В ожидании забывшего паспорт

— Сергуль, ну не смешно уже. Арсений смотрит на Серёжу с укором, уверенный в том, что это шутка, что Матвиенко хочет лишь пощекотать им всем нервишки. На самом деле Попов не уверен, но отчаянно пытается не думать об этом. Напускает на себя флёр весёлости и с улыбкой покачивает головой, как бы говоря этим: «Серёжа, Серёжа… Я тебя давно раскусил. Мы к твоей забывчивости привыкли, на этом смешная шутка не вытянется уже». Но Сергей продолжал рыться во всех карманах, перевернул вверх дном чемодан, а паспорт всё не находился. — Походу реально забыл, — резюмировал Матвиенко, глядя себе под ноги. Оксана, раздражённо выдохнув и поджав губы, тут же достала телефон, чтобы узнать, когда будет следующий поезд, и если не скоро, то как можно добраться на перекладных. — Окс, да я догоню, — прервал её Серёжа. Он застегнул чемодан и обнял девушку, заверил её, что это ж не первый раз, у него снова всё получится и он успеет на концерт. — Ну ты же знаешь, что я всё равно переживать буду, — Оксана была ответственным лицом, но делать нечего, придётся просто ждать Серёжу, раз он принял такое решение. — Да чё вы все скисли? Ну объебался, ну бывает, — Матвиенко посмотрел на своих коллег и постарался подбодрить их как смог. Но всё же каждый обнял его на прощание, кто-то ворча, кто-то с сарказмом, кто-то устало. Позов в этой импровизированной очереди был последним. Его Серёжа немного задержал, не отпуская. — Ты за ним присмотри, лады? Волноваться ведь будет, — махнул головой в сторону вагона, но оба знали, о ком идёт речь. — Базара нет, — кивнул Дима, — я его займу, не переживай. Оба мужчины ухмыльнулись друг другу и разошлись. Дима поспешил в поезд, а Серёжа — домой за паспортом. Однако силы свои Дима переоценил. Довольно скоро его начало клонить в сон. На фильме, что он смотрел с Арсением, было сложно сконцентрироваться. Как бы Позов не пытался бодриться, дрёма его сморила. Попов залюбовался пускающим слюни на его плечо Димкой, но потом аккуратно вытащил наушник из его уха и всё же уложил своего мужчину на полку. Сам же Арс перебрался на соседнюю — Серёжину! — и попытался продолжить просмотр. Нет, совершенно никак не получается смотреть. Мысли так и возвращаются к Матвиенко: успеет ли он, где он там едет, как он? Да, конечно, Серёжа писал и о том, что договорился с другом, и что добрался до дома, и что паспорт он взял, и как они выехали вместе тоже отчитался. Но всё равно было нервно. Да, сейчас на его месте лежал Димка и хотя бы это скрашивало переживания Арсения, но Серёжа… Ну что за засранец! Вот чем он думал? Как можно забыть паспорт? Ничему его жизнь не учит… Арсений покачал головой, пытаясь избавиться от этих мыслей и раздражения. Он несколько раз выходил из их двухместного купе в коридор, чтобы пройтись, выветрить лишнее из головы. Наконец, ещё одно уведомление. Попов быстро разблокировал телефон и снова вышел в коридор, чтобы послушать кружочек, которым Серёжа поделился в своём телеграм канале, и не будить при этом Димку. «Осталось восемьдесят километров до Владимира. И мы проголодались, и остановились перекусить. И заодно пощекотать наши стальные нервишки». — Блять, Серёжа! — вырвалось у Арсения, когда он услышал эти слова. Нервишки он хочет пощекотать. Ага. Вот козёл! Лучше бы он вообще об остановке не говорил, потому что теперь Арс переживает ещё больше. Прямо сейчас Матвиенко там со своим другом спокойно ждёт свой заказ, а он, Арсений, едет в поезде и совершенно ничего не может сделать! Его жутко бесило это бессилие. Несмотря на то, что головой он понимал, что страдает хуйнёй и что если бы Серёжа действительно приезжал впритык, то не стал бы останавливаться, это раздражение прожигало грудную клетку изнутри. Рядом отъехала дверь купе и изнутри выглянул потирающий глаза Позов. — Чё ты разорался? Ночь на дворе. Заходи внутрь. Дима взял Арсения за запястье и потянул к себе. — Переживаешь всё? Доедет он, не ссы. Сколько раз уже такое было, и всегда Серёга твой успевал, — Дима пытался успокоить партнёра как умел. — Ну слушай, не всегда вообще-то, — начал было Арс, припоминая что-то. — В этот раз точно успеет, отвечаю, — прервал его Позов. — Всё, сядь спокойно. Дима усадил Арса на узкую полку и сам плюхнулся рядом. Он старался выцеловать все переживания, всю эту нервозность Попова, но понимал, что этого недостаточно. Что ж, придётся использовать более серьёзные методы. Не прекращая мягко целовать чужие губы, Дима опустил ладонь с щеки Арсения на его пах. Сжал, заставляя судорожно выдохнуть. От этих уверенных ласк хватка на Димином плече стала крепче. Физический контакт, возбуждение, похоть — это всё позволяло забыть о тревогах. Горячий мужчина, переместившийся на колени Арсения, не позволял лишним мыслям пробраться в его голову. Дима разорвал поцелуй и плавно, насколько мог, перебрался с коленей Арсения на пол. Провёл носом по чужому возбуждению, аккуратно стянул штаны. Он, так сказать, проходился по верхам — после сна вообще не хотелось сильно активничать, страстно заглатывать и заливать всё слюнями. Хотя именно последним Дима сейчас и занимался — приложился губами к головке и пустил влагу по стволу, чтобы рука по нему ходила плавно. Ладонь действительно заскользила хорошо, помогая сохранять возбуждение. Дима немного побаловался, языком порхая по уретре, самым его кончиком толкаясь внутрь и затем обводя головку. Потом уже подключил губы, но лишь слегка, в основном работая рукой. Вокруг все уже спали — тишина. Слышен лишь был стук колёс, а ещё каждый звук, что издавал Арсений. Он был тихим, но, благодаря обстановке, каждый его вздох, полустон, каждое мычание в ладонь, да даже просто участившееся дыхание: всё это было хорошо слышно, отзывалось ярко, мурашечно и приносило Диме особенное наслаждение. Медленно, но верно он доводил своего партнёра до исступления. До поднимающейся быстро-быстро грудной клетки, до дёрнувшихся в судороге бёдер, до побелевших от напряжения пальцев на Димином плече. Попов понял, что нуждался в разрядке. Он растёкся полулёжа, широко расставив ноги, и приходил в себя. Не хотелось двигаться совершенно, но Арс пересилил себя и нагнулся, чтобы подтянуть Диму обратно к себе. Он сначала залез тому в штаны, но вспомнил, что постираться они смогут фиг знает когда и лучше не пачкать бельё лишний раз. Дима подумал о том же, привставая и стягивая лишнюю одежду. Арсений ласкал любовника, попутно зацеловывая его шею и плечи. Дима трогал себя, пока ублажал Арсения, поэтому кончил он быстро. Они вытерли себя и сходили вымыть руки. Не торопясь, довольные, вернулись в купе. Арсений лёг на спину и потянул на себя Позова — уж очень хотелось полежать в обнимку. Полка узкая, так что Диме пришлось улечься прямо на партнёра, но того всё устраивало. Через пару минут приятной неги пришло, наконец, новое уведомление. А может уже и не первое, ведь Арсению было не до того. Да, Серёжа всё-таки успел. Написал несколько сообщений Арсу в личку, ещё и видео выложил на канал. «…стою, жду, блин, сколько времени…» «…он же вообще не торопится, смотрите! Еле-еле…» Последний кружочек появился прямо на глазах у Димы и Арса, и те только сейчас осознали, что поезд уже подъезжает к перрону во Владимире. Что ж, отвлеклись они действительно хорошо. Оба вскочили и принялись надевать кроссы и куртки, чтобы встретить своего незадачливого коллегу. — Ну пиздец ты модник, — с улыбкой прокомментировал Позов, когда увидел, что Арс нацепил голубые прозрачные очки. С Серёжей всегда всё по-особенному. Так думал Арсений, когда записывал с Матвиенко дурашливое видео, где они вместе поют. И на сердце было действительно так ясно, что петь действительно хотелось, а ещё хотелось улыбаться, и чертовски хотелось обнимать. И совершенно не ощущалось, что сейчас глубокая ночь, ведь рядом был тот самый особенный человек, с которым всё иначе.