Аяс

      — Думаешь, они возьмут? — Мёрд скептически посмотрел на жестяную банку в руках друга. — Мне кажется, им будет пофигу.       В их фургоне было непривычно тихо, да и дома тоже. Обычно Мелкий создавал фоновый шум, а теперь… А теперь всё, что от него осталось, они сожгли и собрали в старую банку из-под кофе.       Парни припарковались в тени и шагали к сараю, в котором оставили тех двоих. Пилоты хоть и выглядели потрёпанными, но никто не сомневался, что они уже оклемались.       — Возьмут, — Сефар шмыгнул носом и тоже покосился на жестянку. — Ещё как возьмут…       — Да бля, пусти уже!       Оба притормозили, услышав, как кто-то шипел, будто пытался орать шёпотом, но это не помогало: слышно было на всю улицу. Парни заглянули за угол и растерянно остановились, пытаясь осознать увиденное.       — Ну чё ты упираешься?! Дай посмотрю! — Хаган сидел на земле, обхватив напарника за ногу, старался стащить с него штаны. — Вот что я там не видел?!       Светлые глаза злобно блеснули, будто лезвия отразили холодный свет.       — Погоди… Так это ты с меня всё снял?! — в голосе уже появились рычащие нотки.       — Да какая разница, кто?!       — Большая! Лучше уж ты, чем ящер!       — О, спасибо! Приятно знать, что моя персона устраивает тебя больше, чем ящеры, — Хаган вцепился в край комбеза и снова дёрнул, кажется, вместе с бельём, но всё ещё безуспешно. Напарник вообще не горел желанием устраивать внеплановой осмотр. — Вот же упёртый… Дай швы проверить!       — Да нормально всё с ними! Там неглубоко было.       — Ага, рассказывай! Видел я, как…       — Кхе-м!       Пилоты синхронно повернулись на звук, прекратив возню, и Отто, воспользовавшись моментом, отвоевал штанину, стряхнув напарника с ноги. Он уже хотел поинтересоваться, чего эти двое уставились, но Хаган его опередил.       — О, парни! Это же вы нас на фургоне из тоннелей вывезли?       — Угу, мы, — тот, что пониже, кивнул, сжав банку в руках чуть сильнее, и сделал пару шагов навстречу. — А вы те пилоты, с которыми встретился Мелкий?       На самом деле Отто уже успел подумать, что сейчас они попросят цифры за «такси» из этого злосчастного метро, и даже вздохнул, пока завязывал рукава комбеза на второй узел, чтоб наверняка. Но когда дослушал вопрос до конца, то остановился и осторожно перевёл взгляд на парней.       — Мелкий?       — Ну да… Высокий такой, худощавый, волосы светлые.       — Помню, — дубликат кивнул и посмотрел под ноги. — Только он…       — Мы знаем, нам рассказали про обвал, — парень повыше подошёл и взял жестяную банку из рук друга. — Он теперь здесь. Мы хотим, чтобы вы забрали его прах в космос и развеяли там.       Отто уставился на протянутую банку, совершенно не понимая смысла последней фразы, потом взглянул на напарника и снова на парней.       — Зачем?       — Он хотел улететь с вами.       — И?       — Да блин, вам сложно, что ли?! — не выдержал тот, что пониже.       — Воу, погоди… Нам несложно, он просто не в курсе, — Хаган поднялся с земли, отряхивая комбез. — Вы ведь про Хаос, да?       — Да, — Сефар сглотнул, глядя, как второй пилот аккуратно забрал банку и передал её напарнику. — Я сам не верю в это, но Мелкий верил. Там что-то про звёзды было… Не запомнил, если честно.       — В точку, про них, — Хаган потянул большим пальцем за цепочку на шее, и талисман Хаоса показался из-за ворота майки, поблескивая вырезанными векторами. — Я как раз из тех, кто верит. Так что не переживайте, он сделает всё, как надо, обещаю проследить.       Парни просияли, и оба зашмыгали носами. Они ещё немного поболтали с Тоу, слушая подробности о ритуале Возвращения, а в конце тепло попрощались. За всем этим Отто наблюдал молча, стоя с банкой пепла в руках, и только помахал им, когда парни уже залезли в свой фургон.       — Что это было? — дубликат слегка качнулся, касаясь плечом напарника, и чуть тише спросил. — Смысл тащиться с этой жестянкой в космос?       — Повезло ему с друзьями.       — Согласен, но это не ответ. Так зачем это всё?       — Смысл в том, что пепел нужно развеять в звёздную ночь, а в четвертом секторе не видно звёзд из-за частых песчаных бурь и смога.       — А космос тут причём?       — При том, что звёзды там всегда и по смыслу даже больше подходит. Разве ты никогда не был на подобных ритуалах?       — Нет, с чего бы…       — «С чего бы?» — удивился Тоу и повернулся, оглядев напарника с ног до головы. — Да симарийцы помешаны на всяких церемониях, неужели тебя ни разу не таскали на какую-нибудь похоронную процессию?       Дубликат коротко качнул головой в стороны:       — Нет. Туда пускают высших и чистокровных. Церемонию памяти тоже проводят исключительно для них. Я был только на приёмах послов и встречах с представителями альянса.       Второй пилот хмыкнул и как-то непривычно улыбнулся, а в карих глазах затлело что-то нехорошее, будто он уже представил себе, как высказал бы это всему совету.       — Вот суки… Как на камеру работать, так она всем показала, как охуенно позаботилась. А для всего остального ты недостаточно чистокровный? Нахера она тогда тебя к себе приписала, просто для галочки?!       Его и правда взяли под опеку. И «галочка» там была поставлена очень крупная: фото первого пилота красовалось в конце семейного древа Высшей Симарии, как доказательство альянсу, что она считает его разумным. Это тоже было показательное выступление, а не широкий добрый жест и уж тем более не тёплые родственные отношения.       Отто и не рассчитывал.       Но сейчас он выглядел растерянным, пытаясь понять, на что злится напарник. На то, что дубликат ни разу не был на ритуалах Возвращения и не умеет их проводить или что он не потрудился узнать хоть что-то самостоятельно… Хотя мог бы, вся информация была в свободном доступе.       — Да блин… — Тоу дёрнул головой, поймав через слияние чужие эмоции, и бессильно заворчал под нос. — Не грузись, я не на тебя злюсь, я просто… Злюсь.       Именно. Потому что ему снова захотелось влезть не в своё дело. Например, черкнуть советнику пару ласковых… Но ни к какой справедливости это обычно не приводило, только к увольнению и отказам в официальном трудоустройстве. Взрослый мир не любит тех, кто любит геройствовать. Это он уже запомнил.       И в этом вопросе Отто повзрослел даже раньше, чем Тоу. Хотя бы в этом.       Хаган пару раз втянул носом воздух и выдохнул, прикрыв глаза: раздражительность никуда не делась. И он поймал себя на мысли, что, наверное, стоит снова прогуляться по местным барам и забегаловкам, но оставил это на потом. Момент немного не подходящий.       После слияния он как-то спрашивал Отто о его «хозяйке», но тогда они были недостаточно близки, чтобы напарник начал откровенничать, а тем более отвечать на вопрос, который вертелся в голове уже очень давно. Но, возможно, сейчас?       — Мы прятались в тоннелях от симарийского патруля, хотя ты сам по документам симариец. Переждали там песчаную бурю, столкнулись с наёмниками, неведомой тварью и вообще еле выбрались из-под обвала. И ты ей… Ну, ей, благодарен? Миссия от Высшей и правда того стоит?       — Если опустить все минусы… — Первый пилот задумчиво посмотрел на свои босые ноги, солнце ползло к закату, и песок уже не казался таким горячим. — Она подчистила мне память и наняла Вэлс, чтобы док сняла с меня блокаторы. А когда началось расследование — выступила в суде. То, что дубликатам дали возможность жить среди людей, а не усыпили, как мутантов, это полностью её заслуга. Так что да, я ей благодарен.       Второй отметил про себя, что это немного жутко, вот так тепло говорить о существе другой расы, которое купило тебя для своих нужд и воспитало как удобно. Но стоило отдать ей должное: маленькое хобби Высшей не только спасло дубликатов, но превратило Отто в того, кем он был сейчас. А он достаточно резко отличался от остальных копий, не столько телосложением, сколько по характеру.       — А чистка памяти тоже считается за плюс?       — Думаю, что да, — дубликат пожал плечами, немного сомневаясь в ответе. — Там было что-то не особо хорошее. Может, и к лучшему, что стёрли.       — И потом Высшая устроила шумиху на всю галосеть?       — Ага… — Отто хмыкнул и пошкрябал ногтем крышку банки. — Запрет на создание разумных существ приняли давно, но давай по честному: каждые пару лет находят каких-нибудь мутантов в подвалах. Дубликатам просто повезло, что ими заинтересовалась Высшая Симарии, иначе бы нас тоже просто отправили в утиль, не разбираясь, есть ли у нас сознание.       Ещё повезло, что лайнер с нелегально созданным персоналом прикрыли до того, как истёк их срок эксплуатации. Благодаря всем этим стечениям обстоятельств теперь в мире насчитывалось несколько тысяч копий какого-то парня, которому однажды не повезло оказаться расщеплённым по пробиркам.       И Отто был одной из этих копий.       Кем был тот несчастный и как его звали, на широкую аудиторию не разглашалось, по галосети блуждали совершенно невероятные версии и теории. Но все знали, что расследование проводилось по запросу Галактической Безопасности, однако станцию с лабораторией так и не нашли. И тех, кто занимался созданием дубликатов — тоже.       Первый пилот повертел в руках облезлую банку с пеплом и подумал, что об этих подробностях лучше промолчать.       — А почему ты спросил?       Тоу открыл рот, чтобы ответить, но сразу же закрыл, стараясь подобрать более цензурные выражения, и смешно надул щеки:       — Да просто… Пытаюсь узнать о ней хоть что-то хорошее, чтобы не так бесила твоя симарийская «родня».       — М… — Отто дёрнул подбородком вверх и слегка улыбнулся, прищурив глаза. — Может, попробовать рассказать Вэлс о тебе что-то хорошее? Вдруг тоже сработает.       От хохота второго пилота вздрогнул мелкий сонх. Он уже почти дотянулся своими лапами до ящика со льдом, но стукнулся макушкой о лавку и спалился: пришлось удрать.       — Это вряд ли… — Хаган вытер уголки глаз, всё ещё посмеиваясь. — Чтобы растопить её сердце, мне срочно нужно получить высшее образование, а лучше два. Ещё не помешает родиться в приличной семье, иметь недвижимость или хотя бы найти работу.       — У тебя есть работа, — фыркнул дубликат.       — Да-да… И самый лучший работодатель в галактике. Пойдём, — Хаган всё ещё лыбился, когда взял вешалку с капельницей, — вытащим из тебя эту штуку, и будем собираться. ***       — Ты бы не ходил к нему пока… — здоровяк беспокойно обернулся на дверь и заговорил тише. — Он уже часа два какого-то инорасца там мурыжит… Злой, как чёрт.       — Ага… — Барс равнодушно кивнул и вошёл в помещение даже не постучавшись.       Куница оказался абсолютно прав, Лауд был не в духе.       Глаза седого недобро сверкнули, будто он сейчас возьмёт лазерник и пристрелит того, кто додумался к нему заявиться во время работы. А потом они встретились взглядами и настроение тут же сменилось: Лауд сам сказал ему зайти, если Барс откопает что-нибудь важное.       — Что-то нашёл?       — Я разблокировал робан старика, и, как только подключился к сети, на него пришло сообщение о зачислении средств.       — Кто отправитель?       — Перевод зашифрован, отследить невозможно, но есть кое-что интересное.       — Интригует… — седой выпустил из рук жгут, и инорасец сполз со стула, начав хрипло хватать воздух.       Не обращая внимания на сухой кашель с пола, Барс опёрся плечом о стену, сунув руки в карманы, и так же ровно продолжил:       — Вместе с цифрами было отправлено сообщение, и написано оно на симарийском.       — Вот это действительно интересно. Смог перевести? — Лауд вытер руки в зеленоватой крови о штаны и начал собирать взмокшие седые волосы в хвост.       Симарийцев в четвертом секторе недолюбливали, мягко говоря. Старики рассказывали, что это по их милости когда-то процветающий город теперь лежал в руинах. Вот только доказать это не удалось.       — Смог, но понятнее не стало, там написано «иди на хер» или что-то в этом духе.       — Ха-х… Кто-то остался недоволен, но всё равно заплатил?       — Типа того.       — Что же он такое купил…       — Я покопался в исходящих, но там пусто, как и в памяти робана, — Барс плавной волной оттолкнулся от стены и поддел ботинком хвост ящера, но тот даже не дёрнулся. — Кто-то подчистил его, а сообщение пришло уже после.       — А хорошие новости у тебя есть?       — Есть… — равнодушное лицо сменилось лыбой довольного кота, и он начал загибать пальцы. — Метис, двое в машине и один в тоннеле — уверен, что у всех дырки в башке сделаны «Жалом», потому что в такси, которое бросили на дороге, работала камера.       У седого в глазах заблестели огоньки. Адреналин после оживлённой беседы и так поджигал кровь, но новость о том, что можно будет поквитаться с ублюдком, который стрелял в его людей, будоражила вдвойне.       — А ещё я знаю, кто это и где они, — Барс щёлкнул языком и полез за жвачкой.       — Они?       — Ага, туристы.       — Вот же… — седой замычал, закрыв лицо: злость искала выход.       За дверью вздрогнул здоровяк, когда хлипкий стул полетел в стену, разбиваясь на щепки. Барс наблюдал за беснованием босса, надувая пузырь со вкусом перечной мяты. Ничего, успокоится, он прекрасно знает, как это устроить…       — Есть ещё одна хорошая новость, тебе понравится, — Барс снова залез в карман и подкинул в руке погнутый магнитный браслет, ненавязчиво переходя на «ты». ***       Хаос был весьма распространенной религией. Среди разных рас, разумеется, присутствовали небольшие культурные различия, но сводилось всё к одному — к частицам звёзд.       — Видишь голубоватые вены? — Второй поставил вешалку, взял дубликата за руку и потянул за собой, усаживаясь на край матраса.       Отто кивнул, глядя на свою бледную кожу: напарник осторожно ощупывал тёплыми пальцами запястье, подбираясь к сгибу локтя. Препарат в капельнице уже закончился, и нужно было вытащить катетер.       — Это из-за гемоглобина, в его структуру входят четыре иона железа, а они образуются только в ядрах потухших звёзд, — Хаган тепло улыбнулся, заглянув в светлые глаза. — Мы все частицы звёздной пыли. И Хаос именно об этом, что в конце мы все вернёмся к звёздам. Для этого тебе не нужно быть чистокровным.       Внутри что-то больно кольнуло, и дело было вовсе не в том, что Хаган наконец-то вытащил из него этот кусок пластика. Тёмные бусины крови начали собираться в месте прокола голубоватой вены, будто хотели подтвердить эту красивую историю. Напарник чертыхнулся и быстро залепил ранку кусочком липкого бинта, но часть всё же размазалась.       — Вселенная непостижима, то, что для нас хаос, для неё упорядоченная система, мы просто не можем понять… И ты тоже являешься её частью, — Хаган провёл большим пальцем по центру прохладной ладони и продолжил, слегка насупившись. — А симарийский слоган «душа есть только у рождённых» пусть засунут себе куда-нибудь… Что у них там вместо задницы?       Отто беззвучно посмеялся, разглядывая их руки. Слова будто прилипли к языку, даже вдохнуть было сложно. То, что кололо внутри, теперь поднялось вверх и встало поперёк горла жгучим комом.       — Я серьёзно считаю, что душа есть у всего живого, — Тоу наклонился, утыкаясь лбом в переносицу напарника и закрыл глаза. — А ты — живой.       Картинка вокруг потеряла чёткость и поплыла. Отто попробовал моргнуть, но это не помогло. Он зажмурился сильнее, а когда попытался сфокусироваться, правый глаз почти перестал видеть. От чужого тепла рядом будто искрило, покалывая кончики пальцев.       Такое уже было. И это нехорошо.       — Хаган… — первый пилот сжал в кулак правую руку, но получилось лишь вполсилы. Кажется, кололо не только от переизбытка эмоций. — Хаган, моя… Рука…       Пульсар Хагана издал невнятное шипение, пытаясь предупредить о том, что слияние снова поползло вверх, но браслет повредило ещё при обвале.       — Высокий риск замещения! — Сирена не смогла оповестить через сломанный динамик и переключилась на пульсар Первого пилота.       Тоу отдёрнул руку, будто обжёгся, и вскочил с матраса, делая пару шагов назад. Но отступать здесь было особо некуда, и он упёрся спиной в хлипкую стену.       — Чёрт… Прости, я… Задумался.       — Всё нормально, почти не зацепило.       — Аптечку?       — Не надо, само пройдёт.       «Какое там само…»       Второму захотелось стукнуть по этой самой стене, которая и так держалась на честном слове. Не уследил… Эмоции из красного спектра снова вышли за допустимые рамки, а их снова перемешало: часть биополя Отто сожрало замещение.       И тут Хаган почувствовал, даже не подумал, именно почувствовал, что если бы, вместо того несчастного пацана под плитой оказался он, то Отто лежал бы где-то неподалёку. Напарник бы ни за что не бросил его одного в тёмном тоннеле, а «Жало» опустело бы на один заряд. И это был бы вполне осознанный выбор первого пилота. И дело даже не в том, что без Второго он не взлетит, он же как-то летал без него раньше.       Никто не заставлял дубликата прикрывать Тоу, подрабатывая щитом на полставки и рисковать своей чрезвычайно важной миссией. Этого даже в том грёбаном договоре не было, который они исправно продлевали каждые полгода.       Отто не обязан.       Но он остался бы с ним. Упал бы рядом, резко запрокинув голову от короткой вспышки лазерника, и остался. Эта картинка представилась так ярко, что у Хагана заскребло холодом между лопатками.       Пацана они не вытащили и оставили под завалом, а теперь его друзья принесли пилотам банку с останками. Да там, если по-честному, и вытаскивать было особо ничего… Беднягу раскатало, как пакет томатного сока под колесами грузовика. И дубликату было откровенно херово от того, что пришлось выбирать: спасти одного или попытаться вытащить обоих. Шанс был. Но вероятность того, что, пока они возятся, Тоу придавит вместе с парнем, была в разы выше. Пришлось что-то делать. И он сделал: посильнее отпихнул ногой напарника в сторону и отскочил сам, отпуская груду обломков.       Хаган тряхнул головой, пытаясь избавиться от чужих эмоций и ощущений. Они и так всегда чувствовали друг друга, но сейчас было что-то иное, словно на несколько секунд его самого выключили, оставив только чувства напарника. Так было в прошлый раз, когда он лежал без сознания под корнями дерева, а Отто пришлось в одиночку разобраться с этим… Как его… Осколосом! Но сейчас-то он в сознании!       — Что-то не так, — пробубнил под нос Тоу, а чутьё редко его подводило.       — У меня есть стабилизаторы в сумке, — Отто покрутил головой, стараясь обнаружить, где её оставил. — Сейчас вколю, и отпустит.       — Нет, погоди, — голос Второго стал серьёзным и напряженным. — Похоже, сейчас не только я у тебя кусок биополя откусил.       Пилоты встретились взглядами и молча осмотрели друг друга, синхронно двигая головами, будто стояли у зеркала.       — Нас сливает… — проговорили оба в один голос.