Accident

Надежда - вера в возможность осуществления чего-нибудь радостного, благоприятного; ожидание блага, осуществления желаемого.

Ичиго перевёл тоскливый взгляд в окно – лило как из ведра. Он заметил это ещё с детства – и никогда бы не признался самому себе, почему он так ненавидел дождь, потому что это было слишком тяжело даже для него, такого сильного и стойкого Куросаки, готового «выбить дерьмо» из всяких мимопроходящих и задирающих его (и других) отморозков – когда льёт дождь, на него накатывает странное и до ужаса непривычное состояние депрессии. Ичиго поморщился. Депрессия… И ведь даже не посмеёшься, это официально-признанное международным медицинским сообществом психическое расстройство, даже болезнь, способная довести человека до суицидальных мыслей, если её не лечить. Ичиго вздохнул. В голову вдруг влез номер, присвоенный этому заболеванию. Ну вот, - он покачал головой – и почему он это знает? Да, помогает в больнице отца, да, вроде как, должен унаследовать его дело. Но, чёрт возьми, он не обязан – и его отец ни раз ему и его сёстрам об этом говорил – они вольны выбирать ту профессию, которой хотят заниматься. Ичиго в последний раз окинул мрачный вид за окном – на часах значилось половина седьмого, весь день ливень пытался превратить Каракуру в болото, из-за этого атмосфера казалась мрачной, тёмной, и даже свет настольной лампы не спасал положение, Куросаки всё ещё чувствовал стойкий запах озона – и опустил взгляд на свои раскрытые тетради и учебники. Сидеть без дела он просто не мог – это же скучно – вот и приходилось развлекать себя либо чтением манги (но настроения как такового не было), либо учёбой, чтобы уж совсем не съехать. Ичиго вздохнул. Ещё и эта Рукия Кучики свалилась на его голову как снег зимой… Благо, хоть не тащит его на тренировки – с неё ж станется – а сидит молча в шкафу… Это ж подумать только, в его шкафу живёт посторонний человек! Шинигами… ЖЕНСКОГО ПОЛА!!! Ну как так можно вообще? Интересно, она вообще имеет представление о таких словосочетаниях, как «личное пространство»? Видимо, нет… Ичиго вновь смерил взглядом ненавистное ему домашнее задание. Алгебру он сделал, геометрию тоже осилил – письмена дьявола, именно так он её назвал про себя – по биологии задание было совсем несложным, по истории им раздали тест (ну додумались же, кто ж раздаёт тесты на дом, когда подавляющее большинство учеников начинают просто искать готовые ответы и не проверяют своих знаний, коих, впрочем, и так немного), по географии он сделал задание ещё два дня назад… со всей домашней работой на понедельник он, вроде как, справился, можно было расслабиться в субботу и воскресенье. Оставалось только написать сочинение по литературе, а для этого ему нужно было прочитать небольшое произведение… И он бы этим и занялся, если бы не камень преткновения всей учёбы Куросаки Ичиго – ненавистный английский язык, будь он трижды проклят! Ещё и учитель у них был таким себе, бубнит что-то себе под нос, а понимают ученики или нет – это их проблема. Вот и как тут хоть что-то понять?! Тем более, если у них постоянно менялись учителя по этому предмету… в общем, не задались у Ичиго отношения с иностранным языком с самого начала. У него были неплохие результаты по испанскому языку – в их школе он шел как второй иностранный в программе, и начался позже английского на несколько классов, как раз в том возрасте, когда Ичиго понял, что знать иностранные языки ему в жизни пригодится, да и это было интересно – но английский не давался от слова «совсем». И кто там говорил, что второй иностранный язык даётся легче? Ничего подобного! Просто три раза «ХА»! Ну, а может всё дело в том, что и по-испански Ичиго с трудом связывал пару слов в более-менее сносное предложение и с таким же трудом читал – преподаватель постоянно поправляла ему произношение – поэтому и второй иностранный язык, который у него был на отметке ниже нуля, не давался. В любом случае, Ичиго сейчас сидел и думал над тем, что ему делать с домашней работой. Упражнение он с горем пополам сделал (спасибо словарю и смекалке), и то был уверен на все двести процентов, что там процентов девяносто, если не все сто, сплошные ошибки… Теперь нужно было написать небольшое сочинение на пол страницы о том, как он провёл прошлые выходные… Ичиго вздохнул. Вряд ли тот набор слов, который он списал со словаря на листочек, строя предложения точно так же, как на родном японском, будут уместными и правильными… Он был больше чем уверен, что получит низкую оценку и его средний бал опять съедет, и всё из-за какого-то английского! Может, попросить отца найти репетитора? Нет, оно не стоит лишних трат, тем более на то, что было неинтересно. Да и потом, Юзу и Карин тоже посещают дополнительные занятия (например, Карин ходит в спортивную футбольную секцию, а это обходится не дёшево, Юзу же посещала кружок рукоделия в школе, а не так давно изъявила желание заняться танцами). Пусть лучше отец тратится на девочек, чем на него, - думал Ичиго. Тем более, он и сам с этим справится как-нибудь. - Ты сидишь с таким выражением лица уже минут сорок, - прокомментировала его внешний вид Рукия. Ичиго вздрогнул, не ожидая её тихого и внезапного появления, и сразу смутился, почувствовав желание кинуть в неё чем-нибудь. – Серьёзно, Ичиго, у тебя такое лицо, как будто перед тобой развернулась Троянская война, и ты свидетельствуешь падение Трои, которую греки осаждали десять лет. - А ты, выходит, слушала на уроке истории, - фыркнул Ичиго. - Конечно, я слушала, - кивнула Рукия с таким видом, будто объясняла глупенькому ребёнку прописные истины. – В отличие от тебя, мне было интересно. - Понятно всё с тобой, - отмахнулся от неё как от назойливой мухи Ичиго. - Не можешь справиться с заданием? – Рукия улыбнулась. – Помочь? - Помоги, - усмехнулся Ичиго, уже представляя, как эта зазнайка облажается. Рукия, явно не ожидавшая такового ответа, явно была удивлена, но бросать слов на ветер она не привыкла, так что взялась помогать. Отодвигаться или передавать ей задание Ичиго был не намерен, так что она лишь подступилась ближе к нему, становясь сбоку, и наклонилась, чтобы лучше видеть то, что он там написал. Ичиго подавил в себе чувство лёгкого смущения от такой её близости к нему и поднял взгляд на неё. Темные волосы Рукии свисали по обе стороны от её лица, и она тут же откинула их на левую сторону, неосознанно убирая все препятствия для взгляда Ичиго. Теперь он мог видеть её линию скул на правой стороне лица, её задумчивое выражение лица, которое сменилось хмурым видом. Какой же она была бледной – он только сейчас это заметил – а с учётом цвета её волос, кожа казалась прозрачной. Её большие синие глаза, которые ей самой, почему-то, не нравились, в этот странный момент показались ему очень красивыми. Ичиго не знал, как реагировать, когда его голову посетило внезапное сравнение – её глаза похожи на два сапфира. Он только что сравнил её глаза с драгоценным камнем? Да какого чёрта сегодня вообще происходит? Сначала депрессия эта, потом английский, теперь вот эти глупые и неуместные сравнения, которые настойчиво лезли ему в голову. Погода что ли так действует? На всех, причем, ведь его даже отец сегодня не доставал… - Эм… это не кандзи, - выдала Рукия. Ичиго словно обухом по голове ударили, и он вернулся в привычную реальность. - Да ты прям капитан очевидность, - фыркнул он, - а то я без твоей помощи не догадался! – съязвил он, за что немедленно получил подзатыльник. - Это латиница, верно? – уточнила она. – У вас в программе есть иностранные языки, так, а это какой? - Английский, - скривился точно от зубной боли Ичиго. – Не люблю этот предмет. - Ну, тут я тебе не помощница, в Сообществе Душ меня, конечно, обучали разным наукам, но не иностранным языкам, - пожала плечами Рукия и замерла, осознав, что только что рассказала ему что-то очень личное. Они по негласному соглашению никогда не обсуждали её жизнь в Сообществе Душ, она лишь вкратце упоминала, что там тринадцать отрядов, но на этом всё. - И каким? – заинтересовался Ичиго. Ну точно погода во всём виновата. Рукия нахмурилась, размышляя, говорить ему или нет, и, наконец, на что-то решившись, кивнула самой себе. - Ну, этикету, правилам поведения в высшем обществе, чайной церемонии… - перечисляла она. - Фу, как скучно, - прокомментировал Ичиго. - Кретин! – Рукия наградила его ещё одним подзатыльником. - Просто не вяжется у меня твой образ с образом леди из высшего общества, - прокомментировал он. Рукия внезапно замерла и прикусила губу. Глаза её наполнились чем-то, что можно было интерпретировать как сожаление, грусть и даже боль. Ичиго понял, что сказал что-то совсем не то и не так и поспешил извиниться, но она лишь отмахнулась и отступила к окну. - Ещё меня учили грамоте, экономике, математике, боевым искусствам, ну, стандартным техникам, которые должен знать шинигами, истории Сообщества Душ, географии, поэзии, музыке и… танцам, - губы Рукии дрогнули в подобии улыбки и Ичиго не решился озвучивать очередной язвительный комментарий по поводу несовместимости её грации с таким красивым пластическим искусством, как танцы (сугубо по его мнению). Он ждал чего-то ещё, но она молчала. - А рисованию? – глупо спросил Ичиго. - Рисованию? Нет, этому меня не учили, - Рукия растерялась. - Оно и видно, - хмыкнул Ичиго тихо. Но она услышала и запустила в него подушку, да так сильно, что это едва не сбило его со стула. – На правду не обижаются! Ты, кстати, можешь походить в школьный кружок рисования. Они там всех желающих принимают. Это после занятий в 306-ом кабинете, вроде… Преподавателя у них нет, потому что это бесплатно, но, я думаю, они тебя научат рисовать портреты, натюрморты и всё такое… - сбивчиво произнес Ичиго. Рукия лишь в удивлении хлопнула глазами. Затем её лицо исказилось в эмоции гнева. - Куросаки Ичиго, что значит, «научат» рисовать?! Я, по-твоему, не умею, что ли?! - Мелкая, при всей моей отдалённости от искусства, даже я не могу назвать искусством твоих ушастых чудовищ… Он не говорил – в него прилетел тапочек. Аккурат в лицо, оставив красный отпечаток. Ичиго разозлился и не постеснялся выразить свой гнев в адрес этой мелкой задиры. Она ожидаемо проигнорировала, но в её глазах больше не читалось той задумчивости и грусти – теперь в них горел огонь. Ичиго внутренне расслабился – видеть такую Рукию было привычно настолько, насколько вообще можно применить это слово к девчонке, которую он знает-то всего пару дней. - ИЧИГО! – послышался звонкий голосок Юзу снизу. Рукия быстро спряталась в шкаф на случай, если ей захочется войти. - ЧЕГО? – крикнул он в ответ. - ЗВОНИЛА ВАША СТАРОСТА, ПРОСИЛА ПЕРЕДАТЬ, ЧТО ДОМАШНЕЕ ЗАДАНИЕ ПО АНГЛИЙСКОМУ НА ПОНЕДЕЛЬНИК ДЕЛАТЬ НЕ НУЖНО! - Чёрт! – непроизвольно вырвалось у Куросаки, когда он покосился на вымученное с таким трудом домашнее задание, пусть с кучей ошибок и наверняка неправильно, но ведь готовое же! Рукия хихикнула где-то в шкафу. Он точно придушит её когда-нибудь тёмной безлунной ночью. И будет как у Шекспира… - Молилась ли ты на ночь, Дездемона? – прошипел Ичиго. Рукия прищурилась в шкафу. - Что ещё за Дездемона? – спросила она. Ичиго махнул на неё рукой. - ПОЧЕМУ? – спросил он Юзу громко. Она, скорее всего, была занята на кухне, поэтому не могла подняться. - ВАШ УЧИТЕЛЬ УВОЛИЛСЯ, НОВОГО ПОКА НЕ НАШЛИ! - Ещё чего не хватало, - фыркнул Ичиго. – ЛАДНО, СПАСИБО! – крикнул он в ответ. Юзу ничего не ответила, она была занята кухней. На какое-то время спальня Куросаки Ичиго вновь погрузилась в тишину. - Ичиго, - позвала его Рукия, - так что там за Дездемона? Ичиго закатил глаза и посоветовал ей прочитать Шекспира, начиная укладывать учебники и тетрадки в школьную сумку. Лучше подготовить всё с пятницы, чтобы в воскресенье вечером голову этим не грузить. Как только он закончил, не предупреждая Рукию, он вышел из комнаты и спустился вниз, предложив Юзу помощь по кухне. Ичиго не любил и не умел готовить, но скидывать все домашние дела на младшую сестрёнку было ужасно нечестно, поэтому он был не прочь помочь. Юзу уже хотела отказаться, но к ним подоспела Карин и безапелляционно заявила, что отказ не принимается. Юзу возражать не стала, раздала брату и сестре задания и продолжила заниматься своими делами. Ливень закончился под вечер, когда Ичиго уже был в своей кровати и пытался уснуть. Рядом лежала книжка, которую он так и не дочитал, а сочинение не написал. Рукия тихо спала на верхней полке его шкафа, из её ослабшей во сне ладони выпала пьеса Шекспира «Отелло», которую она практически дочитала до конца. Она проснулась ближе к одиннадцати ночи, ощутив внизу в воздухе сильную реацу. Рукия сразу же пришла в себя и попыталась определить, кто это. Это была женщина. Реацу тёплая, бархатная, мягкая. Хинамори Момо ощущалась Рукии точно так же, но более легче, это было не она. Помимо мягкости, Рукия чувствовала и что-то дикое и необузданное в этой реацу. Это была Мацумото Рангику, лейтенантша десятого отряда! Это её реацу, которое ассоциировалась у Рукии с образом кошки, была сейчас внизу, в доме Ичиго! Рукия тут же выскочила из шкафа и чуть не упала. Ичиго тоже поднялся с постели и нахмурился, он чувствовал. Такое ощущение, что Рангику-сан свою реацу не прятала специально. - Спрячься, дурак! - шикнула на него Рукия. - Что, почему?! - Внизу очень сильная шинигами, офицер Готей-13! И она, вероятно, пришла за мной. - Ну и что? Внизу мой старик телевизор смотрит! Думаешь, я это так оставлю? - Она ничего ему не сделает, я увижусь с ней! - заявила Рукия и выскочила из его комнаты. - Вот же мелкая! - шикнул Ичиго и выбежал за ней. Внизу свет был выключен - должно быть, отец куда-то вышел, - горел только ночник. Ичиго заметил фигуру в чёрном шихакушо. Это была женщина, и она стояла спиной. Ичиго так же приметил вьющиеся длинные рыжие волосы. Эта женщина... он замер. Со спины она была того же роста и комплекции, что и его... - Мама! - это слово вырвалось само собой. Ичиго инстинктивно рванул вперёд Рукии. Подбежав к этой женщине, он схватил её за руку. Она обернулась. Рукия включила свет. Ичиго запоздало отметил, что у его мамы волосы были ровными, а у этой женщины они подстрижены лесенкой, и вьются совсем не так, как у мамы. К тому же, цвет несколько отличается. У мамы оттенок рыжего был темнее и приближен к каштановому, у этой же женщины волосы были светло-рыжими.