Возращением Такемичи которого помнят демоны.

— Боже мой! Что произошло с его телом?! — прокричал демон. Так же в немом крике с прикрытым руками ртом, стояла ангел. С непониманием и слёзками на глазах на них смотрел Такемичи. От резкого света спустя столь долгое время провождения во тьме, глаза Ханагаки прослезились и жмурясь пытались восстановиться. Когда он всё же смог открыть нормально глаза, Такемичи увидел три расплывчатых силуэта. Один светился, из-за чего очень сильно хотелось отвернуться и заснуть, ведь в глазах плыло, а сама оболочка больше по очертаниям была похожа на девушку. Посмотрев на второй образ он увидел очень холодного, но немного похожего на мужчину, который был очень обворожителен по мнению Такемичи. Почему-то его тянуло к существу, сзади обоих этих прекрасных существ, оно было больше похоже на человека с большим грузом на плечах, которого хотелось обнять и успокоить. Как бы сейчас не обдумывал Ханагаки об этих непонятных ему людях, ему нужно было подняться с пола, и Такемичи в первую очередь пытался расслабиться, выгибаясь давая больше возможностей своему телу, которое спустя большой промежуток времени, стало ужасно ленивым. ***От лица 3 существа. После появления Такемичи никто не мог двигаться, не желал испугать ребёнка. Увидев как тот жмурится и хнычет, у всех приостановилось дыхание и напряглись мышцы. Все сразу стали думать о Ханагаки, кто-то о его прошлом, кто-то о его будущем, только высшее существо задумалась об нынешнем состоянии Такемичи. — Как ты? — взволнованный голос который сильно отдавался эхом в здании.В паре слов, было сильно слышно нотки страха за Такемичи, из-за чего последнему стало приятно. Ханагаки покраснел от своих мыслей, из-за чего все кто в тот момент на него смотрели умильнулись, возможно обрадовавшись реакции, такого милого ребёнка. Спустя несколько минут молчания и любования, высший бог издал мелодию, которая образовала слова в мягкой форме. — Дитя, как ты? Что-нибудь болит? — но ответ Такемичи был приторможенным. — У меня?.. Вроде.Ничего не болит.Кроме, наверное спины, которая даёт о себе знать.Такое чувство, будто её сломали и раздробили.— сказал Такемичи без каких либо лишних эмоций. После первой «смерти» на рейсах, он перестал чувствовать особо сильную боль от сломанных конечностей или ударов в голову. Подняв взгляд на божество, он был шокирован, ведь у него было лицо человека который может заплакать в любой момент, полностью провинившийся и пожелтевший обо всех своих злодеяниях — ребёнок.