Моя маленькая мечта

Канун каникул 1997

      Девушка молча собирала подарки адресованные своим родителям: там был теплый шарф для папы и мускатное масло для мамы. Это все юная Грейнджер купила в Хогсмиде, когда в очередной раз вышла «погулять» с Кормаком. Гермиона встрехнула головой потирая виски. В ее жизни стало слишком много Маклаггена. — Жаль, конечно, что ты не можешь приехать к нам. — Сказала Джинни обнимая подругу. — Родители были бы счастливы, они тебя очень любят! — Джинни, обещаю, — закрывая посылку говорит Гермиона, — я проведу у вас весенние каникулы, а сейчас я не могу, я действительно не могу.       Уизли понимающе кивнула чмокая подругу в щеку. Гриффиндорки крепко обнялись, вроде прощаются не на несколько недель, а на всю жизнь. Гермиона чувствовала тепло объятий подруги и карамельный запах от ее волос. — Кстати, — оторвавшись от Джинни начала Грейнджер, — у меня для вас есть подарки. Но твой я хочу подарить раньше.       Из-под кровати девушка достаёт маленькую красную коробочку перевязанную золотой ленточкой — все в цвете любимого факультета. — Это тебе. Можешь посмотреть сейчас. — Гермиона! — Глаза подруги заблестели. — Спасибо большое!       Аккуратно, почти не спеша, хоть это и было невозможно потому что Уизли хотела как можно быстрее раскрыть подарок, девушка развязывает красивую ленточку и поднимает крышку: внутри обитой бархатом коробке лежала серебряная бутылочка. — Гермиона!       Джинни радостно визгнула хватая пузырек с духами. Это было как раз то, на что она так давно смотрела в магазине «Шапка-невидимка», там как раз кроме новой коллекции мантий завезли парфюм, поэтому и не удивительно, что все красавицы Хогвартса хотели купить именно этот — «Стрела Оникса». — Они же… Гермиона, — Узли-младшая налетела на девушку крепко прижимав к себе, — я их хотела! — Я знаю, поэтому решила тебе подарить именно их. — Они ужасно дорогие!       Джинни судорожно начинает рассматривать подаренный флакончик. Бережно открывает, вдыхает чарующий аромат и издает протяжной стон наслаждения. Гермиона наблюдает за подругой и, широко улыбнувшись понимает — подарок удался. Зашедшие однокурсницы не совсем понимают почему Уизли такая радостная носится с коробкой, но Джинни даже не замечает их, она полностью погружена в прекрасный аромат с нотками персика. Смотря на лучшую подругу, какой и являлась для Гермионы Джинни, сердце замирает от умиления, а улыбка сама по себе не сходит с лица. — Я и для Гарри с Роном, и для твоей семьи приготовила. Вот, — указывает Грейнджер на маленькую посылку, — это для моих родителей. Буду отправлять сегодня, остальным — перед Рождеством. — А у меня тоже есть для тебя подарок! — Не выпуская с рук флакон говорит Уизли. — Только ты его получишь в день самого Рождества. Он особенный. Кстати, я знаю, — Джинни переходит на шепот, — что Рон тебе тоже кое-что приготовил. Он поэтому так разозлился тогда когда узнал, что ты не поедешь к нам. — Я буду рада получить это все на праздник и съесть все самой!       Девушки задорно засмеялись, повод для их веселья был известен только им, но они и собирались с кем-то делится своими секретами. Иногда, когда они подолгу гуляли или делали задание в Выручай-комнате, то фантазировали про свое будущее. Конечно, Джинни не видела свою жизнь без Гарри, удивлялась его уму, силе и выносливости, так же, Уизли любила подолгу рассматривать его колдографию и признавать, что он еще тот красавец. С Гермионой было тяжелее, она видела себя в Министерстве Магии на должности одного из Авроров или, на худой конец, колдомедиком или, если ее жизнь совсем пойдет по наклонной — то медсестрой в Хогвартсе. Джинни каждый раз говорит о том, что хочет услышать не «очередную карьерную историю», а дальнейшую жизнь…с ее братом. Грейнджер всегда уклончиво уходила от ответа, она понимала, на что намекает Джинни, но ответить так сразу, что после школы побежит с ним под венец, все-таки не хотела. Да и о замужестве и детях гриффиндорка задумывалась в последнюю очередь. Сначала, как планировала свою жизнь Гермиона, она закончит школу, пойдут учиться дальше, а потом, лет еще так через десять, она готова будет выйти замуж за милого парня Рона. Джинни всегда смеялась с таких точных расчетов, ведь ее брат как бы не любил Гермиону отличался по своей натуре вспыльчивостью, поэтому может и не дождаться. — Спасибо большое, еще раз! — Трепеща говорит Уизли-младшая. — Это самый лучший подарок!              Грейнджер посмотрела в след подруге, которая выбежала из спальни с коробкой — пошла хвастаться своим одногруппницам, особенно Кэсси Мидлтоун, которая в том году обозвала Джинни «нищенкой».       После ухода подруги Гермиона написала адрес родителей на посылке, несколько раз брызнула на неё сандаловой водой и, накинув на себя пальто, отправилась в совятню. С учетом того, что зима была не такой уж холодной в ее городе, а в Хогвартсе постоянно были снежные бури, то под подсчетам гриффидорки посылка должна была прийти за четыре дня.       После уроков некоторые студенты собрались поиграть в снежки, конечно этим занимались младшие, старшие собирались группками в своих гостиных или же в укромных местах. Вот и сейчас, в дальнем углу заднего дворика Гермиона заметила Патил и какого-то парня, скорее всего это тот ученик из Когтеврана, который ей давно нравился. Грейнджер улыбнулась — на этом месте, на пятом курсе, она целовалась с Виктором Крамом. Приятные воспоминания накрыли девушку с ног до головы, окуная в омут сладких грез по поводу игрока из Болгарии. Если бы Виктор снова ей написал, скорее всего, девушка бы не ответила, но была бы безумно рада тому, что она может нравится завидному парню всего Дурмстранга. — Грейнджер, надо же, какая встреча.       Гермиона сразу узнала этот противный голос. Она обернулась и увидела Малфоя, который стоял ледовой горке держа в руке огромную посылку. — Что тебе нужно? — спросила девушка. — Да так, — пожал плечами Драко с лёгкостью подкинув посылку, — решил узнать куда идешь. — Для чего? — Чтобы не ходить туда, где находилось твое грязное тело.       Слизеринец в долю секунду скатился по горке и остановился почти возле Гермионы. Его пронзительный взгляд прожигал ее насквозь, он криво ухмыльнулся, показав идеальные зубы. — Я смотрю ты несешь свои пожитки…кому? Нищему рыжему предателю? Так он вроде не уехал еще. — Чего тебе всегда надо?       Не дожидаясь ответа Гермиона хотела развернутся чтобы уйти, но Малфой с силой выбил ее посылку из рук. — Что ты делаешь?! — «Любимым маме и папе». — Прочитав Драко гордо выпрямив спину. — Я всегда забываю, Грейнджер, что у тебя есть родители и ты не полностью несчастна.       Гермиона наклонилась к посылке и, подняв ее, начала отряхивать от снега. Благо, утренний мороз сделал так, чтобы снег не был мокрым, поэтому ее посылка почти не пострадала, не считая маленькой вмятины справа. Девушка зло посмотрела на Драко, решение кинуть в его Круцио было замечательным, но вот подставлять свою жизнь из-за него она не собиралась. Заметив, что слизеринец рад своей маленькой победой, Гермиона что есть силы толкнула его в грудь. Ожидавший чего угодно но не этого, Малфой поскальзывается и, кинув свою коробку, шлепается на спину. — Сучье отродье! — Шипит он держась за голову. — Ты еще пожалеешь! — Малфой, я каждый день сожалею о том, что мне приходится видеть тебя.       Слушать дальнейшие высказывания от слизеринского принца девушка не хочет, она поправляет свое пальто, еще раз вытирает посылку и, улыбнувшись лежащему Драко, разворачивается к совятне. Как оказалось, сила в плюсе с гневом может разрушать то, что когда-то считало себя сильным. Эта маленькая история подняла настроение гриффиндорке еще больше. С легкостью поднявшись на ступеньки и, вынув из кармана угощение для совушки, Гермиона заметила, что в башне она почти одна, половину птиц нет, а ее любимая как раз завидев ее ухнула с места и подлетела к ней. — Вот так, это тебе, милая, тебя ждет дальняя дорога.       Отдав посылку сове, Гермиона погладила ее по голове и отпустила — половину дел было сделано, теперь, можно будет отдастся полностью помогая профессорам.       Идя обратно Грейнджер заметила, что Малофой уж не лежит корячась от боли. Несколько первокурсников пробежали рядом с девушкой чуть не сбивая с ног. Они радостно что-то выкрикнули ей и помахали рукой перед тем как скрыться за акведуком. Гермиона и не думала отчитывать малышей, она прекрасно осознавала, что в одинадцать лет как никогда веришь в чудо.       Дойдя до гостиной в полной тишине Гермиона с радостью присела на диван возле камина. Она опустила голову влево-вправо, вниз-вверх, сделав таким самым маленькую разминку. На столе лежало чья-то книга, гриффиндорка сразу посмотрела на обложку " История Бартоломью Барто и его друзей». Это была одна из самых интересных книг в жанре фэнтези. Девушка открыла несколько страниц вдыхая аромат напечатанных листов. — Привет, Гермиона.       Позади девушки просто неоткуда вырос Кормак. Он наклонился на спинку дивана и теперь заглядывал на читающую гриффиндорку. — Я видел ты ходила на почту. — Привет, Кормак, да, ходила.       Гермиона явно не была рада тому, что он пришёл и принес с собой нагнетающую атмосфера: воздух стал сжатый, тяжёлый, казалось, вздохнуть полной грудью было просто невозможно. — Отправляла что-то домой? — Да, подарки на праздники. — А я получил.       Гермиона поддерживающе кивнула отложив книгу обратно на стол. Маклагген тем временем обошел диван и сел в кресло рядом. С такого удобного положения он мог разглядывать гриффиндорку с разных сторон. — Мне там прислали сладости и разную мелочь, если хочешь, когда-то попьем чай с моим любимым яблочным пирогом. — Может быть. После выходных? Ты же, наверное, уезжаешь. — Нет, мой отец не будет дома, поэтому я остаюсь.       Гермиону как водой окатило. Она быстро посчитала кто из Гриффинда остаётся на каникулы: она, Дин, Лаванда и… Кормак. Парень, который не понятно что от нее хочет и у которого явно проблемы с головой. — Чудесно. — Залепетала девушка. — Дин тоже остаётся, и Лаванда тоже, можем устроить чаепитие здесь. — Нет, Гермиона, те сладости не для всех.       Маклагген криво улыбнулся, Гермиона резко соскочила с места больно ударяясь ногой об угол столика. — Все в порядке? — спокойно спросил парень. — Наверное, — шипя от боли произнесла гриффиндорка, — просто показалось.       Грейнджер уже второй раз замечает, что в поведении Кормака видит его — Драко Малфоя. Вот такую же ухмылку она видела сегодня перед тем как он выбил из ее рук посылку. — Я просто, ух, — Гермиона присела назад, — видимо попала в нужную точку. — Дай помогу.       Кормак присел на корточки рядом и взял ее ногу. Он что-то стал прощупывать и давить, а когда Грейнджер пискнула вжимаясь в диван понял — скорее всего она повредила лодыжку. Он вынул из кармана палочку и навёл на ногу, секунда, и боль отступила, а лодыжку опоясало что-то холодное. — Спасибо, я даже сразу растерялась, — сказала Гермиона, — ты так быстро все сделал, не думала, что в тебя такие хорошие знания про заживляющие. — Да так, — отмахнулся парень, — иногда читаю на досуге. Я же играю в Квиддич, мне положено знать хотя бы азы. — Это да, я даже не сразу про это вспоминала. Спасибо, Кормак. — Теперь ты должна со мной разделить пирог и чай. — Уговорил.       Гермиона не хотела соглашаться, она ещё помнила тот случай в библиотеке, но сегодня Маклагген казался мягким и действительно другим. Грейнджер решила, что от одного чая ничего не будет, поэтому решила согласится. — Тогда договорились, Гермиона, — почти смакуя произнес ее имя Кормак, — на Рождество ты, я и чай.       Грейнджер мило улыбнулась потирая недавний ушиб. Она уже хотела было направится в спальню, чтобы взять книгу Амалии Хорт и почитать возле камина, но на ее глаза попалась запекшаяся кровь на голове Маклаггена. — У тебя кровь… — Разве? — Кормак привстал и дотронулся до головы. — Это в мене попали снежком, когда забирал почту. Наверное, он был с частичками льда.       Гермиона хотела было предложить помощь, но почему-то промолчала. Перед ее глазами встала картина Малфоя и того как она его толкнула, он тоже ударился головой. — Все хорошо? Нога больше не болит? — Да, да, все нормально. А когда ты ходил в совятню? — Утром, — сказал отречено Маклагген, — после дуэли с одним из слизеринцев быстро сбегал и наткнулся на третьекурсников.       Гриффиндорка кивая согласилась, ее навязчивая идея и постоянные мысли о Малфое и схожести с Маклаггеном становятся навязчивыми и это нужно прекращать.       Кормак сказал, что ему нужно пойти в медкрыло, а Гермиона все-таки решила почитать, хоть ее мысли были не настроены на это любимое дело. В голове всегда крутился Малфой и Маклагген, Грейнджер иногда останавливалась и отрывалась от чтения, ведь ее мысли про неимоверные схожести этих парней просто кричали.       Рон и Гарри пришли вместе с Джинни. Они принесли несколько бутербродов и апельсиновый сок. Гермиона встретила их широкой улыбкой и с радостью пригласила разделить с собой теплый диван.       В тот день Гермиона немного расслабилась когда сидела рядом с Роном. Он рассказывал про Чарли, про драконов, говорил, что обязательно покажет ей все колдографии, которые у него есть, а еще Рон пообещал сводить ее в лес на пикник, потом, когда будет весна. Гриффиндорка невзначай дотронулась до его руки, а Уизли заметив этот жест ласково положил свою ладонь на ее. Большая победа начинается с маленьких шагов.