После Парижа. Осколки стекла.

Сон, сон, и еще раз сон. Дамиано не нужны ни тусовки, ни шумные компании. Когда он возвращается домой, в Рим, после очередного концерта, желание у него только одно - выспаться. Побыть в тишине и покое. Наконец-то проснуться не в гостиничном номере очередного отеля, а в своей постели, в своей квартире. Единственный, кого он хочет видеть и чувствовать рядом с собой в это время - Итан. С Итаном ему хорошо и спокойно. Никакой суеты, шума, бурной ненужной активности. Итан - идеальный партнер. При том, что он классический жаворонок. Встает раньше, но не шумит, не будит, не тормошит с криками «Вставай, соня! Уже 8 утра! Пора на пробежку!», как предыдущий партнер Дамиано. Нет. Торкио уважает право другого на тот режим, который ему комфортен. Поэтому по утрам, когда он ночует у Дамиано, Итан тихо поднимается с постели, бесшумно идет в душ, стараясь не споткнуться о гладящихся о его ноги котов. И потом, по обыкновению, спокойно сидит на кухне с чашкой кофе и телефоном. В ожидании, когда Его величество Король Дамиано изволит появиться на пороге, зевая и потягиваясь. Коты накормлены, кофе готов, завтрак-тоже. Все для любимого фронтмена. Но в этот раз Итан не захотел ехать к Дамиано после аэропорта. Это было несколько странно и неприятно. Но, учитывая обстоятельства-весь этот треш в Париже с Лоренцо, это еще было меньшее из зол. Поэтому Давид, хоть и расстроился из-за отказа Торкио, но настаивать не стал. Поехал домой, и лег спать. Группа прилетела в Рим рано утром. Перелет был короткий, всего лишь час. Но из-за выматывающего парижского концерта Дамиано чувствовал себя абсолютно разбитым. Ну, и эмоции, эмоции… Сон был долгий, но неспокойный. Снился всякий бред. То какой-то непонятный клуб, где они якобы играли концерт, а потом у Томаса сломалась гитара, и все бегали в поисках новой. То Итан, почему-то в форме повара, неожиданно работающий в испанском (почему испанском?) ресторане. То коты, якобы прошмыгнувшие на улицу, потерявшиеся, и жалобно мяукающие у мусорных баков. Чушь какая-то. Коты… Коты мяукали и мяукали… Вот это сон, ну до чего реалистичный! Мяу… Мяу… Черт… Вывалившись из дремоты, Дамиано с трудом разлепляет глаза. В спальне уже полумрак, это сколько же он спал??!!! Давид посмотрел на часы в смартфоне. Десять вечера! Он проспал почти 14 часов! Коты и правда мяукали. И неудивительно. Их же никто не покормил. Натянув на себя первую же вывалившуюся из шкафа, мятую футболку, и вечные рыжие шорты, встрепанный, еще не до конца проснувшийся, фронтмен побрел в ванную. Умывшись, он почувствовал себя получше, и испытывая муки совести, покормил-таки несчастных котов. Включил кофемашину. В голове все еще был легкий туман, как бывает всегда, когда резко нарушается режим дня. Ничего, чашка крепкого кофе, сигарета - и он будет норм. Ну вот, наконец-то! Отхлебнув ароматный горячий напиток, фронтмен закурил, и с наслаждением затянувшись, откинулся на спинку барного стула. Взял со стойки, что служила столешницей, айфон, и начал листать новостную ленту. Ничего интересного. Всё то же, всё те же… И тут Давид обратил внимание на одиноко висевший в углу экрана значок о входящем сообщении в WhatsApp. От кого, интересно? Этот личный номер знали всего несколько человек. Итан, Томас, Вик, Лео, родители, брат, и пара самых близких друзей. О, сообщение пришло от Итана. Это хороший знак! Дамиано оживился. Итан редко писал и звонил ему первым. Предпочитал, что бы инициатива исходила от Дамиано. Значит, если пишет сейчас - возможно, простил его окончательно, и хочет увидиться? Ткнув на сообщение, Дамиано поднес чашку ко рту… И зря. В следующую же секунду чашка со звоном приземлилась на пол. Брызги кофе и осколки стекла разлетелись по всей кухне. А несчастные напуганные коты бросились в разные стороны, от шума и громкого потока мата из уст фронтмена. Если Итан рассчитывал именно на такую реакцию, он был бы доволен. Ибо при первом же взгляде на присланные фото, фронтмена накрыла такая взрывная волна ярости, что сложно было представить. Неудивительно! С экрана айфона на него задумчиво смотрел любимый Итан, прижавшись щекой к щеке растрепанного Ангуса Спайка. Голого Ангуса Спайка. Ангуса, мало того, что голого, но еще связанного, видимо, в пылу любовных игр. Следующие фото были еще горячее. Ангус на полу, в коленно-локтевой позе, на заднице и спине - ярко красные следы от плетки. Которая валяется рядом. Ангус с завязанными глазами, крупным планом, с возбужденным видом. И ртом, открытым явно не для того, чтобы продемонстрировать снимающему свои отличные ровные зубы и даже (черт, ссука, черт!!!) свои гланды. Подпись под фото была еще красноречивее: «Приятных снов, дорогой! С благодарностью за Париж!». *** Дамиано Это был жестокий удар. Мой мир в одну секунду разлетелся на гребанные, сука, части. Итан, мать твою, Итан!!! Что ты натворил???!!! Боль, ярость, снова боль. Дыхание перехватило, я не мог вздохнуть. Паническая атака накрыла, как в детстве. Проклятый айфон валялся рядом, и пока я пытался сделать судорожный вдох, на меня с экрана смотрел ты. Твое прекрасное, блять, самое прекрасное на свете, самое любимое лицо. Рядом с этим… Итан ИТАН Итан… Наконец, я сумел вдохнуть, спазмы слегка разжали горло. Спокойно… Спокойно… Я начал считать в уме до десяти. Один… Два… Три… Четыре… Спокойно, Давид. Вдох-выдох. Не нужно делать выводы. Возможно, это фотомонтаж. Да, блять, конечно! Какой нахер, фотомонтаж!!!! Отправлено с номера Итана. И про Париж знает только Итан. Блять, сууука, блять!!!!! Я сжал голову руками. Хотелось раздавить её совсем, чтобы выкинуть из памяти то, что я видел. Нет, нет, нет!!! Только не Итан. Итан не мог так поступить со мной. Только не Итан. Только не он. Я слишком хорошо его знаю. Знаю? Или думал, что знаю???? Снова боль, сомнения, мучительный поиск ответов. Почему он сделал это? Давно он трахается с Ангусом? Может, у них это длится уже долгое время, а я не в курсе? Нет. Не верю. НЕ ВЕРЮ!!! Итан не смог бы обманывать. Итан всегда говорит правду. Даже если это ему невыгодно. Это я привык хитрить, лавировать, умалчивать. Итан другой. И уж точно, он не смог бы долго молчать о связи с Ангусом. Тогда, получается, это было один раз? Это месть за Лоренцо? Даже если это месть за Лоренцо, как забыть то, что я видел? Как принять, что мой парень трахался с этим ублюдком? А вдруг… А вдруг ему это понравилось? Ангус дерьмо, но трахается он ох.енно. Кому знать, как не мне. Черт. Бл.. Бл.. Бл… Я схватил телефон. Начал набирать номер Итана. И сбросил. А что я ему могу сказать? Что я могу ему сейчас сказать? Что предъявить? На одного его Ангуса, он легко перечислит мне десяток моих «Лоренцо». И это еще тех, о ком он знает… Осознание убивает. Просто размазывает мозг. И я не знаю, что делать. Я в первый раз, в этой гребанной, сука, жизни, не знаю, что мне делать. Это конец? Разрыв? Я не смогу спать с ним, не вспоминая каждый раз эти фото. Но… А как же он все это время… Как же Итан?? Он что, испытывал тоже самое? При виде всех моих партнеров? Нет. Нет. Итан слишком спокойный. Уравновешенный. Неэмоциональный. Не мог он испытывать то же, что я сейчас. Всю эту боль, этот шок, эту ревность. Не мог??? А откуда я знаю, ЧТО испытывал Итан? Меня это, бл.ть, хоть когда-то волновало? Молчит, не предъявляет претензий, ну и ладно. Вот дерьмо, дерьмо, дерьмоооо… Что это? Звонок в домофон? Смотрю на часы. Первый час ночи. В такое время? Нажимаю кнопку домофона, и слышу… Я слышу голос Итана. Спокойный, как и всегда. «Привет, это я. Откроешь?» *** Итан Я захожу в знакомую квартиру. Быстро, что бы вездесущие коты не выскочили на улицу, закрываю за собой дверь. И поворачиваюсь лицом к Дами. Что же. Я вижу, что он получил мое сообщение. Ох… Когда я обдумывал свой план мести, я так предвкушал этот момент! Я так хотел видеть его лицо именно таким - растерянным, убитым, злым и опустошенным одновременно. Но сейчас… Когда я в реальности вижу твое несчастное лицо, мое сердце сжимается… Я не могу смотреть на твою боль. Я не могу видеть тебя таким. НЕ МОГУ видеть ТАКОЕ твое лицо! Самое любимое, красивое, дорогое мне лицо того, кого я люблю. Люблю, несмотря ни на что. Но я должен довести свой план до конца. Только так мы можем сохранить наши отношения, нашу любовь. Только так есть надежда, что ты поймешь меня. И что ты изменишься. Поэтому я спокойно прохожу на кухню и говорю: - Прости, что так поздно. Решил заехать и узнать, получил ли ты сюрприз от меня? Твое лицо еще сильнее перекашивается от боли и гнева. - И это все, что ты хочешь сказать? Это все??!!! - Я могу сказать, что мне очень жаль. Прости. Этого достаточно? Ярость сверкает в твоих темных глазах, скулы напрягаются, красивый рот кривится в злобной усмешке: - Ты серьезно? Нет, ты сейчас серьезно?!! Ты трахаешься с этим уродом Ангусом, скидываешь мне ваши милые, ссука, фоточки, с вашими горячими играми! А теперь приходишь, весь такой спокойный, белый и пушистый, говоришь «прости», и считаешь вопрос исчерпанным? Торкио, ты нормальный вообще??!!! Твои кулаки сжимаются, губы белеют от гнева, но мне не страшно. Я знаю, что ты и пальцем меня не тронешь. Но позлиться тебе полезно, дорогой. - А почему нет? Да, я пришел извиниться. Это был просто секс, Дамиано. Просто секс. Мне захотелось его трахнуть, вот я его и трахнул. Врать я не умею. Поэтому сказал прямо, и извинился. Все, вопрос закрыт? Теперь может, нальешь мне кофе, и обсудим другие темы? Вот это взгляд! Я даже начинаю немного веселиться, наблюдая за твоей реакцией. - Ты больной, Ит? У тебя температура, может быть? Поэтому крыша поехала??? Какое бл.ть, "извини"? Какое «просто секс»? Трахнуться с Ангусом - это что тебе, как чашку кофе выпить? Похоже, точка кипения уже близко. Да и я внезапно устал от этой игры. Похоже, все бесполезно. Ты так и не увидел параллели. Я встаю со стула. Откидываю назад лезущие в лицо волосы. Подхожу ближе к тебе. Так близко, что наши тела соприкасаются, и я чувствую твое учащенное дыхание. - Хватит, Дами. Я делаю и говорю сейчас ровно то, что ты делаешь и говоришь мне уже давно и с завидной регулярностью. Я даже слова и отмазки те же самые использовал. Надеялся, ты поймешь наконец, что к чему. Но ошибся. Думаю, это конец. Смотрю в твои растерянные глаза. - Нас уже не спасти, Дами. Все бесполезно. Давай закончим. Больно. Боль в твоих глазах рвет мне душу в клочья. Но кто-то должен сделать этот шаг. Потому что продолжать так больше уже невозможно. Я легко касаюсь губами твоей щеки. Чувствую запах твоей кожи, твоих волос. Такой любимый. Такой родной… Поворачиваюсь, и иду к дверям. Шаг. Еще один, я выйду, и уже никогда не вернусь. Ох. Я же забыл сказать кое-что важное. Мне наплевать на это, но для твоего будущего это много значит. Твоя репутация важнее моей. - Про видео с телефона Спайка можешь уже не беспокоится. Его больше нет. Также удалено из облака и почты. Теперь никто не сможет усомниться в твоей гетеросексуальности. Надеюсь, ты рад. Отворачиваюсь, и выхожу за дверь. Тихо прикрываю ее за собой. Выхожу на улицу. Вдыхаю холодный ночной воздух. Вот и всё. Наша история закончилась. Как прошла эта ночь… Я не помню. Помню только, сначала долго бродил по ночному Риму, потом вернулся к себе, а дальше… Я очнулся от мыслей в 5 утра, и обнаружил, что за окном моей квартиры уже рассветает. Телефон молчал. Ни сообщения, ни звонка. Что ж. Это говорит лучше всех слов. На 11 утра у нас было назначено интервью, но я просто не мог сегодня быть там, где был ТЫ. Я физически НЕ МОГ находится с тобой рядом. Поэтому впервые за все время, я позвонил Лео и Вик, и сказал, что приболел, и денёк хочу побыть дома. Опустил жалюзи, отключил домофон, отключил звук на смартфоне. Наушники, диван, музыка, одиночество. Вот то, что спасало всегда. Но спасет ли это сейчас? Сколько времени прошло, не знаю. Музыка звучала в наушниках, минуты бежали. Боль не отпустила, но стала не такой острой. Как вдруг сквозь наушники я услышал какой-то непонятный звук. Похожий на крик. Странно. Может показалось? Нет. Снова этот звук. Неохотно снимаю наушники. И слышу дикий крик. Точнее, вопль. Который несется с улицы. Даже сквозь закрытые окна. - ТОРКИО! ТОРКИО!!! ДА ОТВЕТЬ ТЫ, НАКОНЕЦ! – голос Виктории ни с кем не спутать. Смотрю на часы. Полдень. Странно. Они же все должны быть на интервью. Подхожу к окну, поднимаю жалюзи. И впадаю в ступор. Под моим окном стоит Виктория, и орет во всю глотку «Торкиооо! Итан!!!!» Чудесное зрелище. Но это что! Кроме Вик, там же толпятся Томас, Лео, наша съемочная группа, и черт знает сколько фанатов и журналистов. И … Дамиано. Мой Дами. При взгляде на него мое сердце падает и перестает биться. Господи! Я схожу с ума? Я сплю? Он стоит под моим окном, невероятно, ошеломительно красивый. Настоящий. Без макияжа, без укладки, он прекраснее в тысячи и миллионы раз. На нем классический черный костюм, белая рубашка. И галстук. Боже! Галстук на Дамиано! Это же из ряда вон! Он терпеть не может галстуки. Заставить его надеть эту «удавку» может только что-то чрезвычайное. Что же происходит???!! Я высовываюсь в окно. Это видит вся эта толпа ненормальных внизу, и начинается адский ор и свист. Но мне наплевать. Я вижу только одного. Дами. Он смотрит на меня, я-на него. Секунда. И он орет такое, что у меня натурально, едет крыша: - Торкио! Выходи за меня! Он с ума сошел? Или у меня глюки? Это что вообще такое?? - Торкио, мать твою! Выходи за меня, говорю! Ты оглох там, что ли? Я сейчас себе горло сорву. Сам за меня петь будешь. Торкио! Да ответь ты, тормоз несчастный! Выйдешь за меня, или нет!? И тут меня накрывает. Волной счастья, безумной радости, облегчения, и … смеха! Так я давно не смеялся!!! Ну, Дамиано, ты, как всегда, не можешь без шоу! Что ж, подыграем! Джульетта, так Джульетта. Я высовываюсь сильнее, и ору в ответ: - Я не услышал главное, Давид. Ты тихо материшься. Я не слышу, но вижу по движению твоих губ. Но все-же сдаешься и кричишь: - Я люблю тебя, Торкио! Люблю тебя! Все, доволен? - Доволен! - как могу, кокетливо, ору я. - Ну так что? Выйдешь за меня?!? Выдерживаю театральную паузу. Толпа внизу замирает. И наступает тишина. Что ж. Все должно быть красиво. Фотографии получатся отличные. Мы артисты, или нет? Я демонстративно взмахиваю волосами, слышу вздох толпы, опускаю глаза, и улыбаюсь тебе. И только тебе. - Я согласен…