После Парижа. Осколки стекла.

Итан Такси петляло по узким улочкам старого цыганского района Рима. Современное дорожное покрытие уступило место брусчатке и булыжнику. Вид старинных, потрепанных веками, домов, создавал гнетущее впечатление. Нависая над тесными улицами, они закрывали дневной свет, сжимали пространство, давили сверху облупленными, с отлетевшей штукатуркой, стенами. Будь у меня клаустрофобия, она бы точно обострилась. Улицы все сужались. Теперь, периодически, приходилось уступать дорогу встречным автомобилям. Дома становились все ниже, все потрепанней. Люди на улицах-тоже. Дешевая одежда, явно из секонда, напряженные лица, подозрительные взгляды. Итальянский сменился на гортанный цыганский говор. Наконец, такси остановилось у очередного облезлого старинного трехэтажного дома. Выглядело оно немного получше, чем соседние. Хотя бы за счет слабой попытки ремонта фасада. Уже и на том спасибо. Да... Ангус выбрал интересное место для встречи. Расплатившись с таксистом, я выхожу из авто. Останавливаюсь напротив единственной двери. Ни номера, ни других опознавательных знаков. Ну, допустим… Набираю Ангуса. - Я на месте. Ты точно этот адрес указал, я ничего не перепутал (называю адрес)? Место так себе... Всё верно? Ну, хорошо... Внезапно дверь открывается. - Заходи- Голос Ангуса звучит из глубины квартиры. Захожу, дверь захлопывается. И меня накрывает неприятное ощущение, что я оказался в ловушке. Щурюсь, стараясь рассмотреть обстановку вокруг. Это не сразу удается. После яркого дневного света глаза долго привыкают к полумраку. Часто-часто моргаю, и наконец, зрение восстанавливается. С любопытством оглядываюсь по сторонам. И замираю в изумлении. Я очутился в другой стране. В другом пространстве. Из современного, стремительного, суетливого Рима, я за одну минуту, перенесся в медлительный, завораживающий, загадочный Восток. Мягкие пушистые ковры покрывают пол. Окна занавешены бархатными портьерами. На стенах-шелковые расписные шпалеры с сюжетами из каких-то неизвестных мне, восточных сказаний. Мебели практически нет, только несколько атласных, расшитых золотом подушек лежат на полу. Тихое журчание воды из фонтанчика в углу успокаивает и расслабляет. Аромат незнакомых, но удивительно приятных, благовоний, ласкает обоняние. Вдыхаю глубже. Негромкие, меланхоличные восточные напевы слышатся из навороченной стереосистемы. Она, да огромный монитор телевизора на одной из стен - вот и всё, что напоминает о современном мире снаружи. - Одну минуту, я сейчас. Проходи, располагайся пока, - голос Ангуса едва слышен из-за прикрытой двери соседней комнаты. Интересно, что же там? Идти в обуви по роскоши, раскинутой на полу, было бы преступлением. Я скидываю свои щегольские черные ботинки (обожаю хорошую стильную обувь), и на секунду замедляюсь. В носках я выгляжу глупо, да и мягкий пушистый ковер так и манит прикоснуться к нему обнаженной кожей. Снимаю и носки. Ступаю на ковер. Ооох! Тактильные ощущения непередаваемые. Что же это за качество, кто создал такую мягкую, обнимающую, ласкающую сейчас мои голые ступни, эйфорию? Наслаждаясь каждым шагом, подхожу к разбросанным подушкам. Ни стульев, ни кресел... Ну, что ж. Опускаюсь на подушки, и оказывается, что сидеть на них почти так же удобно, как на привычной мебели. Слышу звук отворяющейся двери, шум приглушенных коврами шагов. На пороге возникает Ангус. Ох. Второй шок за несколько минут моего пребывания здесь. Ангус ли это? Мой взгляд цепенеет, дыхание останавливается. Жадно рассматриваю каждую деталь, каждый элемент его нереального образа. Где тот лощеный, наглый, современный парень, холеный сноб из делового района Лондона? Он исчез, как будто его и не было. Передо мной сейчас-прекрасный восточный юноша из старинных сказок. Низко сидящие на стройных мускулистых бедрах, шелковые, цвета драгоценного малахита, шаровары, божественны. Широкие, но при этом они только подчеркивают при движении длинные красивые ноги. Обнаженный изящный торс не спрятан под современными тряпками. Я могу без помех любоваться им, сколько хочу. И да, я любуюсь. Без малейших угрызений совести. Высокую гибкую шею и тонкие бледные запястья обвивают экзотические бусы и золотые цепочки. Подвески на них раскачиваются, и чуть слышно мелодично звенят, когда Ангус плавно опускается на подушки, напротив меня. Изумительный мейк делает это надменное, с резкими аристократическими чертами, лицо еще прекраснее. Подведенные черными стрелками удлиненные глаза, узкие, хищные, завораживающие. Тени изумрудных оттенков, нанесенные на низко опущенные сейчас, веки, придают лицу загадочный и притягивающий вид. Чувственный тонкий рот, накрашенный то ли блеском для губ, то ли каким-то нежным увлажняющим косметическим маслом, заставляет судорожно вздохнуть. Ох, уж эти розовые, чуть припухшие, как после бурной ночи, слегка приоткрытые, губы... Черт, черт, черт... Вся моя решимость, с которой я ехал на эту встречу, тает, как первый снег... И я понимаю, что безумно его хочу. Немыслимым усилием воли сдерживаюсь, чтобы внезапным плавным движением не соскользнуть с подушек на ковер, не прижаться всем своим телом к этому гибкому, прекрасному, полуобнаженному фантому. О, Боже! Как хочется властно касаться губами этих припухших, красивых губ, жадно проникая языком в его рот, соблазняя и дразня. Хочется обвить его руками, ногами, и упасть на мягкие подушки, увлекая его за собой. Гладить и ласкать его обнаженную грудь, ловить губами эти нежно звенящие бусы и цепочки. И наконец запустить руки под шелк шаровар, и узнать, что никакого нижнего белья там нет. О, Господи... От одних только мыслей и картинок, возникших в голове, у меня почти встал. Нет, только не это!!! Сегодня я здесь с другой целью, и забывать об этом нельзя. Постаравшись незаметно выдохнуть, я вроде бы сумел не выдать свое возбуждение. И немного успокоился. Пока не услышал следующих слов, сказанных мягко и напевно: - Тебе нравится? Я хорошо подготовился для тебя, мой сеньор Торкио? Сделал все, как ты и приказал. Это было легко. После позапрошлой ночи я все еще был растянут тобой. Пришлось постараться совсем немного, чтобы сегодня ты мог войти в меня без малейших усилий. Легко, как кинжал входит в ножны. Если хочешь, можешь проверить. Только прикажи. Нет, ну это уже за гранью. Спокойно, спокойно, Торкио… Главное, не визуализировать то, что он сейчас говорит… Главное, не представлять в уме, как это всё… Ну вот. Бл…ть!!!!! Спасибо жизни, что научила меня при любых обстоятельствах держать «покер фейс». Это ценное умение выручало не раз. Вот и сейчас, когда я уже почти ничего не соображал, а секунду назад, вообще, чуть не кончил только от одних его слов, я знал, что на лице у меня сохраняется непроницаемо-спокойное выражение. Еще бы как-то замаскировать жёсткий стояк… - А где то, что я велел тебе привезти? Я не вижу, - мой голос холодный и недовольный. Ох, надеюсь я не переигрываю. Уж слишком это театрально. Но нет, судя по запылавшему румянцу на щеках Спайка, и его слегка помутневшему взгляду, ему понравился мой ответ. - Всё здесь, мой сеньор. Он поднимается (боже, эта шелковая ткань так обтягивает его задницу, что хочется взвыть от желания!!!), идет в соседнее помещение (так что же там, все-таки находится??!!) и возвращается уже с небольшой черной коробкой. Лаконичный дизайн, изящная упаковка. Ангус подает ее мне. Я недовольно кривлю губы. - Не так. Мне учить тебя, как нужно вести себя со своим сеньором? Спайк сразу понимает, что я хочу. Молча опускается на колени, склоняет голову, подает мне коробку. Открываю. О да! Всё то, что и нужно. Правда, Ангус пока не догадывается - ДЛЯ ЧЕГО. Ничего. Скоро узнаешь, ДОРОГОЙ. Да начнутся ролевые игры! *** Ангус Я стоял на коленях, в приятном предвкушении, зная, что Торкио уже на взводе. Оттопыривавшаяся ткань его джинсов в области ширинки, говорила сама за себя. Мой малыш! Моя новая красивая игрушка, пока ты мне не наскучила, я хочу наиграться с тобой вдоволь. Да и ты явно заинтересован. Взгляды, учащенное дыхание- не замаскируешь. Посмотрим, куда сегодня заведут нас твои фантазии. Ты открываешь коробку. Да, набор там интересный… Хотя для меня-ничего нового, тебя он заводит. Будоражит воображение. Давай, мальчик. Покажи себя. Какой ты скромник на самом деле. - Вытяни руки. Сильнее… Сильнее, я сказал! - говоришь ты. Ох, какой тон… Да ты прирожденный доминант! Я послушно протягиваю руки. Прохладный шелк приятно скользит по запястьям. Обхватывает раз, другой. Черные шелковые ленты теперь плотно стягивают запястья. Вроде бы, не сильно… - Ох! - невольно вскрикиваю, когда ты резко дергаешь за края, усиливая затяжку. Туго завязываешь концы ленты. Вот теперь плотно, даже болезненно. Но мне нравится. - Придвинься ближе! Плотная черная повязка ложится мне на глаза. - - Наклони голову. Завязываешь, проверяешь, держится или соскальзывает. Не беспокойся, все честно. Повязка сидит плотно. Я действительно ничего не вижу. Только слышу дыхание - твое и моё. Оба-учащенные. Я замираю. Сейчас я стою у твоих ног. На коленях. Со связанными руками. С повязкой на глазах. Зрелище то еще. По правилам, я жду от тебя действий или приказов. Но ты неожиданно нарушаешь неспешный ход игры. Я слышу шорох ткани, и чувствую, что ты наклоняешься ближе. Горько-прохладный аромат твоего парфюма, легкое касание твоих длинных шелковистых волос, тепло твоего тела-все это будоражит мои чувства, обострившиеся от того, что зрение больше не помощник мне. Твои руки касаются моей поясницы. О да… Такой инициативы я не ждал. Это не по сценарию, но как приятно! Пальцы пробираются под шелковую ткань шаровар. Скользят ниже. Твое тело плотно прижимается к моему. И я чувствую, сквозь ткань, давление твоего твердого, тяжелого члена. Ох… Возбуждение накрывает волной. Мой стояк становится сильнее. Хочу тебя, как угодно, уже наплевать на детали!!! Твои руки стаскивают с меня шаровары. Сдергивают до колен. Переступаю коленями, утонувшими в мягком персидском ковре, помогая тебе окончательно их снять. И вот я уже абсолютно обнажен. А ты все еще полностью одет. И это еще сильнее подчеркивает твою доминирующую роль. Твое превосходство. Мое подчинение. О, как мне нравится. Надеюсь, тебе тоже. Вдруг чувствую твое движение. Сначала отстраняешься, затем приближаешься снова. Неожиданно на мои щиколотки ложатся твои руки. И шелковые ленты теперь связывают не только руки, но и ноги. Ощущаю легкий толчок в спину. Падаю вперед со связанными руками, локти тонут в пушистом ворсе ковра. Коленно-локтевая поза? Как скажешь, мой господин. Я готов. Представляю, как развратно это выглядит со стороны. Я на коленях. Черная повязка закрывает глаза. Руки и ноги связаны, делая меня абсолютно беззащитным. Обнаженный зад торчит кверху. Напряженно торчащий член подрагивает, умоляя о прикосновениях. Все тело, вся поза-покорная, унизительная-просят лишь об одном-возьми меня, возьми меня, возьми меня! От предвкушения возбуждение усиливается. Теперь осталось всего ничего. Последний штрих. Последний предмет из «Коробки с сюрпризами». И, судя по шороху открываемой коробки, ждать осталось недолго. *** Итан Секунду помедлив, я достаю из коробки тонкую кожаную плетку. Ну что ж. Вот и финал. Но он будет для тебя неожиданным… Прости, Ангус. У меня не было другого выхода. Вздохнув, я размахиваюсь, и со всей силы прохожусь плеткой по его обнаженной спине и заднице. - Бл…!!! - его вопль явно не игровой. А очень даже настоящий и естественный. - Торкио, что ты бля… творишь!!! - Прости, но это вынужденная мера, - говорю я с сожалением. – Ангус, где твой телефон? - Что??!! Какого хрена? Зачем тебе… А! Вот в чем дело!!!! Ангус соображает быстрее, чем я думал. - Так это все из-за вашего горячего видео?? Ну ты и сволочь, Торкио!!! Не люблю, когда меня обзывают. А еще больше не люблю, когда не отвечают на вежливо заданные вопросы. Плетка снова приземляется, новый вопль. - Я ж объяснил - это бесполезно, Торкио. Я скинул все в облако. И на электронку. Телефон не спасет. - С почтой я разберусь, и с облаком тоже, - я улыбаюсь. Мой школьный приятель-отличный компьютерщик. С ним я уже договорился. Осталось решить вопрос с Ангусом. Точнее,с его телефоном. И еще, мне нужно несколько горячих фото. Уже для другого моего дела. Я достаю из кармана джинсов свой айфон. Делаю пару снимков Ангуса. Потом перевожу на режим селфи, и наклоняюсь к нему, прижимаюсь щекой к щеке. Фото, еще фото. Выбираю получателя, и нажимаю «Отправить». Теперь у Давида будет бессонная ночь. Пусть подумает, где я, и что происходит. Бумеранг, любимый. Я не забыл про Лоренцо.