Под особым контролем

Первый курс, июнь — Ты бы хоть летом приехал к нам! — сокрушается седовласое лицо на экране смартфона, который держит перед собой Антон. — Мать-то на майские хоть приезжала, а тебя мы с дедом уже два года не видали! Вот помру, а так и не увижу тебя! Антон мысленно закатил глаза. Манипуляция «вот помру» из уст бабушки уже набила оскомину. — Ба, да приеду я! — успокоил он родственницу. — Вот сессию сдам и приеду! — Ой, ой, ой, — причитала женщина на другом конце видеозвонка. — Дед вот тоже спрашивает, когда внук навестит. Говорит, совсем забыл нас. Вот же манипуляторы! — Да не забыл, ба, — терпеливо объясняет Антон. — У меня учеба просто, а прошлым летом не получилось приехать, так как я работал бариста. — Знаю, да, — простонала бабушка. — Ну хоть этим летом, может, получится? — Приеду, ба, приеду, — с настойчивостью в голосе заверил Антон. — Ладно, мне нужно готовиться к экзамену по матану. Пока! — Ой, ой, давай, готовься! С Богом! — бабушка перекрестила внука прямо по видео. — Потом мне позвони, расскажи, как сдашь! — Спасибо, ба! Позвоню, расскажу, пока! — Ой, как тут? — бабушка несколько раз ткнула куда-то в экран. — А я тыкаю на красную, а она не нажимается, — пожаловалась она Антону. — Я сам завершу вызов, ба, пока! — Антон поднял руку в прощающемся жесте и завершил видеозвонок. Он откинулся на кресле и потер лицо. Шастун очень любит своих бабушку с дедушкой, но когда они начинают вот так вот на ровном месте давить на чувства, хочется поскорее завершить звонок. Фраза «приезжай, а то умру и не увижу», сказанная бабушкой в первый раз, вызвала истерику со слезами Антона. Тогда он был еще младшим школьником. Впоследствии бабушка еще неоднократно пробовала говорить эту фразу, но с каждым разом Антон черствел все больше и больше, и в конце концов эта манипуляция перестала вызывать что-либо кроме раздражения. — Договорились? — в комнату зашел Арсений с двумя стаканами самодельного молочного коктейля. — Ага, — Антон с благодарностью принял запотевший стакан из рук своего парня. — Иногда я жалею, что мы решили подарить им смартфоны. — Почему? — Ну, раньше мы созванивались по телефону, и бабушка могла использовать только жалобный голос. А теперь мы можем связываться по видео, и, помимо жалобного голоса, бабушка может включить глаза кота из Шрэка, чтобы я точно не смог ей отказать в приезде, — проворчал Шастун. — Антош, — Арсений приблизился и чмокнул любимого в лоб. — Она просто очень сильно соскучилась по своему внуку. Ты ведь и правда давно не ездил к ней. — Ну да, — проныл Антон. — Поэтому заманивать меня в деревню нужно исключительно под угрозой смерти, да? — Малыш, — Арсений посмотрел глубоко в глаза Антона. — Методы бабушки, конечно, радикальны, но она очень хочет, чтобы ты приехал. Ты никогда не пожалеешь о времени, проведенном со своими бабушкой и дедушкой. Я клянусь тебе. Оно никогда не окажется потраченным впустую. Где еще ты сможешь почувствовать себя ребенком, как не у бабушки в деревне? Где тебе позволят встать в 16 часов утра и угостят на завтрак пирожками с самыми разными начинками? Где ты еще сможешь… — Ой, Арс, ну хоть ты не начинай, а? — проныл Антон. — Я же и так сказал, что приеду, что вам всем еще надо? — Знаешь, я очень любил свою бабушку, — сказал вдруг Арсений. Он смотрел куда-то вдаль, за пределы стен. — Но три года назад ее не стало. И теперь я никогда не окажусь в ее деревянном доме с резными ставнями и дровяной печкой, никогда не поем ее фирменного щавелевого пирога, никогда не накину белую выбитую накидку на подушку после сна, никогда не поглажу старого дряхлого пса Пирата, который умер через неделю после бабушки, никогда не пойду на ту речку в километре от бабушкиного дома, никогда не соберу черемухи в ближайшем лесочке. Нет, я все еще могу съездить в эту деревню и пройтись по местам своего детства. Могу, но ехать больше не к кому, остановиться не у кого, да и смысла особого нет. А твоя бабушка жива. И даже дедушка жив. И на твоем месте я бы, ни секунды не сомневаясь, купил билет. — Покупаю, — Антон демонстративно повернул ноутбук экраном к Арсу, зашел на сайт РЖД, выбрал билет на прямой поезд до Воронежа и купил. — Выезжаю через неделю. Доволен? — Да, — просиял Попов. — Я бы напросился с тобой, но вряд ли бабушка и дедушкой это поймут. — Мои бы поняли, — пожал плечами Антон. — Но как хочешь.

***

Экзамен по матану прошел гладко. Преподаватель особо не свирепствовал, хотя и спрашивал по всей строгости. Просто Антон был готов, в отличие от трети его одногруппников, которые отправились на пересдачу. Сразу по возвращении он собрал свой дежурный чемодан, изрядно потрепанный жизнью и поездками со своим хозяином в разные точки мира. Арсений отвез своего мальчика на вокзал, обнял и пожелал хорошо отдохнуть у бабушки эти две недели. Поезд тронулся, оставляя Попова на перроне.

***

Дорога от Питера до Воронежа занимает сутки. Антон устал уже в первый час этой поездки. Нет, поезд максимально комфортен, чист, оснащен кондиционером и всеми необходимыми удобствами. Но все портят, как обычно, люди. Стоит разным людям оказаться в одном и том же пространстве, как они тут же начинают знакомиться, общаться и бесконечно кушать. Антон просто хотел бы почитать электронную книжку в дороге, и чтобы его никто при этом не трогал, желательно. Но это слишком нереалистичные мечты для поездки в поезде. Не успел он опомниться, как уже обнаружил себя рассказывающим что-то о себе и своей учебе бодрому мужичку, отвечающим на вопросы «невеста-то есть?» милой бабуле и пробующим курицу по фирменному рецепту девушки с верхней полки. «Почитал книжку» называется. К ночи разговоры наконец стихли. Антон, укладываясь спать, почувствовал, что на его спине в районе левого плеча вскочила какая-то шишка, на которую неприятно ложиться. Он поворочался, устроился поудобнее и уснул, решив, что жировик, как обычно, скоро сам пропадет.

***

Оказавшись на вокзале Воронежа, помятый и нерасчесанный Антон тут же помчался на автовокзал, купил билет на автобус до нужной деревни, протрясся в этом автобусе с чемоданом еще полтора часа и наконец оказался в пункте назначения. Деревня была такой же, какой он ее помнил. Прямо при кирпичной автобусной остановке, которую здесь установили еще при Хрущеве, а потом только изредка подбеливали известкой, был магазинчик, в котором он в детстве покупал жвачку. Ностальгия пробила сердце. Антон тут же зашел в него и купил себе Dirol. Позади остановки было зеленое поле, в котором паслись коровы с большими серьгами в ушах. К Антону подбежала бродячая собака и, радостно виляя хвостом, облизала его руки. Антон достал оставшийся от поездки кусок курицы и отдал его собаке, которая с удовольствием его съела, с аппетитом похрумкивая куриной косточкой. Антон отвернулся от пасторального пейзажа в другую сторону и оглядел деревню. Все осталось прежним. Три улицы домов с разноцветными крышами; перед каждым домом высажено гигантское количество разнообразных цветов, будто соседи соревнуются между собой, чей двор будет ярче украшен цветами; футбольное поле, где в любое время дня и года дети играют в футбол; детская площадка, где висят на низких турниках мальчишки в бейсболках; величественная школа в конце деревни; ФАП, который сейчас почему-то закрыт. Все, как было несколько лет назад, когда он гостил здесь в последний раз. Из нового — мощная вышка сотовой связи на ближайшей горе, а также два пункта выдачи заказов: OZON и Wildberries. В тени от пунктов выдачи, лениво покрякивая, лежат гуси. Шастун усмехнулся себе под нос. Киберпанк, как он есть. Антон двинулся к бабушкиной улице. Собака увязалась за ним, поджимая уши и энергично виляя хвостом, но в ворота заходить не стала, услышав приветственный лай бабушкиного пса. — Ой, кто приехал, — из дверей дома, отодвинув москитную сетку на магнитах, выскочила радостная бабушка, которая тут же подбежала к внуку и крепко обняла. — Привет, ба, — улыбнулся Антон. Он только сейчас понял, как сильно соскучился. — Привет-привет, проходи, — суетилась бабушка. — О-о-о, — проворчал, выходя из дома, дедушка. — Наконец-то он приехал. Совсем забыл своих стариков. Дедушка подошел к внуку, крепко пожал его руку, скупо обнял, поднял чемодан одной рукой, презрительно фыркнув на колесики, и затащил увесистый багаж в дом. — Пойдем в дом, — ласково пригласила бабушка. — Я как раз испекла твой любимый пирог.

***

В ближайшие два часа Антон съел столько, сколько не съел за весь прошедший месяц. «Любимый пирог», любезно приготовленный бабушкой, оказался только поводом сесть за стол. Помимо пирога она налила ему его любимый суп с домашней лапшой, положила его любимый плов из баранины, пару любимых салатов, любимый пирог, любимые венские вафли. Все любимое. Вот только желудок Антона резко почувствовал себя нелюбимым гостем в этом доме. — Ба, хватит, — попросил пощады Антон. — Мне уже плохо. — Ну еще чашечку чая, твоего любимого, с бергамотом, — суетилась бабушка, заваривая чайник свежего чая. Антон что-то промычал, но смирился со своей судьбой. Когда набитый едой Антон ложился спать, он вновь почувствовал боль от вскочившей шишки на спине. Мальчику стало не по себе. Жировики у него изредка вскакивали, но обычно проходили безболезненно, не причиняя неудобств. А этот жировик болел. Антон полез в гугл, прочитал, что липома, если она крупная, может давить на ткани и нервы, вызывая боль. Это его немного успокоило. Но вот упоминание о том, что это может быть не липома, а липосаркома, неприятно кольнуло в груди.

***

Антон проснулся рано утром, когда бабушка уже суетилась на кухне. — Ба, умоляю, ничего не готовь, — Антон забежал на кухню с голым торсом, едва успев натянуть штаны. — Вчерашнего пирога хватит на завтрак, супа — на обед, а плова — на ужин. — А я ничего и не готовлю, — бабушка, как нашкодившая девочка, отодвинула подальше муку и соду, делая вид, что не собиралась месить тесто. — Угу, — усмехнулся Антон. — А мука зачем? — Да я убиралась, Антош, — махнула рукой она, пряча скалку и подсолнечное масло, под насмешливый взгляд своего разоблачителя. — Садись чай пить, раз проснулся. — Потом, — отмахнулся Антон. — Сначала хочу посмотреть, что там дед делает. Он развернулся и хотел было выйти из кухни. — Ой, а что это у тебя на спине? — удивленно воскликнула бабушка. Антон пощупал свой жировик. Он реагировал на прикосновения довольно болезненно. — Да жировик, ба, — отмахнулся он, не желая тревожить бабушку. — Ничего страшного, у меня часто такое бывает. Пойдем, покажешь мне огород.

***

— Вот, каждый день по полдня тратим на полив огорода, — пожаловалась бабушка. — То я, то дед. Жара же стоит невозможная! Антон оглядел 6 соток грядок. Что тут только не росло! Урожаем с этого огорода бабушка с дедушкой питались весь год, также умудряясь передавать всем родным овощные заготовки и домашнее вино, а также продавать овощи тем, кто не любил садово-огородные работы. И все это поливалось одним шлангом, тянущимся из колонки во дворе. Неудивительно, что на полив всего этого уходит по полдня. Антон — хороший внук, любящий бабушку и дедушку. А еще Антон у мамы инженер, поэтому он идет к деду за рулеткой, измеряет участок по забору и вдоль грядок, записывает результаты, подсчитывает и прикидывает. Потом проектирует, рисует будущую систему и объясняет ее деду. Затем идет на сайты OZON и Wildberries, раз уж их ПВЗ тут любезно открылись, и заказывает там рассчитанное количество новых шлангов, штуцеров-тройников, крутящихся брызгалок-леек, профтрубы для укрепления на них всех этих элементов, а также мощный насос. Он сделает систему полива автономной, не требующей участия человека. Бабушке придется только включать ее, а через некоторое время выключать.

***

Дедушка позвал его на рыбалку. Встав в 4:30 утра, они накопали в куче компоста червей и отправились на речку. Антон любил эту реку с детства. Она холодная, но чрезвычайно чистая, сквозь ее воду видны мельчайшие детали дна. В детстве Антон любил нырять в нее в маске и разглядывать мелких рыбок, ищущих себе пищу среди камешков на дне. У деда крутой спиннинг, который ему подарили на день рождения Антон с мамой в позапрошлом году. У Антона удочка попроще — «гостевая», как называет ее дед. Поэтому дед надувает резиновую лодку выхлопными газами машины и отправляется туда, где поглубже, чтобы порыбачить с лодки, а Антон остается на берегу. Он закидывает леску со свинцовым грузилом в воду и чувствует, что его левая рука немеет в районе плеча. Долбанная липома! Почему она так болит? Домой они едут ближе к вечеру, наловив полведра не очень больших щук. Поужинав жареными щуками, Антон лезет в смартфон, чтобы рассказать маме и Арсению о своем времяпрепровождении в деревне. Удивительно, что здесь его даже не тянет залезть в интернет и с кем-то общаться. В деревне хорошо устраивать детокс и избавляться от интернет-зависимости. Попереписывавшись с мамой и Арсением, Антон на всякий случай проверил статус своих заказов и с удивлением обнаружил, что все они уже доставлены и ожидают его в ПВЗ. Вот это скорость! Взглянув на часы, Антон понял, что осталось полчаса до закрытия обоих ПВЗ. Дед не отпустил его одного таскать тяжести и пошел вместе с ним. Неся коробки с заказами, Антон нервно напрягал левое плечо. Что-то не так, что-то явно не так. Не может липома так болеть. Антон отогнал от себя дурные мысли.

***

Наутро Шастун и его дед стали автоматизировать систему полива огорода. Дед, будучи сварщиком, пилил профтрубы болгаркой и варил из них подходящие П-образные конструкции. Антон резал шланг и его частями соединял между собой вертушки-лейки, которые, по задумке, должны будут прикрепиться к конструкциям из профтрубы и поливать огород в радиусе двух метров от себя. Эта работа отняла у них несколько дней. Зато теперь бабушка сможет просто включить насос и заниматься своими делами, а огород польется сам. Рука Антона откровенно болела и отвлекала от дела. Липома будто стала больше. Через несколько дней вечером Антон не выдержал и пожаловался бабушке на боль, все еще впечатленный чтением про липосаркому. Бабушка попросила показать ему шишку и с ужасом отметила, что она выросла с тех пор, когда она ее видела тем утром на кухне. Антон почувствовал, как на него накатывает паника. Шишка растет? Он умрет? — ФАП сейчас закрыт, Надежда Васильевна в отпуске, а ее сменщица Наталья Алексеевна в декрете, — оповестила бабушка. — Да и они не делают операций, отправляют в райцентр. — В какой такой райцентр? — не понял Антон. — В Воронеж, — пояснила бабушка. — В поликлинику. — Но у меня нет местной прописки, — похолодел Антон. — Да и без нее должны принять, — пожала плечами бабушка. Вечером, принимая душ, он сам решил посмотреть на свою липому в зеркало и с ужасом отметил, что она действительно разрослась. Он сфотографировал шишку и отправил фотографию Арсению с вопросом «что это?» Засыпал Антон тревожно. Перед сном ему наконец ответил Арсений: «по фото не уверен, но похоже на гнойник. Если так, то его надо срочно вскрыть». А наутро ему предстояла встреча с системой здравоохранения.

***

Встав рано утром, дед повез сонного Антона в Воронеж в поликлинику. Антон ехал, смотрел на бегущие пейзажи за окном и натурально молился. Да, Арсений помог ему справиться со страхом врачей. Но теперь ему предстоит встреча с системой, в которой каждый врач — ничтожный винтик, работающий строго в соответствии с правилами и протоколами. Антон почитал в интернете, что люди пишут о лечении по ОМС на форумах. «Электронная очередь, но мест нет. Ближайшая запись только через 3 недели. Хотят, чтобы мы умирали, не дождавшись приема!» — писал пользователь. «На одного пациента отводится 15 минут. Что там за 15 минут можно успеть?» — вторил другой пользователь. «Хамить начинают с порога, прямо в регистратуре. Везде очереди, ждать долго. Нигде в мире нет такого безобразия!» — сокрушался третий пользователь. Прочитав, Антон взвыл и решил сразу ползти в умиральную яму, не обращаясь к врачам. — Приехали, — объявил дед, паркуясь. — Мне сходить с тобой? — Да нет, не надо, — в полной уверенности, что его пошлют без прописки, отказался Антон. — Не думаю, что я надолго. Скорее всего, в частную придется ехать. — Ну попробуй сначала сюда, в частной тоже очередь, — возразил дед. — Давай, иди. Звони, если что. Антон угукнул и пошел в пугающее своей величественностью бело-серое здание.

***

Окон регистратуры было несколько. На одном из них было написано «диспансеризация», и рядом с ним была очередь из нескольких посетителей. Антону явно не сюда. На втором было написано «детская регистратура», рядом с ним стояли мамочки с колясками. Слава всем богам, Антону и не сюда. На третьем было написано просто «регистратура», а перед этим окошком стоял всего один человек, которого в данный момент обслуживали. Антон встал за ним в очередь. Человека оформили очень быстро. Подошла очередь Антона. — Здравствуйте, — приветливо улыбнулась девушка-регистратор. — Чем вам помочь? — Здравствуйте, — Антон припомнил сообщение на форуме «Хамить начинают с порога, прямо в регистратуре». Что ж, это явно не про эту поликлинику. — Мне нужна срочная помощь хирурга, а у меня нет местной прописки, что мне делать? — задал он вопрос участливой девушке. — А что у вас случилось? — поинтересовалась она. — Гнойник, — уверенным голосом, хоть и не был уверен, ответил Антон. — Угу, давайте документы, — протянула руку девушка. — Документы? — удивленно отозвался Антон. — Но у меня же нет местной прописки. — А это неважно, — отозвалась девушка. — У вас же есть полис ОМС? Мы вас прикрепим к нашей поликлинике, вне зависимости от того, где вы прописаны. — И меня примут сегодня, без предварительной записи? — не поверил Антон, припомнив сообщение форума «Электронная очередь, но мест нет. Ближайшая запись только через 3 недели. Хотят, чтобы мы умирали, не дождавшись приема». — Конечно, — уверила девушка. — Всех, кому необходима срочная помощь, мы оформляем дополнительным приемом. — Дополнительным? — уточнил Антон. — То есть платно? — Да почему платно-то? — не поняла девушка. — Бесплатно, по ОМС. Просто вне электронной очереди. Вас примут либо после всех, кто придет с талонами, полученными по электронной записи, либо в дополнительное время между приемами, если такое будет. Давайте документы. Антон слушал и не верил своим ушам. Его примут сегодня? Бесплатно? И никто не хочет, чтобы он умер, не дождавшись приема? Как так? Люди на форуме врали? Пока девушка оформляла Антону прикрепление, за ним заняла очередь женщина. И с каждой секундой ожидания женщина, судя по ее сопению, становилась все более недовольной. Антон был уверен, что это именно она и такие, как она, пишут на форуме: «Везде очереди, ждать долго. Нигде в мире нет такого безобразия». Девушка отдала ему его документы и талон на дополнительный прием, назвала номер кабинета хирурга, в котором ему примут. Все оформление вместе с вопросами и прикреплением заняло минут 5, но женщина за Антоном успела вскипеть за это время. Отходя от регистратуры, Антон услышал, как эта посетительница, не здороваясь, обратилась к регистраторше с вопросом «сколько можно ждать?», заданным хамским голосом. Да уж, «Хамить начинают с порога, прямо в регистратуре». Но только не работники, а посетители. Подойдя к нужному кабинету, Антон увидел несколько человек в очереди. Судя по табличке, прямо сейчас произошла пересменка, и прием начнется в 10 утра. На часах было 9:57. Люди в очереди разговаривали друг с другом, уточняя, у кого на какое время талон. В 10:00 кабинет не открылся. Очередь вскипела, обсуждая, что врачи всех хотят убить, относятся к своей работе максимально халатно и даже не начинают прием по расписанию, чтобы все пенсионеры умерли в очереди, и государству не пришлось платить им пенсии. У Антона даже заболела голова от выслушивания этих тайных планов. Хирург подошел в 10:01. К этому моменту очередь была готова его четвертовать за опоздание. — Здравствуйте, извините, — поздоровался молодой доктор, открывая кабинет. — Через минуту заходите по записи. У людей были талончики на конкретное время из расчета 15 минут на человека, тут форумы не соврали. Таким образом, за два часа работы врач должен был принять максимум 8 человек. По факту, первые 8 человек он принял за первые 8 минут работы. Люди заходили и выходили, кому-то нужно было направление на операцию, кому-то — быстрая перевязка, кому-то — осмотр и направление к другому врачу. Когда кто-то приходил с талоном на конкретное время, его без вопросов пропускали, а в остальное время был дополнительный прием. Антон хотел дождаться окончания приема, чтобы зайти после всех, но врач очень быстро обслужил всю очередь. И, судя по довольным лицам посетителей, никого не убил, всем дал то, что им было нужно. Настала очередь Антона. С опаской он прошел внутрь, передал талон и документы медсестре и стал взаимодействовать с врачом. — На что жалуетесь? — спросил молодой доктор. — На гнойник, — ответил Антон. — Показывайте, — указал на кушетку врач. Антон снял футболку и продемонстрировал плечо, не отходя от стола. — Тамара Семеновна, согласие на операцию, — попросил врач, едва увидев шишку Антона. Как в бреду, Антон подписывал выданную ему бумажку. В голове пульсировало: «Операция. Операция? Операция! А-а-а-а!» Его попросили снять обувь и пройти в операционную. В середине комнаты обнаружился большой стол со ступеньками перед ним. — Поднимайтесь по ступенькам на стол и ложитесь на живот головой сюда, — проинструктировала медсестра. На негнущихся ногах Антон исполнил распоряжение. Ятрофобия воспряла в мальчике с новой силой. На форуме же написали, что врачи хотят всех убить. А форумчане пиздеть не будут. Значит, сейчас его будут медленно убивать. Медсестра протерла его спину в районе шишки спиртом, побрызгала лидокаином, подготовила инструменты и позвала врача. — Вы побрызгали? — спросил, заходя, врач, предварительно вымыв руки. — Да, побрызгала, все готово, — заверила Тамара Семеновна. Антон лежал лицом вниз и о происходящем мог судить только по звукам. Вот щелкнули латексные перчатки, и врач что-то взял из металлического лотка. Антон чувствовал только тонкие пощипывающие манипуляции, но не понимал, что происходит. Не поднимая головы, он повернул ее влево, чтобы наблюдать за действиями врача… И увидел в его руках шприц. Антон вздрогнул от увиденного. — Все-все, мы уже обезболили, — успокоил врач, откладывая шприц. Антон, вспоминая, что он ощущал за последнюю минуту, понял, что ему сделали несколько уколов обезболивающего вокруг шишки. Что ж. Видимо, лидокаин был нужен для поверхностного обезболивания, чтобы делать основные уколы анестезии было не так больно. «Как то варенье у стоматолога», — усмехнулся он своим мыслям, вспоминая, как друг Арсения, Стас Шеминов, леча его зуб, назвал гель для поверхностного обезболивания вареньем. Тем временем врач взял скальпель и вскрыл гнойник. Антон не почувствовал ничего, кроме легкого давления. — Не больно? — участливо спросила медсестра. — Не-а, — честно ответил Антон. — Если будет больно, скажите, — попросил врач. — Мы все обезболим, чтобы никакого дискомфорта не было. — Хорошо, — промычал Антон. — Мне не больно. Он не верил происходящему. На форуме же писали, что все врачи — хамы и садисты, они хотят причинить людям побольше боли, а в идеале убить. Что пошло не так? Почему ему хотят сделать операцию как можно безболезненнее? — Сейчас попытаемся вытащить капсулу, — рассказал хирург. — Если ее не вытащить, то гнойник выскочит снова. — Угу, — отозвался Антон. — Зажим, — обратился хирург к медсестре. Антон лежал и чувствовал, как врач вытянул из него какую-то гадость. — Все, вытащили капсулу, — рассказал хирург. — Сейчас поставим дренаж, чтобы весь гной вышел. И надо будет на перевязки ходить. — Угу, — а что еще оставалось ответить Антону? Пара минут — и ему разрешили встать со стола. Антон аккуратно встал со стола, разминая затекшее тело. А медсестра, уточнив его адрес проживания и выяснив, что никакого ближайшего ФАПа или медпункта у него нет, проинструктировала насчет перевязок. Из ее инструкций Антон понял, что ему придется приезжать сюда на перевязки каждый день. Поблагодарив врача и медсестру, он вышел из кабинета. Судя по злому взгляду ближайшего к двери человека, прием Антона занял более 15 минут, а значит, время по талону этого человека сдвинулось. Антон уверен, что этот пациент по приходе домой зайдет на форум и напишет: «Электронная очередь, но мест нет. Ближайшая запись только через 3 недели. Хотят, чтобы мы умирали, не дождавшись приема!» Отмахнувшись от дурацких мыслей, Антон спустился вниз и пошел к машине. — Ну что? — спросил дед. — Вскрыли гнойник, поставили дренаж, теперь на перевязки надо ездить, — пожал плечами Антон.

***

На следующее утро дед и Антон вновь приехали в эту поликлинику. Минуя регистрацию, Антон сразу поднялся в знакомый кабинет, дождался, когда оттуда выйдет пациент, спросил насчет перевязки, его тут же приняли, перевязали за 2 минуты и отпустили домой. Та же процедура повторилась и на следующий день. И на следующий. На четвертый день перевязок медсестра, посоветовавшись с хирургом и получив его разрешение, вытащила дренаж и перевязала рану уже без дренажа. — Если вы хотите и если у вас есть такая возможность, вы можете делать перевязки дома сами, а не ездить сюда, — рассказала медсестра. — Правда? А как? — обрадованно спросил Антон. Он уже задолбался ездить сюда ради двухминутных перевязок. — Просто марлевый тампон смачиваете хлоргексидином, прикладываете и заклеиваете пластырем, ничего более. На осмотр к нам приезжайте через неделю.

***

Всю неделю бабушка делала мальчику перевязки. Гноя меньше не становилось, из-за чего бабушка очень сильно переживала. День приема совпал с днем отъезда Антона обратно в Питер. За время пребывания у бабушки с дедушкой он многое успел сделать: наладил им полив, порыбачил, сделал систему автоматического открывания форточек в теплице, заказал деду несколько дисков для болгарки и скосил траву перед домом триммером. Бабушка с дедушкой были довольны приездом внука. Немного потолстевший от бабушкиных вкусностей Антон тоже был очень доволен своим визитом. Конечно, все омрачил дурацкий гнойник, но это жизнь, такое бывает. Прощалась с внуком бабушка со слезами. План был таков, что дед отвезет его в поликлинику, а сразу оттуда — на вокзал.

***

Каждый раз заходя в поликлинику, Антон видел и слышал этих людей. Они ругались на регистраторов за слишком долгое ожидание и слишком медленную, по их мнению, работу. Ругались на врачей за то, что те не назначают исследования, которые, по их мнению, им необходимы. Ругались друг с другом в очереди, не желая тратить ни минуты своего драгоценного времени на ожидание. Заговорщически обсуждали между собой планы тайного мирового правительства по их уничтожению, отдавая основную роль в этих планах врачам. Антон понимал, что ужасы бесплатной медицины — не выдумка. Но ужасы эти создают пациенты, а не врачи и не система. Его, как обычно, без проблем перевязали и назначили следующий осмотр еще через неделю. Антон поблагодарил за помощь и рассказал, что больше не придет, потому что уезжает. Ему посоветовали в этом случае обратиться к любому врачу по месту постоянной регистрации. Антон лишь усмехнулся, прекрасно зная, к какому именно врачу он пойдет. На вокзале Антон распрощался и с дедом. Тот скупо обнял его, попросил звонить почаще и приехать на следующих каникулах. Антон ехал на поезде, уже скучая по бабушке с дедушкой, но и мечтая поскорее увидеться с мамой и с Арсением.

***

— Ну что, как ты отдохнул? — спросил Арсений, везя Антона с вокзала домой. — Ой, очень хорошо, — восторженно ответил Шастун. — Мне так нравится в деревне! — Да, я вижу, — усмехнулся Попов. — Ты поправился. Антон лишь фыркнул, не к месту вспомнив, что Арсений когда-то был физруком и с упорством, достойным лучшего применения, боролся с лишним весом у учеников. — Мне же вскрыли гнойник, — перевел тему Антон. — И сняли дренаж. А гной никак не уходит. — Гной? — испугался Арсений. — А на перевязке ничего не сказали? — Нет, — пожал плечами Антон. Арсений молча прибавил газу, желая поскорее добраться до дома. Едва войдя в квартиру, занеся чемодан и закрыв дверь, Арсений попросил Антона пройти в ванную и показать ему рану. Антон без вопросов последовал за ним. Арсений тщательно вымыл руки, попросил Антона снять футболку и аккуратно снял повязку. — А где гной? — недоуменно спросил он Антона, разглядывая рану. — Ну вон же белый по всей ране, — не понял замешательства любимого врача Антон. Арсений облегченно выдохнул. — Это не гной, Антош, это фибрин, он всегда есть в заживающих ранах, все хорошо. Арсений подготовил марлевый тампон и перевязал рану, ворча, что его пугают почем зря. Обрадованный Антон тут же позвонил бабушке и успокоил ее насчет гноя. Та облегченно вздохнула и рассказала Антону, как удобно стало поливать огород с его новой системой полива, еще раз поблагодарив. — Да на здоровье, ба, — промурлыкал Антон, а после завершения разговора втянул Арсения в долгие объятия.