Сильфида 2525

Диана открыла глаза. Вчерашний вечер казался каким-то нереальным, странным приключением. Приняв душ и переодевшись, она вышла из комнаты. Стоило только спуститься вниз по лестнице, как из столовой донесся громкий смех. - Ох, ребятки, чувствую, вчерашняя вечеринка нам еще аукнется, - жаловался кому-то профессор. - Да ладно, Мартин, никто же не пострадал, - отвечал ему громкий баритон. - Вообще, зря вы так рано ушли, профессор, там еще фейерверк был, Гефесту бы понравилось, - вторил ему молодой голос. В этот раз Диана решила не подслушивать. Она заглянула в столовую и поздоровалась с присутствующими. Рядом с профессором с аппетитом уплетал огромный сендвич уже знакомый ей шериф. А вот молодого темноволосого парня в полицейской униформе она видела впервые. - О, мисс Линетти, рад видеть вас! – воскликнул шериф, - а это Ренди – мой помощник, - шериф представил парня. Пока горничная наливала кофе и подавала Диане завтрак, профессор протянул ей свой планшет, где на главной странице сайта университета кто-то выложил нарезку видео вчерашней драки Гефеста и Эндрю и вопрос «Кто лучше?» с тремя вариантами ответа: «1. Гефест. 2. Эндрю. 3. Оба идиоты». Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что третий вариант лидировал с существенным отрывом. Причем, судя по ярко красному цвету кнопки, профессор со своего планшета проголосовал именно за него. - Ну, отлично повеселились же! – оживился Рэнди, - правда там в комментариях поклонницы Эндрю обещают поймать Гефеста и оторвать ему всякое. Не успел профессор ответить, как в дверь позвонили и через минуту горничная провела в столовую высокого мужчину в стильном черном костюме. - Вот это у нас сегодня утро визитов, - крякнул профессор, но быстро встал и представил гостя, - прошу любить и жаловать – господин Александр Левин, известный меценат, спонсор многих проектов нашего университета, и хозяин вчерашней замечательной вечеринки! - Знаете, Мартин, - Александр отпил кофе из чашки, которую поставила перед ним горничная, - я и не знал, что в нашем университете есть такие активные молодые люди, всегда представлял ассистентов ученых как сборище хилых ботаников, а тут погляди-ка! – он даже рассмеялся, показывая уже знакомое видео драки на экране своего смартфона. - Простите, что мой ассистент испортил вам вечер, больше ноги его не будет в вашем особняке… - попытался извиниться профессор, когда его прервал Рэнди. - А где, собственно, виновник торжества? - Ха! Когда он чувствует себя виноватым, на него сразу работун нападает, с утра ускакал в больницу, помогать доктору Хайнцу. - На самом деле, я не считаю вчерашний вечер испорченным, - ответил Александр, - наоборот, хоть какое-то оживление в этом болоте. Хотя… я поставил на победу того парня с руками и проиграл кругленькую сумму. - Вот как! А я поставил на Гефа и получил неплохой кэш! – с гордостью воскликнул Рэнди, за что словил неодобрительный взгляд от шерифа и профессора. - Так ты был там и не попытался их разнять? – шериф поинтересовался у своего подчиненного. - Как гость! Просто гость, и вообще, разнимать Гефа и того рукастого? Чтобы и меня еще отделали? Нет уж спасибо. - Я тут немного навел справки про вашего ассистента, - продолжал Александр, - очень удивился, что это, оказывается Гефест – инженер – ассистент у доктора Хайнца. - Ага, - кивнул профессор, - мы разрабатываем новые модели кибер-протезов и сотрудничаем с доктором в части их применения. Я уже староват для всего этого веселья, чтобы по многу часов стоять на операциях, поэтому и сдаю своего ассистента в аренду доктору Хайнцу, деньги платят неплохие. Но... - он осекся, - чувствую, что если Эндрю напишет на Гефеста заяву, долговой ямы не избежать. - О, не беспокойтесь, я уже предложил этому парню оплатить ремонт его сломанного протеза, и теперь понимаю, почему он наотрез отказался ремонтировать его у доктора Хайнца. - Было бы забавно, если бы Гефеста заставили ремонтировать этот протез, - вклинился в разговор шериф. - Думаешь? – отозвался Рэнди, - а мне кажется, они передрались бы, и этот сериал с противостоянием продлили бы на второй сезон, и Эндрю потом пришлось бы не только руки ремонтировать, хе-хе, но и ноги новые делать. - Профессор, а Гефест – ваш родственник? – подала голос Диана. - Боже упаси меня от таких родственников! – Мартин замахал руками, - если бы он был моим племянником, давно бы уже всыпал дураку по первое число. У меня всегда были проблемы с ассистентами, и за тех, кто хорошо работает приходится держаться. Помню, как он пришел ко мне в первый раз устраиваться на работу, весь лохматый, как черт, после какой-то студенческой вечеринки. Перегаром несло за километр! - Но вы тут же увидели юное дарование и приняли его? - Ага, щас! – профессор даже подскочил на месте, - послал на хрен, сразу же. Но этот чудик оказался настойчивым! Через год подал документы снова, потом еще раз и вот тогда его проект совпадал с моими потребностями, поэтому я его нехотя взял. - Что ж, спасибо за завтрак, - шериф встал со своего места, - и за интересные истории. Однако же, нам пора за работу. - Я тоже, пожалуй, пойду, - согласился с ним Александр, - Мартин, пришлите моему секретарю реквизиты вашего счета и описание последних разработок, я хочу оказать вам спонсорскую поддержку. И не запрещайте вашему ассистенту приходить на мои приёмы, так даже веселее будет. *** Пока профессор провожал гостей, Диана изучала комментарии к видео на сайте. Большинство было в защиту Эндрю. «Гефест, конечно, капец какой странный, - размышляла она, - но он явно симпатичнее будет, да и эта жилетка с галстуком ему очень идут. Вот бы уговорить Ли так одеваться…» Проводивший гостей Мартин Дрейк вернулся в столовую. - Файлы с корабля Елены почти расшифровались. Думаю, пока здесь тихо, стоит тебе рассказать, чем же все-таки занимались твои мама с дядей. История космического мечтателя и идеалиста. Анджело был очень талантлив. Мы познакомились с ним еще в университете, и он уже тогда предлагал очень интересные идеи в области роботостроения. После окончания учебы он продолжил работать в лаборатории при университете. Но никто кроме нескольких его близких людей не знал, что на самом деле Анджело был одержим. Он всегда говорил, что сожалеет, так как не сможет реализовать весь свой потенциал. Особенно это стало проявляться после того, как однажды он попал в аварию. Чуть не умер! Вот тогда-то идея бессмертия его захватила. Он обратился к уже давно озвученным теориям о переносе человеческого разума на искусственный носитель. Мечтал найти способ, чтобы создать такое синтетическое тело, которое бы не отличалось от человеческого не только по внешнему виду, но самое главное - по чувствительности. Я в те годы работал как раз над созданием нового типа кибер-протезов рук с возможностью сохранения чувства осязания для пальцев. Идея Анджело была в целом неплохой, но она всё-таки оставалась нереализуемой. Никакого практического применения, так как перенос человеческого разума на цифровой носитель был чем-то из области фантастики. Он забросил свою основную работу и занялся исключительно этим: штудировал самые крупные библиотеки, изучал мифы разных цивилизаций, отправлялся исследовать опыт инопланетных рас, общался с учеными с Энера и Тарима. А потом… пропал. Я уже думал, что он сгинул в одной из своих экспедиций, как однажды, спустя 10 лет, Анджело объявился в нашем секторе и первое, что он прокричал мне с экрана своего видеофона было: «Я нашёл!». Подробности он никогда не рассказывал. Мы, все, кто с ним работали, знали одну, скорее всего официальную и очень сильно отредактированную им самим версию: Анджело где-то в глубинах космоса встретил представителей разумной расы из параллельного измерения, уровень развития которой существенно превышал наш. Именно они обладали возможностью переводить разум в аналог нашего цифрового формата и впоследствии импортировать его в искусственные тела, обладающие всеми свойствами и признаками живых организмов. Эти инопланетяне поделились с Анджело технологией и дали ему два компонента, которые мы так и не смогли воспроизвести: генератор перехода – тот самый аппарат, что переводит разум в цифровой формат - и комплекс нано-машин, выполняющих формирование синтетического тела, которое внешне не будет отличаться от обычного тела живого человека. Делиться с миром своим открытием Анджело не хотел, поэтому он искал спонсоров для создания лаборатории и начала экспериментов по созданию тел. И это была одна из первых наших проблем: никто не хотел давать деньги, идею сочли безумной, тем более у Анджело в научных кругах уже давно сложилась репутация человека явно не от мира сего, а некоторые вообще не стесняясь называли его поехавшим. И всё же, он нашел спонсоров, даже получил небольшую исследовательскую лабораторию в колонии Станла. Спустя год, мы приступили к работе. Лаборатория стала нашим домом, всего над проектом работало около ста человек, пять групп. Твоя мама присоединилась к нам и была в команде Анджело по интеграции инопланетных приборов. А у меня тогда была самая большая группа из ассистентов – 5 человек. Самая простая часть работы, как после оказалось, была связана с телами. Мы использовали наработки, которые Анджело получил от инопланетян, смогли создать тело, которое впоследствии дорабатывалось уже нано-машинами с учетом конкретного человека и его особенностей. У нас был бассейн с этими нано-машинами: выглядело, словно бассейн наполнен ртутью. А на самом деле там были миллиарды этих микроскопических роботов. Человек погружался в этот бассейн на 15-20 минут и за это время происходила идентификация нано-машин. Часть из них покидала бассейн и направлялась в соседний резервуар, где заранее были уже подготовлены основа для тела и все химические вещества и минералы, которые нужны были нано-машинам для формирования тела. После идентифицированные нано-машины проникали в тело и становились его неотъемлемой и очень важной частью. В случае повреждения они по приказу хозяина могут восстановить тело. Уже готовое тело можно было переделать под нового хозяина, происходила замена нано-машин и они формировали новую внешность. Это было хорошее свойство, которое нам очень пригодилось, когда начались эксперименты. Вторая проблема была в том, что для формирования тел нужны были очень редкие и дорогие элементы и вещества, простого углерода и прочей синтетики было недостаточно и это все требовало опять же существенных вложений от наших спонсоров. Но на выходе мы получали тело, которое действительно не отличалось от человеческого: имитация дыхания и сердцебиения, слюны и слёз. Часть подкожной жидкости могла быть окрашена в красный цвет для имитации крови. Они могли есть как обычные люди, и пища полностью перерабатывалась нано-машинами в исходные элементы и применялась как источник энергии для тела. Для обеспечения энергией тела могло использоваться практически всё, до чего мы могли дотянуться, даже то, что обычно люди не едят, вплоть до металлов и синтетики: бензин, сырая нефть и энерго-кристаллы, используемые как топливо для некоторых кораблей. Это было здорово. Мы ликовали, но ровно до того момента, когда начали проводить оцифровку разума первых добровольцев. Вообще, с этой оцифровкой с самого начала ничего не шло гладко: перед процедурой необходимо было проводить тестирование испытуемого на совместимость с инопланетной машиной. Система тестирования так же была разработана не нами, я даже думаю, что и Анджело так до конца и не понимал, как она работает. Естественно, что тестирование прошли все, кто был в лаборатории, и результаты нас, мягко говоря, не воодушевили. У большинства совместимость была 70-80 процентов, а вот у Анджело… То ли это такая ирония судьбы, то ли злая шутка его инопланетных «друзей», но Анджело был единственным, чья совместимость была 0,3 процента. А он хотел быть первым добровольцем. К сожалению, при такой низкой совместимости ему пришлось отложить своё преобразование. Он решил в начале сделать возможным оцифровку сознания тех, у кого высокая совместимость, а после заняться повышением своей. И вот тут нас ждала третья и самая главная проблема: как бы плохо и некрасиво это ни звучало, но наши добровольцы мёрли как мухи. Процесс преобразования не пережил никто из первых 10 человек с совместимостью от 70 до 80 процентов. Первым удачным результатом был Доктор Лео Кляйн с совместимостью почти 93 процента. Спросишь, почему же он не пошёл в первых рядах добровольцев? Доктор был очень осторожен, и я прекрасно понимаю, что в таком эксперименте высокая совместимость – это еще ни разу не гарантия положительного результата. Но Кляйну повезло. Получив еще одно удачное преобразование - Анджело называл их прогами, производное от слова «программа» - мы смогли увидеть все их возможности: проги на самом деле не отличались от людей. Они не были внешне похожи на андроидов, их мимика была живой, они осязали и ощущали всё так же, как люди, но вместе с тем они получили очень мощный синтетический мозг, что позволяло запоминать и анализировать просто невероятное количество информации, так как с технической точки зрения они всё–таки являлись машинами. Они обладали многими способностями современных андроидов, например, могли без дополнительных гаджетов по беспроводной сети подключаться к любым электронным устройствам, вести видеозапись увиденного, да и много чего ещё. Анджело считал, что мы создали новую расу – гибрид человека и машины, считал это несомненным успехом. Но я видел полный и абсолютный провал. Энтузиазм у всех иссяк, когда мы потеряли 50 человек: добровольцев, кого просто набрали со стороны и наших сотрудников работающих над проектом. А ведь в начале о смертях знали только пятеро из группы Анджело, кто непосредственно проводили эксперименты. Так как все добровольцы подписывали бумаги и подтверждали, что они в курсе о возможном летальном исходе, тела мы кремировали и со всеми документами планировали отправить родственникам. За всё время, пока мы работали над проектом, вышло только шесть удачных преобразований. Последним был мой ассистент Джеф, его совместимость была 87 процентов, но в процессе оцифровки что-то пошло не так. Его сознание удачно интегрировалось в новое тело, вот только почему-то любое действие, движение, даже просто мыслительный процесс причинял ему такую чудовищную боль, что мы приняли решение перевести его в состояние гибернации. Да, ты не поверишь, но проги реально способны чувствовать боль. Благодаря искусственной нервной системе, созданной нано-машинами, их чувствительность стала очень высокой. Я уже давно принял решение покинуть проект. Я… я честно пытался отговаривать всех, кто добровольно шёл на смерть. А смерть тела была в любом случае: успешном или провальном, при любом раскладе в процессе преобразования человеческое тело умирало от остановки сердца. Мы пытались реанимировать тех, кто не прошёл интеграцию, но это уже была просто оболочка без проблеска сознания. А еще примерно в то же время я серьёзно поругался с Анджело, когда получил анонимную рассылку, где говорилось, что наши основные спонсоры – мафия, и они уже устали ждать от нас хоть каких-то положительных результатов. Более того, среди умерших добровольцев, взятых со стороны были люди как раз из этой мафиозной группировки. И их боссы, которым Анджело пообещал вечную жизнь и неуязвимые тела (на самом деле это не так, конечно, прогов тоже можно уничтожить), были крайне недовольны. Ссора твоего дяди с его спонсорами и привела к тому, что нашу лабораторию просто сравняли с землей. По документам я покинул её за день до уничтожения, но на самом деле я был там, когда прибыли солдаты. Они хотели забрать прогов и все наши разработки, но Анджело подготовился: всё, что можно было уничтожить - уничтожил, всё, что можно было стереть - стёр, установил взрывчатку и, как я понимаю, что-то особо важное забрал с собой. Мне и ещё нескольким чудом удалось спастись из лаборатории, а Анджело и Елена с тех пор считались пропавшими без вести. Я, кстати, верил, что они спаслись, но они не давали о себе знать уже много лет. Теперь, после рассказа профессора, для Дианы кусочки этой мозаики понемногу становились на свои места: теперь стало понятно, о чем шла речь в видеозаписи диалога профессора с её мамой. - Вы ведь используете наработки мамы и дяди в ваших исследованиях? – прямо спросила она. - Верно, - согласился Дрейк, - мне удалось забрать часть неидентифицированных нано-машин, которые сейчас мы с Гефестом используем для создания искусственной кожи и покрытия кибер-протезов. Эти машины, как маленькие паучки, создают полотно, практически не отличимое от нашей кожи. - И вы так же продолжаете настаивать, чтобы я забросила идею поисков мамы? - Выбор всегда за тобой, - вздохнул профессор, - это может быть очень опасно не только потому что ты, молодая девушка, отправишься одна неизвестно в какой медвежий угол нашей галактики, а еще и потому, что я не верю в инопланетный альтруизм. - Вот с этого момента можно поподробнее? - С чего бы расе, достигшей очень высокого уровня развития вдруг ни с того ни с сего делиться с нами, прости господи, приматами, таким ценным техническим устройством? Они хотели просто посмотреть, как обезьяны будут мучиться, пытаясь освоить их технологии? Не спорю, процесс мог быть весьма занимательным для инопланетного разума, может они просто посмеялись и забили на нас. Или же… - Они что-то попросили взамен! – выпалила Диана. - Умница! Хоть и твой дядя никогда не делился подробностями, как он нашел этих инопланетян, как он с ними договорился, но мысль о том, что это была именно сделка, никогда меня не покидала. Что они захотели? Получили? Или там была какая-то отсрочка? Диана теребила в руках салфетку. Она действительно не знала, что тут ответить. Её мрачные мысли прервали громкие крики и ругань, донёсшиеся с улицы через открытое окно. - Твою ж мать! – воскликнул профессор и выскочил во двор. Девушка поспешила за ним, так как оба голоса показались ей уж очень знакомыми. Ворота открылись и перед ними предстала та еще картина: флаер Гефеста с грудастыми эльфийками и щупальцами на борту, а рядом Гефест собственной персоной, и Ли держат друг друга за грудки и ругаются как самые распоследние сапожники. - Это что тут за представление? – гневно поинтересовался профессор. На что Гефест тут же отпустил рубашку Ли, подняв руки: - Я его не бил! Я вообще сегодня никого не бил! Я исключительно за мирное урегулирование всех споров! Но этот изврат пытался за вами подглядывать! - Вот это достижение! – съязвил профессор, - за целый день не устроил ни одной драки, вот это прогресс! Теперь мы просто обязаны устроить праздник и соседей позвать! - Ли, ты что здесь делаешь? Я его знаю, всё в порядке, он не изврат! Я надеюсь… – Диана подбежала к другу. - Как что? Ты же сама скинула координаты, где ты, вот я и приехал сразу. - Но ты же говорил, что через неделю освободишься только. - Ага, а ты бы уже за это время умотала куда-нибудь в другую галактику! *** - Вот эти координаты, - Дрейк построил голографическую проекцию галактики прямо над обеденным столом. К вечеру файлы Елены были полностью расшифрованы. Среди них было много схем созданных синтетических тел и их частей, несколько видеозаписей экспериментов и, самое главное, космическая карта с координатами предполагаемого места - той самой "исходной точки", о которой говорила Елена. - Но в этом секторе нет не то чтобы обитаемых, а в целом пригодных для терраформирования или временного нахождения планет, - недоверчиво посмотрел на карту Ли. - Координаты просто указывают точку в пространстве? - Диана развернула проекцию, - я не навигатор, но даже мне понятно, что при учете движения близлежащей звезды, там всё равно ничего нет. Может, какой астероид был, но тогда нам придется строить карту на месте и прочесывать этот сектор самостоятельно. - Сейчас вам будет навигатор, - Дрейк вышел из столовой и громко позвал ассистента: - Эй, гений, дуй сюда, нам навигатор нужен! И очки не забудь. Гефест уселся на высокий барный стул, поправил галстук, нацепил очки, какие обычно носят навигаторы на больших кораблях, и с их помощью подключился к голографическому проектору. Карта нужного им сектора галактики сразу же изменилась из-за того, что очки подключились к сети и представили на обозрение последнюю её версию. - Так, отсюда далековато, - Гефест поднял голову на кусок карты, развернувшийся прямо над ним. Можно было заметить, как в его синих глазах отражаются ярко-зелёные полосы направлений, - да и на корабле Дианы нет прыжкового генератора, так что сама «ворота» не откроет, придется пользоваться уже имеющимися тут и тут, - он ткнул пальцем куда-то вверх, карта снова развернулась, затем сжалась и они увидели зеленую дорожку. - Безопасно! – обрадовался Ли. - Угу, - кивнул Гефест, - только ползти будете месяцев пять или шесть, в зависимости от вашей мощности. - Чего?? – Диана тоже задрала голову и тоже уставилась на карту. Раньше самый долгий перелет для неё занимал около десяти дней, все пути строил её ИИ–навигатор, и она только и успевала, что прыгать от одних «ворот» к другим. - Я бы порекомендовал поставить на «Сильфиду» прыжковый генератор, чтобы вы сами смогли открывать порталы в гипер-пространство, ну, и по возможности, нанять профессионального навигатора, не меня, разумеется. Или купить более совершенный ИИ, для прыжков, - ответил Гефест, снимая очки, - карту вояжа на пять месяцев я скину на твой смартфон, если всё-таки решишься на это. Диана и сама понимала, что генератор нужен, купить подержанный за не такую и большую сумму всегда можно на одной из планет-свалок – перевалочном пункте для ремонта, дозаправки и торговли на крупных межпланетных трассах. Там до кучи еще всегда водятся специалисты всех мастей, и поставят, и настроят, и отрегулируют. - Тогда решено! Завтра выдвигаемся, – она спрыгнула со стула, - сделаем небольшой крюк и разживёмся прыжковым генератором - здесь-то вряд ли они у вас есть, хоть некоторые и хорошо попрыгали, - хитро улыбнувшись, она пихнула локтем в бок ассистента профессора.