Dear souls / Родные души

      Эндрю пасует мяч Нилу, швыряя его на другое поле, и они забивают. До тренировки оставалось мало времени, но все все равно не расслаблялись, единственный, кто не парился, был Эндрю, что скучающе смотрел в одну точку. Нил же был просто навеселе, с его лица не сходила широкая улыбка, а бег казался еще быстрее, за ним даже Кевин не успевал, даже за пасами со стороны рыжего. Вся остальная команда заметила это, ведь Нил Джостен просто светился от счастья. Когда тренировка была окончена, они пошли по раздевалкам, один из сокомандников подошел к Джостену и широко улыбнулся: — Радости полные штаны, Джостен. Чего случилось? Кевин появляется с другой стороны. — Вот именно, даже слишком много радости, ты бы мог и подождать меня, а не пасовать на место, до которого я даже не успел добежать! — А разве это мои проблемы? — спокойно говорит Нил. — Ну так колись, что случилось? — в их разговор встревает Рита, она совсем недавно присоединилась к их команде, но нашла общий язык почти со всеми (почти, имеется в виду только Эндрю) сокомандниками. — Да так, просто примеряю на себе роль папы, — он поворачивает голову и смотрит на сзади идущего Эндрю, приподнимает бровь, глядя на эту широченную ухмылку. Рита резко остановилась. — Стоп-стоп, у Нила Джостена есть ребёнок? — опешила она. — Я тебе больше скажу, — говорит высокий темноволосый парень, — у Нила Джостена и Эндрю Миньярда есть дети. Мы все до сих пор в шоке! — Ваш шок — мой не переплюнет, — заявлет Кевин, — я в ахере до сих пор. Уж что, с Нилом я смирился, а чтоб Эндрю отцом стал… Кевин замолкает, встречаясь со взглядом Нила. — Кевин, я прекрасно знаю, что Эндрю намного лучшая пара, чем ты, — заявляет спокойно Нил, видя, как Кевин меняется в лице. — С чего это? — Например, в том, что бедному ребенку не приходится каждый Божий день слушать про экси! — выкрикивает кто-то из команды и остальные начинают смеяться. — Ну ничего, я дядя этих детей! Я им весь мозг своим экси выем! А если они еще вырастут такими же, как Нил с Эндрю? Это будут легендарные игроки! Надеюсь характерами получше некоторых! — Я тебя к своему дому не подпущу больше, — говорит Эндрю, проходя мимо всех, попутно хватая Нила за руку и утягивая за собой, — мне одного фанатика в доме хватает. Нил усмехается. — Эндрю, — зовёт Нил на русском. — М? — Я думаю и твой час скоро настанет, Уилл и тебя папой назовет. — Это будет странно, непонятно тогда, к кому он будет обращаться, — спокойно произносит он. Они входят в раздевалку и идут к своим шкафчикам. — Может тогда отец? — предлагает Нил. — Ужасное слово. — Мама? — еще одна попытка. Эндрю уничтожающей смотрит на Нила. В раздевалку входят остальные. Пока некоторые переодевались, а остальные принимали душ, Эндрю достает свой телефон, и на экране всплывает смс из родительской чата. Он действительно не хотел сидеть в этом чате мамашек, там одного Нила уже достаточно, но Джостен настоял на том, что Эндрю тоже должен там быть. Он заходит в чат и читает СМС. Детей отпускают сегодня пораньше, и учитель просит забрать их поскорее. Эндрю держит в себе раздражённый вздох. Эта училка его нервировала в последнее время, сейчас не так поздно, и родители многие на работе, а о таком нужно предупреждать заранее. После этой мысли в чате начались негодования, но Эндрю было абсолютно все равно . Он подходит к Нилу, что не брал свой телефон в руки, и показывает экран, Нил внимательно читает, а после смотрит на Эндрю. Спустя 10 минут они садятся в машину и едут в школу к детям, Нил смотрит на небо и видит темные тучи. Дни с неделями проходят незаметно, вот и зима заканчивается. — Зима быстро закончилась, — говорит Нил, — скоро будет сезон дождей. — Не сможешь бегать по утрам? — Конечно смогу. — Не сможешь, — твёрдо говорит Эндрю, — мне твоих соплей в кровати хватило уже. — Прошу прощения, милорд, что заболел, — он посмотрел на Эндрю, улыбка на лице рыжего озаряла весь салон, а Эндрю не понимает: он то ли рад, то ли устал от этого. — Милорд? — Я вчера сериал прикольный начал смотреть, мне понравилось, вот и прижилось. Эндрю на это покачал головой, он нажал на педаль газа и поехал быстрее обычного. До конца большой перемены детей оставалось минут 10, и нужно было успеть их забрать, потому что учительница ясно высказала, что нужно поскорее ей уходить по семейным обстоятельствам. Нил проверяет чат класса, там до сих пор жаловались и негодовали, но видимо каждый сможет забрать своего ребёнка, некоторых из детей с помощью школьного автобуса довезут домой. — Друг Уилла и Сэма — Энди, ездит домой и в школу сам в автобусе, — говорит Джостен, — интересно, наши бы дети смогли поехать на автобусе в школу? — Ты хочешь это проверить? Мне кажется на Мазерати намного веселее в школу ехать, чем на школьном автобусе. — Да, твоя машина круче. Но вряд ли дети бы поехали одни, особенно после ненормальных выходок того ублюдка, Уилл бы точно боялся. Да и я не смогу со спокойно душой отпустить, а ты? — Что? — Ну, они такие маленькие, — шепчет Нил, — не могу представить, если они одни останутся, мое сердце будет неспокойно. Лучше давай их три годика повозим, а лучше все 5… — Нил, — переживает Эндрю, — ты им свободу давай, не будь таким параноиком — мамкой. — Я не такой! — Зато превращаешься в это. Они должны стать сильными, и мы должны в этом им помочь. Ты, как никто, знаешь, зачем это нужно. Порой, только ты сам сможешь себя защитить. Нил молча смотрит на Эндрю. — Сэм явно думает так же, — говорит Джостен, — учитывая, что он до сих пор нож с собой носит. Я все думаю, металлоискатель поймает его рано или поздно? — Это коробка все время пиликает, когда через нее кто-то проходит. — У многих детей, если не у всех, есть телефоны, и в сумке Сэма тоже он есть. — Будет лучше, если во время обыска они найдут телефон быстрее, чем нож, — Эндрю задумывается, — мы, наверное, плохие, раз позволяем Сэму с ножами в школу идти. — Наверно так, но мы уже проходили это, и забирали, но потом он все равно брал обратно. — Семилетний мальчик явно не умеет пользоваться им, нужно хоть научить. Нил задумывается, погружается в воспоминания, если быть точным. — Лола учила меня кидаться ножами в 7 или 8, но это только метать, до этого я разрезал трупы животных. Эндрю молчит. Его рука тянется к Нилу, Нил сжимает её в ответ. — Думаешь, их воспитывали так же, как и меня? — В плане? — Расчленение животных? — предлагает Нил, — оружие учили собирать и разбирать, учили болевые точки на теле человека… — Джостен, — зовёт его блондин, — успокойся, — просит мужчина, — их воспитывал не отец Натаниэля. Поэтому успокойся, — в который раз произносит он, видя, как его муж все сильнее начинает переживать. Паранойя для Нила это что-то новое, а с появлением детей это чувство усилилось, — они хорошо воспитали их, в плане, мать у них вроде нормальная, отец не сильно тиранил. Детей больше учили простой учебе, они очень образованны для своего возраста. — Я надеюсь только этому… — шепчет парень. — И не только этому, — говорит Эндрю. — В смысле? — выпрямился Нил. — Я и должен был, и не должен был тебе это говорить. — Не понял. Ты что-то знаешь? — Можно и так сказать. Дело в том, что мы пообещали друг другу всегда говорить правду и ничего важного не скрывать, — он на мгновение смотрит Нилу в глаза, — я кое что случайно узнал, но Сэм попросил не рассказывать никому. — Мы с тобой, по моему, говорили об этом уже, точнее ты говорил, — вспоминает Нил, — у детей есть секреты, и это нормально. Даже если они будут нам полностью доверять, это не значит, что будут рассказывать все. — Да, — соглашается Эндрю, выруливая на повороте, а вдали показалось здание школы, — но спешу напомнить, что это не из-за того, что они не доверяют нам, многие дети так поступают с родителями. — А мы для них станем родителями? — Это зависит от них. — Я бы хотел этого, — улыбнулся Нил, — раньше слово " папа " вызывало во мне двоякое и отстраненное чувство, но когда меня так назвал Уилл…в душе сразу хорошо стало. — Ты к ним привык очень сильно, вряд ли сможешь отпустить. А ты, оказывается, еще тот нежный мальчик. Нил с минуты смотрит на Эндрю, осознавая, что только что он сказал. — Вы ревнуете? Эндрю цокнул языком на этот вопрос, а Нил приподнял бровь. Нежность и заботу раньше он только к Эндрю проявлял. — Никак нет, — отвечает Миньярд и заворачивает на парковку. Они выходят из машины и блокируют ее, они прижимаются плечом к плечу и идут ко входу в здание. Охранник на них внимательно смотрит, Нил приближается к нему и говорит по какой причине им нужно войти, взрослый мужчина кивает, его предупреждали. Эндрю, стоящий в сторонке, смотрит на окружающих и видит еще двоих охранников, новых. Все таки прошлый индицент хоть какой-то повлиял на них. Но никак не на их маленького сынка, который так и не уяснил, что пропадать в любой момент не надо. Эндрю это понимает, когда они заходят в класс к своим детям и видят, как учительница, вся встревоженая, говорит с Сэмуэлем, только вот не было понятно, она его успокаивает, или ругает. — Я не знаю, — взволнованным голосом говорит Сэм, — он мне ничего не говорил! — Его в столовой с нами не было! — заявил Энди, — мы же вам сказали об этом, мы подумали, что он пошел в туалет, и пошли туда же, но его не было. — Боже мой! Этот ребенок… — сквозь зубы произносит женщина и замирает, уставившись на вошедших людей. Эндрю выглядит неудивлённым. Вот совершенно, он ставит руки в карманы своих чёрных спортивных штанов и прямо смотрит в глаза этой женщине. Нил же наблюдает за нервным Сэмом, который не знал куда деть свои руки и с беспокойством озирался по сторонам, наконец-то и малыш оборачивается, видя старших. Малыш сорвался со своего места и вплотную подошёл к Нилу, он нервно дышал, дотрагиваясь обоими руки до майки Джостена. — Он пропал, опять пропал… — шептал Сэм. Нил быстро опускается, дотрагиваясь до плеч младшего. — Успокойся, лисенок, — просит Нил, — расскажи, что случилось? Пока Сэм взволнованно рассказывал Нилу, Эндрю до сих пор смотрел на женщину, которую ну очень смущал его взгляд, она нервно кашлянула и подошла к ним. — Добрый день. — Где мой сын? — спрашивает холодно Миньярд. Сэм заканчивает рассказ и резко поднимает голову на Эндрю. Учительница молчала. — Он вновь куда - то делся, — говорит она, — в который раз. Я устала говорить с ним на счет этого! — Вы его обвиняете? — приподнимает бровь Миньярд, — если с ним что-нибудь случится, на суде будете так же говорить? — С-суд? — удивилась она. — Да, — спокойно отвечает он, — и это самое милосердное, что я могу сделать, если с моим ребенком что-то случится. Нил подавил в себе улыбку, это было слишком мило для него. Все были под впечатлением, чтоб понять: шутит ли Эндрю или нет. Сэм внезапно обнимает Нила, из-за чего все мысли перетекают на второй план, дрожь маленького тельца очень хорошо ощущалась для Нила, он прижал к себе мальчика, начиная успокаивать: — Сэм, не переживай, мы его найдём сейчас. — А если его забрали? — он прижался к шее парня, не желая отпускать, — а если… В дверь громко постучали. Все присутствующие обернулись. В дверях стоял дедушка в возрасте, он внимательно оглядел присутствующих и остановился на учительнице. — Вот вы где! Я вас искал в столовой, — он начал подходить к ним, — вы не заняты, я вам хотел кое что сказать… — он замолкает, увидев копию Уилла, обнимающего рыжего мужчину. Сэм повернул голову к дедушке. — Божечки, ты чего такой красный, малыш? — спросил он. Эндрю посмотрел на старика, а потом на Сэма. Малыш отстранился от Нила и начал вытирать свое лицо, все-таки малыш слезы от нервов пустил. Нил встал со своего места, оставив руку на макушке малыша. — Вы. Вы не видели Уилла? — тихо спрашивает малыш у старика. — А, — он положил руку на грудь, — ты брата потерял? Малыш, не переживай, с ним все в порядке. Я, что пришел то, — он повернулся к учительнице, — его брат у меня в библиотеке, там маленький конфуз случился, я пришел предупредить вас, ребёнок успокоится и придет. — Успокоится? Старик обернулся, когда из-за голоса присутствующего у него холодок побежал, он посмотрел на светловолосого мужчину с усталым видом. — Господин Энджел, — учительница посмотрела на него, — это Эндрю Миньярд и Нил Джостен, опекуны детей, — она устало выдохнула, — я рада, что он у вас, мы его искать уже собрались! — Рад познакомиться с вами — он улыбается им, — приемные? Мне не послышалось да? — Да, — кивает Нил. — Вы просто так похожи на них, одно лицо словно. — Мне часто это говорят, — он смотрит на Эндрю, — не хотим отнимать у вас время, нам надо забрать Уилла. — Конечно. Нил хотел уже идти за стариком, но Эндрю сделал шаг быстрее, Джостен остановился, увидев, как Эндрю идет за дедом. — Я тоже, — просит Сэм. — Давай лучше соберем сумку твою и Уилла, — говорит Нил, — Эндрю его приведёт, не переживай.

///

У Эндрю не было желания разговаривать, вообще. Он шёл за этим стариком, поднимаясь на лестнице, тот изредка подглядывал на него, но блондин это игнорировал. Но это все-таки неправильно, был бы тут Нил, то сразу же спросил о том, что произошло и что за " конфуз " случился. Эндрю пересиливает нежелание разговаривать с незнакомым человеком, ему тоже важно узнать, что случилось. Дети и его тоже. — Что у вас там случилось? — все же спрашивает Эндрю. — Я сам не знаю, захожу в библиотеку, слышу плач, иду туда, а там ваш ребёнок сидит на коленях в слезах. Эндрю пронзительно смотрит на этого человека, услышанное явно ему не понравилось. Он строгим тоном просит рассказать все в деталях. Услышанные подробности заставляют его коснуться одной рукой до лезвия, через ткань, но он прекрасно понимает, что это не тот случай, но наказать человека, который довел до слез Уилла очень хотелось. Когда они вошли в помещение, Эндрю осматривает библиотеку быстрым взглядом, а потом идёт за стариком, тот остановился возле неприметной двери. — Они там, — говорит он. Они. Эндрю подходит к двери и тихо приоткрывает ее, разговоры двух детских голосов были невпопад слышны, особенно более спокойный голос Уилла. Появилась маленькая щель, через которую можно было посмотреть на то, что происходит внутри. Стол, а за ним небольшой диван, на котором сидели дети, точнее ребёнок и подросток, который не отрываясь смотрел на Уилла, малыш то затихал ,то уверенно говорил о чем-то. Он входит. Эндрю прекрасно замечает красные щечки на бледной коже, тот темноволосый подросток первый замечает его, пока Уилл держал обеими руками чашку и пил что-то из нее. — Вот ты где, — негромко говорит Эндрю.

///

Нил придерживал сумку Уилла и шёл наравне с Сэмом, тот, опустив голову, неохотно шёл к машине. Нил посмотрел на малыша и дотронулся до его рыжих волос. Этот жест заставляет ребенка остановиться и поднять голову. — Я знаю, что ты хочешь к брату, но Эндрю там всё решит и приведёт его к тебе, всё будет хорошо, лисенок. — Но почему мы не пошли с Эндрю? — Потому что Эндрю захотел сам туда пойти, не знаю, что такого случилось, но думаю Эндрю всё уладит, он точно не даст в обиду вас, а если и обидят, то точно поплатятся за это. — Неправда! — Сэм опускает голову, — то есть, все кто нас обижали…им ничего не сделали, никогда не делали! Даже когда мы говорили об этом воспитателям! Но они не верили, ни про тех детей, ни про того мужчину! Нил садится на колени перед мальчиком и дотрагивается до его плеч. — Лисёнок, — спокойно, но с уверенностью говорит Нил, — если я узнаю имена, то точно накажу, потому что то, что они делали с твоим братом непростительно, и мне даже всё равно, что они дети, каждый должен отвечать за свои поступки. Это детдомовские подростки, в них ноль воспитания и морали. Слов будет недостаточно, а наказание в виде колонии для несовершеннолетних, за растление и насилие над детьми самое то. Порой, только так люди способны понять, что то, что они делали непростительно. И то мало…Пару лет колонии не сравнится с травмами на всю жизнь. Он по Эндрю знает. По Жану знает. Эндрю порой противно от прикосновения всех, даже Нила, иногда даже взгляда хватает, чтобы закрыться в комнате на пару часов. Нил переживает за Эндрю в те моменты, ему чертовски жаль, что это происходило в его жизни, и поэтому Нил надел на себя цепи. Он любит Эндрю, он очень счастлив с ним, порой он хочет внезапно подойти и обнять блондина, поцеловать, прикоснуться. Но Нил всегда это держит в себе. Потому что это Эндрю. И его нужно спрашивать, прежде чем трогать, словами или взглядом, Нил научился более менее различать моменты, когда можно, а когда нельзя. — И со мной тоже… — тихо говорит Сэм. Малыш опускает взгляд в пол, его рыжая чёлка падает ему на глаза, Нил расширяет свои глаза, эти слова выбивают из колеи. И Сэма тоже, и его… — Меня мальчики тоже, — шепчет он, — они нас путали по вечерам, думали это брат, я их бил сильно, царапал по лицу и глазам, делал больно, только чтобы не делали больно мне… То, что он увидел в родительском доме Ники, навсегда остается в его памяти. Эндрю лежал на кровати весь в крови, Дрейк был сверху, его лицо было всё исцарапано. Воспоминания исчезают, и он вновь видит перед собой Сэма, малыш теперь смотрит на него, а не в пол, на краях его глаз можно было заметить слёзы, мальчику больно это всё вспоминать. Нил про это тоже знал, понимал, что Сэма тоже подвергали насилию. Просто в голове не укладывалось, совершенно… Ублюдки. — Нил? — зовёт малыш. Джостен сжимает плечо ребёнка. Ему надо успокоить ребенка, но он не может, его собственное сердце начинает стучать очень сильно и громко, так громко, что это бьёт по барабанным перепонкам. Он сам в лютой панике, прямо как тогда в доме у Ники, шокировано смотрел на это всё и не мог прийти в себя, в тот момент Аарон был быстрее, наверное, он слишком долго не смог смотреть на это, пары секунд хватило, чтобы испытать лютую боль, ярость и ненависть, увидев эту картину. И считанные секунды, чтобы схватить клюшку Нила и убить Дрейка чтобы спасти брата от мучений, это действительно были мучения. — Нил, у тебя слёзы… Нил всегда боялся смерти, когда был в бегах, ему надо было выжить, ему не надо было расти в жестокости и становится копией отца. Он не убийца. Но если бы тот шок прошёл быстрее, то он не знает, что бы сделал там с Дрейком. Убил бы. Избивал бы его этой клюшкой бесчисленное множество раз. Нил — это не Натаниэль. Но Натаниэль это — часть Нила. И он осознает, что действительно может убить, ради Эндрю, ради этих маленьких детишек, что присоединились к их семье, сделает больно другим — главное, чтобы не делали больно его семье. Маленькая ладошка коснулась его лица, Нил ели заметно вздрогнул и посмотрел на малыша, тот запоздало понял, что Сэм что-то стирает с его лица, сам же мальчик был абсолютно спокоен, смотрел на него словно взрослый и нетравмированный человек. — Мужчины плакать не должны. Они должны быть сильными, не смотря на то, что с ними произошло, — говорит он, — Эндрю же не плачет, вот и ты не плачь. Вы же сильные. Нил усмехнулся, грустно уставившись на небо. — Мне порой кажется, что Эндрю выплакал все свои слёзы, когда был в твоём возрасте. — Я тоже хочу перестать, — уверенно говорит Сэм, — мне нравится Эндрю, хочу стать таким как он. Раньше мне нравился папа, но его очень сильно можно разозлить, например, тем, что Уилл болел, или я. Потому что если мы болеем то тратим драгоценное время, и болеют только слабые люди… — Слабые люди? Я тоже порой часто болею, а Эндрю почти никогда, даже если ест мороженое в минус 40. Он намного сильнее меня. Сэм улыбнулся. — Он очень крутой, всегда спокойный и опасный, если к нему подойти близко, он может себя защитить. И тебя тоже, я тоже хочу быть всегда спокойным и уметь защитить брата. Спокойные и молчаливые кажутся намного опаснее, чем те люди, которых легко можно разозлить. Мне так недавно Уилл сказал, он из своей книжки это вычитал! Улыбка с лица Нила пропадает. — Боже, да что этот ребёнок читает! — вырвалось у Нила, — нужно проверить его книги, вдруг там про маньяков каких-то! — Маньяки? Кто это? — Ну, есть такие люди… — он встаёт с колен на ноги, — как раз таки неприметные тихони, которые в итоге…делают больно людям. Ммм, ты же знаешь, что к незнакомым людям подходить не надо? Не говорить с ними, и ничего не брать у них… — Я знаю, — кивает Сэм. — Хорошо — хорошо, — выдыхает Нил. Слишком много эмоций за последние пару минут. Он не понимает причины. Смотрит в сторону входа в школу, и дотрагивается тыльной стороной ладони до своей щеки. Он что, действительно слезу пустил? Старость? Вряд ли она наступает в 24 года, видимо это всё из-за детей. Он привязался к ним, он считает их частью своей с Эндрю семьи, и ему больно от того, что было с этими детьми, точно также больно от детства Эндрю. Все трое пережили насилие. С Эндрю он уже ничего не сделает, он пережил намного больше них, и теперь всю жизнь будет идти на приёмы к Би. Нилу остаётся только одно — дарить ему любовь и поддержку. Он не хочет видеть такое же состояние и у детей в будущем. Ему и так самому слишком больно от Эндрю. Поэтому он всеми силами должен защитить этих детей, это уже его дети, их с Эндрю. — Что-то они долго, — пробормотал Нил, — всё-таки нужно было идти с Эндрю, я слишком легкомысленно отнёсся к этому, — он посмотрел на Сэма, — давай скинем сумки в машину и пойдём за ними.

///

Уилл внимательно смотрит на Эндрю, его руки сжимаются в кулачки, и он их прижимает к своей груди. Он чувствует, как начнёт шмыгать сейчас своим носом, непонятно, или из-за грусти, что он начал чувствовать сейчас, или из-за скопления холода, которым наполняет комнату Эндрю. Они только подружились вновь с Мейсоном, наладили отношения и мальчик был рад, что теперь они станут настоящими друзьями. И он хотел бы познакомить его со своими родными, дяде Ники он бы понравился, наверное, как и остальным, тетя Элисон сказала бы, что он немного стильный, это заметно по кольцам на пальцах, часам, и явно дорогому телефону, ну и причёска у него крутая, и форма хоть и странно выглядит, но тоже ему подходит. С Нилом они уже познакомились, и, наверное, самое напряжённое — это было знакомить его с Эндрю. Но не так. — Я объясню, — встревает Уилл, — ничего не случилось. — Врешь ведь, — отвечает Эндрю, — ненавижу ложь. Уилл замирает. — Я расскажу, — говорит Мейсон, — дело в том, что мы поговорили с ним, и разговор зашел не в то русло, я задел чувства Уилла, и он… заплакал. Уилл вдруг хватает Эндрю за его спортивные штаны и подходит ближе. — Это я виноват, что заплакал. Он хороший! — мальчик явно не знал, что делать, он видел, или скорее чувствовал, что Эндрю злится. Так ведь должны поступать взрослые? Злиться, если детей до слез доводят? Или нет… Или сейчас Эндрю злится на него за то, что он плакал. Это я виноват, что заплакал. Отец всегда ругал его, когда он плакал. Это слабость. Мгновение, и Уилл чувствует касания тяжёлой руки на своей голове, он непроизвольно сжимается, но все равно поднимает голову наверх. Эндрю сверху вниз внимательно смотрит на ребёнка, его взгляд был нечитаемый, трудно было бы догадаться, о чем он думал сейчас. Но он был спокойным. — Эндрю, — совсем тихо и наивно произнёс малыш, но очень искренне, чтобы взрослый его понял, — не злись, пожалуйста, на него, и на меня, я больше не буду плакать. Мы поговорили, и он попросил прощения. Ничего плохого нет. Честно. — Никогда мне не говори слова " пожалуйста ", лисенок, — на русском говорит Эндрю. Уилл вопросительно смотрит на него. — Что именно он тебе сказал? — спрашивает Эндрю. Мейсон неотрывно смотрит на старшего. Эндрю Миньярд точно такой же, как о нем рассказывают и пишут, пугающий. Это спокойствие обманчиво. Мейсону казалось, за то, что он довёл до слез Уилла, вполне бы смог получить в лицо от Эндрю. Ему, наверное, все равно, что он подростка ударит. — Я заплакал, потому что во время разговора вспомнил о детском доме, — шепчет Уилл, — но заплакал ещё сильнее, когда Мейсон начал меня успокаивать. Он меня обнял. Я испугался. Он хороший, честно! Он сказал, что мы будем друзьями, я хочу… чтобы у меня были друзья. Уильям не хочет врать ему. Только не Эндрю. — Я сжалюсь над ним сегодня, — говорит он на русском, — но дома ты мне всё-всё расскажешь. Хорошо? Уилл охотно кивает. Эндрю устало переводит свой взгляд на темноволосого парня. Ему хочется сейчас забрать Уилла, и пойти к Нилу. — Эй! — обращается он к Мейсону, — больше не трогай его и пальцем, он не любит, когда его трогают. Мейсон непроизвольно кивает и смотрит на Уилла, но тот занят гляделками на лицо Эндрю, старший потрепал малыша по волосам, а после протянул ему руку. — Пошли, Нил с Сэмом ждут нас. — Да, — мальчик берёт Эндрю за руку и прощается с Мейсоном. После они уходят.Уилл смотрит на последок в глаза Мейсону, и второй рукой машет, говоря " пока ". Парень садится на диван и смотрит на дверь. Он сейчас впервые увидел так близко Эндрю Миньярда. Это совсем другое ощущение, даже несмотря на то, что его отец и отзывается о них плохо, но сам он думает о том, что они реально крутые. Возможно, ему не стоит слушать своего отца впредь, и чемпионаты по экси смотреть отдельно от него, чтобы ничего ему не мешало восхищаться ими. — Повезло тебе с родителями, Уилли, — шепчет он, а на лице появляется улыбка.

///

Нил и Эндрю встречаются возле входа и выходят одновременно, они смотрят друг на друга, пока Джостен не опускает свой взгляд на маленького лисенка, что держался за руку Эндрю. — Уилл? — он дотронулся до его макушки, — все хорошо? Уилл кивает. Хочет сказать слово, но вдруг его с места чуть ли не сбивает Сэм, крепко обнимая, Уилу пришлось отпустить руку старшего и обнять брата в ответ. — Уилл! Все, я на тебя обижусь! — заявил серьёзно он, но не отпускал брата, — как ты мог сбежать от меня! Не прощу! Второй мальчик напрягся, и отстранился, извиняющимся и растерянным взглядом он посмотрел на брата и покачал головой. — Не обижайся, прости меня! Я больше так не буду, честно-честно! — Ты плакал? Знаю, что плакал! — он хмурит брови и вновь обнимает его. — Я… да плакал. И этого я тоже больше делать не буду, — тихо говорит он, прижимая Сэма к себе. — Все милашки, — говорит Эндрю, — давайте, поехали домой. Нил с Эндрю наблюдают за тем, как мальчики берутся за руки и идут вперёд к машине, Нил улыбнулся, посмотрев на Эндрю. — А меня за руку возьмёшь? — спросил его Нил. — На сегодня с меня хватит прикосновений, — он пошёл вперёд, — но сегодня я был готов врезать ребенку. — Оу, — он поравнялся с ним, — расскажешь, что произошло? — Ага, после кофе и мороженого в доме. — Как пожелаешь. Они все садятся в машину и едут домой.