Прекрасны всегда

Клиенты, заказы, работа, рутина... Примерно такой была жизнь Дины в последнее время. Встать рано утром, сделать зарядку, физические упражнения, привести себя в порядок, дальше целый день обслуживать клиентов. А вечером пересчитывать выручку, проводить уборку. И так почти каждый день... Прошло уже три года с незабываемого плаванья на остров сокровищ, после которого Дина как будто стала гораздо взрослее. Её доля сокровищ помогла полностью восстановить трактир, а так же обеспечила безбедную жизнь молодой девушке ещё на целый год! Новая одежда, никакого голода. Разумеется, Дина не тратила всё сразу, неразумно, как Бен Ганн в своё время. Все её друзья были живы и здоровы, Дина Хокинс время от времени с ними виделась. Но вот в последнее время она особенно заскучала по прошедшим годам. Да, то путешествие принесло много несчастий, она своими глазами видела убийства и жестокость. Но тем не менее... Обо всём этом молодая Дина размышляла вечером, когда все клиенты уже ушли, а постояльцев пока не было. Она решила выйти на улицу, пока ещё не стемнело, чтобы подышать свежим морским воздухом, отдохнуть и заняться любимым делом, которое служило ей спасением от скуки и плохого настроения - рисованием. Холст, краски и мольберт Дина брать с собой не стала, рассчитывая сделать несколько эскизов пейзажа в свете заката. На дворе стояло лето, так что это не было проблемой. Заперев входную дверь старым ключом, Дина Хокинс неспешно направилась по холмистой местности к одному месту, откуда хорошо просматривалось море. Так же там были видны высокие холмы, а чуть ниже острые скалы, о которых с грохотом разбивались волны. Когда-то здесь каждый день гулял старый пират Билли Бонс, не расставаясь с подзорной трубой. Дина помнила это все в мельчайших деталях. Придя на нужное место, Дина вдохнула солёный свежий воздух полной грудью и начала делать первые наброски на бумаге карандашом. Ветер трепал её рыжие волосы, доходившие до плеч, а так же развевал длинное платье по щиколотку. Сверху Дина надела синюю накидку, чтобы не простудиться. На голове девушки была треуголка, которую после плаванья на остров сокровищ три года назад ей подарил доктор Ливси, её прекрасный друг. Вспомнив его, Дина сразу же улыбнулась. Сердце забилось в два раза быстрее, а на щеках девушки выступил румянец. Но она тут же взяла себя в руки, встряхнула головой и приступила к рисованию снова, чуть нахмурившись. Дине хотелось, чтобы эскизы вышли удачными, максимально реалистичными, ведь после этого она соберёт весь свой инвентарь, и выделив для этого целый день, напишет картину. Этот самый пейзаж будет на холсте, точно такой же, как в жизни - прекрасный и манящий... Прошло примерно полчаса рисования, когда Дина услышала звук, похожий на цокот копыт лошади. Этот звук вырвал её из мыслей. Дина оторвала взгляд от эскиза пейзажа и повернула голову в сторону, откуда доносился звук. Он приближался. Присмотревшись, девушка увидела всадника, скакавший на гнедой лошади. И этот всадник был никто иной, как прекрасный друг Дины Хокинс. Он увидел девушку и улыбнувшись ещё шире, направился в её сторону. Остановив лошадь прямо возле девушки, мужчина ловко соскочил на землю. - Добрый вечер, доктор! - поздоровалась Дина, улыбнувшись. Именно его, доктора Дэвида Ливси она была рада видеть всегда, в любое время дня, хоть каждый день... - Здравствуй, Дина! - весело поздоровался он в ответ, легонько обняв девушку, которая была ниже его ростом. Казалось бы, мужчина и женщина, а обнимаются при каждой встрече, как два приятеля. Но после всех приключений на острове сокровищ они решили оставить все эти правила, ведь оба были очень близкими друзьями. - Что ты тут делаешь в такое время? Темнеет уже - заботливо спросил доктор, негромко посмеиваясь. За прошедшие три года он почти не поменялся, только похорошел. Белоснежный парик, тёмно-синий кафтан, поверх него чёрная накидка. И, конечно, тёплая, широкая улыбка, давно ставшая визитной карточкой Дэвида. - Да, вот, мистер Ливси, решила немного порисовать, раз свободное время появилось. Летом клиентов меньше, - пожала плечами Дина, держа в руке эскизы на светло-жёлтой бумаге, - а вы куда держите путь? - В деревню, к портному, новый костюм забрать, ха-ха - ответил доктор. Всё же, он так был рад видеть Дину, что не мог перестать смотреть на неё. - Вы не опаздываете? А то мало ли, задерживаю вас - подняла брови Дина. Ей хотелось это знать точно. Но Ливси махнул рукой, посмеявшись: - Нет, нет, милая. Никуда не тороплюсь, чтобы поговорить с тобой у меня всегда найдётся время. Услышав это, сердце Дины чуть кольнуло. Так бывает, когда приятно удивляешься. Кивнув, Дина решила показать Ливси свои эскизы пейзажа. Что-то подсказывало девушке, что он обязательно их оценит. В тот момент, когда Ливси с интересом рассматривал эскизы, Дина не сводила с него взгляд. Она ждала, что же он скажет. Что же?! - Ха-ха-ха, Дина, милая, у тебя великолепные рисунки, очень красивые! - Вам нравится? - Дина показывала свои картины Дэвиду лишь дважды, и они были уже закончены. А вот наброски ещё не видел никто, кроме неё самой. И поэтому она волновалась гораздо сильнее обычного. - Очень нравятся, милая. Очень! Уверен, ха-ха, из них получится великолепная картина - чуть тише и спокойнее ответил доктор. Он сказал это так искренне, так тепло, что Дина поверила ему и улыбнулась. Отблагодарив своего дорогого друга, Дина сказала, что ей пора идти домой. Не намекнула, а именно сказала прямо. Солнце уже село и становилось всё темнее и темнее, поэтому Дэвид Ливси вызвался проводить девушку до трактира. Взяв лошадь за уздечку, доктор пошёл рядом со своей подругой. Они не спешили, но при этом не шли медленно. - Что-то вы редко появляетесь, доктор. Я уже успела соскучиться - честно сказала Дина. На мгновение широкая улыбка сошла с лица доктора, но потом вновь появилась. - Извини, Дина, милая. Увы, часто занят на работе, народ у нас, как сама знаешь, крепким здоровьем не отличается, ха-ха - хмыкнул Ливси. - Я вас ни в чём не виню, мистер Ливси! Ваша работа невероятно сложная, требует много времени и сил. Но я рада, что мы сейчас встретились и вот, идём, разговариваем. Не это ли хорошо? - улыбнулась Дина, вопросительно подняв бровь. - Ха-ха-ха, конечно, хорошо, Дина! Знаешь что? Я приеду завтра ближе к вечеру, когда освобожусь - поднял указательный палец Ливси. Дину эта новость очень обрадовала, она сказала, что будет с нетерпением ждать его в трактире. Как ни странно, Дина не любила кокетничать, лукавить. Обычно, она прямо говорила то, что чувствует, думает и так далее. Вот и сейчас Дина ответила, что очень рада словам мистера Ливси. Когда пара дошла до трактира, Дина начала открывать входную дверь ключом, когда услышала голос доктора: - Дина, я... был очень рад встретиться с тобой, милая - казалось, Ливси был смущён. Его улыбка уже не была столь широкой, а скорее нежной. Она могла согреть даже в самый холодный вечер, по крайней мере так показалось Дине в тот момент. Она подошла к своему другу: - Я тоже невероятно рада была встрече с вами, мистер Ливси. Буду ждать вас завтра - ответила она, обнявшись с ним. Ей хотелось прижаться к его широкой груди, закрыть глаза, и стоять так, крепко обнявшись, но доктору нужно было ехать по делу, поэтому пришлось отстраниться от него. - До свидания! - До свидания, Дина! - Ливси ловко сел на лошадь, - до свидания, моя девочка! И лишь когда Дина зашла в дом и дверь за ней закрылась, доктор отправился в путь. Он ведь решил не говорить ей, что на самом деле портной его ждал, и уже наверное, как полчаса... *** Весь следующий день мог пройти в томительном ожидании, если бы не работа. Дина впервые за долгое время была рада тому, что была сильно занята. Прошлым вечером она легла спать позднее обычного, так как долго грела воду, чтобы помыться. Дина Хокинс делала это раз в неделю или в две, не желая ничего слышать о том, что да как принято в обществе. Ее заботила гигиена, что очень активно поддерживал доктор Ливси. Обслуживание гостей в этот день показалось Дине не таким сложным занятием, она сама не понимала, почему. И вот, когда день стал потихоньку кончаться и плавно переходить в вечер, девушку накрыло приятное волнение. Сердце её билось быстро, она то и дело посматривала на входную дверь. Как она и ожидала, клиенты не задерживались допоздна, поэтому она быстро пересчитала выручку, а затем, вооружившись щёткой и веником, и завязав свои рыжие волосы в косичку, она принялась за уборку. А Дина, к слову, держала трактир в идеальной чистоте - там никогда нельзя было увидеть даже тонюсенький слой пыли или паутину, девушка каждый вечер не жалела сил и времени, лишь бы жить в опрятном и чистом помещении. И дело было не только в том, чтобы привлечь клиентов, а чтобы самой было приятно. Комнаты для постояльцев тоже ежедневно убирались, как и самая недоступная комната в доме - спальня Дины. Девушка напевала пиратскую песенку, которую запомнила ещё во время плаванья и заканчивала мыть пол в общей гостевой комнате, когда услышала знакомый стук копыт лошади на улице. Сердце Дины забилось как бешеное, когда оставив свои дела, она бросилась открывать. На улице было светло, солнце ещё даже не было близко к закату, и она сразу увидела своего дорогого друга, который оставил лошадь в специальном месте и двинулся в её сторону, широко улыбаясь. - Здравствуйте, мистер Ливси - они обнялись. Точно так же, как и вчера. - Ха-ха, добрый вечер, милая! Ты как тут? - поинтересовался доктор, заходя в дом и снимая накидку. - Все в порядке, все уже разошлись. Правда, уборку я пока не закончила, ещё немного - пожала плечами Дина. Она хотела было взять его накидку и повесить на крючок, но Ливси сам это сделал. Он был в голубом камзоле поверх белой рубашки. На шее был такой же белый платок. Белый, чистый, как и парик. - Вы садитесь пока, я сейчас закончу - сказала Дина, пригласив его в гостевую комнату. Доктор зашёл в неё, но не спешил садиться и ждать. Посмеявшись, он сказал: - Дина, милая, не спеши. Давай я тебе помогу Девушка опешила, даже остановилась на полпути. - Да, я сама могу, мистер Ливси. Вы всё-таки у меня в гостях - её щеки, на которых виднелись веснушки, мгновенно покраснели. Но доктор был непоколебим: - Всё в порядке, Дина. Ты целыми днями работаешь тут совсем одна. Мне не трудно, правда - его лицо сделалось более серьёзным, лишь глаза смотрели на девушку с такой заботой и трепетом, что она сдалась, попросив доктора Ливси убрать в буфет вымытую посуду. Пока она прятала все принадлежности для уборки, доктор лихо убрал всё в буфет, как она и попросила, отметив про себя, что вся посуда, как и всё вокруг была вымыта до блеска. У него дома тоже так было всегда, но это делали слуги, а тут она всё делает сама. "Впрочем, что ей ещё остаётся, - горько вздохнул Ливси, - делает всё, как её покойные родители". Доктор их помнил. А саму Дину он знал с самого рождения, так как регулярно приезжал осматривать её и лечил от всех болезней. Мистер и миссис Хокинс были замечательными людьми, они очень любили друг друга и свою дочку, которая, как не сложно догадаться, стала наследницей их трактира. Ливси невольно вспомнил маленькую рыжую девчушку с мягким характером, но порой безумными идеями по поводу игр. То на дерево заберётся, то подерётся с мальчиком, который вздумал дёргать её за косички, то захочет поиграть в пиратов. Миссис Хокинс всё боялась, что Дина так рано или поздно убьётся или заболеет (увы, она имела очень поверхностные знания в области медицины), но всё обошлось - очень крепкое здоровье досталось Дине Хокинс. Как многие бы сказали - живучая она. Вырвав самого себя из воспоминаний, доктор Ливси оглядел комнату. Дина зашла в неё, жестом пригласив доктора садиться, не забыв поблагодарить его за помощь. - А что там мистер Трелони и мистер Смолетт? Как они поживают? - просила Дина, наливая в чашки горячий чай. - Ха-ха, они в добром здравии, уверяю тебя, Дина! - повеселел Ливси, - всё в порядке. Капитан с тех пор, как мы вернулись с острова больше не пускался в новые плаванья, а в жизни Треллони, как ты помнишь, мало что меняется, ха-ха. Дина была рада, что её друзья в порядке. В тот момент её охватила лёгкая тоска по былым временам, но ей совсем не хотелось показывать это доктору. Они пили чай, вспоминая былое. - Кстати, мистер Ливси, это и есть ваш новый костюм? - спросила Дина, сделав пару глотков. Доктор ответил: - Ха-ха, Дина, ты наблюдательна, как никогда. Да, это он - широкая улыбка, которую так любила видеть Дина, как всегда была на его лице. - Вам очень идёт, мистер Ливси. Очень красивый - кивнула Дина, улыбаясь. Доктор на мгновение закрыл глаза, благодарно кивая. - Благодарю тебя, милая - казалось, он смущён. По интонации его смеха Дина это поняла. И всё же, как же ей нравилось проводить с ним время! Даже не во время приключений, а просто так. Сидеть, разговаривать, узнавать друг друга всё лучше и лучше, хотя казалось бы - куда ещё ближе? - Скажи, милая, - Ливси перестал улыбаться и поднял глаза, - тебе очень тяжело тут совсем одной? Дина тоже перестала улыбаться и уставилась куда-то в сторону. - Временами тяжело, конечно. Часто скучаю по былым временам. Но самое тяжёлое время было, когда я осиротела в тринадцать лет. Дине было довольно трудно это вспоминать, это Ливси понял по её мрачному выражению лица и по тому, как она начала тяжело дышать. Он осторожно накрыл её ладонь своей: - Дина, девочка моя, если тебе трудно об этом говорить, то не надо - сказал он тихо. - Ничего, мистер Ливси, - горько улыбнулась Дина, - всё в порядке. Матушка долго болела, как вы помните, в какой-то момент я даже обрадовалась, что больше она не мучается. Надеюсь, бог упокоил её душу, как и душу отца. Его она плохо помнила, мистер Хокинс умер, когда девочка была ещё маленькой. Ливси тоже это очень хорошо помнил. "Как много смертей она повидала за свою недолгую жизнь" - пронеслось в голове доктора. - Но сейчас я в порядке, правда. Я бы не стала вам врать, мистер Ливси. Временами тяжело, но я рада, что не умираю от скуки и не сижу у кого-то на шее - честно призналась Дина. Доктор посмеялся: - Верно, милая. Но если тебе будет тяжело, обязательно сообщай, не стоит тебе слишком часто нервничать. - Разумеется, мистер Ливси. Спасибо вам за поддержку и заботу - благодарно улыбнулась Дина. - Ха-ха, я всегда поддержу тебя и буду о тебе заботиться. Ты мне очень дорога - последнее он сказал серьёзней. Посидев ещё какое-то время, доктор Ливси объявил, что ему пора ехать, пообещав заехать ещё. Он уже начал было одеваться, когда Дина быстро сказала: - Мистер Ливси, я хочу вас нарисовать Доктор опешил. Даже улыбаться перестал. Он повернулся к Дине и посмотрел на неё большими от удивления глазами: - Ты хочешь... написать мой портрет? - сердце мужчины забилось быстрее. Хоть бы не выдать своего волнения! - Да. Я... давно хотела вам предложить, но всё возможности не было. Вы согласны, мистер Ливси? Тот улыбнулся: - Милая Дина, конечно, согласен! Ты хорошо рисуешь, твои картины весьма талантливо написаны, и я доверяю написание своего портрета только тебе и никому другому. Очень неожиданно, но я очень рад! Дина широко улыбнулась, чуть не запрыгала на месте от радости! - Я приеду завтра же, освобожусь специально пораньше, ты же сможешь завтра? - спросил Ливси. - Да, смогу. Специально раньше закончу. Спасибо вам, мистер Ливси, для меня это очень важно! - она не сдержалась и обняла его первая, да так сильно, что доктор даже не ожидал. Обняв её в ответ, он сказал: - Рад помочь, милая. Для меня это тоже очень и очень важно.