Звезда

      Пройти все пять стадий за три дня, когда почти каждую минуту ты проводишь время с объектом своего недоумения… Лишь в комнате парень мог спокойно себя чувствовать, боясь лишь того, что дверь снова откроется и зайдёт русый с пакетом… Отрицание прошло ещё утром, в то же утро прошёл и гнев, который Серёжа выместил на Ване, что лишь слабо улыбался, следя взглядом за кудрявым. Торг был вечером… Когда лёжа на кровати, смотрел в потолок, раздумывая о том, что все это было не просто так. Депрессия была в тот момент, когда юноша осознал симпатию к Ване… С Дашей невозможно было поступить плохо. Серёжа бы себе не простил, но мысли о Бессмертных не давали покоя. Принятие произошло позднее…       — Серёж, иди есть! — кричит парень из кухни, гремя посудой и матерясь, когда что-то ронял. — Я два раза звать не буду!       Парень поднялся с кровати, уверенный в том, что сейчас все решит с Ваней и они больше не вернутся к этому случаю никогда. Усевшись за стол, Серёжа подпер голову рукой, глядя за движениями русого. Он крутился у плиты, дожаривая последний блин и выкидывая его на тарелку. Тарелка переместилась на стол, а Ваня открыл холодильник, заглядывая в него.       — Варенье или сметана? — не глядя на Пешкова, спрашивает парень.       — Почему ты это все устроил?       — Подумал, что не нужно ходить голодными…       — Ты понял о чем я говорю. И не придуривайся, я серьёзно.       — Серёж… — сглотнул Ваня, садясь напротив Серёжи и уверенно глядя в карие глаза. — Я тебя люблю.       — Ой блять. Иди в пизду. Я думал, что ты хотя бы щас серьёзным будешь, а ты как был ебланом, так им и остался. — психанул Пешков, подрываясь из-за стола.       — Да я серьёзно! — крикнул Ваня в след уходящему парню. — Ну и нахуй тебя… — шепнул Ваня, взяв блин с тарелки и откусывая.       В квартире тишина… Но громкий хлопок двери и тяжёлые шаги на кухню заставили сердце биться сильнее и чаще, что даже грудную клетку начало сводить. Серёжа встал около Ивана, хмурясь глядя на него.       — Любишь? Ты готов отвечать за свои слова? — процедил Пешков, сжимая и разжимая кулаки, не сводя строгого взгляда с испуганного лица парня. Бессмертных уверенно кивнул…       Ваня и правда готов… Он несколько лет набирал я смелости, а тут набрался и его пока даже не отвергли. Серёжа положил руки на скулы парня, поднимая голову и наклоняясь, впиваясь в губы. Было даже немного больно, потому что сделано это было с такой силой, что было скорее неприятно…

***

      Сейчас, лёжа на диване, тяжело дыша, Серёжа начинает полностью осознавать… От Вани теперь будет сложно отвыкнуть. С ним эмоции другие… Он будто наркотик, который периодически хочется употреблять, вот только ради этого наркотика придётся многим пожертвовать, в том числе и отношениями с Дашей.       — Блины остыли, блять… — на выдохе говорит Ваня, садясь на край дивана и вновь ища тапки.       Серёжа лежал на боку, глядя в спину уходящему парню… Видимо это не последний раз. После такого у Пешкова будто облегчение появляется, хотя на самом деле только тяжелее… Каким уебком нужно быть, чтобы начать спать с братом своей девушки.

***

      — Даша, ты уже приехала? — потирая сонные глаза, улыбается Серёжа, подходя и целуя девушку в щеку.       — Ага. Меня пока тётя Марина подменит. — радостно улыбается девушка, снимая куртку и вешая её на вешалку. — Маме уже чуть лучше, поэтому думаю переживать не стоит. Мне Саня звонил кстати, на днюху пригласил.       — Мне тоже звонил. — из кухни кричит Ваня.       — А мне не звонил… Гандон. — цыкнул Серёжа, закатываю глаза.       — Он нас двоих пригласил, не ссы. — усмехнулась девушка, скидывая обувь и проходя в кухню. — Чайник горячий?       — Только закипел.       — Отлично. А ты с кем пойдёшь? — спрашивает Дарья, доставая из ящика кружку.       — Один. Нахуй мне кто там нужен… — посмотрев на Пешкова, вздохнул Ваня.       — Так Саня сказал же, что парами и… Объяснил что-то, я нихуя не поняла, если честно.       — А, да?.. Ну… Леху позову.       — Леха же в Америку переехал. — говорит Серёжа, вставая напротив.       — Значит Вову. Больше в этом городе нет никого.       — Ты уверен?.. — спрашивает Пешков, поднимая брови в удивлении.       — Да, думаю он изменился.