я начал хвататься за его спину, оставляя красные полосы от ногтей. Как же мне было хорошо! Просто нереально хорошо! Ещё никогда я не испытывал такого удовольствия. Начинаю не то, что стонать, а кричать, громко, пошло, откидывая голову в сторону, подставляя шею для поцелуев и слыша тихие стоны и шёпот Ника:       — Ах, Кир... какой же ты...невероятно узкий, горячий... — любовно шепчет, а я ещё больше возбуждаюсь от его слов, бесстыдно крича:       — Ник!.. Быстрее!.. Ах!.. Пожалуйста!       Парень стал ускоряться, а потом и вовсе вдалбливаться в моё тело, сильнее сжимая бёдра, умудряясь покрывать шею поцелуями. Мои крики и его чуть приглушённые стоны разносились по всей комнате, проникая сквозь тонкие стены. Не знаю, слышали ли соседи, но мне было плевать. Плевать на всё и на всех кроме нас и того неимоверного удовольствия, которое я сейчас испытывал.       Чувствую, что мне недолго осталось до разрядки. Тянусь к члену, но Ник пресекает моё действие, перехватывая руку, прижимая к постели и переплетая пальцы.       — Нииик, пожа...ах!..пожалуйста...дай мне...хааа...кончить...прошуу...ах!.. Я больше не могу... — умоляю его, мечась по кровати, в надежде получить долгожданную разрядку. И тут Ник кладет свою ладонь на мой уже просто каменный член, надрачивая в такт толчкам. Он прикусывает мой сосок, сильнее сжимая член и быстрее двигаясь.       Такого контраста я не выдерживаю, выгибаясь в спине и с громким криком бурно кончая на живот, чувствуя, как через всё моё тело прошла сладкая судорога, принося наслаждение. Через пару толчков Ник следует за мной, изливаясь в меня. Обессиленно падает рядом со мной, обхватывая за талию и прижимая к себе.       — Ты как? — тихо спрашивает, зарываясь носом в макушку.       — Мне понравилось, — еле отвечаю я, улыбаясь.       — Мне тоже. Теперь ты только мой! — игриво кусает за шею, а я понимаю, что теперь я действительно принадлежу только ему. ***       — Кир, просыпайся, — чувствую лёгкие мягкие поглаживания в области спины. Слышу такой любимый голос, назойливо будящий меня.       — Ммм... Не хочу, — шепчу я, повернувшись к парню лицом, но при этом не открывая глаз.       — Кир... — снова зовёт меня, нежно касаясь щеки, отчего я лишь морщусь.       — Дай поспать, — бурчу я, пытаясь закутаться в одеяло с головой, но мои попытки пресекают.       — Кир!       — Ну? — приоткрываю глаза, смотря в такие любимые зелёные омуты.       — А я люблю тебя, — шепчет он, нежно касаясь носом щеки, проводя по ней, а затем легонько целует в губы.       — Я тоже тебя люблю, — улыбаюсь я, радуясь такому нежному пробуждению. — Ты поэтому меня разбудил?       — Нет. Хотел спросить как твоя чудесная попа? — с этими словами он запускает руку под одеяло, пробегаясь пальцами по нежной коже бедра и оглаживая полупопие.       — Ммм... — поерзав, я понял, что болит, но не сильно. — Жить буду. А что?       — Если что, я могу за мазью сбегать, — с нежностью произнёс Ник.       — Да не, не стоит. Всё не настолько плохо.       — Я рад. Пойду приготовлю завтрак, а ты ещё поваляйся, — с этими словами Ник поцеловал меня легонько в губы и, накинув первую попавшуюся одежду, вышел из комнаты. А я, счастливо улыбнувшись, зарылся в одеяло, прикрывая глаза. ***       — Кир! — отвлекает меня парень, садясь рядом и начиная целовать шею, поглаживая другой рукой ногу.       — Ник, мне сейчас некогда, — угрюмо говорю я, стараясь сосредоточиться на физике, что получается плохо.       — Ну, Кирюш! — обиженно восклицает тот.       — Прости, но нет, — чмокаю его в нос, стараясь мыслями быть в физике, но мысли сейчас совершенно не там. А крутятся они вокруг одного бессовестного парня, мешающего заниматься.       — Я люблю тебя, — нежно шепчет он, целуя в щёку.       — Я тоже тебя люблю, — поворачиваюсь к нему и легонько целую в губы. — Дай доделать уроки. Скоро конец четверти, а у меня долгов выше крыши.       — Так Андрей тебе поможет, — говорит так, будто выдал что-то умное до чего я не додумался.       — Вот именно, что Андрей мне вряд ли поможет, — грустно вздыхаю я.       — Почему это?       — А у них с Викой любовь! А ты как думал?       — И как же он тогда справляется и успевает всё? — подозрительно прищуривается. Мне бы и самому знать.       — Сам не знаю. Умный от природы. А у тебя разве нет долгов? — перевожу тему на парня. А что? Неужели только у меня проблемы?       — У меня? Нет. К счастью, — улыбается хитрец. Повезло ему. Если не врёт конечно.       — Тогда либо не мешай, либо помоги.       — С чем? — тут же оживляется, чуть ли не скидывая меня со стула.       — С физикой.       — Оки. Без проблем. Всё решу, всё напишу.       Ну хоть на чем-то сэкономлю такое необходимое мне сейчас время.       — Только постарайся, чтобы на мой было похоже.       — Уж я-то твой почерк знаю и повторить смогу, — вот это я понимаю — любовь. И я его тоже люблю.       — Окей. А я пока займусь докладом. ***       — Ну что? Как сдал? — ходит вокруг меня и ждёт ответ.       — На четыре, — радостно улыбаюсь и меня тут же обнимают. Отвечаю на объятие, положив голову на плечо парню. — Учитывая, что это физика, мой нелюбимый предмет, я просто в восторге!       — Я рад за тебя. Поздравляю, — целует меня в щёку. Так приятно, когда за тебя радуется любимый человек. Причём так яро и искренне. А я счастлив. Счастлив от этой поддержки и заботы. Даже родители так не беспокоятся.       — Спасибо, — благодарно шепчу, но вспоминаю, что это не всё. — Но мне ещё надо доклад показать по истории, — вижу его грустный взгляд. — А ещё по обществу кое-что... Чёрт! Ещё же химия! Так всё, мне некогда. Я побежал. ***       — Кир, ты ещё не всё? — тихо спрашивает любимый, сидя на моей кровати. Уже десять часов вечера, а мне ещё нужно кое-что сделать. Аргх. Ненавижу конец года.       — Нет. Долги, долги и ещё раз долги, — грустно вздыхаю. Глаза уже болят от этого тусклого света, рука устала писать, спина вся согнута в три погибели. Как же я устал! Так хочется отдохнуть.       — Бедный ты мой, малыш. Может тебе массаж сделать? — предлагает он, а я понимаю, что от такого точно не смогу отказаться.       — Я не против, — вымученно улыбаюсь любимому. Тот подходит ко мне, аккуратно приподнимая со стула, берёт на руки и несёт до кровати, опуская на неё.       — Тут дойти три шага, — рассмеялся я.       — Я забочусь о твоих уставших ножках. Поворачивайся.       Поворачиваюсь на живот, приподнимая домашнюю футболку. Ник смазывает моим кремом руки и начинает массировать и разминать затекшую спину.       — Ммм... — чуть ли не мурлычу я от такого кайфа. Как же это приятно. Так хочется спать...       — Поспи, — слышу тихий шепот. — А я доделаю.       Проваливаюсь в сон, улыбнувшись последним словам. ***       — Сегодня последний день сдачи! Наконец-то. Всё сдам и можно будет забыть про эти бегалки, а там пара дней и окончание десятого класса, — радостно говорю я Нику, пока мы стоим в коридоре перед началом уроков. Тот обнимает меня, а потом спрашивает:       — Мы же отметим? — улыбается тот, зная каков будет ответ.       — Обязательно. А сейчас я побежал, — целую его в щеку, идя к своему кабинету.       Осталась химия. Химия! И всё. Как же я этому рад. Просто безумно рад. И можно будет наконец-то провести время с любимым, а то в последнее время из-за всего этого я почти не уделял ему времени. А заодно надо сказать ему спасибо за помощь. ***       Сделав всё, что от меня требовалось и предоставив это, я наконец-то освободился. Ура! Свобода! Теперь можно сообщить эту радостную новость Нику и отметить! Вдвоём. Только мы. Он и я. Медленно приходя в себя, понимаю, что перенервничал и мне нужно умыться. Хотя бы просто освежиться.       Захожу в туалет, умывая лицо прохладной водой. Смотрю на себя в зеркало, смеясь над видом. Мокрые волосы, пряди которых неуклюже спадают на лицо, красный румянец на щеках, глупая улыбка. Выгляжу как дурак. От рассматривания себя в зеркале отвлекает звук распахнувшейся двери туалета. По инерции поворачиваю голову на звук, видя перед собой Марка. Что он здесь делает? Ах, да, я же в туалете. Зачем же ещё сюда приходят?       Делаю вид, что не замечаю его вовсе. Но, видимо, парня это не особо колышет. В глазах читается решимость. Неужели хочет убить меня? Да это смешно! Начинает подходить ко мне, а я тем временем отступаю назад. Когда отступать уже некуда, парень вплотную подходит, прижимая к стене.       — Что ты...       Моё возмущение прерывают грубым, несдержанным поцелуем. Что, блять, вообще происходит? Что он творит? Кладу руки ему на плечи, отталкивая от себя. Он с ума сошел! Кусаю за губу, слыша тихое шипение.       — Да что ты себе позволяешь? Отпусти меня! — гневно кричу, начиная колотить его по рукам. Вроде тоже худой, но сильный какой!       — Ну уж нет. Сейчас ты должен мне, — шепчет как-то обезумевше. Что он несёт? Что я ему должен? И какого черта вообще происходит? Это новый вид издевательств?       — Отпусти! — выкрикиваю я, но парень меня не слушает и снова впивается в губы. Пытается. Но я активно отталкиваю его от себя, отворачивая голову, не давая ему этого сделать.       Видимо, устав от моего сопротивления, парень хватает мои руки в свою одну, жёстко прижимая к стене над головой. Второй рукой начинает гладить шею, спускаясь ниже. Да что происходит?       — Отпусти меня! — шиплю я, пытаясь задействовать ноги. Что подумает Ник? Я не собираюсь ему изменять! Этот парень после всего, что случилось, мне вообще не нужен. Что он возомнил о себе?       — Тише. Ты же сам этого хотел, — приникает губами к шее, а я пытаюсь извернуться, чтобы ударить его по голове, но у меня ничего не получается. Пытаюсь уйти от прикосновений, что тоже не особо выходит. Он в разы сильнее меня, не зря спортом занимается.       — Нет. Я не хотел этого, — отчаянно говорю я. Да, сначала он мне понравился, но то была внешняя оболочка. Это отвратительный, гнилой человек, который и в подметки никому не годится. У меня есть уже любимый человек и никто мне не нужен.       — Неужто не ты признавался мне в симпатии? — победно ухмыляется, снова начиная целовать.       — Отвали. Отпусти меня, — почти высвободил свою руку, но тут до меня донесся родной, но сейчас такой грозный голос:       — Отпусти его.       Марк поворачивается, видя на пороге разъяренного Ника. Отходит от меня, вставая напротив, и усмехается. Ник смотрит на меня, видя красные, опухшие от грубых поцелуев губы и, наверное, красную шею, а может даже засосы. Понимаю, что не виноват, но всё равно чувствую себя таковым. Хочу что-то сказать, но понимаю, что сейчас не время.       — Неужели рыцарь прибежал спасать свою принцессу?       Ник ничего не отвечает, но я вижу в его глазах ярость. Приближается к парню, намереваясь его ударить, но я останавливаю его:       — Ник, прошу тебя, пожалуйста, не надо, — медленно подхожу к парню, контролируя его действия. Тот немного приходит в себя, но всё ещё зол. Подойдя к любимому, я обнял его. Ник продолжал стоять истуканом, сверля Марка взглядом.       — Уходи отсюда, — говорю я Марку, смотря прямо тому в глаза и показывая всю свою неприязнь и ненависть. Тот снова усмехается, но ничего не отвечает, послушно уйдя и оставив нас вдвоём.       — Ник, прости меня, — ещё крепче обнимаю парня, прижавшись к нему всем телом. — Я правда пытался...       — Я знаю, — обнимает меня в ответ, а я облегчённо выдыхаю. — Прости. Мне просто крышу снесло, когда я увидел, как он к тебе пристаёт.       — Не извиняйся. Ты не виноват.       — Как и ты.       Отстраняется от меня, осматривая шею.       — Вот сука, — снова начинает злиться, но я ему не даю.       — Ник, давай забудем. Я здесь, рядом, с тобой. Я люблю тебя, — шепчу ему на ушко, целуя парня.       — Я тоже тебя люблю. ***       — Куда мы идём? — с энтузиазмом спрашиваю я, идя за своим любимым.       — Мы идём праздновать, — вот хитрец. Не хочет говорить.       — Это я знаю. Но куда именно?       — Ммм... Я заказал столик в кафе, — непринужденно говорит тот, а я останавливаюсь.       — Ты серьёзно?       — Ага.       — Ник... — хочу сказать важные слова, но меня перебивают:       — Потом поблагодаришь.       Я останавливаю парня, потянув за рукав к себе.       — Ник, я хочу сказать сейчас. Для меня никто и никогда ничего такого не делал. Ты первый, кто покорил меня и моё сердце, первый, кто по-настоящему переживает за меня, заботится и поддерживает. Ты первый кого я полюбил. Первый и единственный. Ты столько для меня сделал... Просто не перечесть. Я люблю тебя, Ник. Люблю всем своим сердцем и душой. И буду любить.       — Кир, — кладёт ладонь мне на щёку, гладя по ней. — Это ты подарил мне жизнь. Ради тебя я готов на всё. Я буду всегда рядом, всегда буду поддерживать. Во всех невзгодах и печалях, радостях и победах. Потому что люблю тебя. Ты мой первый и единственный. И никто мне больше не нужен.       Смотрим друг на друга, глупо улыбаясь, и понимаем, что переживём все невзгоды и несчастья. Вместе. Мы будем опорой и поддержкой, потому что любим, а любовь способна на многое.