Один Стакан Решимости На Четыре Чашечки Безумия

      ***       — Итак, все в сборе? — спросила Моника.       Каждый кивнул. Я кивнул 4-ым.       — Чтож, давайте поменяемся стихами. Ведь все вчера написали стихи, верно?       Все снова кивнули. Я опять 4-й.       Первой подошла Моника. У нее странноватый вид: половина лица отсутствовала, зубы пожелтели, а мешки под глазами, а если быть точнее одним глазом, были черными. Думаю, ей надо больше отдыхать. Я взял ее лист:       《Рпрро%ояогрвл^■•♤•♡°《г&@*+&лтвлцллцоыовил_%@^+; лофо^_■•□`》       «Да уж, до ее стиля мне стремиться и стремиться»       Вторая, с кем я обменялся, была Юра. Чуть-чуть поглазев на меня своими узкими зрачками, она протянула мне окровавленный лист, взамен я протянул ей свою помятую буману. Я принялся читать:       《Что ядумаю? О чем, я зама не знаю. Можетбытьты знаеш? Помагимне! Зачем яэтоделаю? Этоприятно, ты развене видишь? Попробуй…》        «У нее сложноватый подчерк, и кровь мешала, но все же мой вердикт: у нее талант».       Следующей на очереди была Нацуки. У нее тоже был не самый лучший вид: была вся в синяках, четверть волос была выдрана с корнем, а другие 2 четверти запеклись в крови. Она, постоянно осматриваясь по краям, дрожжащей рукой протянула обычное письмо, запечатонное кусочком скотча. Раскрыв его, я начал читать:       《Бытье мое совсем худо стало. Он постоянно хочет боли моей, заставляет каждый день страдать, ведь не нравлюсь я ему. Каждодневные избиения заканчиваются тем, что мои слезы питают землю. И не знаю, когда моим страданиям конец. Ах, если б ты мог помочь мне》       «Обычный стиль Нацуки. Простой и милый. Хороший способ помечтать».       Последней ко мне подошла Сайори. Она была в помятой пижаме, с перевязаной рукой и новым аксессуаром в виде петли на шее. У нее необычный вкус. Я взял ее мокрый лист и развернул его. На бумаге, помимо 4 слов, были следы от слез и кровавые отпечатки.       《Убирайся из моей головы! 》                  — Убирайся из моей головы! Убирайся из моей головы! Убирайся из моей головы! Убирайся из моей головы!       Сайори продолжала и продолжала говорить это, постепенно переходя на крик, пока ее голос не стал оглушительным. В глазах потемнело…       ***       — ЧЕЕЕРТ! АЙ БЛЯЯЯЯТЬ!!! Я проснулся от этого чертового кошмара и одновременно от упавшей на меня стопки книг. Тишину в комнате прервал мой четырех-этажный мат. Я матерился в течении минут пяти, проклиная все на свете: полку, что сломалась в тот момент, пока я спал; книги, которые суммарно окозались тяжелыми для этой полочки и все тому подобное…       Наконец, переодевшись, поставив книги на стеллаж и отодрав полку до конца, попутно матерясь, обратил внимание на время.       «07:13. Чего-то я ранновато проснулся. Однако, у меня будет время приготовить завтрак для Сайори. Уверен, она снова будет спать до половины 9-го».       Я направился на кухню. Облакотившись на столешницу, я принялся думать.       «Так, что Сайори хочет на завтрак? Ей, судя по всему, нравяться плюшки. Но плюшки были вчера. Может еще что-то? Ну, яичница с беконом слишком банально для меня. Блинчики? Возможно. А хотя… Да! Именно! Блинчики! Кто их не любит?»       Из холодильника на стол отправились пара-тройка яиц и коробка молока, а из шкавчика мука. Вооружившись венчиком и миской, я быстро сделал основу для будующего завтрака, а разогретая сковорода подпекла две приличные порции маленьких блинчиков. Перед тем как идти к Сайори, на мне окозалась школьная форма, а с правого плеча свисал рюкзак. Прихватив с собой пару доппингов для блинчиков, я направился к ее дому.       ***       Через 10 минут на столе красовались две тарелочки с блинчиками, покрытые сиропом и горстью малины.       «Такому сюрпризу даже я бы удивился. Пора ее будить».       Я поднялся по лестнице к ее комнате.       — Сайори! Ты спишь?       Ответа не последовало. Ожидаемо.       — Сайори, ты не против если я зайду?       Хотя чего спрашивать? Она же спит! Я открываю дверь и медленно вхожу в комнату. Сайори спокойно спит в кровати, на этот раз без странных поз. Подойдя к кровати, я присел, и вновь узрел ее милое лицо. Тишину прерывало лишь легкое посапывание. Полюбовавшись на нее еще немного, я начал ее будить.       — Эй, Сайори, вставай! Вставай, соня!       На этот раз, проснуться ей не составило никакого труда, и открыв веки, она приветливо мне улыбнулась. Я сказал ей:       — Доброе утро.       — Доброе… У-ух… — Сайори потянулась и громко зевнула. Ее стройную фигуру освещал солнечный свет, что проникал в помещение через окно, не занавешенное шторами. В этот момент она выглядела как ангел.       — Передевайся, я буду на кухне. Тебя ждет сюрприз.       — Сюрприз?! Обожаю сюрпризы!       Произнеся это, она встала, еще раз потянулась, и лениво направилась к шкафу, дабы переодеться в эту однообразную и надоедливую школьную форму. И что бы не смущать свою подругу, мне стоило выполнить сказаное мною. Я направился на кухню. Через 5 минут она стояла ошеломленная и была готова разобнимать Мейсона досмерти, однако применила лишь половину всех сил.       — Ме-е-ейсон, я тебя обожаю!       Меня эта фраза самую малость смутила, но я понимал, в каком ключе она это имела ввиду, а через еще какое-то время она во всю уминала свою порцию, все приговаривая о том, что я вкусно готовлю.       ***       Сайори покончила с завтраком и нежно обняла меня. Именно нежно. Не с силой, дабы показать всю благодарность, не с робкостью, из-за смущения, а просто обняла. Для меня это оказалось самым милым и самым добрым жестом. От этого я даже немного покраснел, но она этого не заметила, и мы направились к выходу, а позже в школу.       ***       — Только горючий смех,        Оловянный враг,        Земляничный фронт…        Только земная соль…        Э-э-э…       Идя по коридорам, я напевал «веселую» песенку от одного известного исполнителя и не очень известной группы. Только вот текст забыл.       «И что там дальше было? Ай, да ладно»       Дойдя до двери, я потянул ручку и вошел в клубную комнату. Сайори поливала из маленькой леечки цветы на подоконниках, Юри и Нацуки о чем-то оживленно спорили. Дойдя до крайней парты последнего ряда, я положил портфель.       — Привет всем!       Однако на мое приветствие ответила только Сайори, помахав мне рукой и направившись в мою сторону. Юри и Нацуки даже не обратили на меня внимание.       «Эй, обидно вообще-то»       — Привет! Как в школе? — Сайори прервала мои одинокие скитания по мыслям и задала вопрос, на который я автоматически ответил:       — Привет, все нормально. Надеюсь у тебя тоже.       — Хи-хи! Конечно, как же иначе? ~       Даже после нашего недолгого разговора, они продолжали яростно спорить.       — А чего это они? — «Думаю, Сайори должна знать почему. Она пришла раньше»       — Я сама не знаю. Когда я пришла, они уже ссорились. Я попыталась выяснить в чем дело, но они были против. Поэтому я просто забыла о них и занялась своими делами.       «Нет, не знает»       — Понятно. Тебе помочь чем нибудь?       — Ну… Мне надо сходить за водой для цветочков. А оставлять клуб без присмотра не входит в обязанности вице — президента. А так я бы сходила одна или с тобой уж точно.       — Хорошо. Готов помочь в чем угодно.       Сайори протянула мне ведерко для воды, и я вышел за пределы клуба. Мой путь лежал к умывальнику или что это вообще там такое. Однако, когда я хотел спускаться по лестнице, я приметил одну странноватую деталь: на второй ступени, ведущая на верхний этаж, было несколько капель чего-то красного. Я сначала подумал, что это кровь и мои опасения подтвердились. Это относительно свежая кровь. 6 капель хаотично застыли на ступени. Застыла часа 3 - 4 назад, поэтому буроватая. Кровь, видимо, была подкожная, более водянистая. Будь венозная, была бы более темная и более густая.       "И откуда? Это не моих рук дело!"       Отбросив все возможные мысли и варианты, я поплелся вниз за водой, и уже через 3 минуты с наполненным ведерком пришел в клуб.       - Спасибо! - сказала Сайори и поставила ведерко на подоконник. Потом же она пошла заниматься своими делами, а именно что-то рисовать.       "Чтож, я не в праве отвлекать развивающегося художника. Тогда прочту книгу"       И как только моя рука нащупала ее, в клуб ворвалась запыхавшееся Моника. И все, включая Юри и Нацуки, которые спорили до этого момента, повернулись к ней.       - Я не опоздала?!       "А я даже не заметил ее отсутствия"       - Привет, да нет вроде - почему бы ей не ответить? Однако вместо приветствия розово-волосая бестия начала ее оттчитывать:       - Моника! Как президент может опоздать в свой собственный клуб?       "А может ли Моника быть связана с кровью на лестнице?"       - Простите, я просто играла на пианино и не слышала звонка, а-ха-ха~ - Моника стала оправдываться.       "Да не, бред какой-то"       - И что, ты не могла узнать когда будет звонок?       "Хотя черт ее знает"       - Ну На-а-ацуки, разве может такая милашка так громко ругаться, а-ха-ха~       Сказанное Моникой очень негативно повлияло на Нацуки. Ей не стоило это говорить...       - Я НЕ МИЛАЯ! НЕ-МИ-ЛА-Я!       "Чем меньше морда, тем злей собака"       Сайори сидела на стуле рядом с ними и ждала, пока они успокояться. А вот Юри все время стояла и смотрела в пол, лаская свои длинные волосы. Кажется, она хотела что-то сказать, но она не может чисто потому, что она стеснительная, как мне показалось. Юра просто стояла.       "Может поддержать ее?"       Обойдя сабантуй, что они устроили, я подошел к Юри:       - Юри, все хорошо?       Не ожидая моего визита, она стояла будто в трансе, но после заданного мной вопроса она слегка испугалась, и в тоже время принялась извиняться за такую реакцию:       - Ой! Э-э прости пожалуйста! Не ожидала, что ты подойдешь ко мне.       - Не за что извиняться. Это ты меня прости, что напугал тебя. Я просто хотел спросить: все ли у тебя хорошо?       Юра выдохнула с облегчением и ответила:       - А-а, да все хорошо, спасибо за беспокойство. Просто...       Не успела она договорить, как на весь класс раздался крик:       - Я НЕ МИЛАЯ!!! Сколько раз еще повторять?! - "Заноза" проорала свою речь и сердитой походкой направилась к кладовке.       - А из-за чего вы ссорились, если не секоет? - решил возобновить диалог.       - Нацуки считает, что манга - литература. А я пыталась это опровергнуть.       - Понятно. Как дела у тебя?       Надеясь пообщаться еще немного, я спросил ее, ро она лишь кинула мне: "Все хорошо", и сильно занервничала. А заметив то, что я заметил, что она нервничает, Юри поспешила присесть за парту и начала читать книгу.       "Мда. Необычная ты девушка, Юра"       Я направился к Сайори за очередным поручением. Мне нравилось ей помомгать. Впринципе я часто ей помогаю по дому: помогаю с домашкой, с уборкой, стираю вещи и готовлю. Меня это совсем не утруждает, а ей становиться приятно, что у нее есть такой друг. Мне просто приятно получать за свою работу обьятья от нее. Сайори, она не безответственная девушка, совсем нет. Просто ей бывает сложновато что-то делать. Или ей бывает очень одиноко...       - Привет Сайори. Для меня есть какое нибудь задание?       Сайори отвлеклась от рисования и улыбнулась мне.       - Ну-у пока нет. Но если хочешь помочь, то я бы не отказалась. Я просто рисую, и мне не хватает парочки карандашей. А они храняться у нас в кладовке, на верхней полке. Я до туда недотягиваюсь, а на стуле мне страшно стоять. Мог бы мне помочь?       - Конечно, еще спрашиваешь.       Сайори встала и направилась к кладовке, а я за ней следом. Когда мы были у дверей кладовой, от туда послышался крик розово-волосой:       - Моника! Сколько раз тебе повторять?! Не ставь коробку с моей мангой так высоко! Я не дотягиваюсь!       - Пости, я просто думаю, что там она будет лучше смотреться ~.       "Если она знает, что Нацуки не дотягивается до верхней полки, то тогда почему она продолжает это делать?"       Разозленная Нацуки лишь фыркнула на такой ответ и продолжила рысканья по кладовой. Она хотела достать коробку с мангой, но поскольку рост не позволял, она рештла воспользоваться стулом.       "Стулом, Карл! На колесиках!"       - Может тебе помочь?       - Не-ет! Не надо! - поспешила отказатья Нацуки.       - Ты уверена? Не думаю, что колесики смогут тебя удержать.       - Я сказала нет.       - Как хочешь...       Конечно, я не собирался уходить из кладовки. Первая, и самая важная причина - мне нужны карандаши. А вторая, менее важная - хотелось бы помочь ей, ведь стул ее не выдержит.       Нацуки подкатила стул и встала на него. Стул зашатался, но она удержала равновесие и потянулась за коробкой. Пока она не видела, предоставлялась прекрасная возможность понаблюлать за прекрасными видами под юбкой, но поскольку я не извращенец, я остался стоять в стороне и выжидать момент. И вот, взяв в руки коробку, она уже было собиралась спускаться, но колесики покатились, и она могла бы упасти, если бы я вовремя не остановил стул, задержав один колесик носком от туфли. Нацуки же, ожидая худшего уже было смирилась с своими ошибками, но осознав, что стул остановился, спрыгнула с него. Она пошла к парте, и проходя мимо меня, тихо сказала:       - Спасибо...       "Ну я же говорил"       Достать карандаши мне не составило труда, и с новой пачкой цветных карандашиков, я вышел из подсобки, к Сайори. Она же, как и всегда, отблагодарила меня и крепко обняла, что бы подтвердить свои слова. И во время сия процесса, я приметил завистливые глаза Юри. Эта была печальная зависть. По ее глазам было видно, что та тоже жаждит блищких отношений.       "Мог бы я ее обнять, что бы утешить"       Сайори повела меня к парте, за которой рисовала. И дойдя, она мне показала свой рисунок.       - Вот! Как тебе?       На рисунке были по детски нарисованы два хомячка, которые дружно спали вместе.       - Сайори, да у тебя талант!       - Ну-у, не смущай меня!~ Осталось лишь разукрасить и будет готово!       - Ну, я буду ждать вашей картины, мисс Сайори. Удачи в написании!       Сайори одарила меня улыбкой и начала раскрашивать хомячков. Я же не стал ее отвлекать и направился к парте, за которой собирался читать "Метро". Однауо не успел я открыть книгу, как Моника произнесла       - Итак, друзья, давайте начнем меняться стихами!       "В самый нужный момент, спасибо"       Все оторвались от своих дел и направились к центру комнаты. Первой со мной хотела обменяться Сайори, но Моника ее опередила.       - Итак, ты готов?       - Ну, да, наверное... - впервые за очень долгое время я был неуверен. Я хотел сначала обменяться с Сайори, но пришлось с Моникой. Мой взгляд пересекся со взглядом Сайори и мы оба мысленно согласились обменяться после этого. Я передал лист Монике, а она, улыбаясь, протянула свой. Я принялся читать:       [Извините, мне лень писать]       "Что ж, довольно необычно. Видно, что она профи в этом"       - Мейсон. Я вижу, у тебя уже есть опыт! Ты писал стихи раньше?       Пришлось ответить правдой:       - Да, я довольно давно практикую свой стиль...       - Понятно. Вот тебе мой совет: в твоем стихе не хватает более детального описания персонажей. А также стоит держать баланс между внутренним миром героя и происходящего вокруг. Жду не дождусь завтрашнего дня, что бы прочитать еще один твой стих~.       - Спасибо, Моника...       Наконец-то я иду к Сайори. Она как раз закончила обмениваться стихами с Нацуки. Одарив меня улыбкой, она протянула лист со стихом. Когда я развернул его, на долю секунды заметил печало-завистливый взгляд Нацуки, почти такой же, как у Юри "А где Юри?" , только более грусный. Я начал читать стих:       [Извините, мне лень писать]       - Сайори, у тебя все как обычно: все доброе и хорошое, как и ты сама. Что может быть приятнее, чем читать твои стихи? Отличный стих.       - Спасибо~. А герой твоего стиха напомнил мне о тебе. Прямо вылитый ты!       - Сайори, не смущай меня!       "С каждым разом, приходя в клуб, я становлюсь более мягким. Нет, я не против этого, вовсе нет. Просто странно что я их мазохиста превращаюсь в спокойного члена литературного клуба. Но мне здесь все равно нравиться"       Следующей была Юра. Она застеснялась и покраснела, когда я протянул ей стих. В тот момент, когда я вручил ей его, она положила свой стих передо мной. Я стал его читать:       [Извините, мне лень писать]       - Юри, у тебя очень интересный стиль. Умение писать между строк достается не каждому, а ты еще приподнесла стих в такой интересной форме.       - С-спасибо... И у тебя тоже... Очень хорошо... э-э... вышло...       Я явно ее засмущал, но на ее лице появилась легкая улыбка.       Последней на очереди была Нацуки. Она робко протянула мне стих, а я ей свой.       - Давай читай быстрей! - приказала мелкая.       Ну и я стал его читать:       [Извините, мне лень писать]       "Простой стишок, но с глубоким смыслом, как мне показалось"       - Как по мне, в твоем стихе доволоно глубоко раскрываеться тема бессилия человека. Что люди пытаються превзойти все и вся, но не могут, и лишь пытаются, зная, что оно ни к чему не приведет.       Кажись, ее этот ответ слегка удивил. И по моему, она пыталась заложить в стих другой смысл. Но все равно была польщена:       - А, ну у тебя тоже... ничего... хороший стих.       ***       - Надеюсь, вы все сегодня узнали больше о друг друге. Ну а мы подводим итоги! - произнесла зелено-глазая.       "А такой цвет глаз вообще может быть естественным? А розовый?"       Но тот опять случился конфуз между Юрой и Нацуки.       - Нацуки, я прекрасно понимаю, что мнение Мейсона для тебя значит многое, но мой стих он тоже оценил, и тоже похвалил мой стиль.       - Да, но мой он оценил явно положительнее, чем твой!       - И с чего ты это взяла?       "Woman's"       Я подошел к Сайори:       - Сайори, слушай, а у вас часто такое случается. Ну, я про этих двух.       - Да нет, они лучшие подруги, и если и ссорятся, то не так сильно, а тут...       - (Вздох) Ладно, я пойду прогуляюсь до умывалька, водички чтоль попью.       - Ну, хорошо...       Я аккуратно обошел их и вышел из класса. Путь лежал конечно же к умывальникам, куда же еще. И опять, я хотел было спускаться по лестнице, но обратил внимание на капли. И не зря. Вместо 6 капель, там красовались 9.       "Так. Надо думать логически. Если убрать из учета то, что в этом крыле помимо нашего клуба могут быть другие, то кто из наших может это делать? Моника говорила, что опоздала из-за игры на пианино. Капли могли принадлежать ей, но после того, как она зашла в класс, оттуда больше не выходила. А новые капли еще не застыли. Следовательно, они не ее. Возможно это Юри, но каков мотив? Такой скромной и стиснительно девушке незачем такое делать"       Отбросив эти мысли, я направился вниз, и выпив стакан-другой воды, направился обрано в клуб. А там ничего не изменилось. Все так же. Моника заполняет какие-то бумажки, а Сайори раскрашивает рисунок. И от нехер делать я просто сел и стал выслушивать спор:       - ...Понимала бы ты что нибудь в стихах, твой стиль был бы более совершенным, а у тебя простые стишки.       - Они простые, но хотя бы понятные любому читающему. А твои стихи понятны только таким, как ты!       - Я стараюсь совершеннствовать свой стиль, показать максимум, на что я способна, и я не должна писать его по другому только из-за какой-то мелкой девчушки.       Нацуки же на такой ответ не смогла найти достойные слова, но решила действовать по другому:       - Да? Ну, по крайней мере, я не пытаюсь всячески привлечь к себе внимание нового члена клуба... И это не у меня сиськи магическим образом выросли на один размер.       Такой ответ шокировал нас всех, и даже меня, а Юри покраснела и не могла подобрать слов. Наконец, поймав глазами мою скучающюю физиономию, она начала обьясняться:       - М-мейсон, это не так! Она... Она пытаеться выставить меня в дурном свете!       "Что то мне захотелось пойти и еще раз выпить водички"       - Оправдывайся, оправдывайся...       "Только не надо меня втягивать в эту вакханалию!"       Сайори, до этой поры молчавшая, решила остановить их:       - Девочки, хватит ссориться. Мы же...       - А ты вообще не суйся! - в один голос сказали Нацуки и Юри, и продолжили что-то спорить насчет стилей писания, пока Сайори опешила. На ее глазах выступили еле заметные слезы, и я поспешил ее успокоить. И пока я ее успокаивал, они опять макнули меня в этот омут;       - Мейсон, скажи ей уже, что стих должен быть понятен для всех!       - Мейсон, помоги ей обьяснить, что надо развиваться в своем ключе, и писать стих так, как сам видишь...       "Они довели Сайори... С меня хватит"       - Да успокойтесь вы уже наконец!       Все смотрели молча в мою сторону. Время действовать.       - Юри, Нацуки права. Твои стихи очень хорошие, но порой не все могут найти в таких произведениях смысл, и тогда для них они становяться простым рифмичным набором слов. Нацуки, Юри тоже права! Нельзя просто взять, и поменять свой стиль, который ты совершенствовал долгое время. Она пишет стихи так, как считает правильным, и это ее выбор. И да, про сиськи было явно лишнее.       При упоминании груди Юры, Нацуки облилась краской и отвела взгляд.       "Вроде успокоились. И Сайори тоже"       - Эм-м... Чтож... Я думаю нам пора закончить сегоднешнее собрание. Надеюсь, вы все усвоили урок и больше не станете спорить друг с другом.       Все молча согласились, и кажбый собрался и ушел, в том числе, и мы с Сайори.       ***       - Ну и денек сегодня - сказал я.       - Угу...       - Сайори, все хорошо?       - А, да, все нормально. Просто, меня немного расстроило ихнее поведение. Обычно они мирно дружат, но вот уже второй день подряд ссоряться.       - Я уверен, что они скоро перестанут, и наш клуб будет более сплоченным.       Я ей улыбнулся, и она улыбнулась в ответ.       "Улыбка Сайори... Эта сиятельная и прекрасная улыбка, излучающаяя добро"       Мы дошли до наших домов и разошлись. Прежде чем войти в свой дом, я кинул азгяд на Сайори и помахал ей рукой. Она повернулась, заметила мой жест, и помахала в ответ, также одарив меня своей лучезарной улыбкой.       ***       *... И таким образом, я смог их помирить. Надеюсь они больше не станут ссориться. Завтрашний день не заставит себя ждать. Надеюсь я снова буду видеть прекрасную улыбку Сайори, которой порой мне так не хватает...*       - О-ох... Ну наконец!       Я закончил писать запись в дневнике и облакатился на спинку стула. Я чувствовал себя хреново.       "Сайори... Мог бы я сейчас тебя обнять. Но ты уже спишь... Уже слишком поздно"       Также я понял, что в записи чего-то не хватает. Чего-то такого... яркого, бросающегося в глаза, подчеркивающего всю мою тяжесть. Но я не мог понять что. Мои глаза бродили по кухне... Бродили, и упали на... нож. Глянцевый нож-бабочка, что я купил еще месяц назад, лежал на столе и поблескивал на свету.       "И я что, вернусь к своему старому дневнику? Мне что, придеться и этот сжечь?"       Я не сводил с него глаз.       "Хотя чего плохо в таком оформлении?"       Я встал и схватил нож. Одним движением руки произошел щелчек, и появилось лезвие.       "Я чувствую себя хреново. В таких случаях, когда я так делал, мне становилось лучше"       Я все таки решился это повторить. И я решил начать с левой ладони. Поднеся лезвие, я последний раз согласился с собой. Лезвие прошло по моей ладони...       - ..!       Первый порез получился очень колким. Я сделал его довольно глубоким, поэтому кровь не заставила себя ждать и пара капель уже стекали по ладони, а позже и вовсе упали на бумагу. И упали на имя. Сайори... Еще порез, еще, еще! И еще порез...       ***       Изрезав всю руку, я почти ее не чувствовал, и по ней стекали большие и многочисленные капли крови. Я был в спокойствии. Я был доволен. Собирая пенал, я уже было хотел идти в душ, но приметил кое-какую деталь:       "А где запасная ручка?"