Devil Side

Люцифер

      Я вернулся в Ад, как только Уокер уснула. В теории, можно было бы остаться у неё на ночь, но небольшой диван не рассчитан на двоих, да и перспектива спать бок о бок с дочерью Серафима совершенно не прельщала. Помимо всего прочего мне срочно нужна была разрядка, потому что эрегированному члену не расскажешь, что мы имеем дело с праведницей, и так просто раздвинуть ноги даже под воздействием алкоголя она не согласится. А, впрочем, хотелось ли мне этого на самом деле? Неоднократно же ловил себя на мысли, что меня бесит этот мешок с костями. И что как только она выберет тёмную сторону – забуду, как тягостный сон с липкой нервозностью.       Щёлкнул пальцами и уже в следующее мгновение оказался в родных стенах. Просторная комната, выдержанная в тёмных тонах; широкая двуспальная кровать, облачённая в постельное чернильных оттенков; сетчатое окно, предусмотрительно закрытое плотными шторами, и блёклое матовое свечение, исходящее от единственного источника света, находящегося между книжными полками и кожаным креслом в углу.       Проклятье, многое бы отдал, лишь бы вновь не подниматься на Землю и не бегать за этой полуумной. Почему её нельзя просто связать и доставить прямиком к отцу? А он бы уже делал с этой тощей двуногой всё, что захотел.           Пока я пребывал в бессмысленных размышлениях, выкуривая уже вторую сигарету, по ту сторону двери раздалось копошение, за которым последовал тихий, неуверенный стук.       – Входи, – откинувшись на спинку кресла, бросил небрежное приглашение обладательнице энергии с привкусом спелой вишни и лениво повернул голову в сторону входа. Металлическая ручка опустилась, и в мои покои неуверенной поступью вошла робеющая демоница.       Отдаю должное, малышка Мими, ты как всегда выглядишь потрясающе. С формами Ости, разумеется, не сравнишься, но и неполный  третий размер меня сейчас вполне устраивает.       – Привет, – она заправила тёмную прядь волос за ухо и медленно прошла вглубь комнаты, словно всё ещё нуждалась в повторном приглашении.       – Неожиданно, – я провёл по нижней губе большим пальцем руки, держащей тлеющую сигарету, и поднял глаза на свою старую подругу, с которой в последнее время мы пересекались дьявольски редко.       – Да, я… – замешкалась она и выдохнула. – Ости сказала, что в последнее время ты постоянно где-то пропадаешь. Что-то случилось?       – С каких пор ты якшаешься с Ости?       – Ой, нет, это не то, что ты думаешь, – Мими начала отрицательно качать головой. – Она сама пришла вчера к нам, когда мы сидели в комнате Сэми и Ади. Сначала выглушила все запасы алкоголя, затем начала ныть, что ты абсолютно не обращаешь на неё внимания и что между вами вроде как всё кончено.       – Так и есть, – ухмыльнулся я и похлопал ладонью по ноге, приглашая демоницу присесть. Девчонка неуверенно посмотрела, но не разочаровала: подошла, призывно виляя бёдрами, и мягко опустилась ко мне на колени. – Она не рассказала, почему так?       Правда сам не дал Мимиоре произнести ни слова. Пока она пыталась воспроизвести в памяти события и разговоры, сопровождающие их вчерашнее времяпровождение, моя ладонь легла на её тонкую, хрупкую талию и крепко сжала, заставляя прижаться ещё ближе. Дочь Мамона даже не воспротивилась – безропотно приняла безмолвное предложение и даже приоткрыла мягкие, соблазнительные губы, стоило мне наклониться к её поразительному, застывшему лицу. Времени на длительную прелюдию не было, поэтому я бесцеремонно забрался к ней под короткую кожаную юбку и, убедившись, что она достаточно влажная для проникновения, расстегнул штаны.       Не люблю быстрый секс, но в этот раз пришлось изменить своим принципам. Наверху время идёт куда быстрее, нежели здесь, так что за неимением оного мне пришлось ограничиться десятью минутами. Впрочем, чертовка и этим была удовлетворена, более того – я даже увидел на её лице счастливую, глупую улыбку, когда она, одёргивая задравшуюся выше бёдер юбку, опускала босые ноги на мраморный пол.       – Об этом никто не должен знать, верно? – тихо спросила, поправляя волосы.       – Мне плевать, Мими, – усмехнулся ей и, снимая на ходу расстёгнутую до половины рубашку, скрылся за дверью ванной комнаты.

***

      Смертная оказалась куда привлекательнее спящей в коконе из махрового чёрно-белого пледа, нежели когда открывает рот и постоянно мне перечит. Я, удобно устроившись в вытянутых ногах, непроизвольно засмотрелся на её миловидные черты лица. Особенно вниманию достались чувственные губы, вкус которых всё ещё сохранялся в памяти чувствительных рецепторов, расположенных в слизистой оболочке языка. Солёная карамель. Пикантное сочетание сладкого и солёного, разбавленное свежими сливками. Кто бы мог подумать, что от подобных сладостей появляется абстинентный синдром, пробуждающий настойчивое желание вновь почувствовать понравившийся вкусовой контраст.       Утро, в принципе, даже задалось бы, если бы Уокер не предпочла испортить игривое настроение очередным выпадом. Считает произошедшее ошибкой? Что же, праведница, это не единственное, о чём ты ещё будешь жалеть, связавшись со мной, ведь до самого интересного мы так и не дошли. Причём я, пользуясь возможностью, беспрепятственно мог залезть Уокер в трусы, да только поутру она возненавидела бы меня ещё сильнее, что подорвало бы все мои амбициозные планы. Оставшегося времени хоть и не много, но нужно, блять, действовать медленно, чтобы не спугнуть наивную овцу. Мне стоило бы заучить этот принцип и повторять, как мантру, потому что ещё вчера я был чертовски близок к потери самоконтроля. Особенно ситуацию усугубляла опьяневшая Уокер, трущаяся о мой пах и даже не подозревающая, что мысленно я уже трахнул её и орально, и вагинально во всевозможных позах. И нет, она не в моём вкусе. Просто ёбанную физиологию никто не отменял.       Чтобы остудить пыл после незадавшегося разговора, мне пришлось свалить с её квартиры и протащиться несколько кварталов.  Лишь когда в голове вместо желания свернуть девичью шею появилось подобие противоречивых мыслей, я решительно вернулся в убогое заведение, называющееся кофейней. Хуйня только в том, что побуждение лишить девчонку жизни раньше времени снова разыгралось не на шутку. Особенно, когда она повисла на шее у долговязого обмудка. Но, как оказалось, вишенкой на торте стало её трогательное согласие на их встречу после работы.       Дабы привлечь внимание мешка с костями, мне пришлось сделать заказ. Даже расщедрился на комплимент и собственнический поцелуй, прежде чем перейти непосредственно к главному вопросу.       – Если ты пойдёшь с этим ублюдком, я убью его, – натянуто усмехнулся, отставляя чашку, и гневно посмотрел на Уокер. Эмоции на её лице в этот момент были бесценными: от крайней глубокой растерянности до неистового бешенства, вырисовавшегося едва заметной морщиной на переносице.       – Идиот, – прошипела она, а я рассмеялся. Неужели серьёзно думает, что не смогу лишить никчёмной жизни это бесполезное существо? – Мы договорились не вспоминать о…       – О том, как ты млела у меня в руках?       – О том, что было между нами. К чему этот цирк с ревностью?       Ревностью? Ох, праведница, до чего же ты безмозглая.       – Ты и только что потекла после поцелуя.       – Нет!       – Да, Уокер.       – Ты меня совершенно не возбуждаешь, – фыркнула она и тут же добавила. – К тому же у меня аллергия на придурков.       – Я видел симптомы твоей аллергии, – растянул губы в пошлой улыбке и томным шёпотом добавил. – Сейчас тоже испытываешь зуд между ног?       – Сейчас не испытываю ничего, кроме желания проехаться по твоей самовлюблённой физиономии.       – Уволят, – цокнул языком и многозначительно повёл бровью.       – Именно поэтому я всё ещё держу руки при себе.       – Лучше бы ты их при себе вчера держала.       В наш вербальный спарринг встрял блондинистый недоносок, который, наблюдая за накаляющейся обстановкой, не смог остаться в стороне. Подойдя к стойке, он поднёс сжатую в кулак руку к тонким губам и несколько раз показательно кашлянул, чем привлёк наше с Уокер внимание.       – Тебе нужна помощь, Вики? – аккуратно поинтересовался ублюдок, чем вызвал насмешливую ухмылку на моих устах.       – Ой, нет-нет, – отмахнулась монашка. – Он уже уходит.       – Американо, – парировал я и, нагло уставившись на Уокер, облокотился о матовую поверхность доски. Кажется, только что я услышал, как скрипнули её зубы, но при этом девчонка усердно старалась сохранять фальшивую маску спокойствия.       – Вы не допили свой эспрессо, – вежливо произнесла она.       – У него ужасный вкус, – отозвался абсолютно невозмутимо и бросил мимолётный взгляд на её дружка.       – Американо будет не лучше.       – Мне кажется, Вам лучше уйти, – вновь всунул свой длинный нос блондин, и я до боли сжал челюсть.       Серьёзно? Этот кусок дерьма будет мне указывать? Опустил руку и, одарив Уокер яростным взглядом, щёлкнул пальцами. В этот момент долговязый потянулся широкой ладонью к груди в области сердца и, хватая ртом воздух, страдальчески застонал. Монашка молниеносно подбежала к теряющему сознание ублюдку, а я, злорадно усмехнувшись, направился к выходу.

***

Вики

      Как же меня бесил Люцифер. До ломоты в костях и нехватки кислорода. Выводил из себя одним своим обременяющим присутствием, но стоило ему пропасть с радаров – у меня, как у наркомана с многолетним стажем, начиналась невыносимая ломка. Хотелось вновь ощутить на себе тяжёлый, испытывающий взгляд; услышать очередную колкость либо просто чувствовать, что он где-то рядом. Дьявольски очаровательный и раздражающий. Обольстительный и доводящий до изнурительной лихорадки. Мы никогда с ним не найдём точки соприкосновения. В особенности после того, как он демонстративно ушёл, когда я нуждалась в помощи и поддержке.       Ладно, хорошо. В экстренной помощи нуждался Эштон, который, к слову, никогда не жаловался на сердце. Сколько себя помню – парень отличался отменным здоровьем, поэтому сердечный приступ был абсолютной неожиданностью для нас двоих. Фельдшер сказал, что это, скорее всего, переутомление и нервы, и всё же посоветовал ему пройти обследование.       В госпитализации отказали, поэтому, отсидевшись у нас в подсобке и дождавшись действия принятых лекарственных препаратов, Эш уехал домой на вызванном мной такси. Перед его уходом мы обменялись номерами и договорились, что как только он доберётся домой – обязательно мне напишет. Ashton: Я уже дома, не волнуйся.

Vicky:

Как ты себя чувствуешь?

Ashton: Не поверишь, но как огурчик. Ashton: Может мне приехать и всё же прогуляемся? ;)

Vicky:

Отдыхай, чудовище, ты нужен нам живым.

Ashton: Ладно-ладно. Ashton: Но послезавтра не отвертишься! :)

Vicky:

Договорились.

Vicky:

А сейчас будь умницей, попробуй поспать.

Ashton: Я здоров и бодр. ;) Но так и быть, попытаюсь.       Отложила телефон и облегчённо выдохнула. Определённо радовал тот факт, что Эша отпустило, хотя настроение по-прежнему балансировало на нижней отметке. Меня очень расстроило поведение Люцифера, который, видя, что другой человек нуждается в помощи, просто, блять, ушёл. Если бы на месте Кларка была я – дьявольское отродье поступило бы так же? Или всё же соизволило бы остаться со мной до приезда скорой помощи?       – Уокер, отвлекись на минуту.       За спиной раздался голос мистера Синклера, и я нервно передёрнула плечами от неожиданности.       – Завтра и послезавтра на смену выходит Рени, ты выходная.       О, а вот и хорошие новости подъехали. Наконец-то я высплюсь и перестану ненавидеть весь окружающий мир. Довольно улыбнулась и согласно кивнула.       – Хорошо, спасибо.       Осталось доработать сегодняшнюю смену и всё, мать его, Добби свободен. Чтобы убить время, я закинула в мойку оставшуюся после посетителей посуду, протёрла столы и даже помыла полы. Ответственно пересчитала кассу и закрыла кофейню. Лишь на улице ко мне пришло понимание, что теперь один из грядущих выходных я могу провести в компании Эштона. То есть это будет не пятнадцатиминутный разговор по дороге домой, а полноценно проведённое совместно время.       Достала мобильный из заднего кармана и, найдя переписку с другом, начала набирать сообщение. Да только и слова не успела написать, как послышался громкий звук предупреждающего сигнала и визг стирающихся об асфальт шин, затем вспышка света и, как демонстрация удивительного контраста, последовавшая за ярким бликом кромешная тьма.       Широко раскинув руки, я рухнула в бескрайнюю, пугающую бездну. И лишь где-то там, отдалённо, на затворках сознания раз за разом повторяла одну и ту же фразу, произносимую таким знакомым, полюбившимся голосом:       – Только не сейчас, Уокер. Ещё не время, мать твою, умирать.