Бог-марионетка

      — Ч…что… — опешила и даже чуть отступила. — Быть не может, — осмотрела. — Вот так… что… — не могла принять факт его простого появления. — А как же яма… ты дол… Вы должны быть в Ивмене, — бубнила, все еще перебирая ногами. Хепс так растерялась, что все из головы вылетело.       — Ты дыши, — будто взволнованно наклонился к ней и осмотрел, — а то в обморок свалишься. Удивлен, что ты меня признала.       — В книгах Венедей описан как высокий мужчина с длинными и серебристыми, как сажа, волосами. Откуда вы… я… — правда опешила.       — Успокойся, — подошел ближе и ткнул пальцем в лоб, отчего тревога тут же куда-то отступила. — Можно на «ты». Мне известно многое, — выпрямился. - У тебя… энергетика Шахны, любопытно, — прищурился. — Кто такая? — склонил голову, с интересом осматривая с пят до макушки, немного смущая ее.       — Я жрица храма Шахны, — куда спокойнее и ровнее. — Что вы со мной сделали? — потерла виски, она чувствовала себя будто немного пьяной.       — Успокоил немного, — хмыкнул. — Неужели я оказался прав насчет поиска Бога? Зачем ты искала меня? — чуть повернулся и плюхнулся на ближайшую скамью, оперевшись руками на свои бедра.       — Д-да, вы правы, Шахна дал мне силу, чтобы я нашла вас, — выдохнула и подошла, усевшись рядом.       — Вот как, — усмехнулся. — И зачем же тебе выполнять его прихоти? Полагаю, он рассказал тебе все, — кротко глянул на девушку.       — По-другому не выйдет, я не знаю, не помню, почему согласилась в первый раз, но теперь я должна привести вас, потому что… там мой брат. Я хочу вытащить его, — сжала край пончо в кулаках.       — М, — прикрыл глаза. — Значит, озлобленный на отца сын желает мести и ради этого забрал человеческую жизнь, — хихикнул, а после и вовсе рассмеялся.       — Это несмешно, — голос дрогнул.       — Да-да, — махнул рукой. — Смех — важная часть жизни, без шуток и проделок в ней нет смысла. А эта ситуация… очень забавная, — улыбался.       — О чем это вы, — нахмурилась, ее раздражало это легкомыслие.       Вообще, в голове Хепс просто не укладывалось, как можно встретить Легендарного Бога прямо вот так, на улице Есселя. Это звучит как бред. Конечно, она знала, что Венедей на свободе, а значит, технически, его можно встретить где угодно на планете. Но… это уже слишком. Более того, ему чуждо человеческое сочувствие. «Венедей — враг человечества», — снова эхом в голове. Почему-то в висок ударила резкая боль, заставившая девушку съежиться и зажмуриться. Хепс встряхнулась и глянула на бога. Он смотрел вдаль, в сторону порта. Будто задумался.       — На самом деле… — начала разговор, опустив взгляд в землю.       — М? — не особо внимательно.       — Я не знаю, как мне просить вас пойти со мной. Вы ведь угодите в ловушку, но… мой брат, — тише и тише. — Как вы узнали про все? Я думала…       — Что придется тащить меня туда обманом? — улыбнулся, только сейчас повернувшись к ней.       — Да, — неловко, отчего немного покраснела. — Но теперь…       — Не беспокойся, я пойду с тобой, — откинулся на спинку, не снимая с лица улыбки.       — Так просто? — сильно удивилась, поэтому выпрямилась и уставилась.       — Да. Я собирался туда в ближайшее время в любом случае, — зевнул и резко встал, — есть дело одно. Ну что? — повернулся боком. — Идем? — улыбнулся еще шире.       Врали книги или нет, но в нем, определенно, было свое очарование. Небо уже было темным и полным звезд, от серебряных волос Венедея отливался блик с уличных фонарей. Его лицо казалось довольно добрым, но немного наивным. Странно. Несмотря на прохладу, одет он легко. Будто ему и не холодно вовсе. Его локоны поддавались ветру и доносили до девушки легкий аромат вина. Как ни глянь, первое впечатление, если судить по внешности и манерам — жулик и пьяница.       Но он говорил вещи, неизвестные более никому. Знал правду. А его голубые глаза наполнены старостью. Если сам бог выглядел как молодой парень, лет двадцати восьми, то вот его глаза легко выдавали его возраст. Этот взгляд сильно отличался от взгляда Шахны. Тот выглядел так, будто вытягивал всю жизнь из души, казался злым, жестоким и хищным. Венедей казался уставшим от жизни и малость веселым. Такое, наверное, ничем не скроешь. Самое яркое отличие старого бога от молодого.       — Да… — задумчиво протянула девушка и поднялась. — Спасибо вам, — чуть тише.       — Не стоит, — усмехнулся и пошел в сторону порта. — Как… там Шахна? — осторожно.       — В порядке, — расслабленно. — Он был ослаблен, когда я только пришла, но спустя время уже вел себя как последний грубиян, так что, сил ему, видимо, хватает, — ворчала, вспоминая некоторые моменты. — Я еще не все вспомнила, но многое. Думала… вы будете выше. Шахна показался мне очень большим.       — Он дитя бога и человека. Получеловеческое тело не может вмещать в себе столько естественной силы, вот и отражается на генетике, — без раздумий.       — Много ли… в истории случаев рождения полубогов? — осторожно, будто беспокоясь, что это какая-то запретная тема.       — На самом деле, предостаточно, — повернулся, чтобы увидеть ее удивление, и увидел. — Так или иначе, любой, кто владеет магией, несет в себе частичку бога. Кто-то оказался рожден от подобного союза, а кто-то попал под всплеск энергии в момент смерти бога. Истинный и настоящий человек, каким люди были две-три тысячи лет назад, — тот, кто магией пользоваться не может.       — Что… — остановилась. — Правда? — подняла на него шокированные глаза.       — Да, — рассмеялся. — Не забавно ли, что нынешнее человечество считает подобных тебе отбросами и убивают, скидывая к богам? — с широкой улыбкой.       — Я понимаю вашу иронию, но не вижу в этом ничего забавного, — нахмурилась. — Я чуть не умерла так, и на грани подобной смерти сейчас мой брат.       — Ха-ха, точно-точно, — махнул рукой. — Я и забыл, ха-ха, — отвернулся и пошел дальше вперед.       Хепс прищурилась, прожигая глазами уходящую вдаль спину. Это такие старые боги? Шахна, пусть и казался грозным и опасным, больше походил на Бога. Сильный, жуткий, статный, малость устрашающий, немного дикий. Психея его боялась и одновременно желала, как бы странно это ни звучало. А здесь… она чувствовала в Венедее излишнюю простоту, коей даже не в каждом человеке найдешь. Девушка ожидала, что отец Шахны будет вдвойне величественный. В душе осталось… какое-то разочарование, что ли.       — Можно вопрос? — нагнала и спросила, чуть тяжело дыша.       — Давай, — продолжал лениво идти.       — Что еще… в нашей истории — ложь? — осторожно.       — Ха-ха, — даже застыл на месте, повернувшись к ней. — У тебя интересные вопросы. На самом деле… — добро улыбнулся и чуть нагнулся к ней, -… всё.       — Быть не может, — сильно испугалась.       — Ладно, шучу, — выпрямился и махнул руками, — война с Богами — правда. В принципе бОльшая часть истории — правда, — успокоился и стал менее веселым.       — А что нет? — осторожно.       — Венедей — герой человечества, — глянул на нее, и теперь по ее спине пробежали мурашки, от истинного животного ужаса. — Я… никогда не желал человечеству мира. Я хотел его себе, — жутко проговорил, на самом деле, в его интонации не было ничего такого, но его слова так и заставляли нервы Хепс скручиваться в узлы. — Или «Шахна — бог рожденный на войне и которому суждено умереть в ней же». Смешная история, да? Как люди вообще в это поверили, — рассмеялся. — Ты вот, жрица, тебя ведь в храме растили? Скажи, разве не смешно, что молитва Шахне звучит через благодарность Венедею? Как она там, напомни… — стал щелкать пальцами, будто вспоминая.       — Как Венедей, рожденный Солнцем, мы благодарим его, в его честь мы поминаем и тебя, Гармонию певучей птицы, тебя, порождение намерения и баланса, ты его дополнение, ты его завершение, — почти шепотом дополнила жрица, и отчего-то почувствовала слабое улучшение своего состояния.       — Да, вот оно, — обрадовался. — То есть даже в молитве другому Богу, вы поминаете Венедея. Вы одариваете Бога нереальной силой, крича направо и лево, что больше не позволите кому-либо питаться вашей верой, будь то Бог или собственное дитя, — расхохотался.       — Что же в этом смешного? — снова раздражалась.       — Это все так глупо, — утер слезинку. — Бог на то и Бог, чтобы править. Чтобы властвовать. Победа человечества — лишь нелепость, получившаяся из-за ошибки Бога. И далеко не Аммонафы. Аммонафа был прав, и это большое разочарование, что вы, люди, живете припеваючи. Все бы отдал, чтобы повернуть время вспять. Представь себе, люди жили, поклоняясь Богам. Причем до Войны самыми сильными были ныне мертвые Боги, те, что напитали людей силой, подарив способности к магии. Боги часто сменяли друг друга, каких-то забывали, каких-то почитали. Но одно было неизменно — мировой порядок. Власть… была у Богов. Людишки только и могли, что молиться, строить огромные храмы, а потом снова молиться. Бог мог даже не ответить на людские молитвы, и они все равно считали, что так и нужно, — посмотрел на свою руку, сжав пальцы в кулак.       Он выглядел излишне взволнованным. Таким счастливым и радостным, говоря подобное. Его речь только доказывала, как далеки Боги от человека. Девушка больше не могла терпеть этот бред. Не могла допускать, что кого-то радует такая трагедия. На войне погибло восемь миллиардов людей, конечно, Богов куда меньше, но для расы бессмертных - и такие потери ужасны. Неужели Божество не оплакивает своих товарищей?       — Ты… — вдруг, произнесла, заставив его повернуться к ней. — Подонок, — тихо плакала, глаза были грозными, Венедей дрогнул от такого взгляда. — Шахна был прав. И я рада, что ты вернешься в яму по своей воле, — прошипела и прошла мимо него. К пристани.