Игра с огнем.

Андрющенко застегнула чемодан и не скрывая тоски плюхнулась на кровать. Это конец. Она напилась на вечеринке, устроила дебош и не выполнила несколько испытаний. Все остальные девочки прожили эту неделю спокойно, поэтому каждый понимал, что сегодня выгонят Лизу, впрочем, ей это практически прямо сказала девушка менеджер, уточняя адрес, куда стоило отвезти ее. — надо же — удивилась Мишель, вошедшая в комнату — все девки ушли праздновать твой отъезд, насколько же ты всем осточертела? — чего ж ты не с ними? — настроение у Лизы было отвратительное, но опасалась она отнюдь не этого, она понимала, что и так и так уже в школе последний день, поэтому могла вытворять практически что угодно, лишь остатки здравого смысла останавливали ее от похода к остальным, хотя руки ужасно чесались. — они через нычку алкоголь пронесли, боюсь быть поймана с ними. — Гаджиева села напротив — позлорадствую. У каждого терпения бывает предел, как бы сильно человек не пытался его накопить и усмирить. Это Андрющенко сейчас понимала как никто другой, ведь продолжать собираться под взглядом этой «телки» было невыносимо. Боится, что ее увидят, как же. Хочет просто посмеяться, задеть гордость, дескать смотри, я остаюсь, а ты со своими высказываниями как была одиночкой так и осталась. Лиза спиной чувствовала этот взгляд, пронзающий, внимательный. Насмешливый. Но играть в эту игру можно вместе, поэтому девушка снова села и стала смотреть в ответ на Мишель. Минута. Две. Пять. И тут Лиза понимает ещё одну причину почему Гаджиева пришла. На недавнем задании она выиграла право Вето, которое может использовать чтобы оставить либо себя, либо кого-то ещё при выгоне. Вот же «наглая чурка.» надеется, что перед ней упадут на колени и будут просить о помощи, мол отец меня убьет, я не готова и хочу остаться. Только черта с два, девушка взвесила все плюсы и минусы: ее ненавидит весь состав, учителя будут относиться к ней с презрением, как и те, кто смотрит эту программу, и вообще...ложь. Лиза понимала главную причину. Главный минус. Она не будет просить помощи, тем более от Мишель, ведь в основном конфликте главный участник она, можно сказать, все, что происходит с Лизой это ее вина, ведь «чурки» шуток не понимают. — долго будешь пялиться? — выгнула бровь Лиза, обрадовавшись тому, что смутила девушку своим вопросом. — ты в этой комнате не хозяин, куда хочу, туда смотрю. — вот как. - взрыв гнева. Мало того, что Андрющенко и так скоро уедет с позором, так ещё и сейчас над ней издеваются, ну нет, не бывать такому — тогда может займешься чем-то полезным? Посмотри на обувь у входа — покачивание в сторону одной печальной туфли, которая принадлежит Алисе, чью ногу Мишель сломала. — Сука. — Реакция не заставила ждать, девушка сразу же злобно вскочила, ударив Лизу по лицу — даже сейчас продолжаешь пиздеть не по делу. — а ты больше финала ждёшь, что я буду вето выпрашивать? — оскалилась брюнетка — я уеду нахрен отсюда, но не дам над собой потешаться. Мишель рыкнула и психанув ушла в ванну, открыв окно и достав из нычки сигареты. Лиза же сидела на кровати и понимала, что ей мало, извергающий вулкан злобы не успокаивался, ей надо было кольнуть сильнее, надо было добить, отомстить. Идея созрела быстро, ведь за время проживания под одной крышей можно было изучить заскоки каждого. Впрочем, этих двоих связывала одна тайна, случившаяся в первую неделю. Лиза плохо помнила детали, но напившись и ночуя в той яме у них случилась близость, нет, никто никуда не проникал, они были удовлетворены поцелуями и поглаживанием. Именно тогда Андрющенко заметила как сильно возбудилась Мишель, когда во время оголения ее груди в другой стороне ямы заговорила во сне Кристина. Пока девушка направлялась в ванну, она анализировала, кончила Гаджиева явно от опасности быть замеченной.отлично. Великолепно. — чего теб.БЛЯТЬ. — Мишель не успела моргнуть, как оказалась высунутой из окна. Ее бедра еле касались линии подоконника, единственное, что не давало ей упасть, это Лиза, которая держала ее за воротник. — если отпущу, то перелом шеи тебе обеспечен, — облизнулась Андрющенко — поэтому тебе стоит вести себя скромнее — она сразу заметила как покраснела светловолосая. — какого хуя тебе надо? — томно вздохнув прошептала девушка. — пришла и стала насмехаться, как бы не так, ты сейчас мне ответишь за все. Рано или поздно нас заметят камеры, все увидят тебя возбуждённую как суку от того, что тебя хотят убить. Решила правом Вето покрасоваться? Да хуй в рот я буду у тебя это вымаливать. Я презираю тебя. Если бы ты засунула в сраку свои амбиции и вела себя спокойнее, я была бы тут не пустым местом. Или это твой план изначально был? Сначала смеяться с моих шуток, а потом построить невинную овечку? Да я тебе это вето так глубоко запихаю, сука. — мда.- глаза и покрасневшие щеки Мишель скрыла чёлка, но по одной ее дрожи было понятно все — а ты и правда разумом не отличаешься. — о чем т.- девушка замерла, когда на нее посмотрели глаза, полные слез. — да если бы ты приказала.если бы 'умоляла' или если бы даже просто сказала.я бы отдала его.я думала.может ты остальных стесняешься но.ты просто хочешь сбежать от меня? Да, я вспылила, я держала в себе обиду, о которой решилась сказать в последний момент, но ты хоть знаешь как я себя корю за это? Да, возможно ты бы получила из-за шутки над кем-то другим, но именно осознание, что виновата я.это меня убивает. Я.не знаю, что со мной.я влюблена? Не знаю.но приходя в эту спальню мне будет ужасно тоскливо не видеть тебя. Лиза опешила, отдавшись эмоциям. Мозг кричал «ЗАТАЩИ ЕЕ ОБРАТНО» но девушка поцеловала Мишель. Мозг завопил «ВАС УВИДЯТ» но девушка провела рукой по бёдрам Мишель, отодвигая юбку. — ты ч.чего. — тшш.- не поднимала головы Андрющенко, снимая с девушки нижнее белье — я пообещала себе, что уеду отсюда оторвавшись, что отомщу за твою выходку. да и я уже чувствую, что тебе нравится. — черт.ммм.- когда рука брюнетки коснулась клитора, Мишель вздрогнула, расслабив руки, которые цеплялись за Лизу, поэтому девушка чуть не упала, лишь в последний момент она обвила плечи брюнетки, повиснув снова — использовать то, с чем я пришла бороться против меня. — только представь — приобняла она светловолосую, и начала шептать на ухо, эрогенную зону — в любой момент сюда могут зайти, или же увидеть снаружи, или же.- один палец вошёл внутрь Мишель, снова заставив ее задрожать — ты просто упадешь. — сначала ненавидишь и задеть пытаешься, а сейчас тр.ах.- Лиза словно специально вставила второй палец именно в этот момент — трахаешь.у тебя там биполярка? — кто знает — Андрющенко начала двигаться, грубо касаясь стенок влагалища, что означало, что каждое движение отражалось для Мишель фейерверком эмоций. И это было заметно, девушка скулила, прижимаясь к ней все сильнее и сильнее. Лиза радовалась хлюпанью, исходящего после каждого движения, ее только раззадоривало то, что ее пальцы устраивают «водопад» у девушки. — блять.сбавь темп.слишком приятно.мгрх.- после каждого глубокого движения Мишель словно выпадывала из мира, но когда Лиза кусала ее сосок, светловолосая снова приходила в себя. Пальцы уже побелели, ведь держаться на таком весу было жутко страшно, а от мысли, что она может упасть, влагалище сжималось непроизвольно, что в момент давало о себе знать, отзываясь таким разрядом эмоций, что никакие 220 вольт рядом не стояли. Она и не замечала раньше какие у Андрющенко длинные пальцы, впрочем, она и не задумывалась. Наконец-то Мишель кончила, проскулив имя доминирующей и прикусив губу, но вместо того, чтоб оказаться вне опасного края, она снова взвыла, ведь Лиза продолжила играться с возбуждённым и набухшем клитором, который даже с самым незначительным прикосновением заставлял девушку вздрагивать. Она кусала плечо Андрющенко, страстно целовала и не переставала дрожать, страх это был или нестерпимое наслаждение? Этого даже она не знала, но она понимала, что ей слишком приятно, ей хочется кричать, но необходимо оставаться тихой, лишние разговоры ей не нужны. Она понимала, что от этого умопомрачительного наслаждения ей не сбежать, ведь она еле держится, оба пути перекрыты. Она понимала, что это последний день, когда она так близко к этому человеку, скорее всего, в этот момент до нее дошло насколько ужасно выглядели ее попытки избежать Лизу, лучше бы она провела это время с ней. С ней, не перестающий плакать и держать ее над своеобразной пропастью. — Мишель.не смей отдавать мне право Вета. Если ты это сделаешь, я прирежу кого-нибудь в этот же вечер. Мой отъезд будет твоим сраным наказанием. Девушке было больно это слышать, но подступивший оргазм не дал ей сказать и слова, ведь все тело пронзила судорога. Лиза же предательски не останавливалась, словно всем сердцем желала чтоб их заметили. Жадно хватая воздух и словно теряя сознание Мишель стала шептать просьбы остановиться, ведь ее руки уже не могли держаться и девушка могла упасть вниз. — прошу.остановись.я не.не отдам его. — слово «прошу» дальше продолжалось дрожащим голосом ещё несколько раз, а руки еле еле старались перехватиться, дабы держаться лучше. Светловолосая раньше и не подозревала насколько ее голос может быть тонким, мягким и умоляющим. — Лиз.умоляю, я…мгх.черт.я не могу.прошу.не нужно так.мм.издеваться. Резкий стоп, брюнетка снова хватает ее за воротник и затаскивает обратно, хладнокровно покидая ванную. Мишель же не смогла встать, ноги были ватными, жадно хватая воздух ртом, она старалась сказать «стой» но просто обессиленно рухнулась лицом вниз. — я настолько хороша? — в полоборота спросила Лиза. — мы.сможем встретиться ещё когда-нибудь? — не поднимая головы шептала девушка. — если выиграешь — да. Поэтому меняйся здесь как можно лучше. — что ты чувствуешь ко мне? — а это мы обсудим, когда ты приедешь ко мне.