Разные миры

Елена сидела на подоконнике, притянув к себе коленки и поставив на них подбородок. За окном после многочисленных солнечных дней впервые за долгое время лил дождь. Все небо было затянуто темными тучами, и лишь иногда оно озарялось яркими вспышками молний. Девушка наблюдала, как по стеклу, будто играя в догонялки, стекают капли воды. Она старалась думать только о том, какая же капелька первой достигнет края окна, потому что мысли о чем-то другом заставляли всю душу сжиматься. Как замечательно прошли их маленькие каникулы за городом. Было так приятно побыть в компании близких друзей, смеяться с ними, болтать о пустяках, играть в глупые игры. Эти несколько дней будто бы вырвали ее из привычной реальности. Но в одночасье она рухнула обратно. Она уже не злилась. Просто поняла, что Деймон хотел помочь ей. Он ведь ее друг. И она сама виновата, что возомнила его кем-то большим. С чего она решила, что он до сих пор любит ее? Может все его чувства уже в прошлом, и он относится к ней просто как к лучшей подруге? А все его взгляды, скрытый смысл слов и движений она придумала себе сама. Сейчас она туманно помнила, как летела по коридору старинного особняка, переполненная упрямством и злостью. Злостью на него. Ведь тогда казалось, что он предал ее, отправив к другому парню. Пусть и к ее. Все равно! Она думала, что он хочет, чтобы она была только его. А он? Он отвернулся от нее. Дверь в комнату Стефана ударилась о стену с громким стуком, и Елена подбежала к парню. Он стоял около окна, освещенный лунным сиянием, и, кажется, не сразу понял, что происходит, когда девушка с разбегу врезалась в него, тут же впиваясь поцелуем. Она встала на носочки, зарылась руками в его волосы, притягивая ближе к себе, и исступленно целовала. Она не чувствовала ничего кроме жгучей обиды, и старалась сконцентрироваться только на теле парня. На его руках, которые блуждали по ее спине. На его губах, которые терзали ее рот. На его рубашке, пуговички которой она судорожно начала расстегивать. Елена, занятая борьбой с его рубашкой, не сразу поняла, что его губы пропали с ее лица, и сама потянулась за новым поцелуем. Но Стефан чуть повернул голову, не давая девушке возможности сделать этого. Но она не могла остановиться сейчас. Нет, нельзя. Иначе она передумает и проиграет. Кому? Тогда она не могла ответить на этот вопрос. Поэтому, не замечая пронзительного взгляда парня, продолжала расстегивать пуговицу на его груди, которая никак не поддавалась ее дрожащим пальцам. — Елена, — Стефан аккуратно взял ее ладошки в свои, отстраняя их от своей рубашки, — Что происходит? — Я хочу своего парня, — как ни в чем ни бывало проговорила девушка и чуть жалобно добавила, — Поцелуй меня. — Твои поцелуи наполнены отчаянием. Что случилось? — не унимался Стефан. — Ничего. — Уверена? — Я не знаю, — качнула головой девушка, вырывая свои руки и садясь на подоконник, — Я думала это поможет нам. — Все уже не так, как раньше, да? — Почему все так? — спросила Елена, смотря на севшего рядом с ней парня, — Мы ведь любим друг друга. — Может сейчас этого уже не достаточно? — Стефан тоже взглянул на нее, чуть улыбнувшись, — Но все было хорошо, правда? Не было слез, ссор, обид, боли. — Да, все было замечательно, — согласилась девушка, кладя голову ему на плечо, — Когда это закончилось? — Наверное, когда вы помирились с Деймоном. — Причем тут мой друг? — Да ладно, Елена, не ври хотя бы мне, — мягко проговорил Уэсли, и в его взгляде не было ни капли зла или обиды, которые Елена так боялась увидеть, — Ты же любишь его. Всегда любила. — Но и тебя я тоже любила, — она сжала его ладонь, не желая, чтобы парень хоть на мгновение подумал, что был просто заменой Сальваторе. — Я знаю, — Стефан нежно поцеловал ее в висок, на секунду зарываясь носом в волосы и вдыхая цветочный аромат, — Иди к нему и будь счастлива. Очередной раскат грома вырвал Елену из воспоминания той ночи, и девушка вытерла скатившуюся по щеке слезинку. Но грусти не было. Все было правильно. Их отношения со Стефаном действительно были прекрасными, но они закончились. И, наверное, она будет скучать по тому теплу и спокойствию, что дарил ей парень, но они навсегда останутся в уголке ее сердца, напоминая о человеке, который сделал эту зиму волшебной. А Деймон? Она, конечно, не пошла к нему тогда, но остаток той ночи она провела с мыслями о нем. Думала, плакала, размышляла, выискивала в душе ответы. Но ничего решить не смогла, хотя и не сомкнула глаз почти до рассвета. А утром вышла к друзьям, стараясь улыбаться и выглядеть счастливой. Она видела, что он злится на себя и на нее, но продолжала улыбаться. И пусть он понимает эту улыбку, как хочет. Пусть помучается так же, как всю ночь мучилась она. Захотел, чтобы она пошла к Стефану? Она выполнила его пожелание, а со всем остальным пусть теперь разбирается он. — Елена, — в дверь постучала Кэролайн, вырыв сестру из воспоминаний, и через мгновение в проеме показалась ее головка, — Можно? — Да, заходи, — улыбнулась девушка, свешивая ноги вниз, тем самым освобождая место рядом с собой сестре. Кэр быстро пересекла комнату и села рядом с Еленой, — Что-то случилось? — Нет, — мотнула головой блондинка, — Папа с Джером смотрят мультфильмы, а я сбежала к тебе. — Давно мы так не сидели с тобой, — проговорила старшая Гилберт, прислоняясь спиной к холодному стеклу. — Да, — согласилась Кэролайн, — Что у тебя нового? — Ничего особенного. — Почему Стефан перестал к нам заходить? — Мы расстались, — не сразу ответила Елена, поворачивая голову к сестре и встречаясь с ее удивленным взглядом. — Что? Как? Когда? Почему? — завалила ее вопросами Кэролайн, но девушка спокойно пожала плечами, будто не говорила о разрыве с любимым парнем. — Просто так вышло, — произнесла она. — Ты не расстроилась? — спросила Кэр, видя, что сестра ни капельки не переживает. — Нет, все так, как должно быть. Мой прекрасный принц еще ждет меня. — Я думала, из нас двоих это я должна верить в сказки, — усмехнулась младшая Гилберт и неожиданно холодно добавила, — Но вот только я больше не верю. — Почему? — спросила Елена, чуть испуганно смотря на сестру, которая с самого детства мечтала о прекрасной свадьбе с самым замечательным парнем на земле, которым будет любить только ее одну. — Потому что не существует истинной любви, есть только двое людей, которые подходят друг другу. — Нельзя так говорить, Кэр. Любовь есть, и ты когда-нибудь испытаешь это чувство. — Кажется, мы поменялись местами, — младшая Гилберт грустно улыбнулась, — Раньше ты не была такой. — Этот год все изменил, — произнесла Елена, понимая, что сестра действительно права. Она никогда не верила в глупые сказки со счастливым концом, даже когда была маленькой девочкой. Ей всегда казалось, что после слов «жили они долго и счастливо» обязательно должны были быть ссоры, споры, расставания. Ведь не может быть все так хорошо. Верила ли она в счастливый конец сейчас? Наверное, нет, но она верила, что конца может вовсе не быть. История не обязательно должна заканчиваться, и есть чувства, которые не исчезают даже после смерти. — Сальваторе говорит, что я, как маленькая, верю в единорогов и фей, — усмехнулся девушка. — Да, он прав, ты совсем как ребенок. Елена улыбнулась, вспоминая, что когда-то давно Кэролайн сказала, что ей не обязательно взрослеть. Что ж, кажется, она выполнила просьбу сестры. — Ой, а с кем ты теперь танцевать будешь? — неожиданно воскликнула Кэролайн, смотря на Елену, которая чуть нахмурилась, не понимая, о чем она говорит, — На «Мисс Весна». — Я думала отказаться, — с опаской проговорила девушка, предвидя реакцию Кэр. — Нет! Ты с ума сошла, — она спрыгнула с подоконника и сердито посмотрела на сестру, — Мы же столько готовились, платье шикарное купили, туфли… Да и мама так хотела, чтобы ты участвовала. — Да, я знаю, — согласилась с ней Елена, — Наверное, попрошу Стефана, мы столько репетировали. Думаю, он не откажет мне. — А может Сальваторе попросить? — Нет, точно не его. — Почему? — осторожно спросила Кэролайн, и Елене показалось, что сестра только и ждала возможности спросить у нее это, — Что у вас с ним? — Все так сложно, — качнула головой девушка, сама не понимая, что происходит сейчас между ними. — Ты из-за него рассталась со Стефаном? — В том числе, и из-за него, — Елена поджала губы, исподлобья смотря на Кэр, — Но я не знаю, что он чувствует. — Он влюблен в тебя, — она взяла руку сестры в свою, чуть сжимая ее, — Тебе просто надо с ним поговорить. — Да, ты права. — У вас все будет хорошо, вот увидишь. — Надеюсь.

***

Дожди, которые, почти не переставая, лили весь апрель, сегодня окончательно сдались весеннему солнцу, которое впервые за долгое время согревало своим теплом. И это не могло не радовать участниц конкурса «Мисс Весна», который традиционно проводился в одном из старинных зданий Сент-Олбанса. Елена стояла напротив высокого зеркала, разглядывая свое отражение. Темно-синее платье плотно облегало ее талию, а чуть ниже бедер начинало струиться до пола. Длинные волосы сегодня были собраны в вечернюю прическу, и лишь несколько локонов спадали на лицо и плечи, а глубокий вырез сзади заканчивался чуть ниже талии, открывая соблазнительную спину. Девушка, чуть наклонив голову в бок, дотронулась до кулона, подаренного Деймоном, и легкая улыбка появилась на ее лице. Этот месяц их отношения напоминали американские горки. То все было слишком хорошо, то слишком плохо. Где-то на середине они останавливались слишком редко. И дело было даже не в Елене. Она как раз пыталась вести себя как раньше. А вот Сальваторе большую часть времени ходил, погруженный в свои мысли. Как она не пыталась вывести его на разговор, чтобы объяснить события той ночи, он ей этого не позволял — пресекал любые упоминания об этом. Елена даже не была уверена, знает ли друг, что они со Стефаном расстались. Всякий раз, когда она упоминала уже бывшего парня, он находил любые причины, чтобы уйти или перевести тему. Так что сейчас они либо молчали, либо смеялись и болтали о всякой ерунде, как бывало раньше. И Елене это даже нравилось, если бы не отчаянное желание поговорить с ним и объясниться. У нее ведь не было никого, кроме него, а он отдалялся от нее, закрываясь стеной. Она оставалась одна, несмотря на постоянные разговоры с Дейзи, встречи с Кэролайн и Бонни, переписки с Ником. Но это все не то. Ей никто был не нужен. Только Деймон. Деймон, который потрясающе выглядел в официальном костюме. Елена обернулась к выходу, заметив в зеркале отражение друга, который появился в комнате, выделенной ей для подготовки к конкурсу. — Привет, — на грани шепота проговорила она. — Прекрасно выглядишь, — улыбнулся Сальваторе, делая шаг навстречу ей и закрывая за собой дверь. — Ты тоже, — девушка пробежала взглядом по его костюму, — Только вот галстук… — Что с ним не так? — Деймон попытался посмотреть на свое отражение в зеркале, но Елена не дала ему это сделать. Девушка шагнула вперед, уничтожив последний метр, что остался между ними, и поднесла руки к его груди, аккуратно поправляя узел галстука. — Вот так лучше, — она провела ладонями по его плечами, в попытке убрать несуществующую пыль. — Что бы я без тебя делал? — спросил Сальваторе. — Не представляю, — улыбнулась Гилберт, но тут же опустила взгляд. Говорить или не говорить? — мелькало в мыслях. Он так близко, так рядом. Такой родной, но в тоже время далекий. Эта стена, которую он строила, становилась все выше. И Елена не была уверена, что ее слова смогу сломать ее. Но не попробовав — никогда не узнаешь. Поэтому она, оборачиваясь к зеркалу и смотря на их отражение там, произнесла: — Я хотела сказать тебе кое-что, — девушка чуть задержала дыхание, когда он сделал шаг и остановился за ее спиной, — На самом деле, мне следовало это сделать еще очень давно, но я не решалась. — Ты же не беременна? — Деймон в притворном ужасе приложил ладонь к губам. Елена усмехнулась, качнув головой и опустив ее. — Думаешь, я объяснялась бы сейчас с тобой, а не с отцом ребенка, будь это так? — Гилберт тут же пожалела о сказанных словах, потому что от Сальваторе мгновенно начали исходить волны напряжения и скрытой ярости, — Но это тоже касается Стефана… Я… — Лени, я готов слушать все, чем ты хочешь со мной поделиться. Но давай договоримся, ты избавишь меня от рассказов о вашем с Уэсли счастье, ладно? — Нет, — Елена только сейчас смогла найти в себе силы, чтобы посмотреть на парня, а если быть точнее — на его отражение, которое все это время не сводило с нее взгляда, — Ты последний раз выслушаешь меня, и больше я никогда не упомяну при тебе наше со Стефаном «счастье», ладно? — От моего ответа что-нибудь зависит? — усмехнулся Сальваторе, когда Елена обернулась к нему. — Мы расстались, — проигнорировав его вопрос, произнесла она. — Что? — Не так давно, но… — Почему ты сразу мне не сказала? — оборвал подругу Деймон. — Я хотела, но ты не давал мне такой возможности, — повышая голос произнесла Елена, снизу вверх смотря на друга. — Значит, не так сильно хотела, раз не заткнула меня раньше, — дернул уголком губ парень, отступая назад. — Я боялась! — Чего? — Того, что будет после этого, — так тихо проговорила Елена, что Деймон ее сперва даже не услышал. И лишь шевеление губ девушки помогло ему разобрать сказанные ею слова. В комнате повисла тишина. Сальваторе казалось, что напряжение между ними достигло максимума. Они смотрели друг другу в глаза, а сделать ничего не могли. Елена была права, неизвестность пугала. Что ему сейчас надо сделать? Поцеловать, обнять и больше никогда не отпускать? Или снова сострить, а потом заботливо поинтересоваться, как она? Быть ей просто другом? А чего хочет она? Помнишь, Сальваторе, ты обещал сам себе интересоваться ее мнением, а не решать все самому. Легко сказать — интересоваться! Вот как ему сейчас спросить это у нее Лени, ты собственно для чего говоришь это мне? Деймон едва сдержал усмешку от абсурдности данного вопроса. — А чего хочешь ты? — ему показалось, или Елена действительно вздрогнула после его слов? Девушка чуть испуганно посмотрела на него. Наверное, она не ожидала такого. Да и он сам не ожидал. С каких пор он стал спрашивать разрешение перед тем, как сделать что-то? А если быть более точным, перед тем, как схватить ее и больше никогда не отпускать. Ответить Елене не дал стук в дверь. Они с Деймоном тут же отступили друг от друга, когда в комнату зашла женщина в строгом черном платье. — Елена Гилберт, прошу вас пройти к остальным участницам. До начала осталось пять минут. — Хорошо, — осипшим голосом произнесла девушка, не сводя взгляда с Сальваторе. Но, когда женщина раздраженно кашлянула, призывая Елену наконец-то пройти за ней, ей пришлось, опустив глаза в пол, удалиться в другую комнату, оставив парня одного. Чего хочет она? Хороший вопрос. Действительно, что она ждала, рассказывая другу о расставании со Стефаном? Она много раз представляла себе сцену, когда она говорит, что она теперь свободна, но ни разу не позволяла себе думать о том, что будет после этого. Что она хочет, чтобы бы было после этого. А она хотела… — Девушки, выстроитесь как на репетиции, — прервал Елену голос женщины. Она помогла участницам встать в небольшом холле на втором этаже так, как они должны будут выходить к зрителям. Внизу начали представлять девушек и их партнеров, и они по одной начали уходить. Елена с детства слушала рассказы мамы, как лучшие представительницы Сент-Олбанса спускаются по лестнице, где их ждут их кавалеры, а потом они ведут их на танец, которым открывают конкурс. И вот сейчас она сама находится здесь, ждет своей очереди, а внизу стоит Стефан, готовый, как и раньше, помочь и поддержать. — Елена Гилберт, дочь Грейсона и Миранды Гилберт, — раздался снизу голос ведущего, и одновременно с этим кто-то подтолкнул ее к лестнице. Девушка на секунду прикрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь унять бешено стучащее сердце, а потом сделала шаг на первую ступеньку. Как же хотелось, чтобы сейчас за ней наблюдали не только отец и Кэролайн, но и мама. Она бы, наверное, была так рада, что ее старшая дочь идет по ее стопам и тоже участвует в конкурсе, который так много значил для нее. Елена представила себе, как много лет назад Миранда точно также спускалась по этой лестнице, а внизу ее ждал Джузеппе. Она, будто бы в реальности, увидела эту картинку. Ее мама, на которую она так сильно похожа, в прекрасном платье и с чудесной прической, и отец Деймона, который с любовью смотрит на свою подругу, даже не представляя, что меньше чем через год судьба разведет их разными дорогами. Елена не сразу поняла, что видит не голубые глаза Джузеппе, а точно такие же, но более живые и родные глаза Деймона. Девушка чуть вздрогнула, поняв, что уже почти дошла до последней ступеньки, но там вместо Стефана ее ждал Сальваторе. Он пронзительно смотрел на нее, чуть сощурив взгляд. И хотя в первую секунду Елена растерялась, но после того, как он улыбнулся ей, она поняла, что все правильно, так и должно было быть. И пусть они сейчас опозорятся, танцуя перед всеми этими людьми. Пусть она забудет движения, а он наступит на подол ее платья. Все это неважно. Его место именно здесь. Деймон протянул ей руку, и она, улыбнувшись только ему, приняла ее, делая последний шаг с лестницы. — Что ты здесь делаешь? — едва слышно прошептала Елена, даря улыбку гостям, которые встречали их аплодисментами. — Знаешь, Уэсли идиот, что отпустил тебя, — дернув уголком губ, произнес Сальваторе. — Ты тоже отпустил, — в голосе девушки послышалась обида. Она, подобрав подол платья, присела в реверансе, наблюдая, как друг нагибается в поклоне. — Я не отпускал. Это ты отпустила, а я согласился уйти. Деймон из года в год видел традиционный танец-открытие, поэтому сейчас ему не составляло труда повторять движения, прислушиваясь к музыке. Они с Еленой сделали несколько кругов, не прикасаясь друг к другу, но не сводя взгляда. И когда ритм песни стал увеличиваться, парень прошептал: — Больше я такой ошибки не допущу. И тут же притянул к себе, и они закружились в вальсе, подобно остальным парам. Он видел, что девушка не отрывает глаз от его лица, но старался не замечать этого, сосредотачиваясь на танце и на ее близости. А Елена вмиг забыла все движения и слепо доверила ему вести себя, ведь сейчас все мысли в голове смешались, а сердце билось как сумасшедшее. Хотелось кричать, ругать его, бить кулаками его слишком идеальный костюм. Ведь нельзя так делать. Нельзя давать такие пустые обещания. Откуда он знает, что будет завтра? Через неделю? Через год? А если она опять скажет, что должна уйти, он снова так просто отпустит ее? И что будет делать она, если он сделает это? Ведь еще одной потери она точно не выдержит. В прошлом их расставание была виновата только она. И она прекрасно это понимала, но все равно было больно. Больно от того, что он не стал бороться. Но ведь и она не стала. Она так просто отпустила их отношения. Их любовь. Почему же он должен был сражаться за то, что она разрушила? Елена резко остановилась посреди танцующих и посмотрела на удивленного Деймона, вырвав свои руки из его. Остальные пары заметили, что что-то произошло, но продолжали кружить вокруг них, а зрители тут же начали шептаться, и в зале поднялся гул. А они? Они просто стояли друг напротив друга и смотрели в глаза. Елена не выдержала первой. Слезинка скатилась по ее щеке, и девушка, подобрав небольшой шлейф от своего платья, сорвалась с места, пробираясь сквозь зрителей на улицу. Деймон лишь несколько секунд смотрел на убегающую подругу, а потом кинулся вслед за ней. Он настиг ее почти сразу, около выхода из торжественного здания, где проводился конкурс. Поймал за руку и развернул к себе, а она тут же уткнулась ему в плечо, цепляясь ладошками за его пиджак. И он прижал ее к себе, гладя по спине. — Это я… Я виновата, — прошептала она, обдавая его шею своим теплым дыханием. Парень слегка отстранился, но лишь для того, чтобы заглянуть ей в глаза. — В чем ты виновата? — он склонил голову, с улыбкой наблюдая за ее глупыми терзаниями, и провел кончиками пальцев по ее щеке и к подбородку, приподнимая его и тем самым заставляя посмотреть на него. — Если бы не я, все было бы хорошо. — Лени, если бы не ты, ничего из этого бы не было. Все наши решения, каждый поступок и выбор вели нас именно сюда. Все, начиная с драки в автобусе и заканчивая твоей просьбой уйти, должно было случиться, чтобы здесь и сейчас мы могли быть вместе. — А мы вместе? — девушка, попытавшись спрятать улыбку, подняла на него заплаканные глаза, в которых сейчас сверкали огоньки. Сердце перестало биться в ожидании ответа, но он, кажется, не собирался ничего говорить. Просто усмехнулся и провел ладонью по ее щеке, заправляя выбившийся из прически локон за ухо, а потом поцеловал. Нежно, чувственно, со всей любовью. И в мыслях промелькнула абсурдная мысль, что она наконец-то дома, где ее по-настоящему любят. И тут она вдруг поняла, что никогда не говорила, что любит его. И пусть он знал это, но сейчас ей захотелось, чтобы он услышал это от нее. — Я люблю тебя. — Ты не представляешь, как долго я мечтал это услышать, — Деймон чуть опустил голову, чтобы их лбы соприкоснулись, и поцеловал ее в кончик носа. Елена едва слышно рассмеялась, и хотела потянуться за настоящим поцелуем, когда он произнес: — Видимо, наш побег не остался незамеченным. Девушка перевела взгляд и заметила, что за ними наблюдали некоторые зрители, которые вслед за ними покинула торжественный зал. Гилберт тут же густо покраснела, заметив среди них своего отца и сестру, и спрятала лицо на груди парня. — Пойдем отсюда. — А как же конкурс? Я думал, это важно для тебя. — Ты важнее, — прошептала Елена. Сальваторе нашел ее руку и сплел их пальцы вместе, целуя ее в висок. И они ушли. *** Ей повезло. В ее жизни было много счастья. Но сейчас это было другое чувство, не похожее на то, что было раньше. Сколько она себя помнила, она всегда проявляла все свои эмоции очень бурно, кричала о них на весь мир. А сейчас это было тихое счастье. Ей было достаточно лишь лежать в объятиях самого родного человека, наслаждаясь его близостью. И большего она желать не могла. — Ты спишь? — дыхание парня приятно щекотало ее кожу, и Елена едва удержалась от того, чтобы тихонько не заурчать. — Нет, — она чуть подняла голову, встречаясь с ним глазами. — Мне надо идти, — Деймон нежно поцеловал ее в висок, но девушка не дала ему подняться, еще крепче прижавшись к нему. — Не хочу отпускать тебя. — Ты же знаешь, твой отец проверит, ушел я или нет, — парень переместил свою руку на талию Елены, чуть разворачивая ее к себе. Девушка почти всем телом легла на него, кладя свою голову ему на грудь и сплетая их ноги между собой. — Не надо было, чтобы он знал, — тихо захныкала она, удобнее устраиваясь на Деймоне, — Чтобы все знали. — Однажды мы уже скрывали наши отношения, ни к чему хорошему это не привело. К тому же мне безумно нравится обнимать и целовать тебя при всех. — Помнишь, наш первый день в школе? — спросила Елена, и улыбка появилась на ее лице. Накануне того дня они с Деймоном весь вечер бродили по городу, взявшись за руки и ловя на себе приветливые взгляды редких прохожих, которые, наверное, чувствовали их счастье. Домой девушка вернулась далеко за полночь и, выслушав лекцию от отца о том, что он, конечно, рад за нее, но такие поздние прогулки недопустимы, отправилась прямиком в комнату. Только вот не в свою, а к Кэролайн. Спать совершенно не хотелось, а вот поделиться с сестрой своими чувствами — очень даже. Они разговаривали около часа, пока Грейсон, зачем-то вставший посреди ночи, не прекратил их посиделки и не проследил, что Елена ушла в свою комнату. Девушка почти сразу провалилась в сон и, хотя проспала всего несколько часов, утром встала вполне бодрая. Она совсем не чувствовала усталости и думала лишь о том, как бы побыстрее оказаться в школе, где они с Деймоном условились встретиться. Парень ждал ее на главной площади перед школой, где было полно студентов. Елена замерла, когда их взгляды встретились, и поняла, что совсем не знает, как себя нужно вести. Только вот Сальваторе все решил за нее — он уверенным шагом подошел к ней и, обхватив лицо руками, поцеловал. Казалось, все вокруг перестали двигаться, но девушке было наплевать на мнение остальных, все что она сейчас хотела — это всегда быть в кольце рук Деймона. Когда он прервал поцелуй и отстранился, заглядывая ей в глаза, Елена расплылась в улыбке. Никогда в жизни она не чувствовала себя счастливее, чем сейчас. Рядом раздавались радостный свист и легкие аплодисменты, казалось, что на них сейчас смотрит вся школа, и девушка даже не злилась на это — наоборот, хотелось разделить эти чувства со всеми людьми, чтобы они хоть на каплю стали такими же счастливыми, как она. — Тот день я не смогу забыть никогда, — произнес Деймон, вырывая ее из своих мыслей. Он кончиками пальцев поднял ее подбородок, и их губы оказались в нескольких миллиметрах друг от друга. Елене даже показалось, что она успела почувствовать их, когда дверь ее комнаты с тихим стуком открылась, и ей пришлось быстро скатиться с парня, не переставая обнимать его. — Пап, ты нарушаешь мое личное пространство, — попыталась возмутиться девушка. — Кажется, мы уже говорили о ночных визитах твоего парня. — Мистер Гилберт, я уже ухожу, — Сальваторе чуть приподнялся, намереваясь встать. — Оставайся уже. За окном давно за полночь, — махнул рукой Грейсон, — Только без глупостей. Мужчина вышел из комнаты, оставив ошеломленных Деймона и Елену одних. — Кажется, нам начали доверять, — девушка снова приняла прежнее положение, пряча улыбку в изгибе шеи Сальваторе. — Тебе он доверял всегда, а вот мне… — Конечно, учитывая твою репутацию в этом городе, — Елена подняла голову, встречаясь с удивленным взглядом парня. — Какая же у меня репутация? — Ну… не самого верного и постоянного кавалера, — девушка потянулась за поцелуем, но Деймон резко спросил: — Ты тоже так считаешь? — Я доверяю тебе, Деймон, если ты об этом. И знаю, что ты меня не предашь. — Спасибо и на этом. — Просто череда твоих… — Елена остановилась, подбирая более правильное, но не обидное слово, — …любовниц… Деймон усмехнулся, понимая, что в мыслях у подруги было совсем другое слово. — … сделала тебя опасным для каждой симпатичной девочки. И это, конечно же, не укрылось от их родителей. — Подумаешь, — хмыкнул Сальваторе, не видя в этом большой проблемы, — И, кстати, их не так уж много было. — Ну да… — Да ладно тебе, — парень медленным движением убрал прядь волос с лица девушки, перемещая взгляд на ее губы, — Тебя ведь не волнует, сколько девушек у меня было до тебя? — Нет, только сколько их будет после меня, — рассмеялась Елена, перехватывая его руку и сплетая их пальцы, а Деймон потянулся к ней за поцелуем, забираясь свободной ладонью под ее пижамную футболку. Кожа покрывалась мурашками в тех местах, где он прикасался к ней, а его поцелуи, которые переместились на шею, сводили с ума. Елена тихо застонала, притягивая парня к себе так, чтобы их лица снова находились на одном уровне, желая ощутить его губы на своих губах. Ее руки поддели край его футболки, и она, сама толком не понимая, что делает, потянула ее вверх, чувствуя, что внизу живота образуется тугой узел. Какой-то уголок сознания кричал ей о том, что сейчас может произойти, но желание заглушало этот голос. Но когда Деймон потянулся к застежке ее бюстгальтера, она вдруг отчетливо поняла, что он не знает. Он не знает, что они со Стефаном расстались в ту ночь, когда он отправил ее к нему. Не знает, что ту ночь она провела одна в своей комнате, заливая подушку слезами. Не знает, что та ночь не стала для нее первой.  — Деймон, — Елена осторожно разорвала поцелуй, встречаясь с его затуманенным взглядом, — Я должна сказать… Парень заметно напрягся, но рук с ее талии не убрал. И Гилберт только сейчас заметила, что лежит на нем, чувствуя каждую клеточку его тела. — Прости, но я не послушалась тебя. Елена видела, как Деймон пытается собрать мысли в кучу, не понимая, о чем она говорит. Он попытался сесть и отстраниться от нее, но она не дала ему это сделать, желая видеть каждую эмоцию у него на лице и в глазах, когда она скажет это. — Не пугай меня, — обеспокоенно произнес парень, и она, закусив губу, чтобы спрятать улыбку, прошептала: — Я не послушалась тебя, и не пошла к Стефану в ту ночь. — Что? — Ты первый. — Что? — снова повторил Сальваторе, и на его лице отобразилась целая гамма эмоций. Кажется, он не понимал, шутит она или нет, и боялся поверить в ее слова. — У меня никого не было до тебя. Елена думала, что он опять задаст ей тот же вопрос, но вместо этого его глаза просияли, и он притянул ее к себе, снова впиваясь поцелуем, но уже другим — наполненным любовью и благодарностью. Девушка могла только догадываться, как много ее слова значат для него, но для неё они значили все. Она не смогла бы разделить этот опыт ни с кем другим, кроме него. Поэтому со Стефаном все казалось неправильным — то место было неподходящем, то время. Просто человек был не тот, она не готова была сделать этот шаг с ним, потому что не чувствовала чего-то важного, что дарил ей только Деймон. Конечно, Сальваторе думал не так. В нём, наверняка, просто играло собственническое чувство. Особенно если вспомнить, как он каждый раз брал её за руку или обнимал, когда рядом оказывался Стефан, будто бы пытаясь показать, что она принадлежит ему. Но Елена почему-то против не была, ведь это было правдой, так что пусть делает всё это, лишь бы понял и поверил, что она навсегда останется рядом с ним. — Я люблю тебя, — сквозь поцелуй прошептал Деймон. — Я знаю, — улыбнулась девушка, проводя пальцами по его щеке, — Но на будущее, если ты еще раз отправишь меня в постель к другому парню, я обязательно сделаю это. — Не переживай, я скорее убью себя, нежели еще хоть раз потеряю тебя. — Не говори так, — девушка шлепнула его по плечу, серьезно смотря на него, — Как я смогу жить без тебя? — Жила же ты без меня целых 14 лет своей жизни, — Деймон аккуратным движением перевернул Елену, обнимая ее со спины. — Я никогда тебе не говорила, но ты был со мной еще до нашего знакомства. — Как же у меня это получилось? — насмешливо спросил Сальваторе, чувствуя, как девушка усмехается. — Ты мне снился. — Я? — Не совсем ты, — качнула головой Елена, — Скунс. Он всегда приходил ко мне накануне важных событий. Поддерживал, оберегал меня. — Так вот почему ты назвала меня скунсом? — Нет, я назвала тебя так случайно, и в тот момент все встало на свои места. Тогда я сама не знала, почему связала ненавистного мне человека с моим ночным другом. Но сейчас я точно знаю, что он — это ты. Ты всегда был со мной. Елена не видела лицо парня, но точно знала, что он сейчас улыбается той улыбкой, которую она так любила. Деймон нежно поцеловал ее в висок, прижимая ближе к себе. — Обещай, что так будет всегда, — попросила она, закрывая глаза. — Обещаю.