Самый красный год

Рита Кастро просыпается тяжело. Словно после долгого кошмара. Тело слушается плохо, скорее всего это из-за антидепрессантов и снотворного, без которого она не может уснуть. Это началось год назад, когда она решила написать статью про всплеск молодежного бродяжничества в округе. Рита нашла весь необходимый материал, полицейские сводки по сбежавшим детям, родителей алкоголиков. Все, кроме самих бродяг младше двадцати лет. Дети, в основном мальчики, просто растворялись в воздухе уйдя кататься на велосипеде, идя со школы, выйдя за молоком. Природное упорство заставило ее копать дальше, тем более, что никого кроме неё ничего не смущало. Через знакомого копа, она достала заявления родителей: - Вы же понимаете, что нельзя сбежать из дома идя из бассейна с плавками и восьмью долларами в кармане! - Он позвонил мне в половину двенадцатого и крикнул в трубку «Мама!», после чего трубку бросили на рычаг. - Три человека видели, как Дэн Хорлл грузит что-то похожее на тело в полиэтиленовом мешке в свой фургон через два дня после исчезновения моего сына. И ещё двадцать с небольшим заявлений о пропаже детей и подростков единственным связующим звеном в которых стабильно был Хорлл, местный предприниматель, меценат правоохранительных органов, друг мэра. Примерный и уважаемый член сообщества с отсидкой за развращение малолетних. И неизменный ответ полиции «сбежал из дома». Мистер Хорлл тут точно ни при чем. Кастро заваривает себе крепкий чёрный кофе и снова прокручивает в голове день, когда она его убила. Под пальто Риты задувает ледяной ветер. Несмотря на яркое солнце, на пустыре холодно и промозгло. Маленький склад, который Хорлл арендовал на чужое имя она нашла почти случайно. Дэн был очень осторожен, но Рита терпелива. И смогла раскопать, что на паспорт одного из пропавших парней, которого, по чистому совпадению, в последний раз видели в компании друзей Дэна, сняли склад в полузаброшенной промзоне загородом. Никакой охраны на въезде, очень удобно, если периодически привозишь то, что посторонним лучше не видеть. Рита достаёт из кузова фомку и лопату. Серая гнилая дверь заперта едва ли не на щеколду. Внутри абсолютно пустое пахнущее сыростью и разложением помещение с земляным полом. Даже в полумраке она видит, что с землей что-то не то. К горлу подступает ком, подавив его, она начинает копать. Через двадцать минут выходит из дверей бледная с трясущимися руками. Никто. Никуда. Не сбежал. От Дэна не убегают. Она нашла десятерых. Их даже не глубоко закапывали, скорее просто присыпали землей. Мальчики от тринадцати до семнадцати. Голые, руки и ноги связаны скотчем. На телах следы пыток. Изнасилований. Многие кастрированы. Рита готова поспорить, что оставшиеся семнадцать там же, чуть глубже. Оставшийся вопрос, что делать теперь. Обыск склада был незаконным, да.и, в любом случае, она не коп. Сам слад на прямую не связан с Хорллом. А это значит, что он сможет соскочить. Рита садится в машину. До этого, до первой показавшейся из под земли руки, она бы колебалась. Сейчас, сейчас она видит только один выход. Она не признаётся в этом себе, но она хочет этого исхода. Хорлл часто переезжает. Сейчас он живет в одноэтажном приземистом загородном доме без соседей. Машины на месте нет. На всякий случай, Рита долго звонит в дверной звонок. Никто не открывает. Она обходит дом и отжимает окно в туалете. В доме полумрак и неприятный запах. Она все ещё опасается, что Дэн дома. Едва дыша и стараясь не шуметь, Рита выходит в коридор, вынимая раскладной нож из кармана трясущейся рукой. Ее опасения не напрасны, Хорлла нет, но в спальне прикованный животом вниз лежит мальчик лет пятнадцати с исполосованной плеткой спиной, между ног просто кровавое месиво. Напротив кровати фанерная доска с наручниками сверху и снизу, в углу фалоимитаторы, повсюду пустые бутылки из под алкоголя. Рита чувствует себя словно во сне, настолько ей страшно, она никак не может поверить, что все это реально. Проверяет пульс. Мальчик жив, но в отключке. Пока так даже лучше. В ящике она находит то, что искала. Пистолет, следы от пуль которого, она видела на жертвах. Двадцать второй калибр, сука! Из такого только на воробьев охотиться. Проверяет обойму, передергивает затвор. Хрен с ним, сойдёт. Рита встаёт за дверь и начинает ждать. Не смотря на все напряжение, через час ноги ощутимо затекают и она, почувствовав себя дурой, все же садится на пол, и продолжает упорно ждать. ЭТО должно закончится. Сердце пропускает удар, когда она слышит поворот ключей в замке входной двери. Рита вскакивает на ноги, снимает пистолет с предохранителя. Дверь открывается и закрывается. Вздох, звон ключей о тумбочку. Тяжелые шаги. Хорлл ростом метр девяносто и весом килограмм сто двадцать. Она представляет, как эта туша почесывая дебильные бакенбарды ходит по гостиной. Открывается дверь холодильника. Звук пивной пробки. Шаги приближаются к спальне. Открыл дверь. - Ну как тут моя сучка? Спать тебе не положено, придётся тебя наказать. - Голос пьяный и визгливый. Он на голову выше ее. В белой рубашке, брюках, с жесткими чёрными волосами. Ей хочется приставить дуло к затылку и спустить курок, но план другой. - Эй, Дэн! Он мгновенно оборачивается всем корпусом. Рита впервые видит его так близко. Взгляд безумный, так смотрят бешеные звери, а не люди. Рита плохо стреляет. Но между ними всего метр и она в таком ужасе, что забывает об этом. Пуля попадает точно в лоб. На мгновение лицо Дена становится удивленным, но он продолжает стоять. Проклиная мелкий калибр Рита стреляет ещё два раза попадая в грудь и плечо. Ден пошатываясь выходит в коридор. Рита на негнущихся ногах идёт за ним. Все это напоминает какой-то сюр или фильм ужасов. Хорлл врезается в стену, отступает на шаг и снова врезается в нее. Она отстреливает остаток магазина ему в спину и только тогда он сползает по стене оставляя кровавый след. Рита не может заставить себя проверить пульс, ее сил хватает только на то, чтобы отвязать парнишку, вызвать полицию и выйти на крыльцо. Звонок телефона возвращает ее в реальность. - Кастро - Привет, Рита, как жизнь? - Рик, ее бывший редактор и просто бывший. После истории с Хорллом, она предложила ему сделать перерыв в отношениях, из которого, они так и не вышли. - Нормально, живу на полную катушку, радуюсь каждому новому дню! Кстати, ты не знаешь сколько надо выпить снотворного чтобы не проснуться, ну или хотя бы как вязать петельный узел? - Попробуй огнестрел, руки ещё должны помнить. - Кастро слишком сильно сжимает телефонную трубку. - Рик, попробуй прогуляться на хуй, жопа должна помнить. - Слухи о слишком вольной трактовке редактором понятия свободной любви ходили давно. - Ладно, не злись, я по делу. Ты сейчас занята? Я в Новом Орлеане, тут убойная история, у меня есть все, что нужно ниточки, контакты и, самое главное, убойная история. Нет только талантливого автора. Рита молчит. - Слушай, давай прямо, ты не можешь вечно прятаться. Тебе надо встретиться со своими демонами. Да и, думаю, деньги тебе лишними не будут. Рита молчит ещё почти минуту. - Когда начинать? Фель Мира ждёт. Музыка лупит “Smack my bitch up!”. Клуб полон наркоманов, бандитов, сутенеров, педиков в поисках пары или просто кого нибудь слишком пьяного. Фель здесь почти уютно. Она пьёт третий стакан водки с энергетиком, наблюдая со второго уровня за парой молоденьких девушек со всеми задатками супермоделей, которые явно оказались не в том месте, не в то время. Им бы подошло только время, когда клуб закрыт. Блондинка и брюнетка, обе белые, дорого одеты и пьяны. Мира про себя окрестила их Бетти и Вероника Диего сидит за баром в своей шикарной расстёгнутой до середины волосатой груди рубашке, он следит за ними с того момента, как они переступили порог. Но не торопится. Хочет убедиться, что они здесь одни и вся ситуация не подстава. Вероника уходит веселиться на танцпол, Бетти чуть трезвее, но не может удержать подругу. Брюнетка тут же обзаводится тремя крайне настойчивыми поклонниками, которых, как ветром сдувает, стоит приблизится Диего. Он умело танцует с ней, хозяйски гладит по голым ногам, целует в шею. Она приглашает его к ним за стол. Он щёлкает пальцами другу у бара. Совершенно бесполезный жест при местном уровне шума, но тот все время внимательно следил и сейчас уже идёт с бутылкой рома и колой к столику девушек. Они общаются. Вероника пьёт много, Бетти мало, Диего и его товарищ вообще не прикасаются к алкоголю. Руки мужчины уже давно под платьем брюнетки. Блондинка явно смущена и хочет уйти. Фель, смотрит на свой почти допитый коктейль, если заказать ещё, то захочется в туалет и вся драматическая развязка может пойти мимо. Закуривает, кладёт подбородок на перилла и продолжает смотреть. Бетти спорит с Вероникой, Диего примирительно улыбается. А вот и решающий момент - фирменный шот за счёт заведения. Бетти соглашается. Когда приносят четыре стопки, Мира думает, что не хватает только таблички Fatality. Официантка сама ставит перед ними коктейль. Диего и второму обычный, девушкам заряженный. Тост и через пару минут обе расплываются на сидениях. Фель откидывается на стул. Дальше можно не смотреть. Сейчас их отнесут в подсобку, оттуда переправят к тамплиерам на Вистериа-Лэйн. Пора двигаться и ей. - Эй, Джав, я пошла, спасибо, что приютил! - Огромный волосатый раскосый Джавдат из русской мафии, которая отжала себе этот угол клуба, в котором можно было удобно и спокойно следить за обстановкой, отрывается от огромной дорожки кокаина. - ты сегодня по скучному, случилось что? - Не, просто устала, увидимся! Она выходит из клуба жадно вдыхая утренний воздух. Пять утра. Тинсон заступает в шесть. Как раз успеет доехать до юга города и подготовиться. Мира ждёт. В арендованной на чужое имя машине пахнет застоялым потом и чертовски жарко, но надо ждать. За десять минут до встречи, она закатывает рукав, перетягивает руку жгутом и делает себе укол одним из двух шприцов из бардачка. Ядерная смесь из амфетаминов, метамфитамина, ноотропов и анальгетиков огнём прокатывается по телу. Ее выгибает дугой. Голова становится кристально ясной. Она знает, что первые пять минут будет трясти. Становится ещё жарче. Но надо ждать и Мира ждёт. Они опаздывают на пять минут. В ее состоянии это критично. Зрачки, сравнявшиеся размером с радужкой, скрываются за темными очками. Патрульная машина паркуется вплотную к ней. Первым выходит высокий долговязый блондин Дженкинс, следом его точная чернокожая копия Тинсон. - Парни вы похожи на негатив и позитив фотографии, вам не говорили? - Фель, а ты похожа на тупую пизду, тебе не говорили? - Огрызается Дженкинс, он никогда ее не любил почему-то. - Не знаю, я все время думала, что это к тебе обращаются. - Мира улыбается. - Хорош собачиться! Давай к делу. Половина седьмого, а я ещё даже кофе не пил. Ты сказала, что есть наводка по тамплиерам. - Тинсон флегматик. Когда в их участок привезли задержанных членов арийского братства. Он простоял перед камерой три положенных часа, выслушивая оскорбления и смотря на едва недолетающие до него плевки. А ночью кто-то забил их главарю ручку от швабры в задницу с такой силой, что тот умер. - Они взяли двух баб, но это не главное. Есть дело от Ортеги. - Копы переглянулись - Не тупите, на кого по вашему я работаю. Сами посмотрите. Она обходит машину и открывает багажник кивая на пакеты с деньгами. Дженкинс удивленно засовывает голову в пакет на половину скрываясь в недрах багажника. - Никогда не знаю, что говорить в таких ситуациях. Девушка глубоко вздыхает. Мира жестко с разворота бьет Тинсону в горло локтем и ломает ему кадык. Тот выпучивает глаза, хватается за шею и делает неуверенный шаг назад. Не успевшего ничего понять Дженкинса Фель несколько раз ударяет крышкой багажника по спине, а когда он начинает выпадать из машины, придерживает за ремень и два раза бьет крышкой по затылку. Коктейль из наркотиков, который ее инструктор называл «боевой коктейль №1» придаёт чудовищную силу. Тинсон стоит на коленях одной рукой продолжая держаться за горло, а второй пытаясь вытащить пистолет. Мира с размаха бьет его ботинком в голову и несколько раз добавляет уже по лежачему, афроамериканец затихает. - Наверное, «приятно было познакомится». - Бурчит она себе под нос. Дженкинс приходит в себя привязанным скотчем к сиденью раздолбанного бьюика на котором приехала Фель. Она сидит рядом ковыряясь выкидным ножом под ногтями. Рот заклеен, поэтому он просто мычит. Мира вонзает ему нож под коленную чашечку, дикая боль. - Я тебе сейчас дам текст, ты его зачитаешь мне на диктофон. Если у тебя будет дрожать голос, или ты изменишь хоть слово, будем переписывать, а я начну учить тебя дикции. - Она достаёт из бардачка плоскогубцы и исписанную от руки бумагу. Отдирает скотч со рта. Заранее отрезая ещё ленту. - Фель, ты охуела? Тебя найдут, сука отмороженная! - Снова заклеивает ему рот и берётся за плоскогубцы. Спустя минут пятнадцать, шесть попыток записи и девять раздавленных пальцев, Мира довольна результатом. Дженкинс часто дышит, изо рта капает тоненькая струйка крови, прокусил язык. Едва все не запорол. - Будешь пить? Жарко в этом году. - Фель тянется на заднее сиденье, берет целлофановый пакет и снова заклеивает Дженкинсу рот. Тот начинает мычать и дергаться. - А что ты хотел? Вы попали под разборку банд, а ты сам знаешь, что твои латиноамериканские друзья делают с теми, кто им не нравится. - Он знает, поэтому бьется изо всех сил, пока девушка одевает ему на голову пакет и приматывает его изолентой. Фель дожидается пока Дженкинс не затихнет и идёт к мусорному контейнеру у дальней стены пустыря. Диего лежит почти так же, как она его оставила. Прикидывает свои силы. Разрезает скотч на ногах и под дулом беретты Дженкинса заставляет вылезти из бака. - Давай, герой любовник, к патрульной машине. - Тот пятится спиной вперёд. - Ещё немного, ещё. - Он спотыкается о труп Тинсона. - Встать! Или ляжешь рядом. - Он встаёт. - Лена Белова просила передать привет. - Фель стреляет ему в глаз. Диего валится на собственные мозги. Мира переодевается в полицейскую форму, крутится на месте, ей идет. В телефонной будке длинный номер отвечает долгими гудками. - Да, кто это? Голос властный, привыкший командовать. Мертвый Дженкинс с пленки обрисовывает ситуацию и ставит условия. Властный голос вдруг становится надломленным и соглашается на все условия. Фель вкалывает второй шприц себе в бедро прямо через штанину. В этот раз будет легче. Трястись всего минуту. Как раз дойти до нужного дома. Двухэтажная развалюха бирюзового цвета с низким проволочным забором и жухлым грязным газоном. На маленьком крыльце стоит длинноволосый латинос с узи. Мира спокойно заходит в калитку. - Спокойно здоровяк, Ортега должен был предупредить, что подъедут двое копов, напарник сейчас подойдёт. - Она продолжает идти. - Он говорил не про тебя, ты ещё кто? - Целится ей в грудь. - А он тебя обо всех накладках предупреждает? - Она продолжает идти. - Стой там, я спрошу. - Целится ей в грудь. - Коп по форме стоит во дворе тамплиеров? Ты нормальный? Дай хоть на крыльцо зайду. - Она поднимается по ступенькам. - Не дергайся, я сейчас узнаю. Если врешь, тебе пиздец. - Он отводит оружие в сторону. Фель вставляет палец палец за спусковым крючком и несколько раз бьет его ножом в горло. Латинос валится на землю. - В такой ситуации с крутыми фразами проще. Погнали. Она входит в дверь держа пистолет в левой руке за спиной. Внутри три человека играют в карты, двое чуть за аркой на кухне. - Привет, парни! - Она приветливо машет им рукой. Расстрел начинает слева на право. В лоб, в грудь, третий успевает вскочить на ноги и повернуться, в затылок. С кухни стреляют из дробовика, задевает ногу. Фель делает шаг вперёд и сторону. Стрелок как раз передергивает затвор помпового ружья. Накачанная наркотиками Мира быстрее, стреляет в шею. Он падает на пол булькая. Кувырок через барную стойку и она выбивает у второго револьвер, который он пытался зарядить дрожащими руками. - Эй, красавчик, как зовут? - Он не отрываясь смотрит на дуло пистолета и молчит. Мира прижигает ему щеку горячим стволом. - Отвечай, сука иначе глаз вырежу! - Педро, меня зовут Педро! - Привет, Педро! Подскажи, сколько человек на втором этаже и где девки? На втором один Ортега со своей бабой, девки в подвале. - С ними есть кто нибудь? - отрицательно машет головой. - Пока, Педро. - стреляет ему в лицо. Фель медленно поднимается по ступенькам с усилием подтягивая прострелянную ногу, которую она перетянула ремнём. Боль пока блокируется анальгетиками, но перед глазами уже появляются пятна. На втором этаже одна комната. Она стреляет три раза слева на право. С одной стороны двери, в дверь, с другой стороны. Вышибает ее плечом и тут же перекатывается. Никто не стреляет. Ортега держится за бок и лежит рядом с проходом. Напротив двери сидит женщина с дробовиком и младенцем на руках. Пуля Фель угодила ей в лоб. Мира на секунду зависает. Ортега собирается с силами и стреляет. Мира видит как ее кровь брызгами окрашивает стену. Зажимает шею рукой, поворачивается к бандиту выбивает у него из руки пистолет, пинком переворачивает на спину, ставит ботинок на горло. - За всех девчонок, которых ты продал, сука. - Душит не спеша, хочет запомнить. В подвал спускается уже на автопилоте, оставляя за собой кровавый след. Бетти и Вероника в одном белье грязные и напуганные сидят на цементном полу. - Давайте на выход! - Сидят не двигаются. С ужасом смотрят на страшную истекающую кровью девушку в полицейской форме. - Быстро, блять, это спецоперация, вас освободили! Ковыляет следом за ними на улицу. Девушки стоят на крыльце не зная, что делать. - Там, - Фель машет пистолетом в сторону, - метров через пятьдесят стоит полицейская машина, двери открыты, на пассажирском жмур, не пугайтесь, так надо. - Она сползает по колонне на ступеньки. - Возьмите рацию и орите туда, что полицейские убиты, ранены, похищены инопланетянами. Пускай присылают подмогу, национальную гвардию и орбитальный удар. Участок не далеко, быстро приедут. - как может вытягивает ноги и ложится. - А ты? - Кажется, это блондинка. - Я все равно не дойду. Давай, вперёд, не тупи. Они убегают. Фель нащупывает в кармане сигареты, закуривает, лёжа в увеличивающейся луже собственной крови. - Бурное выдалось утро, интересно какой будет вечер. Чарли Браун просыпается засветло. Нехотя выбирается из под тёплого одеяла и из еще более тёплых объятий жены. Вставать очень не хочется, но он должен держать себя в форме. Пять километров бега, турник, отжимания, бокс с грушей в парке. Ему нравится заниматься, пока никого нет. Обратно тоже бегом, выдыхая пар в прохладный январский воздух, мечтая о душе и кофе. Мечтам не свойственно сбываться . У входной двери его квартиры сидит бледный словно бумага Майки. Сначала Чарли думает, что у него снова передоз, потом замечает темно-красное пятно на толстовке, которое парень пытается зажать рукой. - Блять, Майки, что случилось? - Он присаживается перед ним на колени и пытается привести в чувство хлопая по щекам. - Чарли, - он едва хрипит - Франк нас подставил, послал забрать товар, а нас там ждали эти. С топорами. Я в окно выскочил, не знал куда пойти, извини, брат. - Давай посмотрю. - Он убирает его руку, живот, с правой стороны, очень дерьмово. - Вставай. С трудом подняв тяжелого Майки на ноги, он затаскивает его в квартиру. Скинув все с кухонного стола, укладывает друга на него. Вытаскивает нож из стойки чтобы разрезать майку и сталкивается глазами со стоящей в дверях спальни женой. - Дай я. - Мартиша отбирает у него нож и сама наклоняется над Майки. Она медсестра. Так они и познакомились. Избитого битами Брауна привезли в больницу друзья. Хорошо, что привезли, хуже что бросили у дверей. Не хотели встречаться с полицией. Окровавленный парень, волоча за собой правую ногу ввалился в приемный покой и упал в кресло. Он не особо рассчитывал, что окровавленный чёрный парень вызовет хоть какой-то интерес. В Новом Орлеане это что-то вроде детали пейзажа к которой все давно привыкли. Но буквально через минуту к нему кто-то подошёл. Ему долго и неприятно светили в глаза фонариком, куда-то везли и делали больно самыми разными, известными только медикам способами. Когда он пришёл в себя Мартиша стояла рядом и листала его анамнез. Чарли сразу узнал садистку с фонариком по розовым и синим прядям волос. Она ненавидела бандитов. Она была до ужаса правильной. Браун был единственной неправильной деталью в ее жизни, деталью, которую она почему-то любила. Через полгода они поженились. Чарли как мог старался держать свою работу максимально далеко от дома и до сегодняшнего дня ему это удавалось. Мартиша разрезает майку и аккуратно отводит край над раной. Браун видит глубокую длинную рану под правым ребром. - Чем это тебя? - Медсестра хмурится. - Топором. - Майки едва может говорить. - Его надо в больницу, все очень серьезно, у него артерия перебита. Если честно, я не понимаю, как он сюда дошёл. - Никакой больницы, Франк меня кончит. - Шепчет Майки. - Я серьезно, без больницы он умрет в течении часа. Чарли трёт лоб рукой. Берет телефон и вызывает скорую. Майки плачет и матерится пока его грузят в машину. Теперь ему надо работать на опережение. Франк опасен. Он одевается и едет в заброшенную часть речного порта. В такую рань без пробок дорога занимает всего полчаса. Лабиринт ржавых контейнеров на берегу серой мутной реки приводит его к деревянному лодочному сараю украшенному многочисленными граффити, среди которых опытный глаз разглядит символы веве. Внутри темно, свет даёт только костёр в бочке около которой стоит высокий подтянутый мулат и что-то трясёт в кулаке. Как Браун и думал, Франк не спит и ждёт курьеров с товаром. - Чарли, я так понимаю, раз ты здесь, то я могу не ждать товар и Майки снова эпично все въебал? Опять будешь его спасать? - Он говорит вкрадчиво, с отчетливым креольским акцентом. - Франк, на них напали, Майки едва живой приполз ко мне на порог! - Мне не нужны слова, которые ты принёс с собой, дитя. Я знаю, заблудший сейчас в больнице. Он не будет держать ответ передо мной. В самое ближайшее время он будет держать ответ перед духами. - Чарли сжал кулаки. - Мне интереснее другое, - Франк продолжил, - ты здесь, а значит понимаешь, что провинился. Осознаёшь ли ты, как милостив я был? - Он отрывает взгляд от огня и смотрит на Брауна в упор. - В отличии от Майки тебе было что терять. Ты подавал надежды. Лоа открыли мне, что у тебя великое будущее. Когда ты женился и постарался дистанцироваться от нас, я это понял и принял. Давал тебе работу, которая подразумевала умение думать и договариваться, а не размахивать пистолетом. Я тебя берег, Чарли, и я не просил ничего особого взамен. Браун начал различать десяток человек стоящих за жрецом в тени, сразу за кругом света. Точнее это жрец разрешил ему их увидеть. - И, в итоге, когда к тебе приползает твой не самый умный лучший друг, вместо того, чтобы связаться со мной, ты отдаёшь его властям, хотя понимаешь, что он все равно пойдёт дорогой Ниббо - Франк развёл руками. - Так чего же ты хочешь? - Хочу отправить к Ниббо тех, кто сдал Майки и остальных этим ублюдкам. Ты уже наверняка знаешь кто это был и хочешь его убрать не меньше моего. Хунган внимательно изучает Чарли. - Ты становишься именно тем, кого мне показывали лоа. Того человека, который навёл топорщиков уже нет. Они сами к нему заглянули. Но в самое ближайшее время ты сможешь поквитаться с исполнителями. Bawon Sanmdi выбрал себе человека и они вместе найдут их, но сначала придут к нам. Ты будешь нашим голосом. Ты поможешь им и этим поможешь всем нам. - Франк снова отвернулся к огню. - Теперь иди. С тобой свяжутся. Чарли хотел ещё что-то спросить, но передумал. Он вышел из сарая на свежий воздух с четким ощущением, что только что его жизнь свернула на новую колею.