Сура

Блиндаж был просторным, только выкопанный , поставленный буквально за пару дней. Ещё бы, другого пристанища у нас не было, вот и приходилось работать как за троих каждому. Но он построен, собран. Да, некоторые стены все ещё не закрыты, да , в некоторых местах продувает, но он наш. Вот такой , особый, клочёк дома. Для меня же стал целым домом. С недавних пор я потерял его, потерял ощущение уюта, родного места, куда хочется возвращаться. Но вместе с этим приобрёл дом там, где кинут рейдовый рюкзак. Я стал свободен , слово ветер среди этих жухлых луганских полей. Я вернулся к исходному. Я вспомнил себя. - Я не понимаю смысл того, что нас расформировывают. - Ара все ещё возмущался последними новостями и встревоженно нарезал круги по комнате.- И что теперь? Как дальше то будет? - Забей хуй. - Извечная фраза Старого никаким образом не налаживала положение. После всех наших действий, после всего пережитого , нас просто … расформировывают, бросают? Я не знаю. На душе было гадко. Чувствовалось что-то неправильное. Было слишком много перелито с этими людьми. Дверь , открывшаяся со скрипом, впустила внутрь не только Саню, но и глоток свежего воздуха. Протапливали круто, так как сырость земли не давала нормально просыпаться. - Ты завтра уезжаешь.- Он поднёс руки к печке. - Командир ко мне подходил. Домой? Я не понял ощущения , вызванного этими словами. С одной стороны я был рад, что меня отправляют обратно , увидеть родных, но с другой… Я оставил клочок души прям тут. На том месте , где стоял. Я выгрыз изнутри тот клок, что остался после работы танка по нам, после ковровых, после подвалов и квартир. Я оставил это там, где стоял. Время возвращаться домой До дрожи ног, до колотуна сердца, Продрог тем холодом, что несравним ни с чем. Радиостанция не просчитает герца, Родного отклика дверей, которых нет Пусть окна полнятся скупыми вечерами, Огнём притушенным взмывая нашу грудь, Чьим подвигом с тобой мы восхищались. Не затухали. Тлели угли душ.