Показалось

      Джокеру по жизни везло во всём, разве что, кроме ранней смерти его родителей. От отчима - местного олигарха, обеспечивающего парню, мягко говоря, безбедную молодость, до... Да до чего угодно. Бандитские пули его не брали, он не был обделён ни умом, ни внешностью, ни верными подельниками и друзьями, ни женским вниманием.       Но с одним лишь никак не складывалось у Саши - с личной жизнью. Настоящей, а не на одну-две ночи или недели. Его давно тяготило отсутствие человека, с которым он смог бы разделить не только и не столько постель, но и радости, тягости, горести, чаяния, отчаяния... Человека, с которым можно было бы идти рука об руку по жизни при любых обстоятельствах. А если бы эта понимающая душа находилась в таком же понимающем теле, то цены бы ей не было.       А как встретить того самого человека? Некоторые вон так и помирают, не встретив своё единственное. А где оно, это единственное, ходит, какими путями? Хрен узнаешь. Да и времени на новые знакомства особо нет.       В какой-то момент Саша забил на свои думы по поводу спутника жизни, успокаивая себя тем, что, мол, всё ещё будет, он молод, красив, богат, и вообще, нахрена загоняться на эту тему... Но ему было очень одиноко порой. Пиво с друзьями и сауна с блядями уже не спасали - и пиво не лезло даже под футбол, и продажные женщины вызывали отвращение вместо возбуждения. Ведь увлечение - это просто увлечение, а хотелось чего-то большего, светлого, возвышенного, яркого, такого, как гром среди ясного неба, как взрыв, как прилёт метеорита. С другой стороны, зачем этот гром с метеоритами? И так острых ощущений хватает по жизни. Что ни день, то перестрелки да взрывы. Да и одному беззаботнее: отвечаешь только за себя, никто не выносит мозг скандалами и приступами ревности... А то, что одиноко, так проще собаку завести, а не постоянную девушку.       Однажды Джокеру подумалось, что тем самым его человеком может стать Шрам, но всё же парень сомневался, не смотря на то, что тот много раз спасал его от вражеских пуль, отмазывал от предъяв Ворона после загулов хрен знает, где, и вообще... после того, как они вдруг переспали по пьяни.       Джокер из этого почти ничего не помнил, но ощущения, вроде бы, остались приятные, не считая дикого похмелья. То ли опять тогда кто-то мухоморов в самогон подсыпал, то ли ещё что похуже случилось, то ли вообще ничего и не было. Да и Шрам молчал об этом - значит, может, и не было, а показалось, почудилось во сне.       Джокер решил потом не заморачиваться и не думать о том инциденте - мол, всякое может случиться спьяну, да и не факт, что это было, а если и было, то, как говорится, один раз - не...       Но Шрам то ли специально, то ли случайно однажды в кабаке у Максимыча напомнил о том, что якобы случилось. - Саш, а помнишь, как мы с тобой зажгли? - Где? - подавился Джокер пивом и напрягся. - Когда дом того наркодилера спалили? Хорошо, что огонь на дома невиновных людей не перекинулся, иначе совсем пиздец был бы. - Да нет! - улыбнулся Шрам во всю свою голливудскую улыбку. - До этого. Мы с тобой вдвоём, у тебя на хате! Да ладно... Неужели не помнишь? Тебе же вроде понравилось! Хочешь, повторим, чтобы ты вспомнил? Я не против. - Чего?! Да ты какую-то пургу гонишь... - растерялся Джокер, не поверив своему соратнику, своей правой руке, телохранителю, водителю, который внезапно намекнул на то, что он ещё стал и его любовником. Это было уже слишком. - Я помню, что мы нажрались и устроили какую-то оргию, девчонок позвали... Вроде классно время провели, весело было. - Ну да. Так и было. Только девчонок ты потом прогнал и заявил, что хочешь со мной попробовать. - С тобой?! С какого перепугу?! - крикнул возмущённый Джокер. Злился он, скорее, на себя, а не на Шрама, просто потому, что память о той ночи двухнедельной давности сохранилась в его мозгах фрагментарно, а не полностью. - А я знаю? Переклинило тебя наверное. Может, новых ощущений захотелось. - Я половину не помню, - честно признался Джокер. - Накидался тогда, как чёрт... Вить, ну скажи, что ты гонишь! - Саш! Да я за тебя жизнь отдам! Мне ли тебе врать?! - взбесился Шрам, стараясь, всё же, не повышать голоса. - Если было, то было! Я и сам в шоке до сих пор. От того, что и мне тоже... ну... понравилось с тобой. Я ж нормальный пацан! - стукнул по столу Шрам. - Да знаю я, знаю... Нормальный. И девушка у тебя есть. - Завис Джокер. - Так и я нормальный! Ну, и чего нам теперь делать? Как всё это разрулить? Может, нам с тобой это просто показалось? - Что показалось? - Что мы с тобой в одной койке были вдвоём, без баб! - Бабы были. Сначала. Но потом ушли. А ты утром был совсем не аллё, вот и забыл некоторые подробности. Нет, ну, я тоже не всё помню, но в целом... Саш, я не в обиде, что ты мне не веришь, я ж не девочка, чтоб обижаться. Но нахрена мне тебе врать? Мы столько всего вместе прошли, а ты мне предъявляешь какой-то... этот... вотум недоверия, - сумничал парень.       Джокер обдумал всё сказанное Шрамом, ковыряясь вилкой в салате, потом психанул, кинул вилку на стол, попутно задев рукой бокал с недопитым пивом и опрокинув его. - Твою ж мать!.. А как это хоть было-то?! - Подробностей хочешь? - ухмыльнулся Шрам и заговорил тише. - Если чё, ты был снизу, Саш. - Пиздец... - вздохнул ошеломлённый Джокер. Не то, чтобы его удивило это откровение интимного характера - он пробовал всякое-разное с девушками по вызову, но чтоб с парнем, да ещё и с ближайшим соратником... Это было уже за гранью. - А почему мне на утро больно-то не было? Должно ведь было быть больно наверное. - Потому что я тебе не враг, и был с тобой нежным и осторожным. И вообще, когда башка раскалывается с похмелья, боль в других местах можно и не заметить. - Да уж... Логично, - согласился Джокер. - Вот ведь чёрт! Уж лучше бы больно было в заднице, а не в голове! - Почему? - Потому что тогда я бы вспомнил о том, что было! - Ладно, Саш, давай об этом потише. Мы тут вроде одни сейчас, но, сам понимаешь, даже у стен есть уши. - Да нихрена я не понимаю, как такое в принципе могло произойти! - взвился парень. - Что я пил тогда вообще?! - Текилу. Потом коньяк. Дальше - что попало.       Бармен Максимыч деликатно кашлянул, став невольным свидетелем части диалога на пикантную тему, который, к счастью, немного заглушался музыкой, и застыл с подносом около двух парней, чуть не расплескав его содержимое. Ничего особо скандального он не успел услышать, лишь обрывки фраз типа "койка...снизу...без баб..." Впрочем, за свою барменскую карьеру Максимыч наслушался такого от посетителей своего заведения, что удивить мужчину было уже практически нечем. - Текилы сегодня, к сожалению, нет, закончилась. А вот ваше пиво. - Спасибо, - пробурчал Джокер. Ему уже не хотелось ничего - ни пива, ни текилы, ни просмотра трансляции футбольного матча с одной из его любимых команд. - Нет, ну бред какой-то... Я ж не педик! - Всё, Саш. Не парься ты. Успокойся. Со всеми бывает. - Со мной не бывает! - заверил друга Джокер. - Но ведь было. Значит, бывает, - заулыбался Шрам. - Поржи мне ещё тут...       Тот вечер в "Котле" для Джокера и Шрама закончился прелюдией к проверке на тему "бывает или нет" прямо в сортире кабака.       Джокер после смелых ласк и поцелуев Шрама остался приятно удивлён и признал, что, оказывается, и с ним такое бывает. - Ну чё, Саш, к тебе или ко мне? - уточнил Шрам, похотливо улыбаясь и крепко обнимая Джокера в кабинке туалета, давая почувствовать степень своего возбуждения. - ...Пока ты не накидался. А то опять скажешь, что ничего не было и ничего не помнишь. - Ко мне, - обречённо выдохнул Джокер, привыкший к своей новой уютной квартире, но пока не привыкший к новому формату отношений со Шрамом. - Проверим, что ты за герой-любовник. - Пока, Максимыч, спасибо тебе за всё! Доброй ночи тебе. Или... Бодрой! - помахал рукой на прощание бармену "Котла" Джокер, покидая питейное заведение и небрежно бросив на барную стойку в качестве чаевых пару пятитысячных купюр. - И вам не хворать, ребята, заходите почаще, - ответил Максимыч, бережно складывая щедрые чаевые. - Куда ж мы без тебя? Ещё как зайдём! - рассмеялся Шрам.       Тогда ещё Джокер и представить не мог, что главным человеком в его судьбе окажется именно бармен Максимыч...