Расскажи мне историю

— Хазин, блять, единственный выходной, куда ты меня тащишь в девять утра? Если бы Игорь знал, что Петя так проникнется дачей, то в жизни бы его туда не повез, потому что вот сейчас они уже едут. Разбудил его этот ирод в восемь, чтобы проехать без пробок. — Яблоки, помнишь? Надо забрать. Ты спи, я же не мешаю совсем. Даже без музыки в этот раз, — Петя виновато улыбается, сжимая руку Игоря, и концентрируется на дороге. Ну вот приперло ему с яблоками что-то сделать (Игорь об этом еще не знает, а то точно бы не вылез из кровати), а Федор Иванович как раз жаловался, что он их видеть не может. Вот Хазин и вызывается забрать. Все равно выходные же. А выспаться и завтра можно, раз уж у них их два. Игорь все еще ворчит немного, потому что расчёт был на более романтичное утро, но вскоре благополучно начинает дремать, устроив руку у Пети на бедре. Хазин от этого улыбается очень глупо, потому что ну казалось бы, рядом же и без того, еще и выбесил с утра пораньше, но все равно надо дотрагиваться. И от этого так тепло становится на душе. Добираются они буквально минут за сорок по пустым дорогам. У Грома план простой: забрать яблоки, также быстро доехать до дома и просто завалиться спать, потому что имеет право. И Петя честно его в этом поддерживает. Залипает, правда, на уже желтеющем лесе, и Игорь просто не может не предложить туда дойти. На красоту нужно вблизи смотреть. А Хазин кивает только и следом за ним идет. В конце концов, полчаса они точно могут себе позволить. Когда они отходят чуть дальше от тропинки, Петя себя чувствует примерно так же, как в детстве, когда они с мамой еще могли себе позволить просто гулять осенью, а не торчать с отцом на пафосных приемах. Он позволяет себе носиться вместе с Мухтаром, который от такой свободы дуреет, звонко лает и таскает хозяевам вообще все палки, какие находит. Игорь, привалившись к дереву, думает, что это явно того стоило. Он даже делает пару фотографий чисто в семейный архив, потому что Петя редко таким счастливым бывает. А за это Игорь готов на многое. Обратно едут тоже без пробок, потому что все только в область собираются. Петя мурлычет что-то себе под нос, крепко сжимая ладонь Игоря, потому что надо. У него опять тактильный голод обостряется, а Гром и рад постоянно поближе быть. Он сам скучает, Хазин опять на рейдах целыми днями, хорошо, если до дома доползает. А то он часто его видит спящим на диванчике в собственном кабинете. От этого сердце сжимается. Так что вот такому отдохнувшему Пете прощается вообще все. Игорю главное это вслух не сказать, иначе из него верёвки вить будут (как будто сейчас нет, ага). Дома план по отдыху снова накрывается, потому что, как только они все затаскивают, Петя начинает рыться по шкафам, явно что-то выискивая. Предварительно пакет яблок оказывается в раковине, и Игорь начинает подозревать, что сейчас он будет их мыть. — Петь, а ты чего потерял? — Гром ловит его в свои объятия, заземляя на пару мгновений. Тот обнимает в ответ, коротко целуя в губы. — Все нашел. Шарлотку хочу, Горь, — и взгляд при этом такой котячий, что отказать было бы преступлением. Вот Гром и не может. Целует его снова и честно идет мыть и резать яблоки, потому что разделение обязанностей, все дела. Петя в это время занимается тестом, и это отдельная песня. Все пропорции он помнит очень смутно, а интернетным не верит от слова совсем. Так что он медитирует над сахаром с мерным стаканом и думает. Игорь честно пытается не ржать очень громко, потому что таким серьёзным он Петю только над отчетами видит обычно. — Давай теть Лене позвоним, — наконец сдаётся он, чувствуя, как Игорь обнимает его со спины. — Расслабься, ладно? — он легко целует Петю в шею, проводя носом по линии роста волос. — Сейчас все сделаем, — Игорь сам отмеряет нужное количество и высыпает в миску. — Сюда яйца и взбивай до мелкой пены, дальше стакан муки. И все. Я форму пока найду, — говорит тихо, почти шепчет, а Петя готов его покусать, когда выйдет из состояния довольной жизнью желешки. Ему иногда страшно становится, как Игорь на него действует. Правда, потом он приходит в отдел, строит команду и больше его это не пугает. Так что сейчас он совершенно спокойно позволяет себе расслабиться. После подсказки Игоря все идет буквально по маслу. И тесто взбивается, и корица находится в самом дальнем углу ящика, и чай Хазин заваривает, что на всю квартиру пахнет. Ну и что, что мука по всей кухне. Это не Петя криворукий, это Мухтар мимо пробегал. Игорь даже не говорит ничего, смеется громко, наблюдая, как Хазин запихивает будущий пирог в духовку наконец-то. — Чё ты ржешь, а? — он грозно наставляет на Игоря венчик, с которого капает тесто. Через минуту сыпется, тоже смеется и заявляет, что его не ценят в этом доме. Игорь спешит его заверить, что очень даже ценят, любят и уважают, а сейчас брысь, надо убраться, а то мы все выходные в этой разрухе проведём. В принципе, у Хазина возражений нет.