la passion parisienne

***

      — Любовь моя, я, конечно, понимаю, что ты у меня красавица, но с помощью этого выклянчивать скидку на круассан… — с удивлённым взглядом обращается к девушке Чимин, пока та занимала место за столиком, где пара расположилась. — Значит, как пойти сделать заказ, так ты английский не знаешь, а как подслушивать — это ты можешь лучше всех! — возмущалась ему в ответ Виен. — И вообще, тот парень очень хорошо убавил нам цену, — довольная своей работой, светловолосая хитро улыбается, глядя на Пака. — Тебе, милая. Тебе, а не нам, — исправляет даму шатен, убийственно разглядывая молодого человека, кто принимал заказ у сероглазой, не подозревая, что девушка, которая пару минут назад печально опустила голову, когда узнала итоговую цену, на самом деле пришла со своим возлюбленным. — Зато мы сберегли немного денег, — всё-таки почувствовав небольшую вину, отговорилась Виен. — В следующий раз я просто не отпущу тебя одну, — резко перевел взгляд с работника на неё Чим.       Это было ваше первое совместное путешествие спустя год отношений. Светловолосая давным давно грезила о Париже, ведь Франция — её вторая родина. Однако, работая в Пусане, не так легко просто и быстро выбраться в желаемое место. Только однажды познакомившись с парнем, Виен поняла, насколько важно не сидеть на одном месте, ограничивая себя одной работой и делами. Пак всегда любил путешествовать с семьёй или друзьями, и если вдруг куда-то собирался, сразу же пытался утащить с собой даму сердца. Иногда у него получалось, иногда нет. И вот, наконец-то нашлось идеальное предложение — Париж. Заодно будет возможность познакомиться с родителями девушки. Молодая пара гуляла по прекрасным улицам города любви. Заходила в магазины, дабы приобрести что-нибудь новенькое для обоих шопоголиков. Как только по пути попадалась лавочка, так девушка сразу же просилась посидеть, ссылаясь на уставшие ноги, а безотказный Чим моментально соглашался, тяжело вздыхая и приговаривая себе под нос: «Какая это лавочка по счёту? Двадцатая?». На самом деле он готов садиться хоть на каждые тридцать лавочек, лишь бы вновь видеть, как счастлива Виен. С какой улыбкой до ушей она обсуждает с ним всё, начиная от всех прелестей города, где она родилась до случайно пробегавших кошек.       Нужно отметить, что отец девушки всё-таки остался корейцем до мозга костей и настоял, чтобы семья переехала в Пусан. М-да, единственное, что светловолосая взяла от папы — это упертый характер и прекраснейший разрез глаз, намекающий на присутствие азиатской крови. Конечно, для матери покинуть родную страну оказалось слишком тяжело, но что только не сделаешь ради родных? Однако с возрастом мама Ли Ви Ен поставила всех перед фактом, что свои самые лучшие годы намерена провести в родной стране. Дама не смогла бросить работу просто уехав, поэтому осталась одна, обещая наведываться к родителям как можно чаще. Кстати, вовсе не зря. Если бы та уехала, то ей не посчастливилось бы встретить такого прекрасного парня, с которым она готова разделить всю оставшуюся жизнь.       Пак переминается с ноги на ногу, стараясь унять волнение, от которого потели ладони, а также немного потряхивало. — Всё будет хорошо, — наблюдая на этой картиной, Ли решает подбодрить молодого человека. — Может, пойдём ещё посидим на двадцать пятой лавочке? — предлагает Пак, понимая, что не в силах успокоиться. Виен тяжело вздыхает, нажимая на кнопку звонка возле входной двери. У парня внутри сжимается абсолютно всё. Глаза приоткрылись в испуге. Раздаётся звонкая мелодия, оповещая хозяев о гостях. — А если я им не понравилюсь? — еле слышно шепчет тот, не убирая взгляд с двери. — Тогда им придется смириться, — с лёгкостью отвечает она. Буквально пара секунд, и молодую пару встречает выразительно улыбающаяся женщина средних лет. Чимин был поражен сходством матери с дочерью. Всё-таки неземная красота Ли — заслуга матери. — Здравствуйте! — низко кланяясь, приветствует Пак, что вызывает у Виен улыбку. — Ох, Чимин, не нужно таких формальностей. Это бы оценил мой муж, но со мной нужно быть проще, — доброжелательно отмечает она, а шатен, в свою очередь, удивляется хорошему корейскому женщины. — Ну что, дочь. Все лавки обошла? — с издёвкой спрашивает родитель, зная дочку как облупленную. Мать тянется в объятия девушки, не дожидаясь ответа. Ли охотно отвечает. С помощью этих ласковых рук она поняла, как сильно тосковала по ней, как много хочется рассказать и показать. Пак не убирал улыбку с лица, наблюдая за довольно душевной картиной со стороны. — Заходите скорее! — нехотя оторвавшись от дочки, женщина зовёт всех внутрь. За обеденным столом сидит отец Ли, внимательно разглядывая молодого человека, зашедшего вместе с его дочерью. Пак повторяет свое приветствие, стараясь не показывать сильного волнения. Это вызвало у мужчины довольную улыбку. — Ну, здравствуй, зять! — вставая из-за стола, приближается к паре тот, а затем, разведя руки, заключает дочь в свои сильные крепкие объятия, на которые девушка отвечает с такой же любовью.       Всё остальное время они сидели за накрытым столом, разговаривая о всем, о чем только можно. Показывали свои апартаменты, рассказывая что где находится. Удостоилась чести знакомства даже черно-белая кошка, проживавшая с родителями Ли уже два года. После приветствия Пак буквально не выпускал животное из рук. В целом пушистое существо тоже всё устраивало. Не расспрашивать Чимина о самом себе было бы преступлением, поэтому родители девушки практически полностью изучили возлюбленного дочери. Кареглазый быстро расслабился, почувствовав, что с этими людьми можно быть собой, настолько они расположили к себе, казалось бы, незнакомого человека.       — Ли, мы будем не раньше часа ночи, поэтому не ждите. Ложитесь спать, — надевая лакированные черные лодочки, наказывает мать, будто Виен тринадцать лет. Как оказалось, родители собирались на встречу к близким друзьям, чтобы хорошенько нагуляться. Конечно же, молодые препятствовать сию событию не стали. Особенно с учётом того, что у Ли были кое какие задумки касаемо Чимина. — Милая, я думаю, что люди, которым за двадцать, в состоянии разобраться, чем им заняться, — стоя около двери, высказывается отец. — Хах, не переживайте, дом будет цел, — обещает дочь, с улыбкой на лице, провожая родителей. — Я рада это слышать, — никак не унимаясь, женщина поправляет причёску, глядя на себя в зеркало. — Ну всё, — наконец, довольна своим видом та тянется к дочери, чтобы поцеловать на прощание. — Не скучайте. — Не волнуйтесь, мадам Кюри, я присмотрю за вашем счастьем, — утешает рядом стоящий Пак, показывая широкую улыбку. Девушка закатывает глаза, а родители выдают негромкий смешок, а затем вовсе покидают дом. — Твои шуточки… — бубнит себе под нос та, уходя в непонятном направлении. — А что с ними не так, любовь моя? — пытается догнать даму Чимин. Кареглазый замечает, что она поднимается на второй этаж по лестнице, решая последовать за ней. Как никак он дал обещание следить за Виен. Парень даже не подозревал, что девушка, которая постоянно жалуется на усталость в ногах, так быстро убежит от него. — Куда ты подевалась, милая? — поднявшись за ней, интересуется тот, не понимая, в какую из команд ему идти. — Попробуй пойти на звук, — моментально раздаётся голос любимой. Пак хитро ухмыльнулся, стоило тому услышать, что звук шел из ванной комнаты. Как только парень зашел к Ли, так моментально впал в ступор. Перед ним стояла полуголая красавица, очевидно, довольная тем, что ей удалось произвести немалое впечатление на молодого человека, глаза которого до сих пор бегали по телу девушки в красивом нижнем белье. — Так вот что ты прятала под домашним халатом, — заметив лежащую возле ее ног фисташкового цвета вещь, бархатным голосом произнёс Пак. — Ты прекрасна, — разглядывая, вероятно, новое белье, не скрывает впечатления тот. Он хотел приблизиться к даме, но та отрицательно покачала головой, хитро улыбаясь. Это заставило парня остановиться, пускай слушаться ее вовсе не хотелось. Сероглазая подошла к крану, включив воду, чтобы та набралась. Завораживало то, что в ванной комнате располагалось небольшое окно, открывающее вид на прекрасную достопримечательность Парижа — Эйфелеву башню. Однако, лёжа в ванной, можно было любоваться всей красотой сей картины. Шатен стянул с себя черную футболку, которая в данный момент ему вовсе не понадобится. Оголив рельефный торс, на котором располагались прекрасные тату, что так любила девушка, устоять оказалось слишком трудно. Она резко вцепилась губами в пухлые губы Пака, сминая каждую поочерёдно. Молодой человек тоже не отставал. Его руки плавно спускались с талии на ягодицы, сминая их в ладонях. Не мог он отказаться от соблазна одарить девушку звонким хлопком по нежной коже, что вызывало тихий стон у той во время поцелуя. Девичьи руки ловко подцепили резинку домашних штанов, чтобы аккуратно спустить их к мужской футболке. Чимин плавно отстранился, а после резко развернул девушку к себе спиной, ведя ту к небольшой тумбочке. Прижав Виен к поверхности мебели, он потребовал шире развести ноги. Тот ловко снял низ от белья. Пальцы легли на клитор, принимаясь быстро массировать чувствительную зону. Громкие звуки наслаждения вырывались из уст дамы без всякого стеснения. Спустя некоторое время Пак ввел сразу же несколько пальцев в женское лоно, принимаясь двигаться далеко не медленно. По коже девушки бегали мурашки, ноги немного дрожали в коленях, она жаждала получить то удовольствие, которое ждёт с самого начала. Чимин не собирался обрывать этот момент, он набирал темп, приближая ту к разрядке. — Давай, милая. Кончи для меня, — наклонившись к её уху, соблазнительно попросил он, что и стало завершением через пару секунд. Девушка протяжно застонала, позволяя себе приподнять голову с поверхности мебели. — Какая же ты нахалка. Посмотри, что мне теперь делать с собой, а? — поглаживая любимую по волосам, поинтересовался Пак. Мужской половой орган требовал такого же внимания. И через боксеры это было прекрасно видно. — Я могу тебе помочь, — улыбнувшись, предложила Ли. Девушка сняла с шатена вовсе не нужное белье. Женская ладонь легла на ствол, обхватив его. Недолгая мастурбация, которую та не довела до конца, заставила Чимина недовольно простонать. Однако всё не так просто. Виен вновь отворачивается задом, показывая, что готова помочь немного иначе. Недовольство Пака будто рукой сняло. Парень медленно вошёл в девушку, придерживая ее за горло. Средней длины волосы кареглазый собрал в хвост, немного оттягивая назад, как бы помогая резче входить. Это был вовсе не быстрый темп. Толчки резкие и грубые. Те самые, которые обожали оба. Девушка сама подавалась навстречу бедрам шатена, тяжело дыша. По всей видимости, парню наскучило держать любимую за волосы, поэтому рука молодого человека расположилась на тонкой шее, заставляя ту подняться, прижавшись вплотную телом к Паку. Звонкие хлопки, создававшиеся из-за соприкосновения кожи, раздавались по всему пространству ванной комнаты. Становилось душно и по-настоящему жарко. С горла мужские руки перешли за спину сероглазой, чтобы открыть доступ к груди, которую ограничивал лифчик. Отбросив верх куда-то к остальной одежде, пальцы уже крепко сжимали грудь. Оставалось совсем немного. С губ Чимина также начали вырываться заключительные стоны. Одна рука вновь опустилась клитор, принимаясь быстро массировать возбужденную точку. Виен таяла в его руках, стоило кареглазому становится таким во время секса. Пак совершает последние несколько толчков, после которых быстро выходит из девушки, прижимаясь к ягодицам, изливая на них. Ноги абсолютно точно отказывались держать Ли, поэтому та оперлась на рядом стоящую мебель двумя руками, пытаясь отдышаться. Но парень мигом подхватил ту на руки, неся к уже набравшейся ванной с расслабляющей тёплой водой. Поместив туда даму, он забрался в след за ней. Молодая пара до сих пор не могла восстановить дыхание. — Как удачно ушли твои родители, — откинув голову назад, довольно произнёс Пак, пока тот расположил одну руку на ноге девушки, нежно поглаживая. — Если они будут уходить так каждый вечер, клянусь, я доведу тебя и не до такого состояния, — прозвучало многообещающе с его уст. — Этот город определенно помог с романтической атмосферой и обострил наши чувства, любовь моя.

***

***