The wound I left you, has become your atonement

      — Тц. Поправь здесь, — не отрывая рук от пояса говорит Босс, а Юджин тяжело вздыхает, но повинуется: касается шеи Босса и проводит большим пальцем по скуле, больше по привычке, и только после поправляет воротник. — Спасибо, — идет следом, пока Босс старается привести внешний вид в порядок. В последнее время, если таковым можно назвать несколько прошедших дней, что-то всегда выбивалось из его образа: то прическа, то пояс, иногда положение его веера или воротник, который иногда вызывал фантомное чувство удушья. — Вы уверены, что все в порядке? — вновь повторяет свой вопрос Юджин, наблюдая за призраком напротив. Этот вопрос Босс слышит уже не первый раз, но каждый раз ответ остается неизменным. Он думает, что от его ответа мало что изменится: разве все будет, как раньше? Босс вздыхает, но лишь для вида. Кивает, хотя не знает будет ли он когда-нибудь в порядке. Он даже не уверен, что остается в рассудке с каждым прошедшим годом в полном одиночестве. Да, в офисе они все партнеры, да и достаточно давно, но было ли это когда-нибудь достаточно для него? По-настоящему «полным» его делала компания Ривер, с которой он мог разделить свои невзгоды, рассказать о прошлом и поделиться мыслями о будущем. Все знают, что о таком не говорят с учеником или ребенком, даже с бывшими военными. Что уж говорить о травмированном подростке и трудоголике? — Твоя помощь больше не требуется, — Босс кивает рядом стоящей Джоан, которая недавно зашла к ним в комнату, и незаметно сбрасывает руку Юджина, застывшую на его воротнике, в опасной близости от ран на шее.       Сегодня патруль планировался раньше и уже нужно было выдвигаться, но Ривер все не было. Мужчина бросил взгляд на вход, но даже тени не мелькнуло за ней. Конечно, у него были идеи, где та могла оказаться, но есть ли смысл? С того момента все стало сложнее. Не то чтобы он не привык справляться с трудностями, но он раньше он разделить свои тревоги с тем, кем дорожил. Что теперь делать, когда мысли занимает именно этот призрак? — Ты в паре с Джоан, — смотрит Босс на Юджина, а затем переводит взгляд на Чарли. — А ты со мной, — и поворачивается спиной к ним, следуя к выходу.       Сегодня было пасмурно, но то было на руку. Меньше людей на улицах и проблем. Босс подозвал рукой Чарли к себе под бок, пока собирался с мыслями. Та плелась, словно пыталась растянуть время будто его было мало. — Успокойся, — Босс сжимает веер в руке для наглядности, приковывая взгляд белых глаз, и убирает предмет за пояс, демонстрируя открытость к участнику. Так его учил Юджин. — Тогда говорите уже, а то сейчас лопните, — вырывается у Чарли, и когда она понимает, что сказала, то замолкает, а Босс лишь немного улыбается. Улыбка должна располагать к разговору. По крайней мере, так говорила Ривер. — Мне кое-кто нравится, — если начать издалека, то будет легче, — Как думаешь, мне стоит признаться? …или продолжать выдумывать сценарии в голове, где у него есть право на что-то повлиять. Но этого он не говорит. — Не думаю, что Юджин из трусов выпрыгнет от вашего признания, но он давно на вас засматривается… наверное, с мыслью «главное разочарование в жизни». — Чарли огибает его и встает лицом к лицу. Смотрит прямо в глаза и улыбается в ответ. — Довольно жалко, не так ли? Босс молчит, пока до него не доходит. Он сжимает веер сзади сильнее, сдерживая себя от импульсивного удара, и задается вопросом: нужно ли ее проучить? Она же открыто измывается над ним, чтобы посмеяться. Чарли не волнуют его чувства, как и его в свое время не волновали ее. — Если ты о своей одержимостью мной.       Чарли строит противную гримасу, но тему не продолжает. Пинает камни теперь неподалеку, пока он смотрит в водную гладь, ища ответы на свои вопросы. Будет ли странно, если он спросит про Ривер? Тут стоял вопрос не в том, что он должен сделать, а в том, что он может. И имеет ли право.       Он принес достаточно горя каждому, чтобы не знать куда деваться после инцидента в метро. Раны на шее отдались неприятным зудом по телу или ему начало это казаться. Как неживое тело могло чувствовать зуд? Босс трет за мыслью шею, прикрывая ее воротником. Все же долг, как отвечающего за их жизни был выше, чем личные взаимоотношения: — Чарли, — он выдавливает имя с таким спокойствием, на которое способен, — Не знаешь где Ривер? Вместо ответа Чарли неосознанно тянется к ножницам и Босс видит это. Она думает, что он причинит той боль? Зуд вновь напоминает о себе, только ощущения хуже, чем от первого раза. Босс проводит рукой по шее, что не ускользает от женских глаз и он понимает какую ошибку совершил. — Тц. Я не причиню ей вреда, — он пытается убедить ее, а не себя? — Я все еще за вас отвечаю.       Глаза напротив щурятся, но затем следует протяжный смех. Босс скрывает страх, который плещется внутри него, но его сдает то, как сильно он сжимает веер в руке и стойке, которая отдает холодом. Она скажет, что он не заслуживает знать где она, не так ли? Его извинений, конечно, не было достаточно, но прошло лет десять? Не может же это длиться вечно. — Я бы извинилась, но не стану, — та утирает невидимые слезы, перекатываясь с пяток на мысы и обратно, — Не знаю где и с кем, но и не хочу, да и вам говорить тоже, — она вертит пальцем у виска, — Напомнить сколько дерьма Вы ей принесли?       Ха, действительно. Он принес много проблем и успел запачкать каждого в этом. Только Хэйден хорошо поживал, да и то не с ними.       Каждую ночь он слышит смех ребенка и винит себя. Винит за то, что его не было рядом, за то, что обманывал его и за то, что не успел извиниться. Всего одно слово продолжает разделять его между отчаянием и надеждой. Только теперь ему есть перед кем извиниться, но ей не нужны ни его слова, ни действия. Она лишь кричит на него и умоляет уйти; она грубо хватает его за руку и напоминает о ранах; она говорит ему много неприятных вещей за которыми лежит горькая истина.       Единственное, чего она не хочет сделать — это выслушать. Он так много пытался сделать для каждого, но так… ничего стоящего и не сделал. Побитое метро, да осколки его прошлого. Неужели его желания вернуть все назад недостаточно… и никогда не будет?       Босс указывает Чарли на дорогу позади и та понимает. Она уходит, но оставляет за собой шлейф разочарованного призрака. Должен ли он был ей ответить? Что именно? Почему теперь слова не на его стороне… и были ли когда-нибудь?       Он идет к метро, зная, что это плохая идея. Сколько еще ему потребуется времени, чтобы зайти туда вновь, если он повернет назад? А сколько, чтобы посмотреть в ее глаза и наконец сказать то, что чувствует, а не должен? Когда Босс подходит ко входу метро, то ощущает знакомую ауру. Он отмечает, что внутри все хорошо. Здесь все новое и лица тоже. У того места, где однажды он нашел ее… сидит не та, которая приняла бы его и хлопнула по плечу, и не та, кого он спас, а девушка, что скорее была обречена на вечное существование на мосту, по которому должны переходить души и переходят. Мост выполняет свою работу, но выполнил ли Босс свою? Он подходит ближе к девушке, не издавая и звука, но та знает кто позади. Она не оборачивается, но жестом приглашает сесть. Босс садится, но не знает что сказать. Все его слова перемешались в огромный комок, состоящий из желания быть прощенным, но это не то, что нужно ей. Не сейчас и не тогда. Что он должен сказать ей сейчас, чтобы она не ушла навсегда?       — Жизнь не видит различий между грешником и праведником, — ее шепот кажется ему знакомым, но и таким далеким одновременно. Он слушает и внимает ее словам будто в них лежит ключ к разгадке, ключ к светлому будущему, — Так почему же Ты решил, что имеешь на это право?       Босс осознает, что она дает ему последний шанс. Ривер дает ему прощение взамен на правдивый ответ. Нет, на истинный ответ, который лежит у нее на губах и у него на сердце. Ему лишь нужно быть честным с самим собой хотя бы раз. — Иначе она будет забирать, снова и снова, — в ответ следует такой же шепот, в котором слышна горечь, — Но теперь, — он вытягивает руку, в которой лежал веер, — Я начал осознавать, что даже если она забирает, то мы продолжаем подниматься и идти дальше. — он кладет веер ей на ноги, — И если есть причина жить, то я готов подождать.       Он видит как по ее щекам начинают течь слезы и касается ее лица. Проводит большим пальцем по скуле, вытирая ее, и улыбается. Она же кладет руку поверх ран, унимая непрекращавшийся зуд, приподнимается и целует его…

…а веер падает.