Fictober for Ревхины

⠀Их привезли в этот лагерь ранней осенью. Ещё только-только началась учёба, ветер начал бушевать чуть сильнее обычного, подготавливаясь к более жестоким и холодным временам, а листья начали желтеть, рыжеть и краснеть, создавая на территории всего лагеря и за пределами некий светофор. Очень даже красивый светофор. Таким пейзажем мог бы вдохновиться художник и сесть куда-нибудь сбоку, поставив свой маленький стульчик, мольберт и холст. На нём он бы начал выводить красками сначала задний и передний план, потом разукрасил бы небо голубыми и серыми тонами, может быть слегка добавив туда розоватого оттенка, если ему больше нравился вечер. Он бы добавил с помощью своей маленькой кисточки деревья — сосны и березы, и некий большой дуб, который вросся крепко корнями в землю и не захотел уходить. Деревья на его рисунке бы как будто шелестели, своими листочками напевали странную шероховатую песню в тон птичкам, которые поют свои последние звонкие нотки перед тем, как улететь. Не понять, радуются ли они осени или нет, мы никогда не сможем увидеть выражения их лиц, но по тоненькому писку молодых воробушков и стройных синиц можно предположить, что расставаться с родным гнездом — местом своего рождения — им так же жаль, как и родителям с ними. Однако в путь пора лететь. И некоторые чайки с утками уже пролетают над лагерем ровной стрелкой, будто указывая направление, в котором летят. ⠀В более теплые страны таким образом не может улететь никто, кроме птиц. Людям приходится наблюдать за тем, как природа вокруг них меняется, углы её острятся, размытых пятен становится все меньше, и всё больше природа становится похожа на красивый и необычный рисунок — как бы кто не захотел, но повторить этот рисунок больше никогда уже не будет возможно. Вот он, единственный в своей красе. А дети проходят мимо этого пейзажа, не сильно заинтересованные, не находя в этом красоты. Некоторые из них поднимают красивые листья с земли, что понравились больше, но они не могут поднять свои глаза и посмотреть выше, в итоге довольствуясь лишь тем, что лежит под ногами и что можно потрогать. ⠀Ваня никогда не обращал особого внимания на пейзажи. Его идея всегда заключалась в том, чтобы наслаждаться настоящим, конечно, но это скорее было той идеей, к которой он стремился, поскольку сам не понимал и не мог понять той красоты, о которой говорили. Однако в школьное время он прочитал столько произведений сквозь слезы и нежелание, что, приезжая в этот лагерь, просто не может не представить себе какого-нибудь гоголевского маленького человечка-художника, который обязательно должен заключить кусочек реального мира на своем холсте, добавив в него красок и чуточку своего собственного видения. Совсем чуточку, чтобы никому из общества людей не было это понятно, лишь ему самому. И этой чуточкой он будет наслаждаться до конца своих веков, гордясь и постоянно припоминая. ⠀В лагере им давали не много свободного времени. Но чаще всего оно выходило либо на время после обеда, либо уже под вечер. И в один из таких вечеров, когда солнце ещё не совсем зашло за горизонт, лишь опуская свои последние лучи на землю и всё ещё пытаясь светить изо всех своих могущественных сил, Ревзин просто сидел в своей комнате, слушая рок на плеере, который он привез с собой. В комнату мальчиков энергично постучались несколько раз, а затем туда ввалились девочки. Некоторые сделали несколько шагов внутрь, так и не дождавшись ответа, некоторые остались за порогом, выглядывая с широкими улыбками. — Ребята! У нас появилась отличная идея, чтобы развлечься! ⠀Мальчишки посмотрели на них заинтересованно. — Мы можем вызвать какого-нибудь духа или призрака! — Закричала одна из девочек позади, не выдержав никакой паузы. Все девчонки заверещали — для них это было настоящим развлечением и в то же время страшной вещью, потому что вдруг и вправду кто-то мог прийти?.. ⠀И пусть, казалось бы, такие детские сказки стоило бы оставить в младших классах, но подростки заинтересовались в этой идее ещё больше, когда увидели в руках у девочек помаду, а потом им было сказано, что они будут вызывать Пиковую Даму. Вызов был известен и понятен всем. Кажется всем, кроме Арсена. Тем не менее, одно лишь это имя навевало какие-то смутные и неприятные ощущения, а всякие страшилки у костра и рассказы людей, у которых якобы действительно получилось призвать призрака, лишь подливали масла в огонь. Всем детям хотелось иметь историю о том, как в лагере они вызвали страшного и смертельного духа, а потом услышали скрип, шелест, дыхание и всё в таком роде, но при этом смогли спастись и убежать. ⠀Каждый в комнате быстро встал со своих мест, и дети пошли в ванную. Ваня остался на своем месте. Он посчитал, что для него это неинтересно. Он уже давно знал, что никаких призраков не существует и просто существовать не может. Точнее… Может быть, они и были, он допускал такую мысль уж точно. Однако они не были такими глупыми, чтобы показываться людям. Или это у них было просто запрещено… В общем, вызвать никого и ничего у ребят не получится, а потому Ревзин решил попросту не тратить своё время, вместо это проведя его за спокойным отдыхом и обдумыванием вещей. ⠀Он оказался прав, когда все подростки пришли расстроенные, но всё равно каждый со смешливым настроением. Они подшучивали над собой, над несуществующими призраками и над всем другим, что только могли посчитать смешным. Арсен сел неподалеку от Вани и сначала вздохнул, а потом уверенным голосом заявил: — А я говорил им, что ничего такого нет. Но они всё равно нарисовали лестницу на зеркале, сказали три раза какие-то слова и стояли в тишине. ⠀Ваня пожал плечами, усмехаясь. — И они её даже не стерли! Мне кажется, что Лера будет расстроена, если узнает. ⠀Ваня снова пожал плечами. ⠀Он завалился на бок, слегка накрывая себя одеялом и выделил себе время, чтобы вздремнуть. Когда он проснулся, то уже потемнело. Егор, в кровати напротив него, спал. Некоторые ребята ещё шептались, но заметив пробуждение парня, смолкли. Ваня зевнул, потянулся и понял, что очень хочет в туалет. Ничего не останавливало его, поэтому он так же просто встал с кровати и пошел по коридору до комнаты с туалетами. ⠀Зайдя туда, он почувствовал яркий запах горящих свечей. Одна всё ещё медленно горела, испуская маломальский свет. Как и было сказано Арсеном, лестница на зеркале всё ещё была нарисована. А Ваня думал, что они нарисовали её в женском туалете… Впрочем, плевать. Он решил не зажигать свет и зашел в одну из кабинок. Закрывшись на щеколду, он уже приготовился снять с себя штаны, как услышал чье-то глухое бормотание. Ему пришлось прислушаться, чтобы услышать поначалу, что это бормотание вообще говорит. — …и я всё свое время трачу на то, чтобы отвечать на эти дерьмовые вызовы. Кто уже объяснит детям, что нельзя вызывать духов «по приколу»? Конечно, кто же у нас будет таким смелым, чтобы удалить все инструкции из Интернета. Да и какое там удалить! Из этой их сети, видимо, вообще больше ничего не пропадает. Как хорошо было с книгами, сжег, и никаких проблем, и никаких копий… ⠀С каждым словом голос становился громче, хотя Ваня никуда не двигался. — …А меня всё равно посылают! При чем знают же, что ничего срочного здесь нет. И всё равно посылают, сволочи, будто испытывают до сих пор. Да уж, когда я записывался на эту работку, то явно не планировал проводить свои будни таким образом… Может, пойти в ухо кому-нибудь подуть? Хоть так интереснее будет. ⠀Ревзин медленно и тихо открыл щеколду и выглянул, чтобы посмотреть на того, кто спешно говорит сам с собой, при этом ещё что-то… непонятное. Это ведь не мог быть один из вожатых, верно? — Уже третий вызов за сегодня. Ну, хотя бы не пятнадцатый, как раньше было. Эх, бедный Вася… Страшная тогда у тебя была работа, — Ваня наконец видит того, кто разговаривает. ⠀Точнее, видит лишь его силуэт. ⠀Он выделяется чуть больше, чем какая-то еле заметная тень. Этот силуэт слегка светится синевато-голубым, может даже белым, двигается очень странно, прерывисто будто, и Ваня ощущает, что… ⠀В этой комнате на самом деле никого нет. ⠀А то, что он сейчас видит — непостижимо даже его уму. Он не может поймать полную картинку, его глаз попросту не фокусируется, вот и движения выходят размашистыми, а сам силуэт похож больше на кляксу, чем на человека. ⠀Дверь кабинки скрипит. Силуэт делает шаг назад и поднимает голову. — Кто здесь? — Резко реагирует он. — Бля, забыл. Не я должен был это сказать. Давай переиграем, — он машет рукой, хотя даже сам, наверное, не понимает кому именно. — Эм… Бу-у! ⠀Шторы двигаются под напором небольшого ветра. ⠀Ваня с широкими глазами молча стоит, пытаясь понять, что именно перед собой он всё-таки видит. — Ну, вот… Теперь я испортил весь сюрприз! — Белый человек разводит руки в стороны, а затем подходит к подоконнику и садится на него. — Ну, чего вылупился? Говори давай, что думаешь хотя бы. А то я мысли читать пока не научился. — Кто… К-кто ты? — О! Отличный вопрос. А ты знаешь, кто ты? ⠀Ваня прищуривается. Качает головой. — Значит, не знаешь. И как я тогда должен говорить тебе, кто я? Это ведь не равноценный обмен информацией получается. Ты вон смотри уже сколько услышал и увидел. И прятаться не хорошо кстати, молодой человек! Подслушивать ещё хуже. ⠀Ваня не знает, что ответить. — Ха-ха! Я тебя обманул на самом деле. Я не то, что не умею читать мысли, но и не научусь. Ты когда-нибудь видел призрака, который читает мысли? — Я… никогда не видел призраков… — Серьезно? Да ну, врешь, наверное. Сто пудов видел. Нас тут, как крыс в подвале, всех и не словишь. Твой мозг скорее всего, предпочел не показывать тебе такой большой налет сенсации, поэтому и не увидел. ⠀Ваня молчит. — Ладно, по правде говоря, хорошо, что твой мозг это сделал. Ты представляешь, что стало бы с людьми, если бы они узнали, что мы их действительно слышим? Ты когда-нибудь смотрел любое шоу про ловлю привидений? Вот умора, чесслово! Наши там так над ними, то есть над вами, издеваются, что мама не горюй. А они даже не вкуривают! Смотрят чего-то там, слушают… В общем, полный цирк. Они не понимают видимо, что на самом деле шоу для нас делают. ⠀Молчание. — Ла-адно, видимо тебе всё-таки придется объяснять, что здесь происходит. А я-то думал просто заговорить тебя до смерти, — силуэт спрыгивает с окна. — Шучу, я такого тоже не умею. Но могу попросить Даму, чтобы она это сделала. — Даму?.. — Ах, да, видимо тебе придется объяснять с такого далекого начала. Короче, твои ровесники, ну вот эти мелкие пацаны и девки, вызвали Пиковую Даму и- — А ты?.. Почему ты здесь? — Во-первых, не перебивать, я тут главный. А во-вторых, почему я здесь? Обижаешь. Я вообще-то очень статный представитель Пиковой Дамы. Кхм… Ну, как это у вас тут говорится. Секретарь я, короче. Хожу-брожу, на звонки отвечаю, говорю непонятное что-то, да и отдыхаю потом. Хотя отдыха мне сейчас не дают даже минимального. Говорят, «надо побольше запугивать людей», — силуэт изобразил более грубый голос, чем свой, — а я им че могу ответить? Я пугать людей не умею! Ты понимаешь, что я се - кре - тарь. У секретаря и работа должна быть соответствующая! А я в итоге не то, что не напугал, но и ещё и поздно пришел. А это разве моя вина? Не-ет, это вина нашего транспорта, уж извините. … — У нас просто тоже дороги неровные. А мы ничего с этим сделать не можем, потому что вы, живые люди, тоже ничего с этим делать не хотите. Остается только ждать, да волос со лба сдувать. Или как там… — То есть… Ты пришел от лица Пиковой Дамы? — Ну да! — Просто ответил голос, как бы улыбаясь. — Хорошо… И чем я могу помочь? — Ты чем можешь помочь? Да ты, молодой человек, извини меня, помочь ничем не сможешь. Эх-х, да уж. А мне ведь и бежать скоро пора. — С-стой! Как тебя зовут, ещё раз? — Я своего имени не называл, — силуэт пожал плечами. — Подожди, ты же… Ты же самое настоящее доказательство того, что привидения существуют! ⠀Силуэт засмеялся. Его очень развеселила фраза. — Доказательство? То есть ты такой же чудик? Э-эх, и вправду у вас тут все… Ну как это, поехавшие немного. — Нет-нет, ты не понимаешь!.. — Я-то как раз таки всё понимаю. Я просто не хочу быть подопытным кроликом. Никто не хочет. А потому, если надо будет, ты в общем… эм, ну, можешь Пиковую Даму вызвать. Всё равно меня отправят. Но если вызовешь для того, чтобы поизучать что-то про меня, то так и знай, что не приду! Не приду и всё. ⠀Призрак будто бы погрозил ему пальцем. — Ну, ладно, давай! До встречи. Как у вас там говорят? Аривидерчи! ⠀Ваня остается стоять в туалетах. Один. Силуэт пропал в ту же секунду, как сказал свои последние слова. Вот он здесь, а потом, как испарина на стекле, просто исчезает. В никуда. ⠀Через пару секунд открывается дверь и внутрь заглядывает протирающий глаза Арсен. — Ты тут с кем-то разговаривал? — Спрашивает он искренне и в непонятках, оглядываясь по сторонам и никого не находя. Ваня поворачивается к нему в абсолютном ахуе.