Миссия: защитить от радиации

Все тело болело, особенно спина, затылок и правая нога. В глазах понемногу светлело и взгляд начинал фокусироваться. – Ч-черт! Что случилось? Где очки? Джон начал шарить вокруг в поисках его очков. Через пять минут он нашел их: с отломанной душкой и разбитой вдребезги линзой. Благо вторая линза была целой и делала мир вокруг четким. Противогаз так же не пострадал в отличии от своего владельца. В нескольких шагах от писателя потрескивал счётчик Гейгера. Парень попытался встать и, вскрикнув, упал обратно. Правую ногу пронзила острая боль. Посмотрев на нее, Джон тихо застонал: лодыжка опухла и стала немного фиолетовой. Нормальное передвижение исключалось. – Твою мать! Это не хорошо... А где Линч? Писатель принялся звать журналиста, но тот не отзывался. Решив, что его друг тоже отключился и еще не пришел в себя, Джон привстал, опираясь о стену и не наступая на поврежденную ногу и осмотрелся. Метрах в десяти от него стояла раздолбанная машина, на которой они с Егором сюда приехали. Неподалеку все еще лежал и трещал счетчик Гейгера. Рядом валялся оторваный карниз – наверняка выпал из какой нибудь квартиры. На одной ноге писатель допрыгал до балки, снял с нее штору и уперся в карниз рукой. Получился костыль и ходить стало легче. Джон доковылял до счетчика Гейгера, поднял его и поковылял в сторону машины. В ней все еще лежали запасы, с которыми шансы выжить увеличивались. Но писателя интересовало местонахождение Егора. Он вытащил из машины один из вещьмешков и осмотрел то место, где они стояли в момент нападения твари. В противоположную сторону от стены, у готорой недавно лежал писатель, вела дорожка из странных следов и бурых, засохших в пыли капелек. В душе Джона зашевелилось волнение. Стараясь сохранять спокойствие, он поднял рюкзак с барахлом и пошёл по следам неизвестной твари. Через несколько минут писатель вышел на дорогу. Посреди проезжей части медленно сохла крупная темно-бордовая лужа крови. По пути Джон постоянно осматривался вокруг и нигде не видел Егора. Вывод напрашивался сам собой. Парень шëл по улице словно в неизвестность. Голова гудела, нога ныла а спина просто болела. Но не обращая на это внимания Джон думал о Линче: "А что если Линча больше нет" "А если его кто-то ест прямо сейчас" "Линча больше нет" думал писатель, "Линча сейчас разделывают на части и едят". Из глаз потекли слезы. А когда слëз стало больше он начал говорить только о том что Линча больше нет. Сначала тихо, потом громче, а через полминуты он заорал, но тут же осëкся, понимая, что сейчас сюда сбегутся монстры. Он заковылял, но очень медленно. Он старался идти быстрее, но не мог — нога всë ещë болела. Слëзы из глаз всë ещë текли, плохие мысли из головы не выветривались. Так он шëл несколько часов, пока не дошëл до какой-то стены. "Это еще что? Военная часть? Хотя похер, внутри можно передохнуть и что нибудь найти полезное." Джон прошел вдоль стены, пока не наткнулся на здоровенный пролом. Пройдя через него, парень оказался среди одноэтажных построек. На некоторых из них был изображен знакомый символ. " SCP фонд! Возможно тут остался кто-то живой." Все входы с здания были заперты и для их открытия нужна была ключ-карта, которой у писателя не было. То, что один из корпусов был открыт, было удачей. Да еще и внутри кто-то ходил! Джон максимально тихо начал продвигаться внутрь. Там звучали тихие голоса, похоже трех человек. – Эй? Кто тут? Голоса смолкли. Писатель подошёл к двери, ведущей в какой-то кабинет. Судя по звукам там кто-то был. – Я мирный. Можно войти? – Ну входи. Парень открыл дверь. Перед ним стоял какой-то мужик в противогазе -"слонике". Джон сделал пару шагов вперед и упал, получив сильный удар по затылку чем-то твёрдым. А если точнее то по голове он получил деревянной битой серебристого цвета. Успевший немного восстановиться затылок вновь пронзила боль и сознание отключилось. Последнее что успел почувствовать писатель то, как его куда-то тащат.