new-bie, old-problems

      – первый день в колледже, хах? – улыбается однобоко надоеда-бомгю, выглядящий будто мечта какой-нибудь андерграундной тусовки с этими длиннющими волосами и безразмерной одеждой, больше похожей на потрёпанные мешки у дедушки на ферме.       пахнут, в принципе, вещи так же, как и дедушкина ферма. рюджин недовольно морщит нос, сжимая лямки рюкзака, отворачивается от друга. вообще-то учёба в колледже казалась ей, любительнице поп-культуры с подростковыми сериалами по вечерам субботы, чуть ли не манной небесной.       а сейчас рюджин шин неуверенно мнётся у дверей споканского общественного колледжа и думает о том, что хочет поскорее смыться отсюда.       – джисон провалился по дороге, что ли?       бомгю смеётся, засовывая руки в задние карманы потёртых джинсов, волочащихся за беспокойно ёрзающим парнем по земле.       – он мне вчера звонил ночью в слезах, говорил, цитирую: «блядское тебе спасибо, бро, за то, что сказал посмотреть «в лес, где мерцают светлячки», – чхве усмехается, жмурится, торопливо отворачиваясь от слепящего солнца.       рюджин вздыхает и качает головой. мальчишки… они просто неисправимы.       – я могу вас не ждать и просто пойти на класс по математике, всё равно вы туда не идёте сегодня.       – а как же пожелать друг другу удачи на ближайший учебный год? это традиция!       блондинка одаривает друга многозначительным взглядом, ясно дающим понять, где эти традиции вертелись и с какой скоростью. бомгю машет чёлкой и отворачивается.       – увидимся, гю. джисону привет.       – ага.       вообще-то рюджин не так сильно горела идеей оставаться в этом захолустном городке ещё минимум два года. амбиции прут из всех щелей. пёрли бы ещё больше, если бы университеты калифорнии не отклоняли заявки на поступление, аргументировав это по-идиотски простым «простите, есть ребята с более высокими баллами за экзамены, но спасибки, что хотя бы попытались, lol».       не буквально, конечно. но смысл был именно в этом.       два года, думает рюджин, нужно просто отучиться два года и переехать в калифорнию, доучиться там и идти в академию. планы такие же космические, будто шин собиралась становиться вторым джорджем вашингтоном.       плюхнувшись за парту, блондинка сползает немного вниз по стулу и выпрямляет ноги, достаёт из потрёпанного рюкзака тетрадь с канцелярскими принадлежностями. хочется осмотреться и впитать в себя ещё больше духа реального студенчества, но шин сразу же эту идею отметает: не хочет ещё больше падать в бездну разочарования красивыми картинками из сериалов, мол, давайте, детки, быть студентом здорово, вас ждут тусовки каждый день!       на деле вас будут каждый день ожидать потрёпанные стены и куча-куча-куча учёбы. разочарование.       – у тебя ручка упала, – слышит рядом с собой звонкий девчачий голос рюджин и поднимает голову, теряясь во внимательном взгляде раскосых глаз. – чего смотришь, поднимай.       – спасибо, – бормочет стремительно краснеющая блондинка и наклоняется, подцепляет пальцами ручку, несколько секунд думает о том, что не пользуется подобными в принципе.       незнакомка заправляет длинные тёмные пряди назад и бесцеремонно садится за соседнюю парту, поджимает тонкие мягкие губы, наверняка покрытые каким-нибудь ароматизированным блеском. рюджин пялится на неё откровеннейше, лишь думает о том, что до этого не видела настолько красивых девушек рядом с собой.       – меня рюджин зовут, – булькает блондинка, потирая указательным рядом с глазом, на свою парту смотрит. – рюджин шин.       – йеджи хван. приятно познакомиться, – представившаяся йеджи уже-не-незнакомка поворачивает голову и – сердце шин начинает кульбиты выделывать – улыбается.       чертовски милая. рюджин готова повысить ставки до «возможно, она моя будущая жена», если они будут сидеть так же рядом и заговорят о чём-то более глубоком, чем бессмысленные поверхностные разговоры о погоде за окном.       блондинка замечает значки на чужом рюкзаке и напряжённо думает о том, как связать прыгающие, почти неуловимые сознанием слова во что-то связное и, что важнее, адекватное. йеджи ловит чужой взгляд и какое-то неописуемо отрешённое лицо соседки, изящно бровь выгибает, теперь теряющуюся за очередной раз выбившейся и падающей на лицо прядью.       – что-то не так? – темноволосая склоняет голову, вытянув губы уточкой. рюджин в эту секунду переживает очередной экзистенциальный кризис.       – просто неожиданно, что ты фанатка квинов. – как только ощущения складываются в слова, а слова – в предложения, изрекает по-глупому шин. – типа… внешне ты кажешься такой же любительницей поп-культуры.       – как ты сама? – иронично отзывается хван, наверняка заинтересованная данной темой для разговора. – что-то вроде леди гаги и селены гомес?       – ну… я люблю колдплей? – голос срывается на вопросительную интонацию.       йеджи бархатно смеётся и отворачивается от рюджин, качает головой с мягкой улыбкой, как только в аудиторию преподавательница заходит.       – ты забавная, рюджин, – слышит блондинка тихое рядом с собой и сжимает до треска ручку в руке, стремительно краснея опять.

***

      они договариваются встретиться в шесть на привычном месте, и рюджин, если честно, приходы ловит от первого дня, всё ещё находится мысленно рядом с одетой в серое худи лисицей с раскосыми глазами, пахнущей цитрусами и холодом. шин прожигает взглядом дыру в стене и думает о том, что эта йеджи действительно самая красивая девушка среди всех, на кого ей удалось ловануть эстетический краш, а этот список за всю печальную шестилетнюю карьеру неудачницы-лесбиянки был, ну, действительно… обширным.       блондинка вздыхает, отталкиваясь ногой от земли, ловит поднимающийся мягкий ветер кончиками широко расставленных пальцев. она привычно опаздывает и даже не думает ехать до парка быстрее – подумаешь, бомгю поворчит и не поделится баночкой доктора пеппера, а ёнджун заставит откатать по рампе вместе с ним, чтобы рюджин поддалась в очередной раз, не испытывая желания соревноваться с этим позером.       и как только чэрён его терпит, он же идиот.       мыслями шин возвращается к йеджи и теряет связь со вселенной, практически врезается в фонарный столб. интересно, что она любит – кроме саркастичных замечаний и прослушивания песен квин. ей бы подошло смотреть «теорию большого взрыва» и считать шелдона купера иконой взаимодействия с людьми разумными... ну, или не очень. рюджин честно относит себя ко второй категории и думает о том, что надо бы прекратить возвращаться к соседке раздумьями.       – рю! ты когда-нибудь перестанешь опаздывать? – замечает подъезжающую к ним подругу джисон и поднимает руку.       щёлкнув по тейлу потёртым кроссовком, рюджин ловит доску и бровь выгибает, пытается высмотреть глаза паренька из-за падающих высветленных кудрей.       – я скорее перестану катать в принципе.       – зануда. – ёнджун выкидывает сигарету под ноги и тушит носком замызганного хопера.       – иди нахуй, пожалуйста.       рюджин с наслаждением хватается за баночку газировки и отгибает язычок. сидя на деке со скрещенными по-турецки ногами, она наблюдает за тем, как солнце потихоньку скрывается за горизонтом, смеётся, когда ёнджун, в очередной раз выпендрившись «идеальным» кик-флипом, падает с доски и грязно ругается. сидящий рядом бомгю достаёт из рюкзака вторую баночку – рюджин кажется, что это уже не док – и чокается ей о чужую.       – ты сегодня вообще не здесь, – комментирует чхве, поджав пыльные коленки к груди, отпивает вытащенный рутбир.       – а? наверное… – рюджин дёргается, проливает на толстовку газировку. чертыхнувшись, пытается тщетно сладкие капли с ткани стереть.       – что-то успело произойти?       – да не. я просто на математике с девушкой познакомилась. она милая.       бомгю участливо «акает» и хитро улыбается.       – пригласи её в кино или спроси, катает ли она, можно будет романтично ёбнуться с рампы.       – да я не уверена, – понизив голос и истерично помотав головой из стороны в сторону в поиске лишних ушей, рюджин наклоняется к другу. – что она ну… типа в теме.       – тогда понаблюдай за ней. если не выгорит, хотя бы подружитесь.       блондинка хмурится, отпивая из баночки.       – я всё равно перееду после этих двух лет. не знаю, я хочу, чтобы выгорело, но это же не будет долго.       – как там французы говорят? се ля ви? отношения и не должны быть вечными, живи здесь и сейчас: позови красотку на свидание, пофлиртуй с ней так, будто с тобой снимают вторую часть «правил съёма», и просто… наслаждайся. – бомгю улыбается мягко и вытягивает руку с баночкой. – за наслаждение жизнью!       рюджин стукается своей баночкой о чужую и вздыхает.

***

      осень позволяет себе распускаться в спокане охровыми и тициановыми листьями, и рюджин меняет потёртые кеды на более-менее сносные ботинки и начинает слушать на повторе самые унылые песни колдплей, сидя на подоконнике в своей комнате с чашкой горячего шоколада, будто героиня третьесортного ромкома.       юна влетает в её спальню, будто ураган катрина, поправляет практически распустившийся на затылке пучок и улыбается широко-широко, демонстрируя выпирающие резцы. старшая шин дёргается и опускает стеклянную чашку, садится ровно.       – давай посмотрим «мамма миа»? – юна плюхается на чужую мягкую кровать, задрав ноги и прислонив их об украшенную плакатами стену, заезжает пяткой солисту фолл аут бой по распечатанному лицу.       – крольчонок, мы смотрели его на прошлой неделе, – отзывается рюджин устало, трёт глаза и чертыхается, забыв про комочки туши на ресницах. – могу предложить только «бурлеск».       – тогда ставлю «дьявол носит прада» со своей стороны. – смотрит на сестру младшая своими глазами-блюдцами.       – уговорила. давай тогда приготовлю попкорн.       – не надо. я уже сделала. пришла тебя пригласить на наш киносеанс.       – это так мило, крольчонок, – складывает губы в слабой улыбке рюджин и спрыгивает с подоконника, практически заплетается ногами о клетчатый плед.       юна щедро сдобрила попкорн кленовым сиропом, понимает рюджин, ухватив ладонью липкую ароматную горсть. сама же младшая шин садится на пол у дивана, вытянув ноги, щёлкает кнопками на пульте.       – ты какая-то совсем замученная, рюджин, – юна хмурится где-то к середине фильма, отвлекается от разглядывания любимой миранды пристли.       – да? наверное…       – что-то случилось?       рюджин закусывает губу, не зная, как сказать сестре то, что хочется. старшая шин всегда говорила юне, чтобы та была честной с ней и приходила за советами, если мир кажется чересчур большим и страшным для того, чтобы справляться с ним в одиночку. а теперь сама не знает, как признаться ей в том, что и самой жить в этом мире до усрачки страшно, когда рядом на классах по математике и этике сидит приезжающая в колледж на стареньком шевроле под квин йеджи – с которой хочется обниматься под сопливые фильмы и думать о неловких свиданиях где-нибудь в торговом центре.       – помнишь, я рассказывала тебе о девушке, с которой на классах по математике познакомилась?       юна хмурится, задумчиво рассматривая узор чужих пушистых носочков.       – йеджи, кажется?       – да.       – ты на неё запала?       рюджин давится воздухом.       – откуда…       – в последний раз ты так много о ком-то говорила только в первом классе старшей школы. сара, кажется? и то ты зассала пойти с ней на свидание, а потом она начала мутить с квотербеком на стероидах.       – юна! – шипит старшая шин, запуская подушкой в голову сестры.       – а что юна? я тоже что-то понимаю в этих ваших серьёзных делах.       – я подумываю о том, чтобы ограничить тебе просмотр романтических фильмов, пока не повзрослеешь, – бормочет рюджин, потирая шею. – ладно, да. я запала на йеджи и не знаю, что делать.       – а она что-то делает?       рюджин задумывается. вообще-то они редко переговаривались, ну, типа, словами через рот, только кидали друг другу долгие задумчивые взгляды – оценивающие, скорее, надо быть честной – в надежде на то, что вторая их не замечает. рюджин всё ещё считает йеджи очень красивой и вообще ловит краш с её крутости.       типа, серьёзно, приезжать в колледж на насыщенно-красном шевроле, откуда мощными битами раздаётся «another one bites the dust», ещё более круто, чем ёнджун, который, думая, что поразит чэрён тем, какой он классный парень, делает один и тот же заученный трюк и падает раз через три.       – ну, она иногда говорит со мной.       – попробуй подкинуть ей перед классами записку и пригласи выпить чай или кофе, не знаю.       – звучит как план. спасибо, юна.       юна широко улыбается и тянется, похлопывая сестру по коленке.

***

      – на кой хрен я сдалась на этой вечеринке? – стонет рюджин, делая самое несчастное лицо, на которое способна. кое-как отлепившись от подушки, она вымученно приподнимает голову и наблюдает за подругой.       чэрён, стоя перед зеркалом с чересчур ароматизированным блеском для губ в руках, разворачивается, вздохнув.       – ёнджун наверняка уйдёт развлекаться с пацанами, а мне одной скучно.       – но я всё ещё далека от такого.       – камон, рюджин, ты была далека от такого со старшего звена, – ли мажет губы, бормоча так, что рюджин волей-неволей хочет попросить её вытащить фаллические предметы изо рта, но подруга, получавшая ушаты дерьма в средней и старшей школе за свои проблемы, наверняка обидится. – давай, может с кем-нибудь познакомишься.       – не хочу! – блондинка, вернувшись к лисице мыслями, краснеет и снова прячет лицо в подушке.       – идиотка. – беззлобно отзывается чэрён, стирая попавший на кожу блеск.       классическое понимание поп-культуры в голове рюджин, всё-таки оказавшейся на вечеринке, в очередной раз делает кувырок и приземляется на задницу – прямо как распластавшийся перед ней вдрызг угашенный паренёк в школьном бомбере. шин морщится и уже было готовится под шумок улизнуть, чтобы оказаться дома под пледом с «parachutes» в наушниках, но чэрён, подталкивая подругу в спину, рушит все планы.       рюджин обречённо вздыхает и, переступив через спортсмена, змейкой добирается до стоящих перед напитками джисона с ёнджуном. чхве, тут же закинувший руку на плечо чэрён с видом победителя, показательно накрывает губы темноволосой.       придурок. блондинка сдерживает рвотные позывы, когда отворачивается от них, и сразу же натыкается на протянутый джисоном пластиковый стаканчик.       – что это? – стараясь перекричать музыку, интересуется рюджин у друга.       хан, отпивая из своего стаканчика, снова требовательно тычет вторым в сторону девушки и пожимает плечами.       – не ссы, колу налил. бомгю скинул смс-ку, что подкатит через пять минут. погнали.       – куда? – пищит беспомощным котёнком шин, когда джисон кидает стаканчик под стол и тянет её за руку, утаскивая за собой в новый раунд игры «сдохни, но проберись через пьянь».       джисон не отвечает и хватает за шкирку ёнджуна, уже прилипшего к какому-то старшекурснику. рюджин чудом не проливает на себя колу и чертыхается.       у двери рюджин практически нос к носу сталкивается с той, о ком хотела бы думать чуть-чуть меньше, чем «постоянно», и чувствует, как её ноги становятся похожими на подпрыгивающее желе. джисон, вздохнув, лишь машет рукой и вытаскивает чхве на улицу.       йеджи замирает тоже и, оглядев снова залившуюся краской – когда же это, блин, прекратится? – шин с ног до головы, наконец-то останавливает раскосые глаза на помидоре с вытянутыми уточкой губами и усмехается.       – вот блин, вечеринка не такая классная, раз ты уже уходишь, – вместо приветствия смеётся хван, забивая гвозди в гроб с остатками рюджиновой гетеросексуальности, и пожимает плечами, когда её подталкивают в спину, призывая сместить от прохода зад.       – я... эм... ну...       брюнетка улыбается и заправляет прядь за ухо. обернувшись, она кидает девушке простое:       – увидимся.       рюджин вытаскивает из дома оказавшаяся позади чэрён и обречённо вздыхает, когда мыслительные процессы блондинки наконец-то выкатываются из экрана смерти.       – такими темпами ты хрен замутишь с кем-то, – комментирует ли, когда они доходят до стоящих в компании подоспевшего бомгю парней.       шин краснеет снова.       – я... ну... эм...       – где-то я это уже слышала... не напомнишь? – хихикнув, чэрён примирительно поднимает ладонь в ответ на совсем несчастный взгляд подруги. – остынь, глотни из стаканчика и рассла-а-абься, окей?       – а... – рюджин, позабыв о стаканчике в побелевшей от напряжения руке, беспомощно смотрит то на него, то на свою одежду, думая, что со своим везением наверняка могла пролить газировку.       фух. она опозорилась не так сильно, как могла бы. отпив из стаканчика, рюджин давится, когда на плечо прилетает чья-то рука.       – вассап, дамы? – смеётся бомгю, когда шин начинает закашливаться и махать ладонью в сторону лица. – джис, ты что-то подмешал нашей хикке, что ей хуёво стало?       – да гонишь тоже, – отзывается джисон, вертя светлой головой похлеще китайского болванчика. – местный мосби столкнулся с щербатски.       – это было отвратительно. – добавляет чэрён.       – что может быть хуже, чем «я люблю тебя» в первое же свидание?       – нечленораз...       – завалите ебальники, а? – булькает рюджин, наконец-то вспомнившая, как разговаривать словами через рот. – ну да, сморозила хрень, но кто-то, – повернувшись к чэрён, шин тычет в неё пальцем. – со своим ненаглядным вообще полгода заговорить не мог.       – ты стрелки-то не метай, – встревает ёнджун, притянув ли к себе за талию.       – ти сьтрельки-та ни митай, – шин передразнивает друга, показывая ему язык. – ну в задницу, я точно домой.       – ну не-е-е! – прилетает со всех сторон. рюджин хочется только под землю провалиться.       вечеринка оказывается ещё хуже, чем шин могла себе представить: ёнджун, потёршись о чэрён пару быстрых песен, что-то шепчет ей на ухо, и эта парочка скрывается в неизвестном направлении, джисон с бомгю обсуждают какие-то новинки аниме и на подругу не обращают внимания. предоставленная сама себе блондинка, спрятавшись в углу терассы на заднем дворе – где, слава всему, тихо и относительно безмятежно – и натянув на лицо капюшон от худи, уже думает скинуть смс матери, но по всем законам дерьмовых ромкомов чувствует прилившую кровь к лицу.       поднимая голову, рюджин, прежде не заметившая развалившуюся на траве с повидавшей динозавров гитарой компанию, беззастенчиво таращится и прислушивается к знакомому тексту. наконец-то поняв, что играют её любимую песню фолл аут бой, девушка думает подняться со стула и подойти, как её к этому самому стулу припечатывает осознание.       повернувшаяся к ней лицом поющая девушка оказывается лисицей, и рюджин совсем тянет на лицо капюшон за эглеты.       типа... типа?       рюджин кажется, что она откинулась здесь же, на этой дерьмовой вечеринке на полуразвалившемся стуле, и попала в рай на аудиенцию к боженьке. только вместо боженьки ангел сидит, раскосыми глазами в глубины души забирается и выискивает, вынюхивает, вытаскивает всё без остатка.       голос у йеджи приятный. звонкий, медово-сладкий и манящий, с лёгким налётом хрипотцы, когда она, подражая манере вокалиста, куплеты ниже пропевает. блондинка, всё-таки набравшаяся смелости, расслабляет шнурки и слегка стягивает с лица капюшон, стараясь не так откровенно пялиться на ту, что окончательно поселилась в сердце.

***

      наконец выводя мягким мелким почерком, похожим на пузатые бочонки, «ты милая. не хочешь после классов выпить кофе?» на разлинованной пожелтевшей бумажке, рюджин откидывается на стуле и озирается, перекидывает аккуратно сложенный клочок на соседнюю парту и спешит принять незаинтересованный вид, утыкается взглядом в телефон.       сердце стучит адски, будто блондинка совершила что-то противозаконное и сейчас попадётся на месте преступления с кучей прямых улик. сердце совсем с катушек слетает, когда в аудиторию заходит йеджи и идёт с привычной улыбкой к своему месту. рюджин – по обыкновению всех классов рядом с лисицей – краснеет.       – привет! – темноволосая отодвигает стул и, кинув короткий взгляд на бумагу посреди парты, занимает место рядом.       – при... – повернув голову к хван, рюджин запинается и поджимает губы. та, уже развернув бумажку в ладони, с всё более и более расползающейся по лицу улыбкой вчитывается в буквы, что сейчас кажутся шин самыми идиотскими на свете, и поворачивается к совсем обомлевшей девушке. – привет. понравилась вечеринка?       десять из десяти. рюджин хочет хлопнуть себя по лбу за такое неумелое отвлечение внимания. йеджи, вероятно, подумав о том же, усмехается и прячет записку под пеналом. пожав плечами, она откидывается на стуле.       – вечеринка как вечеринка. жаль, что я там тебя больше не видела.       рюджин, уже хотевшая открыть рот, чтобы сделать комплимент чудесному вокалу, так его и закрывает, посчитав, что позора с неё на сегодня достаточно. на лице появляется улыбка, скорее похожая на гримасу.       – да... мне тоже.       класс проходит как обычно: спрятанный где-то в распущенных волосах йеджи, в её сосредоточенном выведении в тетради уравнений, в которых рюджин ни черта не смыслит, в ответных коротких взглядах, после которых хочется только спрятаться где-то под кустом рядом с колледжем с криками умирающей банши. в конце занятия йеджи поднимается со своего места первой и протягивает знакомую бумажку тут же зардевшейся – дерьмо. это, правда, когда-нибудь прекратится? – шин.       – что это? – рюджин слишком умело прикидывается дурочкой и не спешит принимать записку, снова чувствуя, как сердцебиение учащается из-за страха.       йеджи чересчур невинно улыбается и пожимает плечами.       – узнаешь. – так и не дождавшись от блондинки действий, она мягко проходится по чужой ладони ледяными пальцами, вкладывает записку. рюджин от касания вздрагивает и сминает бумажку в руке. йеджи закидывает рюкзак на плечо и усмехается. – увидимся.       – ага... – как только брюнетка выходит из аудитории, рюджин раскрывает клочок и давится так и не вышедшими криками.       записку с выведенным хван размашистым, чуть угловатым почерком «очаровашка. буду ждать тебя в четыре у главного входа <3» рюджин решает оставить своим внукам... если они у неё когда-нибудь будут, конечно.

***

      до конца классов рюджин успевает пережить пять или шесть кризисов – хорошо хоть, что сегодня этики не было, а так бы она точно сошла с ума от ожидания, – и даже пожаловаться чэрён на собственную тупость в кафетерии. к несчастью для блондинки, лисица с подносом плюхается за пару столиков от них и поворачивается, кидая хитрую улыбку в сторону пустившей носом свою газировку рюджин. чэрён поджимает губы и старательно глаза отводит, сдерживаясь, чтобы откровенно не смеяться в голос с крашнувшейся во всех смыслах подруги.       рюджин, наверное, впервые в собственной жизни решает проявить чудеса и появляется у входа в корпус за пять минут до сви… свидания? краснея от этой мысли, блондинка опускает голову и принимается нервно теребить лямку рюкзака. мимо проходят спешащие домой студенты, гомонят и хохочут так раздражающе, что девушке, и без того паникующей, хочется спрятаться.       желательно дома. и пофиг, что она договаривалась с йеджи.       лисица появляется в дверях через десять минут и озирается в поисках блондинки. шин хочется вжать голову в плечи и слиться с асфальтом под ногами, когда йеджи её всё-таки замечает и быстро спускается ровно до середины лестницы, виновато, кажется, улыбается.       – извини, меня препод задержал. – йеджи, переминаясь с ноги на ногу, старается смотреть прямо на рюджин, но, как той кажется, тоже смущается. – давно стоишь?       – н-нет, – приходится врать рюджин, чтобы не показаться ещё большей идиоткой в глазах лисицы. – я… я вроде бы пригласила тебя на кофе, но, честно, не знаю, где поблизости есть кофейни.       хван, впечатлённая целым предложением, вышедшим изо рта соседки без сотни запинок на одном же слове, давит свою лисью улыбку и хватает девушку под локоть. у рюджин начинается очередной экзистенциальный кризис в этот момент.       – пошли.       они идут неспешно в тишине, кажущейся не такой болтливой, на самом деле, рюджин до ужаса неловкой и давящей. йеджи, казалось бы, находится и не здесь – она рассматривает зачарованно подёрнутые осенью деревья. только ощутимая тяжесть чужой ладони на собственной руке напоминает рюджин, с кем она идёт сейчас.       – ну… – рюджин прочищает горло, борясь со смущением. – почему ты согласилась пойти со мной?       вопрос забавит йеджи, повернувшую голову в сторону закусывающей нижнюю губу и будто бы готовой расплакаться шин.       – потому что ты очаровательна. я хочу узнать тебя получше, рюджин, – говорит вполне логичные вещи хван и улыбается так тепло, словно стараясь подбодрить.       рюджин, смутившись, опускает голову, рассматривает то, как скрываются пожелтевшие листья под ботинками.       – мн-не тоже. в смысле… хочется узнать тебя, а не себя, себя-то я знаю. наверное. – приходится торопливо бормотать блондинка, а потом поджимает губы, как только слышит мелодичный смех. – я… извини, наверное, я говорю глупости.       йеджи останавливается у двери кирпичного неприметного здания, поворачиваясь к рюджин всем корпусом, и мягко, стараясь не спугнуть и без того паникующую девушку, заправляет мешающуюся прядь за ухо. рюджин, чувствуя, как в руках поднимается дрожь, лишь широко распахивает глаза и смотрит на лисицу до ужаса влюблённо. йеджи расплывается в довольной улыбке, демонстрируя крохотную ямочку на щеке, в которую рюджин хочется тыкнуть пальцем как минимум, как максимум – накрыть губами.       – ничего не глупости, – йеджи придвигается, заставляя рюджин инстинктивно чуть отшатнуться назад, и опускает взгляд. рюджин не понимает, куда она смотрит, опускает голову сама, пытаясь себя оглядеть. хван снова посмеивается. – ты и правда очаровашка, рюджин.       – ты… ты тоже. очень. – шин потирает шею, с усилием взглянув прямо в искрящиеся раскосые глаза. йеджи выглядит завороженной целых пять секунд перед тем, как прикрыть глаза и усмехнуться.       – как смотришь на то, чтобы посидеть внутри? я… кхм… – кончики ушей темноволосой, как кажется рюджин, алеют, а сама она непривычно мнётся. – хочу посидеть в тишине и поболтать.       рюджин «угукает», а потом задирает голову, рассматривает аккуратно-чернильные буквы на бежевой вывеске. йеджи устремляет взгляд на блондинку и улыбается, прячет ладони в карманах лёгкой куртки.       – заходи. – просит йеджи, кивком указывая на дверь.       – а… – рюджин сталкивается взглядом с темноволосой, а потом разворачивается, тянет дверь на себя, неловко свободной рукой указывая, что путь свободен. – дамы вперёд.       – ты тоже дама, – замечает йеджи, проходя в отделанную в тёмное дерево кофейню, поворачивает голову в поисках семенящей за ней рюджин. взгляд шин расфокусирован, но когда она поднимает глаза на неловко вставшую перед стойкой йеджи, зачёсывает пятернёй мешающиеся короткие пряди назад и улыбается, демонстрируя кошачьи ямочки на щеках.       – я об этом не подумала. эм… что ты будешь?       йеджи алеет и отворачивается, рассматривая висящее позади стойки меню с напитками, пока рюджин завороженно тупит глаза на значках на её рюкзаке. хочется спросить, что лисица любит, но у рюджин рядом с ней мозг связь с окружающим миром теряет и возвращать чего-то не думает, а язык… да уж, этого друга рюджин вообще вырвать хочет, чтобы перестал заплетаться.       хван коротко поворачивает голову в сторону блондинки, поджав мягкие губы, и рюджин снова думает о том, насколько она красива, снова чувствует, как ей становится до чёртиков жарко от внимательного взгляда раскосых глаз. йеджи давит мягкую улыбку.       – я определилась. а ты?       – да… – понимает рюджин, что так ничего и не выбрала, и поспешно тупит глаза на меню.       со скучающим видом сидевшая где-то под стойкой девушка поднимается и принимает заказ. рюджин, упрямо сунув купюру быстрее йеджи, говорит той, что пригласила её сама и поэтому должна платить. йеджи в ответ на это лишь слабо кивает и мнётся снова, хватая шин за руку, утягивает за собой в дальний тёмный угол, где играющая в кофейне музыка до них практически не достаёт.       рюджин до чёртиков нравится ощущение чужой мягкой ладони в своей. растянуть момент не получается, и йеджи, вздохнув, садится за столик, побуждая блондинку сесть напротив себя и неловко скинуть рюкзак куда-то под ножку аккуратного кресла.       – я… эм… – рюджин хочется накинуть на голову капюшон от худи и спрятаться, когда она натыкается своими глазами на раскосые, с интересом её рассматривающие. йеджи мягко улыбается и наклоняет голову вбок. шин прочищает горло. – извини, что я говорю чушь. ты мне… – рюджин запинается, когда понимает, что именно хотело вылететь из её рта, и беспомощно буравит взглядом вырез хвановой толстовки, поджав губы. – очень интересна.       – ты мне тоже, рюджин. спасибо, – отвлекается йеджи на пришедшую с напитками бариста и улыбается ей вслед, а потом переводит взгляд на блондинку и – той кажется в этот момент, что она сейчас прямо с креслом и провалится куда-то, – несмело касается чужой напряжённой ладони, накрывая своей.       девушки не в теме так много не касаются, думает рюджин, с изумлением смотрящая то в лицо наверняка такой же смущённой хван, то на её ладонь, накрывающую собственную. у рюджин голова кругом идёт.       – так что… – прерывает повисшее неловкое молчание рюджин, вспомнившая, как складывать звуки во что-то связное. – что ты любишь, кроме квин?       йеджи отпивает свой приторно-сладкий раф и задумывается, опуская взгляд на точку позади рюджиновой руки.       – многое. музыку разную люблю, петь люблю, читаю книжонки, а ещё, – хван озирается и наклоняется, нависая над столиком с хитрой улыбкой. – надеюсь, никто об этом не узнает, но на самом деле я плачу в подушку из-за романтических фильмов.       – о… – только и удаётся сказать рюджин. – так ты всё-таки любительница поп-культуры.       – тебе показалось. – подмигнув нервно сглотнувшей шин, йеджи садится ровно, но руку с чужой даже убрать и не думает. – что нравится тебе? ну, кроме пряток на дерьмовых вечеринках, полагаю.       рюджин в ту же секунду багровеет и отворачивается, застигнутая врасплох. йеджи мягко посмеивается, поглаживая ладонь той большим пальцем.       – я… мне и прятки не нравятся, – бормочет рюджин, поворачивая голову обратно, тупит взгляд на своей остывающей потихоньку чашке с горячим шоколадом. – но ты… ты очень классно поёшь. правда.       щёки брюнетки краснеют. она, пожевав губу, усмехается.       – спасибо… так что?       – что? а… – рюджин хочет хлопнуть себя по лбу. – я не знаю… типа… я с детства смотрю с младшей сестрой «друзей» или другие культовые для меня штучки, слушаю унылую музыку и катаю с друзьями на скейте после классов.       – впечатляет. – улыбается йеджи, от чего у шин в груди предательски теплеет. – меня кузен когда-то давно учил стоять на доске, но дело так и не сложилось.       – я могу тебя научить, – выпаливает рюджин. – в смысле… ну, не то чтобы классно, но…       – я согласна, рюджин. – йеджи отпивает из своей чашки и, скользнув ещё раз ладонью по чужой, нехотя убирает руку. – что тебе ещё нравится?       ты, хочет сказать рюджин, уже чувствующая себя неуютно без касаний хван, но лишь пожимает плечами.       – не знаю… сложно сейчас вспомнить… я рядом с такими красивыми девушками думать не умею.       йеджи краснеет и отводит взгляд. рюджин, понявшая, что сейчас ляпнула, закашливается и нервно хватается за чашку, отпивая добрую половину.       – ты тоже очень красивая, рюджин. – слышит краем уха блондинка от смущённой хван и закашливается снова.

***

      зачем смотреть прогноз погоды, правда? удел слабаков. рюджин к слабакам себя относила честно – особенно рядом с йеджи, для которой хотелось сделаться ковровой дорожкой на каком-нибудь «оскаре», не меньше.       чэрён с ёнджуном уже уехали по своим голубковым делам, бомгю и джисон, как и всегда, прогуляли классы в скейтпарке – и рюджин уже не знает, получат ли они с таким наплевательским отношением к учёбе хотя бы допуск до зимних экзаменов, что и про диплом говорить.       а рюджин… рюджин, выходя из корпуса, видит и чувствует на себе отрикошетившие тяжёлые капли, спускающиеся с сизых облаков с грохотом, думает о том, что, если бы она была героиней ситкома вроде «друзей», она бы определённо нравилась зрителям за свою поразительную невезучесть.       – дерьмо, дерьмо, дерьмо! – шипит шин и прислоняется спиной к прохладной кирпичной стене, хмуро задирая голову к небу. жалость к себе и своей наверняка отсыревшей заднице поднимается в девушке волной, скапливаясь в уголках глаз непрошеными слезами.       громко шмыгнув носом, рюджин угрюмо накидывает на голову толстовку и быстро стирает влагу с щёк.       – эй, рюджин? – на плечо опускается чужая рука. блондинка поворачивает голову и тонет во взгляде раскосых глаз, чувствуя, как нижняя губа предательски танцует чарльстон в соло. йеджи, хмурясь, осматривает девушку и со вздохом накрывает их кислотно-розовым зонтом. – пошли. простудишься ещё.       – спасибо… – бормочет шин, опуская голову. вместе с жалостью поднимается стыд, окрашивает щёки в алый. с трудом отлепившись от стены, рюджин семенит за хван на парковку. – погоди! ты… ты хочешь меня подвезти?       йеджи молча достаёт ключи из кармана и щёлкает тут же замигавшему фарами шевроле, со смешком открывает пассажирскую дверь готовой провалиться под землю блондинке.       – конечно. дамы вперёд. – возвращает ироничным мурлыканием чужую реплику йеджи и ждёт, пока рюджин не заберётся на подрагивающих ногах в салон.       рюджин негнущимися пальцами хватается за ремень безопасности и тянет, чертыхается, когда удавка не поддаётся. приземлившаяся на водительское йеджи сбрасывает рюкзак назад и окидывает блондинку взглядом, в котором искорки веселья плещутся только так.       – помочь?       – нет, спасибо. справлюсь, – рюджин снова старается перетянуть ремень через грудь и шипит под нос ругательства, когда йеджи с коротким смешком притягивается и мягко накрывает чужие ладони, оттягивает ремень от обомлевшей девушки и осторожно тянет на себя, вставляя до щелчка в гнездо. шин багровеет, зажевав губу. – спасибо…       – без проблем. с ремнём нужно осторожно и нежно, как с девушкой. – хихикнув, йеджи без видимых усилий пристёгивается сама и заводит авто, пока блондинка со стыдом думает, что ни с автомобилями, ни с девушками тем паче у неё, мягко говоря, не складывается. – скажешь хоть, куда тебя подвезти? а то могу забыться и поехать домой.       бам. от неприкрытого флирта у рюджин лицо в огромный мигающий красным знак вопроса скручивается, а сама девушка забывает, как складывать звуки во что-то членораздельное. кое-как булькнув адрес, шин опускает голову и рассматривает заусенцы на подрагивающих пальцах. йеджи улыбается.       – повезло. я живу в конце улицы, – будто бы невзначай информирует хван со своей невозможной лисьей ухмылкой и, повертев головой, выезжает с парковки. немного подождав и будто бы что-то обдумав, она поворачивает голову к умолкшей рюджин. – то-то же я тебя не видела приезжавшей в колледж на авто.       – я… я умею ездить! – принимается оправдываться рюджин, вперившая взгляд в расслабленную до чёртиков брюнетку. – просто… ну… я говорила с родителями, и мы решили, что деньги лучше отложить на кое-что другое.       – что? – вскидывает бровь йеджи, кинувшая короткий взгляд на пассажирское, и, покраснев, отворачивается к дороге. – извини… наверное, это личное, а я тут расспрашиваю.       – вовсе нет, – вздохнув, шин потирает пальцами щёку. – я думаю переехать в калифорнию после обязательных двух курсов. доучусь там… а потом хочу пойти в полицейскую академию.       лицо йеджи кажется застывшим для рюджин, бесстыдно рассматривающей брюнетку с очередной порцией внутреннего скулежа, смешанного с влюблёнными писками. моргнув пару раз, хван заправляет нависшие на лицо пряди за уши и возвращает руки на руль с улыбкой.       – ого… я не думала, что ты мне можешь нравиться ещё больше, рюджин.       нравиться… стоп, что?       – я? – покрасневшая, рюджин поворачивает голову то к хван, то на заднее сиденье, то для пущей убедительности высматривает снующих под зонтами людей в окне.       йеджи смеётся, повернув голову к шин.       – ты, рюджин.       – это, типа, романтически? – глупо уточняет рюджин, играясь с лямкой от рюкзака, старательно на брюнетку не смотрит.       – ага. тебя смущает такое? – беззаботно интересуется хван, припарковавшись у дома рюджин.       рюджин поднимает глаза на йеджи, сталкивается с ней взглядом. на ум – и, что страшнее, на язык – просятся вещи, от которых хочется стыдливо вжать голову в плечи… или спрятать в песок, будто страусу.       вздохнув, шин мотает головой.       – нет, я… мне тоже нравятся девушки. – бормочет рюджин, пытаясь отстегнуться, смотрит рассеянно на улыбающуюся хван. – и ты тоже. очень.       йеджи тянется, заставляя блондинку вжаться в сидение и отвернуть голову, мягко скользит рукой по панели и открывает бардачок, вытаскивая оттуда блокнот с ручкой. раскрыв блокнот на первом попавшемся развороте и быстро что-то начеркав своим угловатым почерком, хван отрывает страницу и протягивает её рюджин.       – я знаю, рюджин. увидимся.       рюджин забирает не глядя бумажку, с бешено стучащим сердцем думая о том, что хочет сделать настоящую глупость, и всё же девушка тянется, неловко тычась губами в чужую прохладную щёку.       – увидимся! – пищит шин и вылетает из машины, не замечая, как брюнетка с неловкой улыбкой касается призрачного ощущения губ на своей коже.       дождь только усиливается. рюджин, вымокнув до нитки, добегает до дома и оборачивается перед дверью, провожая уезжающую хван долгим задумчивым взглядом. ниоткуда взявшаяся смелость пугает её по-настоящему, учитывая то, что она дважды за последние пять минут прошляпилась перед лисицей.       вспомнив о бумажке в своих руках, рюджин разворачивает её. расплывающийся, прыгающий перед глазами текст оказывается адресом электронной почты с «я бы хотела списываться, очаровашка. хoxo» внизу. шин глупо улыбается записке и, встрепенувшись, всё-таки заходит домой.

***

      – кто ты и куда дела нашу рю? – стукаясь кулаком о кулак блондинки, интересуется ёнджун и стряхивает пепел с сигареты.       блондинка, нервно облизав пересушенные губы, щёлкает по тейлу и хватает доску.       – всего-то пригнала на полчаса раньше, а ты уже драмы развёл. дашь?       ёнджун вскидывает брови, чуть не выронив сигарету изо рта.       – ты же не куришь, бро.       – иди нахуй, бро. у джиса стрельну. – рюджин, чуть не запнувшись о собственные ноги, умалчивает о том, что пиздец как нервничает перед свиданием с йеджи.       и о самом свидании тоже благоразумно умалчивает. кто знает, какие котята перемалываются в голове у этого придурка.       – вассап, рю? – усмехается бомгю, натягивая бинни чуть ли не до носа, и наблюдает за тем, как джисон убрался на почти что идеальном бэксайде.       рюджин судорожно выдыхает, пряча руки в карманах толстовки, и садится на деку рядом с другом. она сказала о свидании только юне, тут же подскочившей на кровати с визгами, уже пожалела об этом триста раз и не хочет жалеть в триста первый. пораскинув пока не отбитыми мозгами, блондинка накидывает на голову капюшон и хмуро оглядывает соскочившего в бассейн ёнджуна.       – пиздец. я пригласила йеджи сюда научить катать. мне страшно, гю.       бомгю с ухмылочкой пихает девушку в плечо и выуживает из рюкзака баночки баркса. джисон, нашедший в себе силы подкатить к друзьям, слабо хлопает ладонью о рюджинову и, морщась, плюхается рядом. рюджин нехотя принимает баночку из рук чхве и не спешит открывать.       – надеюсь, ты не сказала об этом ёнджуну, он бы начал тебе затирать наш кодекс.       – не сказала о чём? – встревает хан, кидая недоуменные взгляды из-под чёлки на друзей.       рюджин закатывает глаза, пихая бомгю в надежде на то, что он съедет задницей в бассейн, где его придавит колёсами снова убравшийся ёнджун.       – помнишь нашу щербатски? мосби пригласил её покатать сегодня.       – бро-о-о-о-о-о-о! – джисон хлопает подругу по спине так сильно, что у неё аж звёзды из глаз сыплются. – надо будет выгнать ёнджуна, пока он вам ничего не испортил.       рюджин нервно хихикает, сжимая газировку в руках.       – этот ушлёпок первым делом пригласил рён к нам, когда они начали мутить. пусть не выёбывается.       мысли о лисице разрастаются с новой силой, и рюджин, стараясь забыться, легко отталкивается, соскакивает в бассейн, чувствует, как ветер теряется между её растопыренных пальцев. они начали разговаривать и перед классом по этике, и шин проявляла чудеса завязывания морских узлов из собственного языка, как и обычно, но теперь, когда она знала о том, что тоже симпатична, старалась идти на контакт.       не так, как обычно, – с боязнью ляпнуть что-то не то. а, типа… типа? ладно, она спросила, нормально ли йеджи добралась до дома в ливень, и мысленно понадеялась на то, что лисица её не пристыдит за подобие поцелуя. сейчас рюджин думает о мягкости чужой щеки и чуть не падает на бетон, старается равновесие удержать. ёнджун рядом хмыкает и, нахмурившись, высматривает подъезжающий к парковке красный шевроле.       – я стесняюсь спросить, какого хуя?       рюджин, заметившая авто и вальяжно вылезающую из него йеджи в клетчатой куртке, чувствует, как связь с реальностью теряет, снова чуть не падает. кое-как соскочив с доски, девушка выкидывает её из бассейна и, разбежавшись, выныривает оттуда сама.       – не стесняйся, спрашивай. – великодушно предлагает гю, усмехнувшись, и зыркает на друга.       – ёнджун, можешь хотя бы на один вечер прикрыть свою хлеборезку и ничего мне не портить? пожалуйста. – рюджин кидает предостерегающий взгляд на ёнджуна и ловит испепеляющий в ответ.       – я выгоню тебя с нашего места, бро.       вздохнув, шин взмахивает рукой и щёлкает по тейлу, кое-как хватает доску.       – ханжа ебаный.       рюджин, запыхавшись, слушает, как гремят баночки в виляющем из стороны в сторону рюкзаке, ногой отталкивается сильнее, старается поскорее навстречу брюнетке подъехать. йеджи идёт по дорожке, почти не глядя вперёд, только под ноги. у рюджин от этого зрелища улыбка сама по себе появляется.       – привет?.. – рюджин, чуть не врезавшись в хван, спрыгивает с доски и оказывается в коконе мягких рук. ноги снова становятся похожими на подрагивающее желе, когда йеджи прижимает её к себе и смеётся мягко. – извини, я… немного не рассчитала скорость.       – тогда бы я сказала, что ты сногсшибательна. – замечает йеджи, отстраняясь, и с интересом оглядывает блондинку. – не замёрзла?       рюджин, хотевшая было кинуть неловкий подкат, поджимает губы и качает головой, чувствуя, как щёки по команде наливаются цветом.       – н-нет… – встрепенувшись, блондинка добегает до доски и, схватив её, на заплетающихся ногах возвращается к йеджи. – ну… пойдём? познакомлю тебя со своими придурками.       йеджи бархатно смеётся, хватая рюджин под локоть, и кивает со своей восхитительной улыбкой – заставляя рюджин хотеть по-глупому, до зуда накрыть её губами. от смущающих мыслей шин легонько мотает головой из стороны в сторону и снова надеется провалиться сквозь землю.       йеджи нравится даже скептически настроенному ёнджуну, всё-таки решившему уехать на другой конец спота. рюджин с мысленной усмешкой думает о том, что чхве наверняка позвонит чэрён и пожалуется ей на то, какая шин ослица, и получит осуждение ещё и от собственной девушки. бомгю с джисоном, переглянувшись по-хитрому, говорят, что присоединятся к другу.       рюджин хочет прикопать несвятую троицу прямо на месте.       – ну… наверное, трюкам я тебя учить не буду, потому что это травмоопасно, – бормочет рюджин, смотря уезжающим парням вслед, и поворачивает голову к рассматривающей её йеджи. – но могу напомнить основы.       йеджи кивает, пряча руки в карманах куртки, и переминается с ноги на ногу.       – без проблем. я бы посмотрела, как ты катаешься, на самом деле.       – плохая идея... – рюджин с неловким смешком опускает доску на площадку и потирает руки. – в смысле… я бы, наверное, упала, потому что понимала, что ты на меня смотришь. я немного неудачница.       брюнетка поднимает раскосые глаза на зардевшуюся шин и тихо посмеивается. рюджин хочет слышать её смех постоянно.       – вовсе нет. я уверена, что ты классно катаешься на доске.       рюджин чувствует, как от пленяющего взгляда всё внутри ходуном ходит, опускает голову, рассматривая свои повидавшие жизнь вэнсы.       – ты на меня так смотришь… я и правда шмякнусь куда-нибудь.       – тогда я тебя подхвачу. – пожимает плечами йеджи с усмешкой. – а теперь… научишь меня?       – к… конечно.       рюджин старается не думать о том, какая у йеджи тёплая и аккуратная рука, что так крепко сжимает её собственную, пока хван, отталкиваясь совсем по чуть-чуть, старается освоиться на доске. шин невзначай упоминает, что скейтбординг придумали калифорнийские сёрфингисты, которым надоело расставаться с доской при переходе на сушу, из-за чего йеджи хихикает и чуть не теряет равновесие.       сидя на прохладном рейле спинами к наверняка рассматривающим их друзьям, рюджин вздыхает и достаёт из рюкзака баночки с лимонадами.       – бомгю одолжил мне баркс, хотя я не люблю рутбир... – ловя недоуменный взгляд хван, рюджин раскрывает рот, будто рыбка. – а… это наша традиция. мы собираемся здесь, катаем и пьём газировку.       – это мило. – хватается за единственный рутбир йеджи и подцепляет ногтями язычок, с наслаждением отпивает газировку. рюджин, зардевшись, опускает глаза на доктор пеппер в своих руках. – почему не любишь рутбир?       – ну… – кое-как открыв баночку, блондинка делает несколько маленьких глотков и коротко проходится ладонью по губам под задумчивый взгляд йеджи. – он для меня горький и противный… и когда моя сестра была маленькой, родители только его и покупали, поэтому, э-э-э-э… он приелся?       йеджи делает ещё глоток, придвигаясь ближе к рюджин, и рассматривает её с таким непонятным лицом, что рюджин хочется прямо спросить, что происходит в её голове. в своей же не лучше… надо ещё и в чужую лезть.       – хочешь попробовать заново? может, он тебе сейчас понравится, – так мягко предлагает хван, что блондинка настораживается ещё больше.       – думаешь, хорошая идея?..       йеджи отпивает ещё из баночки и не глядя ставит её под ноги, рассматривает рюджин из-под опущенных ресниц. шин тонет в очередной раз, когда чувствует горячее дыхание совсем-совсем близко, и безвозвратно на дно уходит, когда мягкие, сладкие из-за газировки губы касаются её собственных. рюджин жмурится так сильно, что видит редкие красные вкрапления в абсолютной темноте, несмело отвечает, распаляется, слепо свою газировку к ногам ставит.       мир теряет свою бесконечность, оставаясь конечной константой где-то в хвановских губах. они целуются пряно, смешивая карамельную ваниль с едва уловимой вишней, – и каким-то неуловимым букетом других нот. йеджи поднимает руку, теряя её в светлых волосах, тянет на себя и снова губами чужие ловит.       в этот момент в рюджин умирает под кустами колледжа одна кричащая похлеще сирены банши.       – так… что? хочешь попробовать? – невинно интересуется йеджи, когда отстраняется и раскосыми галактиками чужое покрасневшее лицо изучает.       шин тупит глаза на мягких распухших губах с раскрытым ртом, понимая, что в горле пересохло, и несмело кивает.       – знаешь… – говорит бомгю на другой стороне площадки, отвернувший голову от закончивших лобызаться девушек в сторону джисона, и поднимает свою баночку баркса. – если они будут встречаться до самого момента отъезда рю на юг, это будет самое больное расставание.       – кажись, – присвистывает джисон на очередное грязное ругательство упавшего с кик-флипом ёнджуна. – за счастливых голубков!       парни синхронно чокаются баночками, наблюдая за тем, как у рюджин, наконец-то, появляется подружка.