Научи меня

      POV Лер       Завтра первое сентября, начнется мой последний год в школе. Волнуюсь ли я? Может, только чуть–чуть. Хотя, наверное, нет, не волнуюсь. У меня появилось много друзей, новые увлечения, кошки-собаки, да и сам я здорово изменился. Ярка нашел мне толкового преподавателя — японца. Работа над экипировкой и дизайном мототюнинга меня увлекла. Меньше, чем через год поеду с ним в Страну Восходящего Солнца, красотища. Рома… Думаю, сейчас я и с ним подружусь без проблем. Люблю ли его, как прежде? Не знаю… Хочу ли, чтобы он был моим парнем? Определенно, нет. Раньше мне не хватало друзей, как дракон и сказал, а теперь полна горница. Телефон? Мой? Может, Ритка?       — Да, это я… Илья (легок на помине)? Да, помню, что обещал «договорить» с тобой. Сегодня? Хорошо, только не допоздна. Мне завтра в школу. Ок.       Вот, ведь! Я надеялся, он и думать забыл. Как выкрутиться? Яр…       — Ярка!       — Что кричишь, мелкий? Ты же знаешь, что я в кабинете. И кто звонил?       — Понимаешь, тут дело такое…       Почему, интересно, у меня язык не ворочается, и мне трудно говорить с ним о другом парне?       — Ну, что мямлишь? Натворил чего?       — Фух… тут, как бы совет твой нужен… На моем Дне рождения Илья предложил мне с ним встречаться. Сказал, что влюблен в меня, и все такое.       — И?       — Я, наверное, не очень правильно себя повел, не отказал ему сразу, а дал надежду. Сейчас он пригласил меня в клуб для завершения нашего разговора.       — Ты хочешь с ним встречаться?!       Ничего себе рык!       — Да, нет. Он хороший парень и друг отличный. А я повел себя не совсем хорошо. Думал, отшучусь и чтобы у него не было иллюзий, сказал, что могу быть с ним только сверху, да еще, если его привяжу. Я решил — он сразу отстанет, а Илья согласился. Честно скажу, я тогда просто опух и растерялся, но подошел ты, и мы не договорили. Так вот, хочу с ним встретиться. Что ты мне посоветуешь?       Вижу, как драконище с каменным лицом встает из-за стола, почему-то сжав кулаки.       — Он тебе нравится?       — Да, нет же! Ты глухой? Просто прятаться как-то не по-мужски.       — Тебе интересно? Ты хочешь попробовать?       — Врать не буду, любопытно, но не так, чтобы бросаться на первого встречного. Да и ты обещал, когда я подрасту…       Этот безумный ящер перепрыгивает через стол, как павиан, сгребает меня в охапку, поднимает на руки и несет в нашу спальню. Обожаю, когда он такой, страстный и необузданный. И зачем мне сверху? Вот и я думаю, незачем, раз и так просто зашибись. Начинаю его сам целовать. Он вносит меня в комнату, но не набрасывается и не срывает мою одежду, как я уже мечтаю. Наоборот, кладет меня на кровать, аккуратно, а сам подходит к шкафу и достает мой шелковый длинный шарф. Что, опять хочет завязать мне глаза? Ух ты! Мне тогда понравилось. Нет, что-то другое. Он смотрит на меня нерешительно, не подходит, а просто крутит шелк в руках.       — Ярка, ты чего? Будешь меня привязывать? Я согласен. Только не знаю, зачем? Ты, когда хочешь, чтобы я не двигался, одной рукой меня удерживаешь так, что мне не шелохнуться.       — Нет, малыш. Я считаю, что ты вырос…       — Конечно, все заметили, я уже метр восемьдесят!       Вру немного.       — Я не об этом, котенок. Этот шарф для меня, как ты и хотел. И ты будешь сверху…       — Нет, я не смогу! Да я просто боюсь! А вдруг тебе будет больно? С ума сошел?!       У меня все возбуждение и желание вмиг улетучилось.       — Ну, ты же хотел, вот и пробуй, давай, я весь твой.       — Я не могу так с тобой!       Лучше бы я этого не говорил. Яр зарычал, метнулся ко мне и вот я, уже придавленный его тушей, лежу без движения. Его руки обхватили мое лицо, глаза в глаза. Я вылупился, совершенно не понимая, что происходит. Неужели он подумал, что я пойду и трахну Илью? Что это, ревность? Нет, бред! Быть такого не может. Его глаза начинают теплеть, он вернулся, в них желание и нежность, как раньше.       — Малыш, это последний урок. Мне тоже попробовать хочется. И это мы уже обсуждали. Не бойся, я помогу.       Ярка слез с меня, положил шарф на кровать и стал медленно раздеваться. Я так и лежал как примороженный и дышал через раз. БОГИ! Что делать?! Он, похоже, настроен очень решительно. Как узнать, для кого он ЭТО собирается проделать? Для меня, или хочет всерьез?       Дракон разделся полностью и стал медленно раздевать меня, больше не проронив и слова. Я смотрел на него, как змея на факира. Наверняка, он видит в моих глазах испуг. Я совсем не возбужден. Я боюсь! Не хочу! Но и оттолкнуть его не могу. Это же мой самурай, мой страстный и нежный, стремительный и плавный, дикий и домашний, ласковый и хищный. Он ни разу за все время, что мы вместе не сделал ничего против моей воли. Всегда был трепетным и терпеливым, стремился в первую очередь доставить мне наслаждение. Будучи доминантом, на самом деле никогда не доминировал. Пока я пытался приманить разбежавшихся тараканов в моей голове, ловкий ящер уже меня раздел. Как ни странно, он был возбужден, в отличие от меня. Ярка устроился в изголовье кровати, согнул в коленях и раздвинул ноги, стал поглаживать свой возбужденный член, не отводя своих завораживающих стальных глаз от меня. Я же, наоборот, уселся по–турецки с другого края кровати. Нет, как бы не было мне страшно, сбежать я не хотел, не хотел и не мог, не мог его обидеть и не мог оторвать свой взгляд от его глаз. В них отражались желание, просьба и страх. Страх? Страх, что я откажу? Разрыв мозга!       — Малыш, не бойся, не будет ничего, если ты не захочешь. Доверься, как раньше. Иди ко мне.       Это его «иди ко мне», для меня как кодовое слово для зомби, я не могу ему сопротивляться, да и не хочу. Подскакиваю, как ужаленный и кидаюсь дракону на шею. Только бы не разреветься. Он очень нежно, едва касаясь, целует меня в губы. Тут у меня срывает крышу, наверное, от стресса, и я сам впиваюсь ему в рот. Нет ничего лучше на свете, чем поцелуи моего дракона. Планку сносит сразу, и ты, вообще, забываешь, где находишься. Он не срывается, а продолжает так же нежно мне отвечать, покоряясь и подчиняясь моему напору, но вместе с тем постепенно успокаивая меня. И вот уже я плавлюсь от нежности его губ.       — Поласкай себя, маленький мой, я хочу посмотреть, — шепчет этот магистр гипноза мне прямо в губы.       Понятное дело, что я, даже не задумываясь, тут же выполняю его просьбу. Отстраняюсь от сладких губ, немного отодвигаюсь от него, и развожу ноги практически в шпагат. Ловлю его полный желания взгляд и уже сам его не отпускаю. Немного откидываюсь, уперев одну руку в кровать за спиной, на другой облизываю ладонь и начинаю медленно скользить по своей плоти, задевая большим пальцем головку. Облизываю пересохшие губы, мое дыхание сбивается, дышу через рот, хочу его руки или губы на моем члене. Но его взгляд ласкает меня не меньше его самого. Возбуждаюсь ужасно. Хочется сильнее двигать рукой, но абсолютно четко понимаю, что торопиться не нужно, не сейчас. Ярка приоткрыл рот, слегка высунул язык, положил на него два пальца и стал их облизывать, все также, не отрывая от меня взгляда. Подлец, вот что творит, я смотреть не могу, хочу сам облизать, но команды не было, терплю. Этот поганец вытаскивает обслюнявленные пальцы изо рта и начинает ими разминать то, куда я, как он решил, должен засунуть свой член. Опускаю глаза на это безобразие и уже сам не могу оторваться от этого прекрасно–развратного действа. Он засовывает сразу два пальца. Господи! Возвращаюсь взглядом к лицу. Вот ведь выдержка, ни один мускул не дрогнул, он даже не поморщился, самурай — одним словом! Но ведь в первый раз не совсем комфортно, я помню. Нужно помочь.       — Можно и я? — блею.       — Все, что захочешь, малыш, — с придыханием.       Да, я хочу, хочу доставить ему удовольствие, как он мне всегда. Достаточно только мысли, что ему будет, надеюсь, так же потрясно, как мне, и я уже согласен на этот безумный эксперимент. Наклоняюсь и тянусь языком туда, куда погружаются его пальцы. Нужно больше слюны, будет комфортней, приятней. Целую, облизываю, сосу. Пихаю язык между его пальцев и вместе с ними проникаю туда… Хочу сам!       — Яр, позволь…       Понимает без объяснений. Теперь только я, только мой. Господи, это блаженство! Он уже прилично растянут. Облизываю свои пальцы, сразу три и проталкиваю в манящий приоткрытый вход. Боже, как бархатно, мягко и узко! Приподнимаю голову и вбираю в рот мой любимый член. Теперь в одном ритме пальцы и губы. Он прекрасен, он звенит, чувствую, на пределе. Да и сам я прямо так могу кончить, уж больно кайфово.       — Котенок, давай… давай… уже ты…       Отрываюсь от вкусняшки и смотрю в просто шалые глаза цвета южной грозы. Этот хитрец, пока я наслаждался, успел привязать шарф к спинке кровати, сделав петлю, в которую уже сунул руки и затянул на запястьях. Хочешь поиграть? Или это я хотел? Вот черт! Но теперь-то точно хочу! Оставляю пальцы там, где и были, и начинаю покусывать и зализывать Яркин подтянутый живот. Красота, глаз не отвести, так бы и вгрызся до мяса. Не могу оторваться. Ой, да там еще охрененная грудь. Поднимаюсь повыше, впиваюсь в сосок. Дракон дергает шарф и рычит.       — Мелкий садист! Начинай уже! Хватит!       — Лежи смирно! Замутил все это не я! Мало ли, что я хотел, ты же взрослый, и должен сдерживать меня от неразумных поступков. А ты что? Еще и сам потакаешь. Мне могло захотеться хлыст и наручники. Ты бы тоже повелся? Вот! Так что тихо лежи, я сейчас главный.       Боюсь даже подумать, каким будет откат. Но меня уже понесло. Даже русская баба, которая в горящую избу войдет, меня сейчас хрен остановит. Наклоняюсь над пахом обездвиженного красавца и теперь кусаю и лижу уже здесь. Почему, спросите вы, я не нежный, не плавный? Не могу, хочу просто сожрать! Да, меня понесло! Сказали бы раньше, что я так могу, ни в жизнь не поверил бы. Продолжаю трахать дракона пальцами, пытаюсь их развести и согнуть, найти эту чертову точку. Мычу, член во рту, просто кайф!       — Ле-Е-Е-Е-Е-Р-Р-Р-Р!       Вот енто-то его пробрало, эко выгнуло! А рык! Нет, он все–таки зверь, причем, дикий.       — Прошу-у-у-у-у…       — Чего шепчешь? Голос сорвал? А ты как думал, я ведь говорил, это КРУТЬ. Хрен с тобой, уболтал. Оближи хорошенько.       Поднимаюсь и приставляю к губам Яра свой сочащийся смазкой член. Он хватает его и начинает сосать с остервенением. Нет, так не пойдет. Слегка хлопаю ладонью его по щеке.       — Я сказал «облизать»! А не присосаться! Давай, хорошенько смочи!       Он перестает мучить мой пенис, поднимает на меня совершенно пьяные глаза и просто лижет. От такого сексуального взгляда, в котором безумная нежность, можно скончаться на месте. Я не железный, я сдался. Очень хочется самому усесться на его колом стоящий член, но я вижу, что он просит другого. Отбираю свою письку у дракона, усаживаюсь у него между ног и подставляю головку к пульсирующей дырочке.       — Прости, мой хороший, ты лучший, мой Рию…       Понимаю, что сдерживаться больше не в силах, начинаю плавно в него проникать. Меня накрывает, это рай, как же круто! Последний оставшийся таракан у меня в голове стучит мне морзянкой «помни про ЯРА, ты не один». Да, точно! Где там это, как ее, к черту… Но видать нашел и попал, так как Ярищу выгнуло. Рык просто басом. Пелена перед глазами, все мысли и чувства у меня на «конце», им и думаю. В бедра вцепился ему и вколачиваюсь, рвано и резко. Нет, чтоб ласкать или что там он со мной обычно делает? А целует, вспомнил! Но не могу, я сейчас робот с одною программой.       — Дааааааааа…       Я кончил — неблагодарная сволочь.       — Прости… не смог удержаться.       НЕТ, ТАК НЕЛЬЗЯ! Подбираю свою сперму, которая льется из Ярки. Быстро мажу на его член. Развожу свою жопу и сажусь на него. Ах, ты ж-ж-ж-ж! Да, без подготовки, но так мне и надо, сам виноват. Больно чуть-чуть, но терпимо, все же мы упражняемся часто.       — Я сейчас, сейчас, чтобы ты…тоже…       Ярка вскрикивает, треск, шарф… Тут уже меня хватают и впиваются в губы, сейчас мне достанется, но сам виноват, потерплю. Но нет, всего одно проникновение, до конца, до гланд и он изливается с бешеным рыком. Хорошо, значит, ему было приятно! Я просто чутка не дотянул… Валимся оба, я на него, сердце к сердцу, дыхание к дыханию, губы к губам…       «Полная МОНГОЛИЯ», как у Пелевина, не иначе…       POV Яр.       Мышонок умчался на своем байке, обзвонив ребят и созвав всех в клуб. Интересно для кого он это сделал? Для меня, чтобы я не нервничал, что он вдвоем с Ильей, или сам не захотел быть наедине с парнем, который к нему неравнодушен?       Боги, дайте мне силы. Я полностью ему доверяю и знаю наверняка, что как только он полюбит меня, то ни на кого даже не взглянет. Но полюбит ли? Телефон?       — Да. Дед? Что стряслось?.. Понял… Хорошо, через три часа вылетаю.       — Игорь, привет, знаю что выходной. Кано звонил, мне срочно нужно лететь, японцы созрели. Сегодня. На месяц примерно, Лер на тебе, если что — три шкуры спущу! Отвечаешь за парня!       Нужно собрать себя в кучу! Он взрослый и самостоятельный, проживет месяц один. И будет время подумать. Вернусь и скажу, что люблю. Да, так будет лучше. Может и он, что поймет.       — Пашка, прости, разбудил. Улетаю в Японию, да сегодня, срочно. Нам удалось, тендер наш! Пока на год хотят подписать с нами контракт, думаю, в этом немалая заслуга Лерки, я отправлял пару его работ. Переговоры примерно на месяц. За малыша не волнуйся, Марк и Игорь присмотрят. Я его нагрузил: работа, японский, собаки. Да и класс выпускной, а он обещал отличником стать. Так что думаю, ему не до глупостей будет. Я на связи. Рите привет.       Так, теперь Марк.       — Марк, добрый вечер, это Яр. Срочно вылетаю к деду. Да, знаю, что могу рассчитывать на тебя. Звони по любому поводу или вопросу, в любое время. Спасибо, нет, все равно волноваться буду, потому что люблю.       Малышу не хочу звонить, не буду портить вечеринку, напишу. Да, так будет лучше.       POV Лер       Нет, не скажу, что мне не понравилось быть сверху, понравилось очень! Особенно, когда он порвал мой шарф! Даже как-нибудь можно и повторить. Но те ощущения, когда он берет меня, и я чувствую всю его силу, мощь и желание, дикую страсть или нежность ни с чем не сравнить.       Я видел, что Ярке неприятно, что я иду на свидание, все равно решил встретиться с Ильей. Позвонил ребятам и пригласил их тоже, думаю, так дракоше будет спокойнее. Пить я не собирался, ехать недалеко, так что отправился на своем красавце.       Подъехал, а вот и ребята.       — Здорово! Попляшем?       Пришли все, нас семеро, будет весело. Весь клубешник шеи посворачивал, пока мы шли к своему столику. Еще бы, такие красавцы! Высокие стройные, одеты, как только что с подиума. Нам только Черномора не хватает. А я уже говорил, что подрос? Илья поначалу немного хмурился, что мы толпой, но видать понял, что я не собираюсь с ним встречаться, как с парнем или любовником, повздыхал, но недолго. В нашей компании долго не повздыхаешь. Ребята взяли по легкому коктейлю, я сок и мороженое. Лилька понеслась танцевать, утянув за собой Мишку. Я с интересом крутил головой. В этом клубе ни разу не был, да и вообще в клубах не был. Думаю зря, весело.       — Лер, пойдем, потанцуем!       — С удовольствием, Илья!       Приходилось орать, чтобы перекричать музыку. Мы поднялись на танцпол, влились в буйство красок и извивающихся тел. Илья двигается очень не плохо, он пластичный и хорошо чувствует ритм. Тут быстрая ум-ца-ца закончилась и начался медленный танец.       — Лер, ты позволишь или стесняешься?       — Но это же не «тематический» клуб, могут и морду набить, хотя если ты не боишься, давай.       Илья тут же обнял меня и не сильно прижал к себе.       — Малыш, я так понимаю, ты мне совсем отказываешь.       — Не обижайся, но да.       — Но, ты же хотел, попробовать сверху…       — Попробовал, не мое.       — Ты шутишь! Он не мог согласиться!       — Илья, ты о ком?       — О нем. Ладно, друзья? Можно я хотя бы тебя поцелую? Только один раз, компенсация, а?       — Друзья. Нам точно морду набьют! Целуй уж.       Он прижал меня к себе еще ближе и прилип к моим губам. Сам поцелуй я не понял, хотя, даже пытался отвечать. Просто увидел Ромку, который внимательно меня разглядывал и тоже танцевал с парнем. Он явно мной заинтересовался, но опять не узнал, забавно.       — Прости Лер, еще раз, теперь точно вижу, что я тебя не зацепил.       — Извини Илюха, такова «се ля ва». Пойдем, а то Мишка уже нам страшные глаза делает и рожи корчит.       — Вы чего это, обалдели? Нет, мы конечно, отобьемся, если что, но среди нас дамы!       — Прости, Мишаня, мы это… просто по-дружески. Честно. Давай-ка я сбацаю с Лилькой рок–н–ролл, и все вопросы сразу отпадут.       — Давайте, только не урони мою девочку, руки оторву!       Рок–н–рол в нашем исполнении покорил всех. Народ бесновался, просили «на бис». Ну, мы и выдали танго. Клуб был наш! Подошел администратор, предложил поработать у них за хорошие деньги по выходным. Мы, понятное дело, отказались, но обещали заходить и танцевать бесплатно. За что и были обилечены клубными картами VIP-персон. Я украдкой поглядывал на Ромку. Он не сводил с меня глаз. Как интересно! Вот завтра-то он удивится. Ярке расскажу, он будет ржать. Время пролетело незаметно, я встрепенулся, когда уже было начало первого.       — Все братаны, я как золушка исчезаю, а то злой фей завтра превратит моего вороного в оранжевую тыкву. Илюш, тебя подбросить?       — Давай.       Когда мы уже усаживались на мотоцикл, из клуба вышел Рома с парнем, увидев нас замер.       — Ромка, привет и пока! Увидимся завтра, в школе. Илья, держись крепче.       И газанул. Ромка так и остался стоять с открытым ртом. Вот это я осмелел! Нет, Ярка точно со смеху умрет.       00.40, надеюсь, Дракоша не будет ругаться, подкрадусь и зацелую. Нет, вы только подумайте, Ромка был с парнем. Кхик, прикольно. Так, а чего это кровать пустая? Что это? Записка?        Мой ангел, прости, что так получилось, пришлось срочно срываться в Японию. Дело неотложное, а рейс раз в неделю и как раз сегодня. Если вернешься домой до двенадцати, позвони, самолет в 00.30. Не волнуйся, все хорошо, даже просто отлично! Нам достался тендер на полгода раньше, чем мы планировали. И думаю, что благодаря твоим рисункам. Я говорил, что ты умница? Говорю еще раз, ты ЛУЧШИЙ! Солнышко мое! Не прошу тебя вести себя хорошо, ты и так молодец. Учись, рисуй, на мотоцикле не гоняй сильно. И как мне и обещал, ночью не смей! Вернусь, узнаю, что был уткой ночной, покрашу твой байк в оранжОвый! Животных не балуй, особенно пса. На кровать не пускай, а то когда вырастет, мы на ней не поместимся. Единственное, что очень печалит меня, это то, что не смогу завтра, как обещал, проводить тебя в школу. Прости, буду должен. Могу купить хлыст и наручники, и приму любое наказание. Все, мой хороший, целую и уже скучаю. Меня не будет месяц. Звони. Твой Риюю.       Вот те на! Погулял! Даже Ярку не проводил! Не переживай мой самурай, все будет хорошо, и я тоже уже скучаю.       Принял душ, затащил зоопарк на кровать и как ни странно быстро заснул.       Утро без Ярки. Как-то растерялся. Пока накормил животин, пока сосредоточился, что надеть, конечно, я уже и сам прекрасно разбираюсь, как правильно одеться, но привык, да и нравится мне, когда драконище меня одевает. Взгрустнулось. Ой, он же уже долетел. Где телефон?       — Дракошка, сбежал от меня! Гадкий ящер!       «Привет, мой хороший, прости. Как ты? Все хорошо?»       — Даже в голову не бери, все прекрасно. С Ильей объяснился — мы друзья. Натанцевался с Лилькой так, что нам выдали карты постоянных клиентов. И еще, прикинь, видел Ромку с парнем. А я-то думал, что он натурал, стопроцентный. Вот дятел я, да?       «Ты справишься без меня?»       — Конечно, не парься! Сам сказал, что я взрослый уже, даже больше, чем сказал… Спасибо, Рию, я очень тронут, мне очень понравилось, но я хочу как раньше, чтобы ты…       Что за комок в горле, почему слезы?       «Ты, что плачешь? Не смей! Милый мой мальчик, солнышко, мышонок, котенок и ангел, я прилечу раньше, как только смогу, постараюсь быстрее»       — Ничего я не плачу, с ума сошел ящер дикий! Просто связь плохая. Ладно давай, иначе я опоздаю, деду привет.       Не хватало еще самураище расстраивать, ему нужно работать, а я как эгоист, слышно же, что он переживает, что бросил меня одного.       — Кошки, но я ведь не один? Пошли открывать дверь, там, наверное, Марк трезвонит.       Не угадал, первым примчался Игорь, Марк минут через пять, а затем и Мишаня с Лилькой. Сообщили, что и все остальные придут к школе. Звонила сестрица, но только поздоровкались и попрощались, говорить уже было некогда, и так почти опаздывали. Я был счастлив, меня в жизни столько народу не провожало в школу, обычно либо Марго, либо Марк, а тут толпа, зашибись! Хотя мне хватило бы и одного дракона…       В школе, как и ожидал, все взгляды одноклассников были приклеены только ко мне. У Ромки-то точно вывихнулась челюсть. На втором уроке он сел со мной.       — Тебя прямо не узнать. Удивил. Что раньше скрывался? Шпиёном работал, колись!       — Нет, Ромыч, так получилась. Устроился летом на работу, познакомился с ребятами, все и закрутилось. Переодели, подстригли, «му» сказать не успел.       — Тебе очень идет. Мы всем классом в кафе сегодня, отметить так сказать, начало конца… Айда с нами.       — Не знаю, я очень занят, у меня жесткий график. Разве, что с восьми до десяти.       — Вот и отлично, мы в семь собираемся, кафе на проспекте, подгребай. И вчера, в клубе… Это был твой парень?       — Нет, просто друг.       — Хорошо, приходи, буду ждать с нетерпением.       Вот, как оно просто-то! Схожу, любопытно.       Дел было много. После школы меня забрал Марк. Завтра сам поеду, чтобы его не дергать. Отвез в ресторан, я поел, собрал хавчик Игорю и дунул в офис. Проработал до пяти, помчался домой кормить звероферму, да и японец должен был подойти к половине шестого. Позанимались час, мозг у меня встал раком. Ну ничего, разберусь. Ярка вернется, попрошу на японском со мной разговаривать. А что? У меня слух хороший, осилю!       Теперь в кафе, к одноклассникам, ближе знакомиться. Вызвал такси и пошел одеваться. Приехал почти в восемь, как и обещал. Да, а они уже пива насосались, не интересно. Девчонки меня сразу облепили, я видел, что Рома хотел сесть со мной, но не вышло. Скучно. Поковырялся вилкой в салате, выпил противный кофе и собирался домой.       — Лер, не вызывай такси, давай пройдемся, а то мне здесь тоже надоело.       — Давай, Ром, подышим, только недолго. Я через час должен быть дома.       Вот то, о чем я так мечтал. Но почему я не рад? Ромка за лето возмужал и стал еще симпатичнее. Должно же меня как-то тянуть, тянуло ведь раньше? А сейчас — НИЧЕГО! Идем молча. Рома взял мою руку. Может сейчас? Он останавливается и разворачивает меня к себе.       — Валера, я не знаю, как все эти годы мог тебя не замечать, ты само совершенство, я хочу быть с тобой, хочу, чтобы ты был моим парнем.       Я слегка в замешательстве. Больно он резвый! Роман наклоняется и целует меня. Обнимает, прижимается ближе, и уже просто присасывается к моим губам и пытается проникнуть в мой рот языком. Я не двигаюсь. Я лишь плотнее сжимаю губы. Не специально, просто рефлекс, причем безусловный, врожденный! Неужели я об этом мечтал? Грезил им? Это же мой Рома любимый. Ущипните меня, а лучше тресните посильнее. Я — вакуум! Я ничего не чувствую. Ни смятения, ни волнения, ничего. Нет, вру, мне противно! Отталкиваю его изо всех сил.       — Ты сбрендил, что творишь? У меня парень есть, которого я люблю!       Разворачиваюсь и бегу на проспект. Такси, домой!       По дороге меня начало колотить, нет, просто колбасить. Как только закрыл дверь в дом, уселся на пол и разревелся. Прибежали Ру и Гар, стали ласкаться и лезть на колени. Ваш хозяин, дурак!       — ЯЯЯЯРРР! Я дурак, полный, люблю тебя! И никогда, никого не любил, никакого Рому, да и не смог бы полюбить, раз есть ты на свете! ПроООСТИИИ! Яр, ЛЮБИМЫЙ!!! Что делать-то? Как я мог его отпустить? Кошки, что делать?       Схватил их на руки, понесся в спальню. Так, где чемодан? Боже, самолет, только через шесть дней! Нет, я не выдержу! Марк… Марк!       — Маааарк, он меня поцеловааааллл, а я ничего… не то, НЕ О-О-ОН! Маааарк… я умру без него…       — Господи, милый, я ничего не понял. Ты же дома? Приеду через 10 минут, попей водички, успокойся, не смей никуда выходить, я уже в машине, жди.       Я чмо, урод, разиня! Слона не приметил, вернее ДРАКОООНААА. Как я его мог отпустить? Как с ним не полетел? Он был так добр ко мне. У него же за эти три с лишним месяца, кроме меня и не было никого. Он же говорил: «мой», «ты самый красивый на свете…» и «любимый», говорил, что я его искушение. Отдался МНЕ! Мне единственному позволил… Любви не бывает на расстоянии, нет. Он такой красивый, добрый, самый лучший, его ЗАБЕРУУУТ у менЯЯЯЯ!       Он МОЙ, не отдам никому! Тряпка, хватит ныть! Звучит безумно глупо, но за свое счастье нужно бороться! Я смогу! Добьюсь! Не отпущу! Вот ведь, сколько всего научился за лето, я даже вырос на десять… ну, да, вру — на восемь с половиной сантиметров. Но ведь это не предел, мне только семнадцать. Так, где телефон?       — Рит, привет, вы там как? Говори сразу, ты уже беременна?       «Привет, мой хороший. Ты ясновидящий? Я пятнадцать минут назад сделала тест. Да я беременна, Пашка до сих пор в коме»       — Поздравляю вас, сестренка, веди себя хорошо, кушай правильно и с сексом поаккуратнее, уж не девочка.       «Подзатыльник дам! Что трезвонишь так поздно? Как животинки? У вас ночь почти. Яр улетел, а ты пустился во все тяжкие?»       Вот ведь, родная кровь, не водица. Сама за тридевять земель, а чувствует… ну этой, самой, ну, вы знаете, чем.       — Нет, Ритуль, все в порядке, все хорошо, я просто влюбился. Он замечательный, лучший! Нет, это не Рома. Дай мне, пожалуйста, Павла, хочу его тоже поздравить.       — Поздравляю, папаша, рад очень, хорошо бы сразу двойня! Да не икай ты там, соберись. У меня к тебе разговор, очень серьезный. Только сразу прочувствуй, я не спрашиваю разрешения, я ставлю вас перед фактом. Умоляю, без комментариев! Только «да» или «нет», не нервируй беременную жену. Я люблю Ярослава и собираюсь лететь к нему в Японию, ждать месяц не могу, и вообще не могу без него. Думайте что хотите, но он меня не совращал, он просто заботился и любил меня. Он самый лучший, он мой единственный! А я его проморгал — лох чилийский! Я не могу его упустить. Я позвонил отчитаться и не смей Яра ругать, ты мне еще должен, за то, что я сразу согласился на Риткино «замуж». И «да» — это почти шантаж. Люблю вас, береги жену и ребенка, за меня не волнуйтесь, Ярка тебе сообщит, как я доберусь. Все целую. Видать, я добавил мужику впечатлений, ну ничего, переварит.       — Марк, заходи, я здесь, на кухне!       — Малыш, ты меня до смерти напугал, но вижу, что повреждений нет, и ты больше не плачешь. Рассказывай, что стряслось?       — Я Яра люблю!       — Ну, это понятно давно, случилось-то что, и с кем ты целовался?       — С Ромой, подожди, как понятно? Что ты мелешь? Я сам только полчаса назад догадался.       — Я понял, что ты в него влюбился, как только увидел вас вместе. И зачем ты с Ромой целовался, раз Яра любишь? Нелогично.       — Да, если бы он меня не поцеловал, я, тупица, так бы еще долго не осознал, что Яра люблю. А еще, если бы дракон не уехал. Дядь Мар, у тебя же есть на меня доверенность, я точно знаю, ты ведь мне поможешь? Иначе, обещаю тебе Ниагарский водопад из моих слез в главном зале ресторана, круглосуточно. И никто не посмеет меня выставить, ты же знаешь.       — Помогу, что с тобой делать, шантажист мелкий. Ведь растил такого хорошего мальчика, скромного, милого, уважительного, послушного. И что получилось в итоге, бабочка ты моя.       — Ну, уж что выросло, то выросло, сам радовался, что я изменился. И еще, я без него тут не буду и ему без меня не позволю. Как там стишки его эти поганые? Вот, вспомнил!       Хоть мы в разлуке,       как водопад, скалами       разъединенный, —       одним я жив: надеждой       увидеться с тобою!       (77. Сутоку-ин)       А нужно мне вот, что…