Popee the Porn Actor

Сегодня ближе к вечеру кое-кто заявился к тебе в гости совершенно неожиданно, с букетом руках и огромной коробкой конфет. Этот кто-то — твой любимый персонаж, от одного взгляда на которого хочется только умиляться. Такой красивый и забавный мальчик в цирковом костюме, невысокого роста с голубыми глазками и смешной шапочкой. Почему смешной? Потому что она розовая, и к ней бережно пришиты два плюшевых заячьих ушка. А сзади у мальчика длинный полосатый хвостик, такой же окраски, как и его костюмчик. Это Попи, и он познакомился с тобой в начале своих первых гастролей с цирком, где он учится быть артистом и выполняет всяческие полезные для этого упражнения. Этот мальчик-зайчик из другой вселенной, и практически не знает, как себя вести с настоящими людьми. Вроде в гости пришёл, а сел за стол и начал на тебя пялится. Он пристально смотрит за каждым твоим движением, в то время как ты, рассказывая ему о себе, ставишь чайник и достанешь из холодильника продуктов, чтобы приготовить хотя бы яичницу. Иногда ты оглядываешься и смотришь на него. Попи совершенно не такой, как на картинках в пинтересте. Он выглядит намного приятнее. У него такая ровная матовая кожа, такие милые светлые волосы, ровные тёмные брови. И такие красивые губы. Была бы твоя воля - ты бы целовала их до скончания веков. На момент в твоей голове проскользнула фантазия о том, что ты обнимаешь его, сидя на его коленях, а он расстёгивает твою рубашку и целует в шею. Да, тебе хочется этого, может даже, больше чем нужно, но в такой момент ты отгоняешь от себя такие мысли. — Ты наверное, хорошо готовишь, — говорит Попи, внимательно смотря на то, каким ловким движением ты разбиваешь два яйца на сковородку с маслом. — Да ну, с чего это ты так решил? — спрашиваешь его ты, тонкими полосками нарезая бекон, а сама представляешь, как бы было хорошо, если бы этот зайчик прижал тебя сзади к столешнице и ощупывал твои чувствительные места. Ты хочешь его, но не можешь об этом сказать, ты не хочешь совращать парнишку, ведь сознание его не настолько извращено, как твоё. Тем более, он младше, соответственно, у него меньше опыта. А может быть, вообще нет и никогда не было. — У тебя вон как всё быстро получается. Я бы так не сумел, наверное. — Сумел бы, если бы постарался. Ты умеешь больше, чем я. Ты можешь проделывать разные трюки, жонглировать, ходить по канату. Кинжалы глотать тоже можешь. В конце концов, изогнуться так, как я не могу, — ты отвечаешь ему с небольшой завистью о его способностях, в это время аккуратно перемещая яичницу на его тарелку, и, поставив её на стол, начинаешь смотреть, как мальчик уплетает твой кулинарный шедевр за обе щёки. — Изгибаться я тебя научить могу. Да вот хоть после ужина потренируемся. — Ловлю на слове. И после ужина он своё слово сдержал. Немного повалявшись на диване и рассказывая о том, что он умеет делать, с таким видом, как будто он за раз получил триста медалей за лёгкую атлетику, он предложил выйти во двор, чтобы наконец продемонстрировать всё рассказанное. — Смотри и учись! — произнёс зайчик и подмигнул тебе. Ловко подпрыгнув, мальчишка сделал кувырок через себя, приземлился на руки, и сделал ещё пару оборотов в воздухе, отталкиваясь ногами от земли, он завершил всё это красивым двойным сальто, мягко приземлившись в стойку на полусогнутые ноги. Тебе ничего не оставалось делать, кроме как зааплодировать. — Я сам знаю, что я классный! — сказал Попи, сев на землю и, гордо заулыбавшись, поднял голову. — Сколько ты этому учился? — спрашиваешь ты, садясь рядом с ним на корточки, стараясь держать ноги вместе и прикрывая все оголённые места юбкой, невольно провоцируя его и себя на разного рода эротические мысли. — Этому учиться, понимаешь... долго. Это, понимаешь... Сложно! Очень сложно. Я много-много лет учился... — не дав внятного ответа, мальчик пытается умничать, подняв один палец вверх. — А сколько учился, я уже забыл. — Меня научишь? Эта фраза сбивает Попи с толку. Он никогда никого ничему не учил, а тут такой горящий желанием случай. Но не смотря на это, он пытается не растеряться, и состроив такое лицо, будто он повелитель женских сердец и всемогущий мачо, ложится на траву в позу "хочу майонез". — Конечно научу. Кто же кроме меня тебя всему научит! Я теперь твой личный тренер! — он нервно смеётся, краснеет и его уверенность пропадает перед тем как он говорит то, чего он в тебе стесняется. — Только ты это... переоденься. А то, ты в юбке... а в ней кувыркаться неприлично... — Хорошо, хорошо, сейчас буду, — говоришь ты, и уходишь в дом переодеваться, оставляя Попи сидеть в саду. Это хорошо, что он сказал тебе переодеться. Иначе он бы заметил, как сильно ты потекла от того, как он смотрел на тебя. Он даже не подозревает, что слово "кувыркаться" можно употреблять в разных контекстах. Умывшись и переодевшись в спортивные штаны, ты возвращаешься во двор. Заметив, что Попи решил размяться, загнув себя в сложную позу, ты удивляешься, как этот его костюмчик всё выдерживает и не рвётся. Увидев тебя, он моментом разогнулся и сел в позу лотоса, смотря на тебя. — Ну так что, для начала разомнёшься? — спрашивает он, краснея. — Разомнусь. Только как? — Короче, есть такая штука. Встаёшь , опускаешь руки вниз, а потом на них опираешься, а ноги от пола не отрываешь. Знаешь такую? — Типа кверху жопой встать? — уточняешь ты, ещё сильнее вгоняя мальчика в краску. — Да, да... Я это хотел сказать. — он опускает взгляд и его глазки начинают бегать.— И в этой планке надо постоять минуты три. Справишься? — Справлюсь конечно. Оп! И ты встаёшь сначала на четвереньки, прогибаешься, и одним движением выпрямляешь ноги. Ты выглядишь как кошка, которая потягивается после длительного сна. Смотришь тихонько через плечо, и видишь, что Попи и не думает прекращать пялиться на тебя. Ты видишь его глаза, которые просто не отрываются от твоих округлых форм сзади. Тебе даже не верится в это. Ты можешь соблазнить этого крошку смотреть на тебя вечно, ты провоцируешь его на непотребные мысли, а он подчиняется, и даже ухом не ведёт. Уж точно в это никто не поверил бы, кроме тебя и его. — На что это ты смотришь? — приподняв бровь, спрашиваешь его ты, стараясь не покраснеть и сохранить скептичное выражение лица, и тем самым вырывая бедного мальчишку из плена эротичных фантазий, в которых он держит тебя за ягодицы обеими лапками. — Кхе... Да так, ни на что, — Попи пытается сделать лицо серьёзным и не говорить дрожащим голосом, но выходит это плохо. — Просто ты неправильно делаешь! Он конечно пытается прикрыться этим аргументом, чтобы лишний раз прикоснуться к тебе, ставя тебя в "правильную" позу. — Тогда сам покажи мне как правильно, раз такой умный! — твоё лицо неосознанно становится хитрым. — Помоги мне нормально встать! — Да легче лёгкого! И он подходит к тебе и тихонько нажимает на твою спину, заставляя прогнуться посильнее. Ты строишь из себя послушную девочку и прогибаешься под его давлением, выставляя зад ещё сильнее. — Сейчас я тебя за ноги немного подтяну, и тогда будет правильно! — Попи краснеет и с его виска скатывается капелька холодного пота, которая с потрохами выдаёт его желание прикоснуться к этому твоему желанному месту. Он подходит к тебе сзади, обхватывает твои бёдра и притягивает их немного вверх. Его руки немного дрожат, и он, будто бы случайно прижимается к тебе своими бёдрами сзади, после чего стоит как вкопанный секунд 30, понимая, что организм пересиливает разумные мысли и вообще какого черта он делает это с тобой. — Что ты делаешь, Попи? — ты встаёшь на ноги и поворачиваешься к нему, на долю секунды он жмётся к тебе сильнее, а затем ты резко поворачиваешься к нему со хитрой улыбкой и слишком наигранной сердитостью. — Зачем ты трогаешь меня за жопу? — Да ты что! Зачем мне тебя трогать за... жопу?!.. — Попи произносит это слово вслух очень робко, видимо, ему доводилось делать это крайне редко, либо это нельзя было делать в его мире, тем более в присутствии его лучшего друга и отца. — Тебе будто нравится делать это и при этом прижиматься ко мне! Или тебе правда нравится? — ты снова поднимаешь бровь и смотришь на него в ожидании того, что он ответит. — Ох прости... Я не хотел тебя обижать... Зайчик замялся и не знал что сказать, только робко поглядывал на тебя. А тебе было его немного жаль за то, что ты так задела его за поведение среднестатистического пубертатного мальчика. Сейчас Попи находился в таком возрасте, когда у обычных человеческих парней сперма аж из ушей течёт, а на уме нет ничего кроме шпили-вили. Но Попи не просто какой-то мальчик из человеческого мира, и у него это период проходил так, что он сам не замечал этого. Впервые за столько лет увидеть хоть какую-то девушку кроме Марифы, и не попытаться к ней подкатить это сложно. Хотя не факт, что он не смог бы подкатить даже к своей любимой сестре. — Ну что ты, может быть так бывает... — ты говоришь ему это, хотя прекрасно понимаешь что бывает это всегда. — Прости... просто у тебя такая... классная... жопа... — Попи чуть ли сквозь землю не проваливается от стыда. Снаружи ты выглядишь слегка удивлённо и так же скептично приподнимаешь бровь, глядя на зайчика, но внутри ты просто светишься от счастья, и этот внутренний блеск отражают твои глаза. К счастью, Попи это не заметил. Если бы он просёк, что ты манипулируешь им, он бы на месте пришиб тебя. Но это конечно же, было бы не в этом мире, а в том, где он всегда имеет под рукой голубую сумочку с кинжалами и необъятную демоническую силу. — Оу, правда что-ли? — ты поворачиваешься спиной к Попи, немного виляешь бёдрами и резко кладёшь руку на свою ягодицу, из-за чего раздаётся шлепок, этим снова провоцируешь его на возбуждение. — У меня правда настолько классная жопа, что тебе хочется её потрогать? У мальчишки спёрло дыхание. — Да! Правда! У тебя самая лучшая на свете жопа! — у него получилось найти оправдание, но оно выглядело нелепо, как и весь ваш диалог. — А если это так, я прямо сейчас её потрогаю! Попи так загордился, что сделал бровки домиком и топнул ножкой. Это выглядит... мило. И нисколько не злобно. Он прекрасно знает, что в этом мире он не владеет такой силой, как в своём. — Хе-хе... — ты демонстративно обходишь его, глядя за тем, как он разворачивает голову по направлению твоего движения, и встаёшь на четвереньки на садовый шезлонг, стараясь как можно сильнее прогнуться и выставить ягодицы вперёд. — Так трогай, если только осмелишься. Попи, виляя полосатым хвостиком, медленно подходит к тебе сзади и кладёт мягкие плюшевые лапки на твой зад. Ну это просто невообразимо. И тебе приятно, и ему вдвойне, он впервые так обходится с девушкой. Если бы он поступил так с Марифой, которую прекрасно знал, он бы умер на месте он одного взмаха бензопилы, непонятно откуда взявшейся в её руке. А тут ситуация другая: девушка даже не сопротивляется, даже сама просит чтобы он потрогал её. Хотя, как это просит? Не просит, а говорит, мол, слабо ли тебе? Да как она смеет вообще?! А с другой стороны, ему нравится, что она разрешает ему так делать... "Что это вообще такое со мной?" — Попи обмяк, понимая, как предательски дёрнулся его член под одеждой и, как его тело наполняет странный жар. — "Я, похоже, влюбился... Всё, конец!" Он не смог сдержать своё тело. Из-за этого он как-то автоматически прижался своими бёдрами к твоим округлостям. — Оу, что это ты такое творишь? Нравится тереться своим стояком о мою сладкую пышную жопку? — ты делаешь невинное лицо, и немного виляешь задом навстречу его паху, заставляя мальчика вздрогнуть. — Тогда продолжай тереться об меня ещё сильнее! — Сладкую и пышную? — переспрашивает Попи, с таким нездоровым аппетитом смотря на твои ягодицы, как его лучший друг пару дней назад смотрел на ведро куриных ножек из KFC. — Да, именно, мой милый. А ещё очень сексуальную... Она манит тебя, да ведь? — ты сама потираешься своей прелестью о его стояк. И тут, хоть ты тресни, звучит абсурдно: ты жопой чувствуешь, насколько сильно он возбуждён. Его член чуть ли не каменный. Да и сама ты течёшь не меньше, чем Попи. Мальчик мякнет ещё больше, и неосознанно толкается несколько раз, чтобы ещё больше разогреть себя. — А у меня для таких целей есть не только жопа. У меня есть две прекрасные сиськи, которыми я могу помять твой хер!.. Раз уж на то пошло... — произносишь ты, при этом переворачиваясь на спину и гордо демонстрируя свою большую и пышную грудь, обводя руками её через футболку. Улыбаешься ему хитро, и заглядываешь в эти дикие возбуждённые глаза. Если ты сейчас сделаешь ему приятно, значит, потом сможешь делать с ним, всё, что пожелаешь. Абсолютно всё. — Ты хочешь, чтобы я сделала тебе приятно? — спрашиваешь ты, и получаешь в ответ два робких кивания головой. — Тогда расчехляй свой банан и смотри на меня. Попи поспешно начинает расстёгивать свой костюмчик. Его руки трясутся, и ему удаётся справиться с этим небыстро. Он оставляет на себе только носки в виде полосатых лапок с жёлтыми подушечками на них и точто такие же перчатки. И шапочку, разумеется. Он редко снимал её, даже иногда спал в ней. И в этот раз он не захотел расставаться с ней. После он встаёт перед тобой и стыдливо смотрит на твою грудь, короткую он прекрасно видит сквозь ткань твоего кружевного лифчика, потому что ты сняла футболку, чтобы ещё больше раззадорить его. И в это момент ты понимаешь, что он может подчиняться тебе. Ты аккуратно одним пальчиком прикасаешься к головке его маленького крепкого члена и размазываешь по ней выделившуюся от перевозбуждения смазку. Двигаешь рукой по всей длине пару раз. Хотя, какая там длина. Длинной это назвать сложно. Аккуратно берёшь в рот головку и двигаешь языком вокруг неё. Попи тихонько охает он нахлынувшего на него удовольствия, и твою мать, какой же у него мягкий на самом деле голос. Ты хочешь сделать ему так приятно, что бы он не смог сдерживаться, стонал во весь голос, а за тем медленно но верно в немых криках от оргазма открывал рот. Какой же прекрасный у него ротик. Такие губки. Совсем детские, но мягкие и пухлые. И на эти губки у тебя уже есть планы. Пока зайчик дрожит и стонет, ты двигаешься уже намного смелее. Ты заглатываешь его член полностью, и ничего тебе при этом не препятствует. Это просто прекрасно. Ты даже можешь позволить ему трахнуть тебя. И эта мысль подогревает твое желание. Резким движением ты снимаешь лифчик и сжимаешь его член пышными грудями. Поднимая голову и заглядывая в глаза Попи, застывшего в удивлённом ожидании, ты видишь, как его зрачки стремительно расширяются и глаза а начинают по-шальному блестеть. — Сиськи... — он чуть прикасается к твоей груди подушечками пальцев и произносит это, будто бы только что получив разрешение на то чтобы говорить такие слова. — Да-да, дорогой мой друг. Это сиськи. И ты начинаешь усердно мять его член грудью. Чувствуешь себя последней мразью, испортившей бедного мальчика. Хотя он был испорчен ещё до вашей встречи. Этой силой, этими дурными фокусами, этим странным воспитанием и тем количество крови, которое он способен был проливать. Не своей, конечно. "Испорченный" мальчик истекает предэякулятом и стонет как сучка. Он твоя сучка. Он теперь действительно твой. Тебе решать, когда ему кончить. Ты резко встаёшь, даже немного возвышаясь над ним, стоящим на полусогнутых от дрожи в коленях ногах, тем самым создавая иллюзию доминирующей стороны. Хотя сама понимаешь, что попалась на крючок этого маленького проказника. С силой давишь на его плечо и опускаешь вниз, из-за чего тот падает на колени перед тобой. Его глазки выражают полнейшее непонимание. — Теперь твоя очередь. И, подпихнув его голову рукой, ты утыкаешь его лицом в свою промежность. Попи сидит в таком положении ещё пару секунд, затем кладёт руки на твои бёдра, подняв на тебя взгляд, хитро улыбается. В глазах загорается огонёк злорадства. — А это... киска? — он спрашивает это вновь не так уверенно, как говорил про "жопу". — Если хочешь, называй её так. И он назовет её так ещё и ещё. И это только за незнанием остального. Мальчишка стягивает с тебя штаны до колен, и ты садясь на шезлонг, раздвигаешь ноги чуть ли не прямо перед его лицом. Да, нижнего белья ты не надевала нарочно. И уж точно не рассчитывала, что он так быстро уломается. Ты гладишь Попи по голове, подталкивая к действиям. — Понял, что надо делать? Ничего не ответив, он наклоняется к твоим нижним губам и аккуратно их целует. Немного двигая язычком, щекочет твою дырочку. У него прекрасно получается дразнится, но он, наверное, не знает что дальше. — Лижи. — Ты с силой упираешь его лицом в промежность, и его губы ложатся как раз на клитор. Ты затаила дыхание в предвкушении этого момента. Неужели ты наконец трахнешь этот прекрасный ротик? И горячий шаловливый язычок прикасается к твоему клитору. Он так смело делает движения с самого начала, вау, какой умничка. Непонятно, где он этому научился, но язычком работал он просто отменно. Тебя охватывает жар. К язычку добавляются губы. Он так жадно и усердно делает куни, как будто хватается за эту возможность, которой может и не быть больше никогда. Он лижет как последний раз. О, этот мальчик... он полностью прекрасен. Так хочется кончить. Но впереди ещё самое сладкое. Ты резко отрываешь его руками от промежности и смотришь на него. Видок у мальчика — просто не оторвать глаз. Растрёпанная чёлка, глаза блестят, язык высунут, и с него стекает капелька слюны. А эти губки... они такие припухшие, розовые, нежные. И мокренькие. Такие, мать их, мокренькие. И это от того, что играл ими с твоей киской только что. От одного взгляда на него можно кончить. Но ты ещё держишься. — Попи... Ты наклоняешься к лицу мальчика. Держишь его голову обеими руками. Какой же он милый. Тебе хочется держать его вечно, и никогда не отпускать из своих объятий. Ты поднимаешь его к себе и целуешь эти сладкие губы. Обнимаешь его крепко. И он в ответ делает то же самое. Он точно никогда бы не поверил, если бы ему сказали что его первый серьезный поцелуй произойдёт после того, как он сделает кому-то куни. — Попи, — шепчешь ты, отрываясь от его губ, — Слушай, это было круто, но... — Тебе правда понравилось? — Попи так искренне интересуется, что ты не можешь его не обрадовать. — Да, это настолько круто, что я хочу ещё. Теперь трахни меня. Трахни меня по-взрослому. Попи хотел было открыть рот, чтобы задаться соответствующим вопросом из оперы: "А как?" но ты во время подмечаешь: — Там сориентируешься, что куда вставлять. Но он всё равно не понимает. И тебе приходится класть его на шезлонг и смотреть ему в глаза, гипнотизируя его. — Сейчас я тебе всё покажу. И ты со всего маху садишься ему на член. Ну это уже точно фокус какой-то. Удивительно, но хоть он размер у него небольшой, но чувствуется он довольно плотно, горячо и объёмно. И при этом не доставляет никакой боли. А может, ты сама отвыкла от больших размеров. А ещё может быть, при одном взгляде на Попи, твоя киска сжимается до такой степени, что где-то за миллиарды световых лет от солнечной системы взрывается случайная галактика. И перед твоими глазами теперь разлетаются звёзды, и ты неосознанно начинаешь прыгать на его члене и постанывать. Мысли просто слились в одни огромный клубок, и не хотели растпутываться, и слух немного затуманился, именно поэтому ты не слышишь, насколько громко стонешь и дышишь на самом деле. Из этого предоргазменного плена тебя вырывает сам Попи, который ставит тебя раком и пытается аккуратно войти. — Оу, я смотрю, ты уже разобрался что и как делать? — с твоего лица не сходит хитрая улыбка и злобный взгляд. В глазах Попи горит всё тот же огонёк безумия, улыбка на лице становится маньячной. В один момент ты понимаешь, что ваши лица выглядят примерно одинаково. Он резко входит в твою сжатую дырочку и хихикает от ощущения власти над кем-то. — Теперь я тебя трахаю! Я трахаю твою офигенную киску! — он злорадно усмехнувшись, шепчет это почти над твоим ухом, и начинает двигаться так неистово сильно, что сам не замечает, как его член снова истекает смазкой уже внутри тебя. — О, да! — рычание вырывается из твоей груди. Попи скорее всего не знает, что нужно вовремя вытаскивать. И пока он не на пределе, можно самой проявить инициативу. И ты начинаешь насаживаться на его член сама. Он трахает тебя так грубо и глубоко, сжимает твои бёдра до синяков, и это просто сносит вам обоим крышу. Для такой ситуации можно было бы придумать анекдот из оперы "Ебутся однажды два клоуна". Ведь один из вас клоун по профессии, а другой — по жизни. Такой слегка агрессивный секс. Это именно то, чего ты хотела. И ты добилась этого. Добилась того, что такой непослушный мальчик смог тебе покориться. Вкус победы несоизмеримо сладок. В один момент всё поплыло перед глазами, и ты понимаешь, что кончила. Раньше него, правда, но это только стоило. И так сладко ты не кончала уже очень давно. Попи делает ещё несколько фрикций и в последний момент выскальзывает из твоего лона, чтобы кончить прямо на шезлонг. Ты смотришь на него и видишь, какой он распалённый. Он так тяжело дышит, его тело подрагивает. Именно таким ты хотела его видеть как можно чаще. — Хорошая тренировка получилась? — иронично спрашиваешь его ты, подозревая, что он затеял всё это только ради того, что произошло сейчас. — Да, замечательно ты постояла в планке, — запыхавшимся голосом отвечает зайчик. С минуту вы молчите, глядя друг на друга. — Слушай, что это вообще было? — не выдерживает Попи. — Это был секс. Теперь ты понимаешь, как это происходит? — ты усмехается над ним, но он в силу того, что не способен всё быстро переварить, не понимает шутки. — Интересно получилось. — Может потренируемся теперь без выкрутасов? — спрашиваешь его ты, надеясь на положительный ответ. И он отвечает тебе тоже с ухмылкой и тем самым хитрым и в то же время кокетливым выражением лица: — В этот раз без выкрутасов. А в следующий раз с выкрутасами...