Разные миры

Сквозь стеклянную крышу аэропорта в Лондоне пробивались лучи яркого летнего солнца. В зале ожидания столпилось множество людей, среди которых была и Елена со своей семьей. Миссис Гилберт, со слезами на глазах, давала Кэролайн последние наставления, перед тем, как ее младшая дочь отправится в лагерь. А Грейсон пытался успокоить Джереми, который не хотел оставаться дома без старших сестер. — Елена, ты где летаешь? — ласково спросила Миранда, положив руку на плечо дочери. — Нигде, — улыбнулась Елена, переводя взгляд на маму. Она пыталась найти в огромной толпе черную шевелюру друга, но он почему-то не хотел находиться. — Мама говорила, что они, возможно, прилетят к нам, — проговорила Кэролайн, внимательно смотря на сестру. — Что? — вскинула брови вверх она, — Зачем? — Вы первый раз обе покидаете дом так надолго, — вытирая слезу и прижимая к себе Елену, сказала Миранда. — Мам, — закатила глаза девушка, — Мы всего лишь едем в лагерь. С нами ничего не случится. — Мама просто переживает за вас, — в разговор включился Грейсон, которому все же удалось успокоить сына, купив ему шоколад в небольшом ларьке. — Вы не приедете? — с надеждой спросила Елена у отца. — Вряд ли, — рассмеялся он, потрепав дочь по волосам. — Над чем смеетесь? — к Гибертам подошла семья Беннет. Мужчины пожали друг другу руки. Женщины обменялись поцелуями в щечку. А Бонни подбежала к Кэролайн, и девушки начали бурно обмениваться эмоциями. А Елена, лишенная пары, принялась дальше искать Сальваторе. Вот где он может быть? Людей здесь, конечно, много, но не настолько, чтобы не увидеть лучшего друга. Так что напрашивался один ответ: его здесь нет. Но где он тогда? Ему же не могли запретить поехать в лагерь в последний момент? Он бы точно позвонил и сказал это. Может опаздывает? Елена хмыкнула — Сальваторе никогда не опаздывает. Что он там ей писал? 3? Ну и что это должно значить? Девушка вертела головой в разные стороны, когда ее взгляд упал на номер терминала с цифрой «7», около, которого они стояли. — Ну конечно. — себе под нос прошептала Гилберт и уже громче добавила, — Мам, пап, я пойду, наверное… — Может вы все вместе пойдете чуть попозже? — предложила миссис Гилберт, — Ведь еще даже не объявляли о начале посадки. — Я… увидела там мою подругу с прошлой смены… Кейти, — ляпнула первое пришедшее на ум имя Елена, выразительно посмотрев на Бонни. — Да, я тоже видела ее. Она, кажется, уже прошла к самолету, — не понимая, зачем делает это, сказала Беннет. — Мам, ну пожалуйста, — жалобно протянула Елена. Миранда неуверенно кивнула, и девушка, поцеловав ее в щечку и обняв отца, схватила рюкзак и, помахав на прощание родителям, побежала к третьему выходу. — Когда она успела так вырасти? — задал риторический вопрос Грейсон, смотря вслед девушке, — Кэролайн, обещай, что навсегда останешься моей маленькой дочуркой, — попросил он у младшей дочери. — Папочка, — Кэролайн повисла у него на шее. — Я тоже не вырасту, — весело заявил Джереми, протягивая руки к папе, который тут же подхватил его. — Елена, — тихо проговорила миссис Беннет, смотря куда-то вдаль. И все тут же проследили за ее взглядом. Елена шла рядом с Сальваторе, который с улыбкой что-то говорил ей, закинув руку ей на плечо. Девушка с упреком смотрела на него, пытаясь скрыть свою улыбку, но глаза ее все равно светились, пока не повернула голову и не заметила, что все ее родные смотрят на нее. Они выглядели ошарашенными. Конечно, все знали о том, что она дружит с Деймоном, но ведь они ни разу не видели их вместе. Они не знали, какой она была рядом с ним, и почему-то не думали, что она была такой счастливой. — Кэр, все в порядке? — Это вы мне скажите? — улыбнулась отцу Кэролайн, — мы то с Бонни такую картину видели на протяжение всего года, а вот вам это в новинку. — Я не думал, что их отношения такие. — А что ты думал? — передернула плечами Миранда, — Что Сальваторе издевается над людьми, а наша дочь стоит на карауле? — Нет, просто мне сложно представить, что именно он делает нашу дочь такой счастливой. — Но он делает, так что нам остается только принять это. Миранда вернула свой взгляд к дочери и ее другу, которые как раз зашли в терминал аэропорта. Елена всегда напоминала ей саму себя, и поэтому она очень боялась за ее будущее и выбор. Задорная, веселая, вечно улыбающаяся старшая дочь воплощала в себе все то, что она потеряла в свои 17 лет. Она чувствовала в ней внутренний стержень и желание жить с самого детства. Елена всегда была милой, доброй, немного капризной и вредной, но такой яркой и взрывной, что невозможно было не улыбаться в ответ. И Миранда не была удивлена, что именно ее старшая дочь нашла в Сальваторе-младшем что-то хорошее, также как когда-то она разглядела добро в Джузеппе. Она искренне надеялась, что мальчишка не пойдет по стопам своего отца, что Елене хватит сил не допустить этого. Ведь только сейчас, смотря, как повторяется история, она поняла, что ошиблась, когда предпочла легкую, не знающую трудностей любовь Грейсона любви Сальваторе. Конечно же, она любила своего мужа. Но когда прошло много лет, и боль ушла, она поняла, что поступила неправильно, не став бороться за своего друга. И сейчас, смотря на два удаляющихся силуэта, она надеялся, что старшая дочь станет спасением для сына того, чьим спасеньем не стала она.

***

Елена бежала к третьему выходу, надеясь, что друг будет там. Подумать только, а ведь год назад, когда они вот также встретились по пути в лагерь она испытывала к нему лишь ненависть и раздражение. Вернее, пыталась убедить себя, что испытывает именно эти чувства. Но в любом случае, она не хотела провести рядом с ним целое лето, искренне веря, что он испортит ей каникулы. Но он не испортил. Наоборот, то лето оказалось самым лучшим в ее жизни, ведь она обрела настоящего друга. Вся ее жизнь изменилась благодаря случайности, из-за которой они оказались в одном лагере. И в этом году они снова едут туда вместе, но уже точно зная, что проведут все свое время вместе, наслаждаясь полной свободой. — Какой же ты идиот, Скунс! — первым делом произнесла она, когда подошла к другу, который с усмешкой наблюдал за ее приближением, — Я еле тебя нашла. — Я же написал, где буду, — развел руками Сальваторе. — Ты написал «3», — фыркнула девушка, останавливаясь около парня, — Это могло значить все, что угодно. — Но ты же догадалась, — пожал плечами парень. — А если бы нет? — Мне бы пришлось провести весь полет в тишине и спокойствии, — улыбнулся Деймон, за что Елена показала ему язык. Сальваторе усмехнулся и внимательно посмотрел на подругу. Она сильно изменилась. Из девчонки-подростка превратилась в слаженную девушку. Он как-то не замечал этого, когда они все время были вместе, а стоило месяц побыть в разлуке, как он увидел, как оказывается привлекательна была Гилберт. Он раньше никогда не воспринимал ее, как девушку, но сейчас смотря на ее стройную фигуру и лицо с выразительными чертами, которым совершенно не нужна была косметика, он вдруг осознал, что на нем лежит какая-то ответственность за нее. Он по своему опыту знал, как самолюбивы и эгоистичны были парни в отношении девушек, и он никому не позволит обидеть его Гилберт. Мало того, он бы, будь у него возможность, вообще запретил смотреть на нее и тем более приближаться к ней. И дело тут было не в ревности, а в том, что она была самым дорогим ему человеком, и он не хотел, чтобы кто-то забрал ее у него. — Гилберт, я скучал по тебе, — девушка расплылась в улыбке и, сделав несколько быстрых шагов вперед, обняла его за шею, тут же почувствовав его руки на своей спине. — Я тоже, — прошептала Елена, пряча улыбку в изгибе его шеи. Деймон сильнее сжал девушка в объятиях. Он вдруг понял, чего ему не хватало весь этот месяц без нее. Не разговоров, не шуток, не просто прогулок вместе, а именно этого — простого чувства, что она рядом. — Кстати, почему 3-ий выход, если в билетах написано 7-й? — спросила Гилберт, отстраняясь от него. — Когда я писал тебе, я не знал, какой номер будет, — Деймон забрал у подруги ее рюкзак, и они медленно пошли в сторону нужного выхода. — Поэтому написал случайное число? — Проверил свою интуицию. — Гениально, — фыркнула девушка, закатывая глаза. — Лени, — парень по-собственнически закинул руку ей на плечо, чуть прижимая к себе, — Пообещай мне никогда не закатывать глаза. — Это еще почему? — На это есть несколько причин. Первая, я боюсь, что когда-нибудь твои зрачки так и не вернуться на место, если ты будешь постоянно их закатывать. — Какая забота. — Не благодари. Вторая причина, ты… Елена, пытаясь скрыть улыбку, слушала его болтовню, на которую бы, наверное, могла обидеться, но она понимала его чувства — он просто был счастлив, поэтому и нес какую-то чушь. Она ощущала тоже самое, пока не повернула голову и не увидела смотрящих на них родителей. Они были… шокированы? Она понимала, их чувства. И, наверное, ей стоило скинуть руку Сальваторе со своего плеча и остановить его поток глупостей, но она этого не сделала. Потому что сейчас ей был важнее он и их радость от встречи после вроде бы такой недолгой разлуки, а родителям давно стоило привыкнуть к их дружбе. — Все в порядке? — спросил Сальваторе, заметив, что подруга его не слушает. — Да, просто рада, что ты наконец-то рядом. Он улыбнулся и, притянув ее, чмокнул в висок, и Елене вдруг показалось, что никогда еще она не была такой счастливой. Они говорили о разной ерунде, пока проходили досмотр перед посадкой в самолет, много смеялись и просто молчали, иногда смотря друг на друга. И только лишь сев на свои места в самолете, девушка начала расспрашивать о его лете. Он рассказал ей о приятных разговорах со старыми друзьями, о Роуз и о прогулках по городу в одиночестве, почему-то умолчав о том, что так он чаще всего знакомился с девушками. — Вы с Кейти виделись? — Да, несколько раз, — наверное, на его лице отразились его чувства от воспоминаний о последней их встречи, потому что Елена тут же сузила глазки, подозрительно смотря на него. — Ничего не хочешь мне рассказать? — Ничего. — Точно? — Точно, — пожал плечами Сальваторе, решив, что это слишком личное, чтобы делиться этим с Гилберт. Вернее сказать, именно с ней почему-то и не хотелось говорить об этом. Он считал ее слишком чистой и наивной, чтобы обсуждать такое. Тем более, что речь здесь не идет о каких-то глубоких чувствах, и это казалось неправильным по отношению к ней. — Сальваторе, я не ребенок. Я понимаю, чем занимаются парень и девушка, когда остаются одни, — будто бы прочитав его мысли, произнесла Елена. — Уверена? — Не хочешь, не говори, — пожала плечиками Елена и, натянув на глаза, повязку для сна, добавила, — Я вообще спать собиралась. Что ж, похоже хоть что-то в этом мире меняется. Кажется, за этот месяц Гилберт избавилась от дурной привычки доставать его вопросами. И это, наверное, было бы хорошо, если бы он вдруг не понял, что без этого как-то скучно. И что с ним вообще не так? Разве хоть один нормальный человек захочет, чтобы к нему приставала Елена Гилберт? — Гилберт, — парень чуть потряс подругу за плечо, и она приподняла повязку, одним глазом смотря на него. — Что-то еще хочешь мне не сказать? — Ты, что, обиделась? — Нет, на что мне обижаться? — девушка окончательно стянула с себя повязку, возмущенно смотря на Сальваторе, — Хотя знаешь, есть на что. Ты мне не доверяешь. — Так, Гилберт, я не знаю, какая логическая цепочка выстроилась в твоей больной голове, но я доверяю тебе. — Тогда почему не рассказываешь о Кейт? — Потому что не хочу об этом говорить с тобой, — Деймон из-за всех сил старался говорить тихо, хотя иногда у него и проскакивали высокие нотки, — Это как разговаривать с младшей сестрой. — Но я тебе не младшая сестра. — И слава Богу, — все-таки вышел из себя парень, но вмиг успокоился, глубоко вздохнув и взяв руку подруги в свою, — Но это не значит, что я не хочу защитить тебя. — От чего? — нахмурилась Елена. — От мира без розовых очков. — И что это должно значить? — То, что я сказал, — пожал плечами Сальваторе, — Да ладно тебе, Лени, ты же не собираешься весь полет дуться на меня? — А это что-то даст? — Нет. Кстати, чтобы ты точно была уверенна, что ты единственная, кому я могу доверять, я дал твою почту Кейти. Она будет писать мне на нее. Ты не против? — Я у тебя вместо секретаря? — спросила Гилберт, чуть скашивая взгляд на свою ладошку, которая до сих пор лежала в руке парня. Их пальцы были переплетены, и он, наверное, почти неосознанно, поглаживал ее кожу большим пальцем. — Нет, просто мне она писать не может. Отец проверяет ее почту. — Ясно, — расспрашивать, зачем и почему он это делает, не хотелось. Было так приятно сидеть вот так, чувствовать плечом тепло исходящее от него, и ощущать его прикосновения к своей коже. На душе в одно мгновение стало тихо и спокойно. И о каком недоверие она могла говорить, когда он сидит рядом с ней такой открытый и родной? Разве хоть с кем-то он может позволить себе быть таким? Ни с родными, ни с Кейти, ни с кем-либо еще, только с ней. Не это ли и есть доверие? — Мне же можно будет читать ее письма? — Как будто мой ответ что-нибудь изменит, — усмехнулся Деймон, и на ее лице почему-то появилась улыбка, которую она тут же попыталась спрятать, прикусив губу. Она чувствовала себя глупо, особенно когда он посмотрел на нее, чуть склонив голову на бок. Где-то в глубине души начало расползаться тепло. И хотя головой она понимала, что происходит что-то совсем новое для них, мешать этому не хотелось. В конце концов, это же всего момент. Он закончится через несколько секунд, и они снова станут собой. А пока хотелось наслаждаться этим чувством, поэтому она просто склонила голову и положила ее ему на плечо, тут же закрывая глаза и проваливаясь в сон. И последнее, о чем она успела подумать, что еще никогда ей не было так удобно спать.  — Гилберт, — девушку разбудил голос друга. Она лениво открыла глаза, чувствуя, что шея затекла, поэтому пришлось пару раз повернуть ее прежде, чем посмотреть на Деймона. — Что случилось? — Ничего, лишь хотел предупредить, что последние полчаса девчонка то и дело смотрит на то, как мило ты пускаешь слюни во сне. — Кэролайн? — Да. — Черт, она, наверное, зла на то, что я не сказала, что ты тоже летишь. — Либо она просто завидует, какая у тебя удобная подушка, а ей приходится довольствоваться Беннет, — усмехнулся Сальваторе, наблюдая за мыслительным процессом подруги, которая скорее всего обдумывала, как ей поступить с сестрой, — Гилберт, не делай такое лицо, а то мне кажется, что ты израсходуешь последние мозги. — Ты чего такой счастливый? — подозрительно спросила Елена, на что парень лишь дернул уголком губ. Он и сам не мог понять причину того, что на душе было так легко и хорошо. Возможно, он просто только сейчас осознал, что находится вдалеке от родных и друзей с их вечным контролем и наставлениями. А возможно, дело было в девушке, которая только что сопела на его плече. Она была до ужаса милой, когда спала. Он не первый раз наблюдал за ней в таком состоянии, но сегодня будто бы увидел ее в другом свете — как девушку, а не как подругу. И ему понравилось то чувство, что мелькнуло у него в душе, вот только он понимал, что это было просто наваждение. Ну не мог же он что-то чувствовать к неугомонной Лени, которая была для него самым близким человеком. Именно человеком. Ни другом, ни девушкой, ни кем-либо еще, а самым важным человеком в его жизни. Он отчетливо понимал, что уже не сможет продержаться ни дня без ее присутствия рядом — физического или просто ментального. Поэтому неудивительно, что он ощущает спокойствие, когда она вот так просто спит рядом с ним. — Мне надо пойти к ней? — вырвала его из мыслей Елена. — Не знаю. Это твоя сестра. — А ты как думаешь? Она, наверное, переживает… — Лени, мне заботы о тебе хватает. Не надо нагружать меня еще и проблемами своих родственников. — Ладно, пропусти меня, — девушка, насколько она была способна на это, аккуратно перелезла через Сальваторе и уже хотела идти к сестре, когда обернулась обратно к другу, — Кстати, я не пускаю слюни. — Тогда откуда это пятно на моей футболке? Или у нас крыша течет? — парень даже взглянул вверх, чуть улыбнувшись. — А иди ты. — Это ты иди уже, а то твоя сестра весь самолет разнесет. Елена, ничуть не обидевшись, рассмеялась и направилась вглубь салона искать Кэролайн, которая расположилась почти в самом хвосте самолета. Она сидела около окошка, отвернувшись от Бонни, которая, кажется, пыталась ее в чем-то убедить. — Привет, — девушка присела рядом с подругами на свободное сиденье. Видимо, им так же, как и им с Сальваторе, повезло, и они летели вдвоем, не обремененные третьим лишним человеком. — Привет, — Беннет обернулась к Елене, взглядом показывая, что Кэр сейчас лучше не трогать. В этом и была ее сестра. Она так быстро придумывала в своей голове проблему и обижалась на нее, и потом не подпускала к себе никого. Елена прекрасно знала это, поэтому не стала сразу убеждать Кэролайн, что присутствие Сальваторе ничего не изменит. Надо было просто подождать, пока она не успокоиться и не будет готова выслушать ее. — Все хорошо? — спросила она у Бонни, которая чуть улыбнулась. — Да, а у вас? — Тоже. Кэролайн даже поспала, — девушка скосила взгляд на младшую Гилберт, которая демонстративно отвернулась в другую сторону. — Я тоже немного вздремнула. — Везет, я никогда не могла уснуть в… — О, может хватит этих светских разговоров, — Кэр все-таки не выдержала и развернулась к подруге и сестре. — А о чем нам говорить? — спросила Елена, уже точно зная ответ. — Может о Сальваторе? — Что о нем говорить? — пожала плечами Гилберт, с улыбкой замечая, как сидящая между ними Бонни вжимается в кресло, — Он все такой же самовлюбленный засранец. — Ты прекрасно понимаешь, что я о другом, — девушка воинственно сложила руки на груди, с вызовом глядя на старшую сестру. — Я не знаю, что тебе сказать. — Может быть, правду? — Он мой друг, Кэролайн. Я должна была сказать тебе, что он тоже летит с нами. Прости меня за это, — Елена поджала губы, понимая, что здесь она действительно была не права, — Но я не буду извиняться за то, что он здесь. — Я и не прошу. Мне просто обидно, что ты мне… нам ничего не рассказала. — Я боялась. — Чего? — Что ты не захочешь ехать, если узнаешь, что там будет Сальваторе, — честно призналась Елена, замечая, что лицо сестры начинает светлеть, — А я, правда, хочу, чтобы ты была рядом. — Я буду. — Спасибо. — Я надеюсь, что это последняя ваша ссора за это лето, — произнесла Бонни, улыбаясь подругам. — Да, я тоже, — на лице Кэролайн, наконец, появилась широкая улыбка, — Ты уже пойдешь? — А ты меня прогоняешь? — игриво подняла бровки Елена. — Нет, просто боюсь, что Сальваторе скоро шею свернет, — девушка кивнула на парня, который постоянно оборачивался к ним, видимо, проверяя обстановку. — Беспокоишься о Сальваторе, Кэр? — с усмешкой вскинула брови Бонни. — Нет, просто понимаю, что если с ним что-нибудь случится, нам придется терпеть сумасшедшие выходки Елены всю смену, — окончательно приходя в хорошее настроение, произнесла девушка. — Ах так, — притворно возмутилась старшая Гилберт, поднимаясь на ноги, — Но ты не волнуйся, Кэр, я и Сальваторе успею достать, и вас. Меня на всех хватит. — Звучит как угроза. — Это она и была, — Елена махнула рукой подруге и сестре и вернулась на свое место, где ее ждал Сальваторе. — Что-то ты быстро. — Просто Кэр переживала за твою шею. — А что с ней не так? — парень почти неосознанно поднял руку и потер шею. — Ты так часто оборачивался на нас, что моя сестра решила, что ты ее скоро сломаешь, — перелезая на свое место, произнесла Гилберт. — Обо мне теперь вся твоя семья заботиться будет? — усмехнулся Деймон, снова оборачиваясь назад. — Что-то мне подсказывает, что смотрел ты не нас, — не обращая внимания на последнюю реплику друга, произнесла Елена, — Кого ты там увидел? — Тебе парень, сидящий через два ряда около прохода, никого не напоминает? — спросил он, и девушка осторожно посмотрела назад, краем глаза находя человека, о котором спрашивал Сальваторе, но не узнала в нем никого из своих знакомых. — Нет, а должен? — Не знаю, — пожал плечами Деймон, — У меня чувство, что мы знакомы, но я его не помню. — Я его точно не знаю, — проговорила Елена, окончательно теряя к тому парню свой интерес, — Что ты думаешь о смене? — Думаю, как бы ты не разнесла весь лагерь. — Я не об этом, — закатила глаза Гилберт, — Как тебе тематика? Гарри Поттер… Мне кажется, будет интересно. — Увидим, — не особо заинтересовано проговорил Сальваторе, — Ты, кстати, тест прошла? — Ага. — И в каком ты отряде? — Слизерин, — с улыбкой наблюдая, как вытягивается лицо друга, произнесла Елена. — Серьезно? — поднял одну бровь он, с недоверием смотря на девушку. — Да. Я решила, что ты не станешь подделывать свои ответы, чтобы попасть со мной в Гриффиндор, поэтому сама ответила так, как ответил бы ты. И попала в Слизерин. — Я благодарен тебе за такую жертву, — усмехнулся Сальваторе. — Это не жертва, — качнула головой Елена, — Я и сама не очень хотела провести все лето под присмотром сестры и Бонни. — Они в Гриффиндоре? — Конечно. — А про то, что ты не с ними, знают? — Нет, — поджала губы Гилберт, понимая, что скрыла еще одну важную вещь от сестры, — Когда прилетим, скажу. — Предупреди, чтобы я в этот момент, был на безопасном от вас расстоянии, — дернул одним уголком губ Деймон. — Боишься моей маленькой сестры? — Ну во-первых, не такая уж она и маленькая, — заметил парень под строгим взглядом подруги, — А во-вторых, я не боюсь, просто не хочу, чтобы меня обвинили в том, что я на тебя плохо влияю. — Что за глупость? — Глупость. Думаю, это ты как раз оказываешь на меня негативное воздействие. — Ой, замолчи, Скунс. — Иначе что? — Деймон скосил взгляд, чтобы посмотреть на Гилберт, которая прожигала его глазами. — Натравлю на тебя свою сестру. — Ты действительно думаешь, что человек, который уже два года терпит тебя, может испугаться какой-то девчонки? — Кто еще кого терпит, — фыркнула Елена. — Очевидно же, что я тебя, — пожал плечами Сальваторе, чуть улыбаясь, — Я же просто прелесть, как я могу кого-то раздражать? — Самооценка у кого-то зашкаливает. — Было у кого поучится. — Замолчи. — Ты повторяешься, Гилберт, — усмехнулся Деймон, глядя на подругу, отвернувшуюся к окну. — Замолчи. — Опять.

***

Желтые автобусы заезжали на базу испанского лагеря и останавливались, выпуская детей из душных салонов. Здесь ничего не изменилось с прошлого года. Те же домики стояли небольшими группами для разных отрядов. То же огромное здание столовой. Та же тропинка, ведущая к морю. Те же спортивные, развлекательные площадки и сцена. Единственное, что изменилось — это отрядные цвета. Около четырех групп домиков стояли длинные столбы с флагами разных факультетов: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. Дети с восторгом выбегали из автобусов и осматривались. Вокруг стояли шум и смех. Старые друзья кидались друг другу в объятия после долгой разлуки и обменивались последними новостями. А приехавшие в этот лагерь впервые заводили новые знакомства. — Я и забыл, каково это, — проговорил Сальваторе, вытаскивая их с Еленой чемоданы из багажного отсека автобуса. — Что именно? — Находиться в окружение сумасшедших активистов, — ответил парень, на что его подруга фыркнула. — То ли еще будет. От разговора друзей отвлек голос молодого человека в черной мантии и со странной шляпой на голове. — Дин, — улыбнулась Гилберт. Но уже не той влюбленной улыбкой, которая появлялась у нее раньше при виде парня. Сейчас она просто была рада видеть старого знакомого. Интересно, кого еще она снова встретит здесь? — Привет, Хогвартс! — проговорил Дин в громкоговоритель, и в ответ послышался приветственный гул, — Рад снова приветствовать вас в нашем лагере. А для тех, кто здесь впервые: надеюсь, вы не будете скучать с нами. А сейчас — распределение! Я буду называть имя, а моя шляпа будет подсказывать, на какой факультет отправить этого человека. — Это надолго, — печально констатировала Елена, оглядываясь вокруг, — Ты Бонни с Кэр не видел? — Нет. — А, вон они! — воскликнула девушка, наткнувшись на светлую головку Кэролайн, — Пойдем. — А мне зачем идти? — поднял бровь Сальваторе, — Я лучше здесь наши чемоданы охранять буду. — Не глупи. Я сейчас уйду. И мы потеряемся, а потом не сможем найти друг друга. — Действительно, как можно найти человека на ограниченной забором территории. Нет, это невозможно, особенно, если есть телефоны, — съязвил парень, покачав головой и помахав мобильным устройством перед носом подруги. — Скунс… — Ладно, пошли. Ребята взяли свои чемоданы и направились к младшей Гилберт и Беннет. Девушки улыбались и о чем-то весело переговаривались. — Привет, — проговорила Елена, подходя к подругам. Деймон остановился чуть позади, — Ну как тебе, Кэр? — Это невероятно, — с улыбкой сказала Кэролайн, бросив недоверчивый взгляд на парня, — Спасибо, что уговорила родителей, чтобы я поехала. — Я сама этого хоте… — договорить Гилберт не дал радостный визг. К девушкам подлетела Вирджиния и принялась обнимать Бонни и Елену, что-то без разбору бормоча. Ви не изменилась. Чуть повзрослела, но осталась такой же. На длинных волосах по-прежнему были розовые пряди, одежда была легкой и спортивной. А на лице красовалась американская улыбка. — Я так рада видеть вас, — проговорила Ви, выпуская из объятий подруг. — Мы тоже, — радостно ответила за двоих Бонни. — Это моя младшая сестра Кэролайн, — представила девочку Елена. — Можно просто Кэр, — улыбнулась она, протянув ладошку. — Вирджиния, — пожала протянутую руку американка и чуть развернулась к парню, стоящему позади Елены, — Сальваторе? — Незнакомая мне девушка? — поднял уголок губ Деймон. Гилберт сдержала улыбку, слегка покачав головой, но ее друг лишь пожал в ответ плечами. Ви фыркнула и перевела взгляд на Бонни. — Вы уже знаете, на каком факультете? — спросила она. — Я на Гриффиндоре, — ответила Беннет. — Я тоже, — запищала Вирджиния, вновь обняв подругу, — А вы? — Пока не знаем, — вздохнула Кэролайн, — Тест тоже показал Гриффиндор, но ведь это не точно. — А ты, Елена? — Я… — Елена Гилберт — Гриффиндор. Кэролайн Гилберт — Гриффиндор, — прервав девушку, проговорил Дин. — Гриффиндор? — повторила Елена, с удивлением смотря на Сальваторе. — Ты не рада? — осторожно спросила ее Кэролайн, улыбка которой быстро померкла. — Рада, просто… — Просто что? — Ничего, — старшая Гилберт, заметившая, что ее друг, взяв их чемоданы, куда-то пошел, кинулась за ним, не обратив внимание на удивление сестры. У нее еще будет время объясниться с Кэролайн, а вот вопрос с отрядом надо было решать сейчас. — Ты куда? — она поравняла шаг с Сальваторе, заглядывая в его лицо. — К Дину. Или ты не хочешь быть в одном отряде? — Хочу, — уверенно ответила Елена. Конечно, в большей степени было все равно, в каком отряде они находятся, они бы так и так нашли возможно проводить все свободное время вместе. Но почему-то не хотелось, как в прошлом году, соревноваться против друг друга. Борьбы им уже хватило. — Я больше, чем уверен, что Дин специально разбросил нас в разные отряды. — А тебя разве уже назвали? — Ты думаешь, я тоже попал в отряд честных и благородных? — усмехнулся Сальваторе, но ответить девушка уже не успела, они подошли к Дину, который еще издалека заметивший их, напряженно смотрел в их сторону. — Даже не просите, — произнес он, когда ребята подошли к нему. — Ну пожалуйста, Дин, — сложив руки на груди, попросила Елена. — Нет, — уверенно ответил парень, — Списки уже составлены, так что я не в силах ничего изменить. — Ну что тебе стоит перевести Гилберт в Слизерин? — спросил Сальваторе, — Всего один человек. — Я уже сказал нет. — Ты уверен? — Да. — Тогда не удивляйся, если в течении смены будут происходить странные вещи. — А то я вас не знаю, — усмехнулся Дин, не ведясь на угрозы Деймона, — Вы и так будете что-нибудь вытворять, и перевод Елены в другой отряд этого не изменит. Что ж, тут он был прав, поэтому Сальваторе не нашел что ответить, а вот Гилберт похоже не теряла времени, пока они разговаривали. Воспользовавшись тем, что Дин отвлекся, она резко выхватила у него громкоговоритель. — Я хочу рассказать вам одну интересную историю, — проговорила Елена, прячась от вожатого за спиной друга. — Гилберт, что ты вытворяешь? — спросил Дин, пытаясь вырвать у девушки громкоговоритель, но Деймон мешал ему дотянуться до него. — В прошлом году мы, случайно оказавшись в домике Дина, нашли там… вы не поверите, — Елена обернулась к парню и, убрав ото рта громкоговоритель, спросила, — Мне продолжать? — Нет, — произнес парень, понимая, что Гилберт намекает на алкоголь, который было запрещено хранить как детям, так и вожатым на территории лагеря, — Вы оба в Слизерине. Довольны? — Да, спасибо, Дин, — Сальваторе хлопнул вожатого по плечу, а Елена с милой улыбкой отдала ему громкоговоритель, и они вместе пошли к месту, где расположился их отряд. С небольшим зеленым флагом с рисунком змеи стоял их вожатый — высокий блондин в такой же мантии, как у Дина. — Привет, — вместе сказали ребята, подойдя к своему отряду, которые с подозрением смотрели на них.  — Привет, — проговорил вожатый, пожав руку Деймона и улыбнувшись Елене, — Я Томас. Как вас звать? — Деймон Сальваторе и Елена Гилберт, — назвал имена парень, и вожатый принялся сверять их со списками. — Елена, тебя здесь нет, — задумчиво проговорил Том, бегая взглядом по именам. — Меня Дин только что перевел. — Ах да. Ты что-то пыталась рассказать о Дине. — Это длинная история, — хмыкнула Гилберт. — Просто Дин нас не очень любит, — пожал плечами Сальваторе, ухмыльнувшись и подмигнув какой-то девчонке из своего отряда, которая засмотрелась на него. Девушка тут же покраснела до корней волос и отвела взгляд. — Почему? — Не имеем представления, — ответил парень. Вожатый подозрительно посмотрел на него, видимо заподозрив что-то неладное, и отвернулся к новому члену своего отряда, который только что подошел к нему. Когда Дин закончил распределение, Том повел ребят к их домикам. На площадке, где отряд должен собираться для обсуждения каких-либо вопросов, стоял флаг с эмблемой Слизерина. Стандартные деревянные домики, предназначенные для нескольких человек каждый, находились на небольшом расстоянии друг от друга. Томас разрешил детям самим выбирать себе домики, поэтому они сразу же разбежались компаниями. Елена, наугад выбрав домик, забрала у друга свой чемодан и зашла внутрь, сразу же поняв, что ей достались не самые лучшие соседки. — Привет, — улыбнулась она, проходя к единственной свободной кровати, — Я Елена. — Нелли, — представилась одна из девушек, которая, как показалось Елене, была поразительно похожа на Кэтрин. Светлая кожа. Черные длинные волосы. Тонкие аристократические черты лица. Лишь глаза у Кэтрин были карие, а у Нелли ярко зеленые, что было заметно даже с большого расстояния, на котором находилась девушка. — Саванна, — представилась девушка с русыми, почти серыми волосами и почти черными глазами. Обе девушки выглядели, как и подобает слизеринкам, пусть и не совсем настоящим. Идеальные фигуры, черты лица, макияж, маникюр. Простые летние, но в тоже время эффектные, платья. Взгляд приветливый на первый взгляд, но если приглядеться, можно заметить надменность и самоуверенность. По телу Елены пробежали мурашки — зря они с Деймоном не подумали о том, что их соотрядцы будут соответствовать слизеринцам. С другой стороны, они же приехали сюда провести время друг с другом на свободе, а не заводить новых друзей, так что какая им разница, какие люди их окружают. С этой мыслью, Елена задорно улыбнулась, и открыла чемодан, чтобы достать оттуда вещи. — Вы откуда? — спросила Саванна, следуя примеру Елены. Только вот у нее это получалось лучше — она аккуратно доставала свои вещи и раскладывала их стопочками в комоде, Елена же просто бросала их туда в разнобой. — Греция, — ответила Нелли, которая грациозно сидела на кровати и рассматривала свои ноготки. — Нелли — не похоже на греческое имя, — озадачилась Саванна. — Это сокращение от Неонилла. — Ух ты, — удивилась Елена, — Очень необычно. — Детям благородных семей принято давать редкие красивые имена, — с превосходством в голосе проговорила Нелли, а Гилберт еле удержалась, чтобы не фыркнуть, — А ты откуда… Элина, верно? — сделав вид, что ей совершенно неинтересно происходящие и сами соседки, спросила гречанка. — Елена, вообще-то, — не обратив внимания, которого так ждала Нелли, исправила ее Гилберт, — Англия. Сент-Олбанс. — Не слышала про такой город. — Куда уж тебе, — обернувшись к своему чемодану, тихо проговорила Елена, чтобы ее никто не услышал. — А я из Барселоны, — проговорила Саванна под затянувшееся молчание. Но девушки никак не отреагировали — Нелли потому, что ей было все равно, а Елена заметила в окне друга и тут же переключила свое внимание на него. Парень появился в домике через минуту, не забыв, конечно, постучать. — Привет, — он чуть кивнул девушкам, почти не взглянув на них, и, подойдя к подруге, упал на ее кровать. — Что случилось? — спроила Елена, удивленно поднимая бровки. — Мои соседи — идиоты. — Как ты? — Нет, как ты, — проговорил Деймон, за что тут же получил подушкой по лицу, — Я пошутил! Если серьезно, то они просто заносчивые безмозглые аристократишки. — Ты пришел пожаловаться мне? — состроив умилительное личико, спросила девушка. — Нет, — возразил парень, — Я пришел сказать, что Томас зовет всех на ужин. — И что же ты молчал, Сальваторе? — Ты Сальваторе? — в один голос спросили Нелли и Саванна. — Автографы раздаю по средам, — съязвил Деймон и, встав с кровати, пошел к выходу, у двери обернувшись, — Гилберт, ты расхотела есть? — Нет, конечно, — фыркнула девушка и направилась за другом, услышав напоследок удивленные и слегка презрительные голоса соседок «Гилберт?». — Прогадали мы с тобой все-таки с факультетом, — на лбу Сальваторе залегла морщинка. — Зато скучно не будет, — пожала плечиками Елена. Друзья зашли в знакомую с прошлого года столовую, и не сразу узнали ее. Здесь многое изменилось. Длинных столов теперь было не три, а четыре, а на стенах были развешаны флаги всех отрядов. Одно оставалось прежним: наличие огромного выбора еды. — Займи нам места, — попросила Гилберт. — А ты куда? — Подойду к Кэр, — кивнула в сторону сестры девушка и направилась к столу Гриффиндора. Хорошей ли была идея разделить детей по характерам? Хоть это и было не совсем настоящее распределение, и кто-то схитрил, но все равно большинство детей были такими, какими и должны быть члены их факультета. Так, например, за столом Слизерина было тихо, лишь изредка кто-то переговаривался. Когтевранцы о чем-то сплетничали, кидая высокомерные взгляды на детей. Пуффендуйцы вели себя скромно и застенчиво, хотя и дружелюбно. И лишь Гриффиндорцы смело переговаривались друг с другом. Но одно было общее у всех — они были обычными детьми, поэтому от каждого стала доносился смех. Елена подошла к подругам, и девушки тут же обернулись на нее. — Привет, Елена, — воскликнула Кэролайн, отодвигаясь, чтобы сестра села рядом, — Где ты была? — Я… — начала Гилберт, но девочка ее перебила ее: — Мы заняли тебе кровать в нашем домике. Представляешь? Мы будем жить все вместе, вчетвером. Так здорово! — Кэролайн… — начала Елена, понимая, что сестра не слышала ее речи на площади. Плохо это было или хорошо, она не знала, но было очевидно, что теперь ей придется самой рассказать Кэр о том, что они в разных отрядах. — Тебя перевели, да? — тут же догадалась девушка, с грустью смотря на нее. — Да. — Но я не из-за тебя перевелась, — Елена взяла ладошку сестры в свою, чуть сжав ее. — А почему тогда? Вы ведь с Сальваторе могли перевестись на Гриффиндор. — Кэр, что сделано — то сделано, — вступила в разговор Бонни. — Тебе самой будет легче, если эти двое не будут перед твоими глазами, — поддержала подругу Вирджиния, которая сразу поняла, что у сестер не лучшие отношения, особенно, если это касается Сальваторе. — Может вы и правы, — вздохнула Кэролайн и посмотрела на сестру, — Ты же будешь приходить к нам? — Конечно, — улыбнулась Гилберт и приобняла Кэр, — Я пойду, а то есть хочется. Девушка встала со скамьи и, махнув рукой подругам, поспешила к слизеринскому столу. Деймона уже успели окружить какие-то девчонки с их отряда. Они мило о чем-то расспрашивали его, закручивали локоны на палец, хлопали ресничками, одним словом — флиртовали с ним. Вот только беда, он не обращал на них внимания, лишь иногда кивал, или говорил «да», «нет» в ответ на их реплики. Елены фыркнула, увидев эту картину. Почему все девушки липнут к ее другу? Нашли бы другой объект для обожания и приставили к нему, а ее Деймона оставили в покое. Против Роуз и Кейти, которые действительно дорожили им, она ничего не имела против. Но вот девчонки, которые ничего не знали о нем настоящем, а просто велись на его внешность, Гилберт раздражали. Она понимала, что глупо ревновать, ведь они с Сальваторе просто друзья, но с чувствами ничего поделать не могла. Именно поэтому она, отодвинув какую-то девушку и небрежно кинув ей «прости», села рядом с другом, вызывая этим недовольный гул его «фанаток». — Ты ничего не перепутала? — надменно спросила девушка, которая из-за Елены оказалась далеко от Деймона. — Нет, — весело проговорила Гилберт и, обведя взглядом девчонок, спросила, — Вам чем-нибудь помочь? — Да. Желательно избавлением нас от твоей персоны, — проговорила Нелли, которая тоже была тут. — Смешно — я как раз хотела попросить вас об этом, — усмехнулась она, даже не смотря на собеседниц и накладывая себе еды, а потом добавила, — Сальваторе, не скалься. — Не могу, — продолжая ухмыляться, проговорил парень, — Ты крайне забавная, когда ревнуешь. — Я не ревную, — возразила Елена с набитым ртом, — Ты слишком большого мнения о своей персоне. — Милые девушки, боюсь, если вы не перестанете прожигать взглядом мою подругу, это добром не кончится, так что, пожалуйста, займитесь своими делами. Девушки тут же оторвали взгляд от Гилберт и отодвинулись подальше от этой парочки, понимая, что шансов начать хотя бы простое общение с Сальваторе у них нет. В этот момент со своего места поднялся Дин по-прежнему в старой шляпе и в черной мантии и торжественным голосом начал свою приветственную речь: — Добрый вечер. Я рад снова видеть вас в нашем лагере, который в этом году преобразился в школу чародейства и волшебства, Хогвартс. Все правила остаются прежними. Вам запрещено нарушать порядки и устои лагеря, затевать ссоры и драки, и главное: покидать территорию базы. За несоблюдение этих и других правил, с которыми вы можете ознакомиться у меня в кабинете, вы понесете серьезное наказание… Елена и Деймон синхронно усмехнулись — в прошлом году их ни разу серьезно не наказали, разве что отняли баллы у их отряда. -… за все достижения вы будете получать баллы, а за нарушение правил вы будете лишаться их. Так что в ваших же интересах вести себя порядочно и помочь своему факультету выиграть. В этой смене будут проводиться специальные занятия по разным направлениям: зельеварение, защита от темных искусств, астрономия, прорицание и многие-многие другие. С полным списком вас ознакомят ваши вожатые. Также будет проведен традиционный матч между факультетами. И теперь самое интересное для вас: будет проведен Турнир четырех волшебников. Но об этом вы узнаете позже. А теперь приятного аппетита. Дети, до этого молчавшие, принялись бурно обсуждать слова Дина. Зал наполнился разговорами и шумом. — Что за Турнир? — спросила Елена, откусывая кусок тыквенного пирога. — Не знаю, — ответил Деймон, наливая себе и подруге какого-то сока, — Очередное соревнование, кто лучше сделает что-нибудь? — Скорее всего, — согласилась девушка и встала из-за стола. — Лени, только не говори, что ты так быстро наелась, — ухмыльнулся Сальваторе, снизу вверх смотря на Гилберт, — А то я переживать начну. — Не переживай, — скорчила рожицу Елена и направилась к выходу, по пути развернувшись и спросив у друга, — Ты идешь, Скунс? — Смотря куда. — На наше место, — ответила девушка, на что Деймон, улыбнувшись, кивнул. Друзья быстро дошли до пляжа, на который уже опустились сумерки. Они сняли обувь и побежали по холодному песку к своей пещере. Морские волны мочили их голые ступни, но он продолжали бежать. — Ни капли не изменилась, — проговорила Елена, заходя в пещеру и обводя ее взглядом. — Только одеял и подушек не хватает, — хмыкнул Деймон, садясь на песок. Девушка пристроилась около него и перевела глаза к каменной стене. — «СиЛ — берегитесь», — проговорила она, проводя пальчиками по надписи, — Как давно это было. — Год назад, — согласился парень, тоже смотря на знакомое предупреждение, — Когда ты поняла, что мы можем быть друзьями? — Не знаю, — пожала плечами Гилберт, — Наверное, в последний день учебы. Я тогда узнала, что твой дедушка… — Умер, — закончился за подругу, не осмеливающуюся сказать это слово, Сальваторе. — Да… Я в тот день посмотрела на тебя другими глазами и увидела тебя настоящего. — В смысле? — Твои глаза. Они всегда были такими холодными и…жестокими, а тогда в них была боль. И я поняла, что ты такой же человек, как и все, — закончив, Елена вздохнула, — Пойдем. Нас, наверное, уже ищут. Девушка поднялась с песка и посмотрела на друга, который до сих пор не отводил от нее заинтересованного взгляда. — Кем же я для тебя был до того дня, если не человеком? — спросил он. — Как ты назвал своих соседей? — улыбнулась Гилберт, — Заносчивый безмозглый аристократишка. — Эй, я не был таким, — сдвинул брови Деймон, — Безмозглым точно. — Я так не считала, — весело проговорила девушка и, взяв друга за руку, потянула его за собой, — Пойдем уже. Ребята ушли с пляжа. Лагерь уже успел погрузиться в темноту за то время, которое они провели в своем убежище. На отрядных площадках зажглись костры, а вокруг них собрались дети с гитарами и зефиром. Деймон и Елена поспешили к своему отряду и, взяв последний оставшийся плед, вдвоем укутались в него и присоединились ко всем. Они были уверены, что их ждет незабываемое лето.