Золотой час

      Придерживая пакет с продуктами одной рукой, Баки отпёр дверь в квартиру и зашёл внутрь. Внутри было темно, потому что час уже был поздним, и Баки собирался включить свет, как из темноты вдруг раздалось:       — О, здравствуйте, мистер Барнс!              Баки выхватил пистолет прежде, чем кто-то успел проговорить «о», и, сняв с предохранителя, направил его в сторону, откуда раздавался голос.       — Оставайся на месте, или я прострелю тебе голову, — смертельно серьёзным голосом объявил Баки, целясь. Он всё ещё оставался отличным снайпером — его предупреждение не было пустым звуком.       Кто-то запаниковал.       — Л-ладно, только не стреляйте, мистер Барнс, пожалуйста, это ведь я, П-питер! — не дождавшись никакой реакции или каким-то образом заметив, что Баки не опустил пистолет и продолжал целиться в него, Питер добавил: — Питер Паркер, ну, тот, который Человек-паук!       Баки, не выпуская пистолет из рук, поставил пакет с продуктами на пол и включил свет.       Что ж, это и правда был Питер. И он, щурясь от резко включившегося света, бьющего ему прямо в глаза, сидел на стене с поднятыми вверх руками.       Баки спрятал пистолет, поставив тот обратно на предохранитель, и Питер, заметив это, одним элегантным прыжком спустился на пол. Он всё ещё щурился, привыкая к освещению, но уже не так сильно.       — Я тебя чуть не пристрелил, Питер. Как ты... чёрт тебя дери, здесь оказался?       Баки хотел выругаться жёстче, но не стал. Питер всё-таки был ещё ребёнком. Для него. Ему и Старк годился во внуки. Не стоит подавать дурной пример детям. Да и Стив не одобрил бы такого.       Кстати, Стив.       Баки оглянулся, ожидая заметить его где-нибудь поблизости, потом прислушался — с той же целью, но в квартире он и Питер были одни. «Наверное, — подумал Баки, — Стив просто ещё не вернулся, на миссии что-то пошло не по плану». А может, он опять поймал несколько пуль и теперь был в больнице. Баки этому не удивится.       Питер, нервно дёргая шнурок на капюшоне толстовки, неловко опустил взгляд.       — Тони дал мне этот адрес.       — Старк? — переспросил Баки, удивившись тому, что это был не Стив. Откуда Старк только узнал?       Баки поднял пакет с продуктами и пошёл на кухню, и Питер пошёл следом за ним, отвечая:       — Да. Он сказал, вы не будете против, потому что задолжали ему.       Баки чувствовал, как Питер следил за ним взглядом, пока он ходил по кухне, раскладывая по местам купленные продукты. Не отвлекаясь, он спросил:       — Не буду против чего?       — Что я побуду здесь какое-то время.       Остановившись, Баки посмотрел на Питера, надеясь, что тот говорил не всерьёз. Питер виновато улыбался.       Он говорил всерьёз.       Взгляд Баки помрачнел.       — Нет.       — Мне нужно убежище, мистер Барнс!       — Что ж, тогда Старку нужно было озаботиться тем, чтобы купить тебе личную конспиративную квартиру, — закончив раскладывать продукты, Баки повернулся к Питеру лицом и скрестил руки на груди. — Или отправить в Европу на продолжительные каникулы.       Питер вздрогнул, услышав о каникулах в Европе, и посмурнел; его лицо исказила горькая гримаса, но стоило Баки только моргнуть, как она уже исчезла.       Видимо, на каникулах в Европе и произошло то, из-за чего Питеру теперь было необходимо убежище.       Баки прикрыл глаза, мысленно досчитав до десяти, как советовала женщина из обучающего видео на Ютубе, и вновь открыл. Питер смотрел на него с отчётливой надеждой во взгляде, умоляя без слов, одними лишь сияющими печальными глазами, и Баки вздохнул, сдаваясь: после знакомства со Стивом у него появилась слабость к таким вот сияющим печальным глазам, которые к тому же смотрели на него взглядом побитой собаки.       Баки не хотел в это влезать, но понимал, что не сможет выгнать Питера, особенно когда у того были проблемы. Он никогда не был плохим парнем, просто его репутация оставляла желать лучшего.       — Ладно, оставайся.       Питер заулыбался.       — Спасибо, мистер Барнс! Вы меня даже не заметите!       Питер ошибался, но Баки не стал его исправлять.       — Как скажешь. Голоден?       Смущённо улыбнувшись, Питер кивнул.       Готовить на двоих было привычно. В последнее время Баки только так и готовил, ведь Стив был настоящей катастрофой на кухне, как бы он ни утверждал обратное. К тому же Баки любил это дело: было приятно думать, что нож в его руках годен не только для убийства.       Питер вызвался помочь, но Баки отказался, зная, что Питер, несмотря на все акробатические трюки, которые вытворял, мог быть неловким в повседневных делах; в то же время ещё один человек с ножом заставил бы Баки нервничать. Кто знал, к чему бы это привело.       Ужин Питер похвалил.       — Это просто макароны с сыром и беконом, — пожал плечами Баки. Он не понимал, что ребёнку, родившемуся каких-то два с небольшим десятилетия назад, могло показаться в этом вкусным.              Питер на это возразил:       — Но это не мешает им быть вкусными, мистер Барнс!       Говорил он искренне, и Баки решил не спорить.       — Рад слышать, что тебе понравилось, — он скупо улыбнулся, но Питера это нисколько не оттолкнуло.       — Очень. Я помою посуду, — забирая пустую тарелку у Баки, Питер неожиданно замер и посмотрел ему в глаза. — Надеюсь, хотя бы это вы разрешите мне сделать?       — Давай, — Баки отклонился на спинку стула и поднял руки, — вперёд.       Вибраниумовый протез был водонепроницаемым, тем не менее Баки старался контактировать им с водой лишь по необходимости.       Питер улыбнулся.       Баки оглядел Питера, пока тот мыл посуду. Глаза на молодом лице сияли, губы украшала улыбка — Питер выглядел прекрасно хотя бы потому, что умудрялся чувствовать себя живым. Наверное, Баки ему даже завидовал: у него не получалось так же. Он не понимал, каким образом Стив ещё не опустил руки. Разве Стив не устал? Он раз за разом возвращал Баки к жизни только для того, чтобы через какое-то время всё это было необходимо повторять.       — Ты успел осмотреться?       Расставляя вымытую посуду на старомодную сушилку, Питер кивнул.       — Да, мистер Барнс, — он оглянулся, чтобы Баки увидел его улыбку. — Милая квартира.       Квартира была дырой (в такой квартире никто не стал бы искать его: близкому другу Капитана Америка не пристало обитать в таких местах), но Баки понравилась вежливость Питера. Питер был милым парнем, жаль только, это было не способно избавить от чувства дискомфорта, которое Баки испытывал, оставшись с ним один на один.       — Значит, где комната, ты уже знаешь.       Питер оторопел, понимая, о чём Баки говорил. Баки уступал ему, нежданному гостю, свою кровать. Питеру стало неловко.       — Диван будет в самый раз, мистер Барнс! Всё в порядке, вам не стоит…       Баки тяжёлым взглядом посмотрел на Питера, и Питер замолчал. Отчего-то покраснев, он вжал голову в плечи.       Это было удивительно.       Питер не уступал Баки по силе или, возможно, был даже сильнее, тем не менее вёл себя так, будто боялся его. Наверное, Старк научил Питера, что противника недооценивать нельзя. Или Питер пришёл к этому сам. В любом случае это был очень полезный урок, он обязательно пригодится, если Питер продолжит супергеройскую деятельность, а что-то Баки подсказывало, что именно так и будет. Он знал таких как Питер.       — Вали спать на кровать, Питер, — увидев, что Питер собирался протестовать, Баки добавил: — Или заставлю спать на потолке.       Питер захлопнул рот, проглотив очередной протест, задумался о чём-то и, в конце концов, поблагодарил за доброту. Баки пожал плечами. Он всё равно собирался спать на диване (или даже на полу), потому что без Стива под боком заснуть на кровати он не мог — всю ночь Баки только и делал бы, что ворочался, а сон к нему так и не пришёл бы. В итоге он нисколько не отдохнул бы, только устал бы ещё больше.       — Спокойной ночи, мистер Барнс.       — Спокойной, Питер.              Питер задержался, как будто хотел ещё что-то сказать, но в итоге передумал и ушёл в комнату, мягко закрыв за собой дверь. Баки остался сидеть за столом на кухне. Он достал смартфон, проверил входящие сообщения и пропущенные звонки — ни тех, ни других не было, — и только после этого пошёл спать сам.

***

      Услышав шорох, Баки проснулся. Стив вернулся, — было его первой мыслью (сердце подпрыгнуло), а потом Баки вспомнил, что Питер жил теперь вместе с ним. Скорее всего, шумел именно он.       Баки взял смартфон и по привычке проверил входящие сообщения и пропущенные вызовы. Пусто. Он открыл мессенджер и нашёл чат со Стивом. Последнее сообщение от него было пять дней назад: ответ на вопрос, стоит ли ждать его к ужину.       Баки написал:             Как ты?       Следом он набрал: «Мы повздорили, — (он не был уверен на самом деле, но решил оставить так), — но это не значит, что я не волнуюсь за тебя», — но, подумав, стёр и отправил:             Ответь, как сможешь.       Баки потёр лицо ладонями, приводя мысли в порядок. Голова была словно в тумане: практически всю ночь он провёл без сна, лишь под утро усталость взяла своё — Баки удалось всё же заснуть, но его сон был коротким и беспокойным.       Питер продолжал шуметь на кухне и тихо чертыхаться под нос, и Баки встал.       — Разве подростки не любят спать подольше? — спросил он, когда зашёл на кухню.       — Доброе утро, мистер Барнс, — Питер, оглянувшись, неловко улыбнулся. — Первое время я плохо сплю на новом месте.       Было раннее утро, и Питер незнамо сколько уже был на ногах, потому что у него были проблемы со сном.       Баки его понимал. Даже слишком.       Питер пытался совладать с его старой туркой и не менее старой плитой. Увидев, каких трудов ему это стоит, Баки мягко посторонил Питера и взялся варить кофе сам. Питер недовольно вздохнул и сел за стол, чтобы не мешать.       — Я не слышал, как ты шёл на кухню, — Баки оглянулся на Питера через плечо.       Питер смотрел по сторонам (за окном была самая унылая картина, которая только была возможна) и отбивал пальцами дробь по столу.       — О, я воспользовался окнами, — признался он и, остановив взгляд на Баки, пояснил в ответ на застывший в глазах логичный вопрос: — Не хотел будить вас.       — Не стоит переживать об этом. Хочешь что-нибудь на завтрак?       Обычно по утрам Баки готовил завтрак, будил Стива, и после этого они вместе завтракали и пили кофе. Оставаясь один, Баки, как правило, не завтракал — лишь пил кофе, потому что аппетита, как и хорошего настроения, после дурных снов не было, а без Стива ему снились только такие. Или вовсе ничего — в таком случае Баки считал, что ему невероятно повезло.       Питер задумался.       — Я бы не отказался от хлопьев.       — Поищи здесь, — Баки махнул рукой на навесные полупустые шкафчики слева от себя. — Только я не уверен, что они всё ещё будут съедобны: не помню, когда последний раз покупал их.       Пока Баки возился с кофе, Питер нашёл хлопья — даже срок годности ещё не истёк.       Баки поражённо хмыкнул.       — Счастливчик.              — Да уж, — кисло отозвался Питер и натянуто улыбнулся.       Баки не стал допытываться, что это значило. Скорее всего, это было связано с прошлым. Он мало чем мог в этом случае помочь: ему бы со своим прошлым смириться и разобраться.       Кружек в квартире было только две (то же касалось тарелок и комплектов столовых приборов), и Питеру досталась та, которой обычно пользовался сам Баки.       Они завтракали в тишине: Питер ел хлопья, Баки пил кофе; он держал кружку в руках и не успел осознать, что именно произошло, как она приклеилась к лицу. Одно было хорошо — кофе уже успел немного остыть, и ожог Баки не получит.       — Ой!       Баки перевёл тяжёлый взгляд на Питера, который виновато вжал голову в плечи и смущённо улыбался.       — Извините, мистер Барнс, я не хотел, честное слово! Это веб-шутер, у него есть автоматическая функция проверки...       — Так, стоп, — перебил Баки, зная, что Питер начинает болтать без умолку, когда нервничает, — остановись прямо здесь.       Питер кивнул.       — Л-ладно, мистер Барнс.       Баки медленно закрыл глаза, досчитал до десяти, чтобы успокоиться, и вновь открыл. Он хотел спросить, какого чёрта Питер носил веб-шутеры дома, где, по идее, было безопасно, но передумал. В конце концов, он сам держал заряженный пистолет под рукой, даже когда ложился спать; у Стива рядом всегда был его щит; у Старка наверняка весь дом был напичкан разными версиями автономной брони. Упрекать Питера в том, что он хотел защитить себя, не было смысла, особенно с их образом жизни.       Баки попытался оторвать кружку от лица, но не вышло. Она, казалось, была приклеена к нему намертво.       — Ничего не получится, — заметив его попытки, с сожалением сказал Питер. — Нужно подождать, пока паутина сама не исчезнет.       Баки почему-то так и думал. Он не сомневался, что просто ничего не будет.       — И сколько ждать?       — Ну... где-то пару часов?..       — Ты предлагаешь мне пару часов ходить вот так?       Питер кивнул.       — Шутишь?       Вспоминая ту драку в аэропорту, Баки понимал, что Питер говорил серьёзно: он не засекал, сколько времени в тот раз он и Сэм, с обездвиженными паутиной Питера руками, пролежали на земле (это было унизительно), но по ощущениям — часа два, не меньше.       С самым раскаянным выражением лица Питер покачал головой.       Лучше бы он шутил. Или за то время, что прошло с момента драки в аэропорту, изобрёл нечто, что могло бы растворить паутину в считанные секунды.       — Мне жаль, мистер Барнс, — вновь извинился Питер, заломив брови. — Вы куда-то сегодня собирались?       Не собирался; но, если вернётся Стив... хотелось бы, чтобы обе его руки были свободны, а внешний вид не вызывал приступ хохота.       — Нет.       — Значит, я не совсем уж облажался, да? — Питер взволнованно уставился на Баки.       Питер выглядел искренне. Скорее всего, он ещё плохо умел притворяться и лгать. Наверное, это было даже хорошо: в какой-то степени Питер до сих пор оставался обычным мальчишкой, неиспорченным супергероем, каким-то образом ему всё ещё это удавалось, даже несмотря на то, что он был побитым жизнью и побитым ею не раз.       — Наверное.       Питер заметно расслабился после этих слов.       — Но, — добавил Баки, и напряжение вновь сковало Питера, — больше не целься в меня.       — Конечно, мистер Барнс, — сердечно уверил Питер, просияв. Он понимал, что был прощён.       Баки серьёзно кивнул.       — Отлично.       Он задумался, насколько сложно ему будет ужиться с Питером и как долго продлится их совместное проживание.       Баки не раз замечал, что теперь ему было сложно сходиться с людьми как раньше. Доверял он сейчас только Стиву и только с ним чувствовал себя безопасно и расслабленно, присутствие других людей вызывало у него острое чувство дискомфорта, заставляло озираться по сторонам, ожидая нападения.       Баки испытывал постоянное напряжение, если ему долго приходилось находиться с незнакомыми людьми один на один: в каждом человеке он видел или врага, или призрака, который пришёл за ним, чтобы убить и отомстить. Налаживание отношений с семьями, которые пострадали от рук Зимнего Солдата, ничего не дало Баки. Никакого успокоения он не испытывал. А Питер напоминал Баки мальчишку, которого он убил в восемьдесят шестом. Мальчишка был сыном президента одной восточноевропейской страны, где Зимний Солдат помогал устроить переворот, чтобы ГИДРА могла запустить щупальца в государственный аппарат и установить там свой режим. Из-за этого Баки порой даже не мог смотреть на Питера, а им предстояло делить одну квартиру — жить бок о бок какое-то время и видеться каждый день. И сколько бы это ни продлилось, это будет непросто, потому что Баки знал: с Питером тоже было не всё в порядке.       Как только Старку пришла в голову идея отправить его сюда?

***

      Уединившись (только подумать, ему приходилось уединяться в собственной конспиративной квартире), Баки по видеочату связался со Старком и, как только Старк ответил и увидел его, услышал издевательский хохот.       Что ж, этого стоило ожидать.       — Старк.       — Пятница, выведи входящий видеовызов на каждый экран в Башне. Я хочу, чтобы все этим насладились.       Баки услышал, как на фоне раздалось: «Исполняю, сэр».       — Старк, ты конченая сволочь.       Старк поцокал языком и с осуждением покачал головой.       — Следи за языком, — он мягко пригрозил пальцем, словно Баки был ребёнком, — ты же не хочешь, чтобы Стив разозлился ещё больше?       Стив.       Это был запрещённый приём, потому что после того, как кто-то упоминал Стива в разговоре, Баки мог думать только о нём. Баки знал, что у Стива была точно такая же реакция, когда кто-то упоминал при нём его имя. Они были зависимы друг от друга.       — Он с тобой?       Позабыв про своё недавнее раздражение, Баки с надеждой смотрел на Старка, ожидая, что тот скажет (Баки надеялся, что Старк даст положительный ответ: Стив был с ним, в Башне, и с ним всё было в порядке), и, наверное, совесть всё же не полностью покинула Старка, потому что он неожиданно стал серьёзным, почему-то уставшим и прекратил ухмыляться.       — Нет. Насколько я знаю, он сейчас вместе с Наташей бьёт морды то ли агентам ГИДРЫ, то ли Разрушителям Флагов, то ли и тем, и другим где-то в Европе: то ли в Польше, то ли в Беларуси. Детали мне неизвестны, я не вникал в суть их миссии: у меня с Чувачком забот полон рот сейчас.       Старк потёр ладонями лицо, словно старался стереть с него усталость, скопившуюся в уголках его глаз и рта, и продолжил:       — Так что давай ближе к делу, у меня не так много свободного времени, чтобы вести с тобой светские беседы.       — Хорошо, — так было даже лучше. — Когда ты его заберёшь?       Старк пожал плечами.       — Я заберу Чувачка, когда сделаю так, чтобы дома ему ничего не угрожало и он мог чувствовать себя в безопасности.       — То есть ты сам понятия не имеешь когда.       Старк раздражённо скрестил руки на груди. Баки попал в яблочко.       — А что, он тебе мешает? — ухмылка вновь вернулась на лицо Старка (он всегда старался выглядеть нахальным и самоуверенным, когда чувствовал себя уязвимым, Баки давно это заметил). — Я думал, ты там один и не откажешься от компании, раз поругался со своим ненаглядным.       Баки глубоко вдохнул и медленно выдохнул, мысленно досчитав по-русски до десяти.       — Мы со Стивом не ругались.       — О, серьёзно, что ли? Так он без причины ходил мрачнее тучи и метал взглядом молнии получше Тора?       — Может быть, причина была...       — Ага!       — ...но она никак не связана со мной.       — Да ладно, — Старк выгнул бровь и, не скрывая сомнения, посмотрел на него. Баки ответил прямым взглядом, на что Старк закатил глаза. — Не понимаю, почему вы двое делаете из этого такую тайну. Это нормально: все пары когда-нибудь ругаются.       — Мы не пара.       Он и Стив не были парой. Они не встречались, но, несмотря на это, жили вместе и вели себя как давно женатая пара — у многих это не укладывалось в голове. У Баки порой тоже. Но в его голове была настоящая каша временами, так что он всецело доверял Стиву и не сомневался, что, если бы что-то изменилось в их отношениях, Стив непременно сказал бы об этом или хотя бы намекнул. Он этого не делал.       — Да-да, где-то я уже это слышал, — Старк добавил, явно передразнивая кого-то: — Мы не пара, мы просто женаты.       Баки это начинало надоедать.       — Старк.       — Ого, так ты всерьёз так считаешь. Тебе точно ничего не повредили, пока избавляли в Ваканде от кодов?       — У тебя ведь не так много свободного времени, Старк, так какого чёрта ты ещё разговариваешь со мной?       — Твой нелепый вид поднимает мне настроение. Поблагодари от меня Чувачка за отлично проделанную работу, скажи ему: папочка остался им очень доволен.       — Я даже знать не хочу, что это значит.       Тони нагло хмыкнул и отключился, не удостоив его объяснений (Баки сомневался, что хочет их услышать), — его изображение пропало с экрана. Баки вздохнул. Подумав, он решил не забивать себе голову этим. Отношения, которые связывают Старка и Питера, его не касались. Они оба были взрослыми людьми, так что должны были отдавать себе отчёт в том, что делали. А ему для начала в собственной жизни не помешало бы разобраться, как и в ситуации со Стивом.       Они ведь толком так и не разговаривали после того, как Стив, оставив записку, умчался на миссию. Стив ссылался на срочность, но Баки знал, что дело было в другом. Стив не хотел возвращаться к поднятой теме — он сбежал, хотя никогда прежде так не делал. Это было не в его характере — бежать от трудностей.

***

      Питер старался держать своё слово и не доставал Баки, но иногда любопытство было сильнее. Или Питеру становилось настолько скучно, что он хотел поговорить — неважно с кем.       Питер любил говорить, в отличие от Баки. Баки казалось, за последние семьдесят лет он разучился говорить.       — Вы с мистером Роджерсом поругались, поэтому вы здесь?       — Нет, — Баки ответил слишком быстро, чтобы его словам можно было поверить. — Как тебе такое в голову пришло?       Питер пожал плечами.       — Я слышал, как об этом говорил Тони.       Никто другой это быть и не мог, но Баки думал, что если Старк и Питер общаются сейчас (а Питер, скорее всего, по нескольку раз в день звонит Старку), то они предпочитали разговаривать на более личные темы, знать о которых Баки не хотел.       — Тони, — Баки не скрывал жёлчи и раздражения в голосе, — много треплет языком. Ешь.       — Но, мистер...       — Молча.       Питер недовольно засопел, но замолчал и взял кусок домашней пиццы.       Баки смотрел на Питера, который выглядел по-домашнему и ел приготовленную им еду. С каждым разом это становилось проще и проще: он находил в Питере всё новые черты, которые отличали его от мертвецов, бесконечной чередой выстроившихся у него за спиной. Таких черт оказалось немало, они все отзывались теплом в груди.       В компании Питера Баки не чувствовал себя менее напряжённо, чем с любым другим человеком, но кое-что ему, казалось, даже нравилось. Он объяснял себе это тем, что скучал о Стиве, а ведь он и вправду безумно скучал.

***

      Посреди ночи Баки резко распахнул глаза. Он подумал, что проснулся от собственного сдавленного крика, как это бывало с ним, но сдавленный крик повторился, а самому Баки ничего не снилось. Крик доносился из комнаты.       Питер.       Сон как рукой сняло.       — Это просто... плохой сон, мистер Барнс, — виновато сказал Питер, когда Баки ворвался в комнату и разбудил его.       Питер был измотан — Баки заметил это ещё утром, но не стал допытываться. К тому же Питер не был Стивом, и забота о нём лежала не на его плечах.       — Со мной такое бывает.       Баки присел на край кровати и осторожно поинтересовался, заранее догадываясь, какой ответ получит на свой вопрос:       — Ты ведь не спал прошлой ночью, верно, Питер?       Питер опустил взгляд и покачал головой.       Не спал.       Впрочем, как и сам Баки.       А в его комнате к тому же не было ни телевизора, ни даже книг, чтобы можно было себя чем-то занять. Баки мог оправдаться тем, что не знал, что у Питера имелись схожие с ним проблемы, хотя стоило бы догадаться.       — Я тоже плохо сплю после... всего, — признался Баки. — Так что можем что-нибудь придумать, если нам обоим не спится. Например, можем устроить ночной киномарафон. Что скажешь, Питер? Вдвоём всё-таки веселее.       Лицо Питера просветлело — ему точно понравилась идея, — но потом он настороженно посмотрел на Баки. Питер сомневался.       — Вы правда это сделаете?       — Да, — Баки кивнул. Он не понимал, что Питера смущало. — Что-то не так?       — Не знаю, — Питер пожал плечами. — Я думал, вы с трудом терпите меня.       Терпел. С трудом. Но Питер не был в этом виноват, проблема заключалась исключительно в самом Баки.       Питер неловко улыбался.       Баки покачал головой.       — Ты здесь ни при чём, поверь, — он старался звучать искренне, потому что искренним с ним был Питер. — На самом деле, это нелегко объяснить, так что не забивай этим голову. Пошли лучше смотреть фильмы.       В гостиную пришлось выбираться через окно: сработал один из веб-шутеров, и ручку двери залепило паутиной — её было не открыть.       — Я думал, — сказал Баки, перебираясь через подоконник и вваливаясь в гостиную, пока Питер расслабленно стоял на стене рядом с окном и терпеливо ждал, — ты их выключаешь на ночь или хотя бы ставишь на блокировку.       Когда Баки оказался внутри, Питер изящно запрыгнул в окно, встал рядом и смущённо признался:       — Я забыл.       — Да уж, с тобой не соскучишься.       Питер улыбнулся.       — Что будем смотреть?       — Выбирай.       Баки было плевать. Он предложил устроить киномарафон только потому, что Питеру это, казалось, было нужно.       Питер перебирал диски с фильмами. Это была старая квартира, и техника в ней была тоже старой. Здесь не было телевизора с функцией выхода в Интернет, зато был DVD-проигрыватель.       — Вы смотрели «Звёздные войны»?       Баки смотрел. Какие-то части. Он не знал, какие именно, потому что выбирал обычно Стив, а Баки даже не особенно следил за действиями на экране: ему просто нравилось быть рядом со Стивом и обнимать его. Сейчас ему хотя бы не нужно было притворяться, что он перекинул руку через спинку сиденья Стива, потому что устал, а потом она сползла вниз, прямо на плечи Стива, совершенно случайно — в прошлом Баки частенько так делал, когда они могли себе позволить сеанс в кинотеатре.       Питер сиял. Кажется, он любил «Звёздные войны» и хотел их посмотреть, даже если смотрел уже несколько раз до этого.       Баки качнул головой.       — Нет.       — Вам понравится, обещаю! — Питер широко улыбнулся.       Они поставили фильм («Звёздные войны: Эпизод IV — Новая надежда»), приготовили попкорн. Это была удивительно обычная ночь для их жизни. Как будто они были нормальными людьми. Среднестатистической семьёй.       Семья. Баки зацепился за эту мысль.       Он посмотрел на Питера, который во все глаза увлечённо пялился на экран, и подумал, что здорово, наверное, было бы стать со Стивом настоящей семьёй и вместе растить сына. Или дочь. Баки нравилось возиться со своими сёстрами, когда они были маленькими.       Постепенно дыхание Питера стало умиротворённым. Он заснул и во сне положил голову Баки на плечо. Питер сидел слева — под его головой был вибраниум, и Баки догадывался, как это, должно быть, неудобно. Он дотянулся до подушки и положил её себе на колени, чтобы уложить на них Питера.       Баки старался досмотреть фильм до конца, но в итоге усталость, копившаяся в нём несколько суток, взяла над ним верх. Он заснул. Последнее, что он запомнил, — как Хан Соло вернулся, когда Люку Скайуокеру грозила смерть.       Во сне Баки видел, как Стив дотянулся до него и затащил его обратно в вагон поезда. Он пошутил, что Стив чуть не оторвал ему руку, а Стив, хоть и выглядел напуганным, неловко улыбнулся ему в ответ.       Проснувшись, первым делом Баки проверил, не пришло ли ему сообщение и не пропустил ли он входящий вызов, но ничего не изменилось — Стив даже не прочёл его предыдущие сообщения. Наверное, не видел.

***

      Питер не мог долго сидеть на месте.       Он хотел усовершенствовать тостер, который был собран ещё в прошлом веке, лет сорок назад, но Баки не разрешил: тостер работал. Не нужно трогать то, что и так работает.       Потом Питер хотел сделать так, чтобы свет в квартире включался по хлопку. Баки ничего не ответил, но посмотрел на Питера тяжёлым взглядом, что стоило воспринимать как категоричное «нет».       Тогда Питер решил вымыть окна.       Баки понимал, что Питер хотел быть нужным (ему это было необходимо), и в итоге согласился, считая это наиболее безобидным вариантом.       Питер сидел на стене дома и мыл в гостиной окно и рамы с внешней стороны. Баки стоял рядом не только потому, что держал ведро с водой, где Питер время от времени полоскал тряпку. Так ему было спокойнее: если что-то произойдёт и Питер вдруг сорвётся, Баки успеет поймать его.       Питер не упадёт. Баки не позволит этому случиться.       На фоне играла музыка из плейлиста Питера. Баки считал, что она ужасная, но вся современная музыка казалась ему ужасной.       Выключить или сменить плейлист на другой Баки не попросил: Питер выглядел довольным, когда слушал этот кошмар, — пусть играет, раз ему нравится. Музыку, которая была по душе именно ему, Баки мог послушать со Стивом, во многом вкусы у них совпадали (может, они могли бы даже потанцевать).       — Как вы справляетесь со своими кошмарами, мистер Барнс? — между делом спросил Питер, качая головой в такт песне.        «Никак», — таков был правильный ответ. Баки пробовал медикаментозную терапию. Она не помогала. Может быть, это было из-за сыворотки. Может быть, причина крылась в другом. Баки не знал. Он знал только, что все медикаментозные препараты, которые вводились Зимнему Солдату докторами ГИДРЫ, работали.       Питер смотрел на него во все глаза. Баки стало тошно от того, что Питер смотрел на него так, словно бы он был последней надеждой на спасение.       Баки нашёл ещё один ответ. Он тоже был правильным.       — Мне помогает Стив.       — Оу, — Питер смутился.       Баки решил перевести тему, чтобы не нарваться на неудобные вопросы. Он видел, что Питер старался сформулировать их так, чтобы не показаться совсем бестактным.       — Старк знает?       — О моих кошмарах? — уточнил Питер, и Баки кивнул. — Да, Тони в курсе.       — И что? При его хвалёном уме он не может найти решение?       — Тони гений, бесспорно, но он в первую очередь инженер, мистер Барнс. Механик, как говорит Харли. Он не очень разбирается в психологии, честно говоря, и предпочитает закрывать глаза на собственные психологические проблемы, потому что считает, что они не так важны. Но он предлагает мне пройти курс психотерапии. Тони говорит, что сожалеет, что сам не обратился за помощью после плена, потому что без помощи его состояние тогда только ухудшилось.       — Ну так соглашайся.       — Думаете?       — Да, — Баки кивнул, стараясь не обращать внимания, насколько лицемерно с его стороны было говорить такое. — Это профессиональная помощь, Питер, там знают, что делают. А от бездействия или игнорирования проблемы лучше не становится, в этом Старк прав.       Баки задумался после того, как сказал об этом вслух. Он взаправду так считал?       Питер кивнул:       — Наверное.       Он сполоснул тряпку и перебрался наверх, чтобы было удобнее мыть часть окна у притолоки.       Питер висел вниз головой, и Баки смотрел на него, поражаясь: ну что за бесстрашный мальчишка. Встретившись взглядом с Баки, Питер солнечно улыбнулся.       Баки подумал, что кроме Стива ему уже давно так никто не улыбался.

***

      Постепенно Баки начинал привыкать. И к ночным киномарафонам, и к паутине по всей квартире, и к тому, что Питер сидел на потолке, если нужно было поменять перегоревшую лампочку или ему просто становилось скучно (Баки вскоре перестал переживать, что Питер мог сорваться, а он не успеет поймать), и к ужасной современной музыке, и к чужой одежде в стиральной машине, которая смешивалась с его собственной, и к тому, что Питер иногда напрочь игнорировал двери и использовал вместо них окна, и к смущённой улыбке, и к большим карим глазам.       Баки привык ко всем этим мелочам, но только не к самому Питеру. С его присутствием он мирился, но оно всё ещё доставляло неудобство. Баки знал, что это не изменится, пока не изменится он сам. Один он не справится. Ему нужна была помощь.

***

      Старк ухмылялся. Он напоминал Говарда.       Баки помнил, что, когда Зимний Солдат пришёл за Говардом и Марией, Говард узнал его. В его взгляде было замешательство, а затем — страх, почти животный, первобытный.       Баки захотел отвернуться или закрыть глаза, только бы не видеть Старка, который был похож на своего отца больше, чем осознавал, но всё же сумел совладать с собой.       — Как там мой мальчик?       Баки закатил глаза. Он хотел сбросить видеовызов, не понимая, зачем вообще ответил ему, но всё же сказал:       — Почему бы тебе не спросить его самого?       — Спокойно, Холодное сердце. Если ты всё ещё не помирился со своим ненаглядным, не нужно срываться на мне.       Баки глубоко вдохнул, выдохнул и на немецком досчитал до десяти. Это помогало не так хорошо, когда перед ним маячил Старк.       Баки, честно, старался относиться к нему, как и к остальным друзьям Стива, но не выходило.       — Давай ближе к делу, Старк. Ты ведь не за этим звонишь, верно?       — Нет, только за этим, — Старк стал серьёзным, в его голос просочилось беспокойство: — Чувачок говорит, что с ним всё в порядке, но, кажется, он напрочь забывает, что у меня есть глаза и я вижу, что он врёт.        «Ладно, — подумал Баки. — Старк беспокоится о Питере». Он понимал это. Баки так же допытывался бы до Старка, если бы Стив отсиживался у него.       — У него кошмары, помимо прочих проблем.       Старк хмыкнул, как будто его догадки подтвердились.       — И ты ничем не собираешься ему помогать?       — Я помогаю. Я делаю всё возможное, чтобы он скорее вернулся домой и начал психотерапию. Тебе, кстати, тоже не помешает обратиться к специалисту. Я знаю одного психотерапевта, он как раз работает с такими запущенными случаями, как твой. И Стиву будет радость, и человека без хлеба не оставишь.        «Мне не помочь», — думал Баки.       — Я с этим разберусь, — сказал он.       Старк вздохнул.       — Как знаешь, но не советую тянуть кота за яйца. Стиву может надоесть, и он уйдёт.       — По-своему опыту судишь?       Баки слышал историю о Пеппер, которая устала быть с человеком, у которого было множество проблем, но он постоянно отказывался от помощи, что делало её несчастной. Ещё он слышал конец этой истории — Пеппер ушла и нашла другого, кто умел извиняться и принимать помощь, когда она была ему необходима. Баки не интересовался, что с Пеппер, но Стив как-то говорил, что она была беременна. Наверное, уже родила.       Старк помрачнел (Баки наступил на больную мозоль: Старк любил Пеппер), но ответил.       — Да.       — Извини.       — Проехали, — Старк отмахнулся. — Это было давно. Лучше подумай насчёт моих слов. Не каждый день получаешь умный совет от умного человека.       — Ладно.       Баки думал, что на этом разговор закончится, но Старк продолжил (и он был серьёзен):       — Стив тебе не враг. Успей осознать это до того, как ему надоест.       В этом был смысл. Стив был единственным человеком, который относился к нему как к другу, даже когда Баки был Зимним Солдатом. Более того — Стив был его домом, а для человека, который был выдернут из своего времени, это значило многое.       — Хорошо, Старк, — с нажимом сказал Баки. — Для человека, который ничерта не разбирается в психологии, ты даёшь чересчур много рекомендаций.       — Так вот, значит, как ты думаешь обо мне.       — Скажешь, я ошибаюсь?       Старк усмехнулся.       — Скажу, что Чувачок много болтает и подрывает мой авторитет.       — Отшлёпай его за это, — едко бросил Баки.       — Несомненно, — Старк широко ухмыльнулся, кивнув. Его глаза заблестели. — Ты читаешь мои мысли.       Баки не хотел даже думать об этом.       — У тебя разве нет важных дел?       — У меня перерыв...        «Сэр, мистер Роудс прибыл», — послышался голос Пятницы.       — ...который только что закончился. Не скучай, Холодное сердце.       Баки с силой сжал зубы. Как же порой Старк его раздражал, даже несмотря на то, что говорил разумные вещи.

***

      Ночью Баки услышал, как окно в гостиной открылось.       Было начало второго. В такое время это мог быть или Питер, который не понимал смысл конспиративной квартиры и любил выбираться по ночам на крышу и смотреть на город, или нежеланные гости.       Взяв пистолет, Баки приподнялся на локтях и, выглянув из-за спинки дивана, увидел, как Питер забрался внутрь: один ловкий прыжок и бесшумное приземление (это было красиво). Питер закрыл за собой окно и бросил взгляд в сторону дивана. Он замер, встретившись взглядом с Баки. Из-за темноты Баки не видел, но был уверен, что Питер смутился и покраснел.       Баки спрятал пистолет обратно.       — Я... Тони звонил, и мы...       Баки отлично представлял, зачем Старк мог звонить Питеру ночью, и не желал вдаваться в подробности.       — Это не моё дело, — Баки упал головой обратно на подушку и спрятал лицо в сгибе локтя. Он не заснёт сразу же, но попытаться можно было.       — Я перепутал окно, извините, мистер Барнс.       — Неважно. Я всё равно не спал.       Баки кожей чувствовал взгляд Питера и ощущал его присутствие. Он почему-то не уходил: зная Питера, топтался на месте и неловко дёргал шнурок на толстовке, как это было в первую встречу.       Баки отстранил руку от лица, но на Питера не смотрел, уставившись в потолок.       — Что, Питер?       — Почему вы не звоните мистеру Роджерсу?       Баки вздохнул.       — У нас есть правило: когда Стив на миссии, я ему не звоню. Он звонит сам, если у него есть время, — он сурово посмотрел на Питера, надеясь, что Питер сможет это увидеть. — А теперь иди спать, если сможешь заснуть. Если нет, то ты знаешь, что делать.       Питер кивнул.       — Спокойной ночи, мистер Барнс.       Баки махнул ему рукой.       Когда дверь в комнату закрылась, Баки взял смартфон и открыл контакты (номеров было немного — друзья Стива в основном и сотрудники ЩИТа, которые работали с ним — вернее было бы сказать, над ним, — после амнистии). Он нашёл имя Стива в списке, нажал на вызов и сразу же сбросил.       Было правило — Баки сам его установил. Нужно следовать ему, даже если Баки беспокоился и хотел услышать голос Стива и знать, что с ним всё в порядке.       Он отправил ему сообщение.             Надеюсь, с тобой всё хорошо.