Король стриптиза

      Ровно в семь часов вечера Чонгук появился в дверях кабинета Сокджина. Тот уже был на месте, распивая виски в гордом одиночестве.       — Привет! Ты один, хён?       — Да. Хэ Чжин звонил. Будет с минуты на минуту. Ты что-нибудь надумал по этому поводу?       — Не знаю, хён. Честно, мне не очень нравится, что человек с таким багажом из прошлого будет как-то связан с моей школой. Не хочу, чтобы он тащил его в мою реальность.       — Чонгук, это было много лет назад. Слушай, если тебе станет легче, я могу сказать тебе, что мы с Джуном знаем его очень давно. За все шесть лет нашего сотрудничества он нас ни разу не подвёл. Да и мужик он адекватный. К тому же его цели благородные, если честно. Кто станет возиться с сиротками?       — Откуда ты знаешь, может, он на этих сиротках собирается хорошо так нажиться?       — Ты о чём? Не придумывай.       — Почему у него нет своих детей?       — Не знаю, — ответил Джин. — Может, он не хочет. Может, ему здоровье не позволяет обзавестись наследниками. Причин может быть куча. В конце концов, с каких пор ты начал оценивать людей по наличию у них детей?       — Нет, хён. Я не собираюсь этого делать. Просто есть в этом что-то подозрительное.       — Не суди, пока не пообщаешься с ним лично.       Только Сокджин успел закончить эту фразу, как в кабинете появился невысокий мужчина лет сорока пяти. Выглядел он весьма скромно: серые брюки, белая рубашка с длинными рукавами, застёгнутая на все пуговицы, и чёрные лакированные ботинки. Мужчины встали со своих мест и поклонились друг другу в знак приветствия.       — Познакомьтесь, — проявил инициативу Сокджин. — Пак Хэ Чжин. А это Чон Чонгук.       — Приятно познакомиться, Чонгук-ши, — сказал мужчина.       — И мне, — ответил Чон, соблюдая рамки хорошего делового тона.       — Чонгук-ши, я человек прямолинейный, не привык ходить вокруг да около, поэтому сразу озвучу своё предложение. Сокджин ведь сказал Вам, что я хочу выступить в качестве спонсора Вашей танцевальной школы?       — Да, я в курсе, Хэ Чжин-ши.       — Отлично! Когда я узнал, что в этой школе будут обучаться в том числе и ребятишки из малообеспеченных семей за счёт грантов спонсоров, я загорелся этой идей.       — Почему? — поинтресовался Чонгук.       — Я вырос в детском доме, Чонгук-ши. У меня были отличные вокальные данные и мечта стать певцом, или, как сейчас модно говорить, айдолом. Но у меня не было ничего: ни денег, ни связей. Никто не захотел связываться с мальчишкой-сиротой. Даже зная тот факт, что у меня талант, желающих заниматься моим развитием в качестве певца не нашлось. Музыкальные продюсерские центры в те времена даже слушать меня не хотели. Моя мечта была быстро растоптана в этом жестоком мире шоу-бизнеса. Я начал искать себя и свернул на «кривую дорожку». Слава Богу, я быстро вернулся в нормальное общество. В один прекрасный день понял, что тот образ жизни, который я начал вести, до добра меня не доведёт. Тогда я решил, что часть денег, которые заработаны нечестным путём, я пожертвую детям, создав фонд поддержки сирот.       — Хотели откупиться за свои грехи? — изрёк Чонгук.       Сокджин после этого вопроса глазами молнии в него метнул, а господин Пак расплылся в улыбке. Ему явно импонировала такая смелость.       — Типа того. Вторую часть я пустил в бизнес. В законный бизнес, — уточнил мужчина. — Развивал его несколько лет, и сейчас у меня столько денег, что я могу серьёзно помогать сиротам, беспризорникам и просто детям бедняков. Для вас же, парни, не секрет, что корейское общество в основном делится на богатых и бедных, собственно говоря, как и во всём мире. Это некоторые иностранцы думают, что Южная Корея — это такое райское место. Насмотрелись дорам, да на жизнь айдолов, и думают, что всё красиво и идеально у нас. Что-то туристов не спешат водить по сеульским трущобам и показывать эту сторону Южной Кореи. А такие места есть везде, в каждой стране и в каждом городе. Есть и беспризорные дети, есть бедняки, особенно среди стариков. Сколько семей ютятся в маленьких квартирках и спят все вместе в одной комнате на футонах? Я хочу помогать таким детям, особенно талантливым.       — Я не буду лукавить и скажу честно, меня смущает Ваше прошлое. Я не хочу, чтобы оно как-то отразилось на моей школе… На моих детях, — серьёзно заявил Чонгук.       — Я понимаю, Чонгук-ши. Я могу Вам гарантировать, что мой прежний образ жизни не помешает и не навредит ни Вам, ни детям.       — Это только слова, Хэ Чжин-ши. Простите меня за мою прямоту, но как я могу доверять Вам на сто процентов?       — Да, Вы правы. Мне даже это импонирует. Вас больше беспокоит безопасность детей, а не финансовая состоятельность. Многие бы просто взяли деньги, соглашаясь на любые мои условия.       — Но я — не многие, — уже сердито сказал Чонгук. — Деньги, безусловно, многое решают, но я не собираюсь поступаться своими принципами. Ваша цель, бесспорно, хороша и благородна, если Вы действительно от чистого сердца всего этого хотите. Но я должен быть уверен, что это пойдёт на пользу моей школе.       — Да, я вижу, что Вы другой. Скажите, а Вас не смущает, что Вы танцуете стриптиз в клубе Намджуна и Сокджина?       Чонгук и Джин напряглись от этих слов, но танцор смог вовремя взять себя в руки, чтобы спокойно ответить.       — Танцевал, — уточнил Чон. — Да, я танцевал мужской стриптиз, но делал это ради своей цели — открыть школу танцев. Я уже взял на себя многие расходы по своей школе и расплатился именно этими деньгами. И да, я не жалею, что заработал таким образом. По крайне мере, я заработал эти деньги честно, благодаря своим танцам.       — Вот видите, Чонгук-ши, у Вас тоже важная цель и мотивация.       — Откуда Вы знаете, что я танцевал стриптиз?       — О, я сразу узнал Вас. Ваша внешность весьма запоминающаяся. Тело, фиолетовые волосы, острые скулы. Я узнал Вас, даже несмотря на то, что Вы всегда танцевали в маске. Первый раз увидел на вечеринке «Ночь красной маски».       — Понятно. Могу я задать личный вопрос? — поинтересовался Чонгук.       — Конечно!       — Вы гей?       — Ммм. Да, я гей. Это что-то меняет?       — Нет, не особо. Это просто удовлетворение моего любопытства.       — Понятно. Я вижу, что Вам нужно подумать, Чонгук-ши. Я дам Вам время. Сейчас мне пора.       — Хорошо, я подумаю над Вашим предложением, Хэ Чжин-ши.       — До свидания, Сокджин! До свидания, Чонгук-ши. Я буду ждать Вашего ответа. Надеюсь, Вы всё-таки примете моё предложение, и мы сделаем доброе дело для нуждающихся детей.       Мужчина покинул кабинет Сокджина, а тот наконец-то выдохнул из-за копившегося напряжения, что всё это время витало в воздухе.       — Мне надо ещё выпить, — протараторил Джин. — Ты не хочешь? — предложил он младшему.       — Нет, а вода без газа есть?       — Лови, — сказал Сокджин, кидая маленькую бутылку воды тонсену.       — С меня семь потов сошло, пока я тут вас слушал. Откуда ты узнал, что он гей? Даже я этого не знал до сегодняшнего вечера.       — «Ночь красной маски»! Серьёзно? Джин, это была закрытая гей-вечеринка.       — Чёрт, ты прав, я вообще не соотнёс, что к чему. Ну, так что ты будешь делать?       — Я пока подумаю, взвешу все за и против.       — Согласись, говорил он убедительно, — буркнул Сокджин.       — Соглашусь! Но и в омут с головой прыгать не собираюсь. А ты можешь разузнать что-нибудь побольше про него?       — Я попробую, но не обещаю.       — Ладно, хён, я поехал домой. Эта встреча как-то меня вымотала.       — Хорошо, а я поеду за Юнги. Он вчера, а точнее, сегодня, пришёл в третьем часу ночи. После лёгкой ссоры и шикарного секса он пообещал мне, что сегодня закончит рано, и мы с ним поужинаем где-нибудь.       — Отличный план, — согласился Чонгук, поднимаясь с места. — До завтра, хён.       — Пока, мелкий!              

***

             Тэхён с Чимином распрощались около десяти вечера. То, что услышал сегодня Тэхён о своей матери от Пака, никак не выходило из его головы. Он столько лет жил, как страус, спрятавший голову в песок, и не хотел верить, что все эти слухи о Соён, которые ходили в его школьные годы, окажутся правдой. А тут за один вечер столько информации, и не абы от кого, а от лучшего друга, который никогда не врал ему в таких серьёзных вещах.       Добравшись до квартиры, Тэхён практически сразу же лёг спать. Завтра у него запланирован важный день. Он, конечно же, не подготовил никакого танца для экзамена. Ещё в самом начале этого танцевального курса Ким для себя решил, что ему не нужны никакие экзамены, дипломы и сольные выступления перед JK. Сейчас, спустя всего две недели, он вроде бы и хотел станцевать перед «учителем», но заморочек с танцем было много, а времени и сил мало. Поэтому Тэхён и решил сдать экзамен у JK особым способом…       На следующий день Тэхён поймал себя на мысли, что он ужасно нервничал. Ким всё время думал о том, как JK воспримет его задумку. Эти мысли практически ни на секунду не покидали парня. И чем больше он думал об этом, тем больше начинал переживать и волноваться.       По приезду домой после непростого трудового дня, Тэхён сразу же отправился в душ, чтобы как следует подготовиться. По времени это заняло почти целый час. После душа он собирал свою спортивную сумку, сложив туда те самые короткие красные шорты, которые привлекли к нему столько внимания, и обычную широкую футболку белого цвета. Взглянув на часы, Тэхён обнаружил, что ещё всего лишь пять вечера. До выхода из дома оставалось больше часа, а он так волновался и переживал, что так и не смог ни на чём сконцентрировать своё внимание. Чтобы хоть как-то отвлечь себя от надвигающейся паники, парень решил просмотреть социальные сети, штудируя свежие новости.              

***

             У Чонгука сегодняшний день начался очень спокойно и размеренно. Он проспал почти до десяти часов утра, хорошо выспавшись, затем вкусно пообедал в кафешке напротив дома и отправился в фитнес-центр. Пока было время, заполнил дипломы об окончании курса стриптиза для «учеников». Строку с именем оставил незаполненной, чтобы люди, если, конечно же, захотят, сами написали свои настоящие имена.       Ему неважно было, кто и как сегодня выступит, бумагу получат все без исключения. Даже если в танце они только присядут разок и качнут бёдрами вправо-влево. Да, какой-то особой ценности этот диплом из себя не представлял, но для многих он служил неплохой мотивацией, чтобы начать танцевать. JK — это имя, бренд.       К 17.30, как и было распределено заранее, приехал «Малыш». На удивление он сегодня был очень скромно одет. Никаких сетчатых маек, облегающих велосипедок и всего прочего. Обычные спортивные шорты по колено и чёрная майка-борцовка.       Танец, который подготовил «Малыш», на самом деле приятно удивил Чонгука. А ещё порадовало то, что этот мужчина не пытался напустить на себя никому не нужную сексуальность. Он просто двигался в такт музыке и получал от этого удовольствие. Движения, не сказать, чтобы были особо сложные, но зато гармонично сочетались между собой. После окончания танца Чонгук похлопал в ладоши, поблагодарил «Малыша» за проделанную работу и вручил диплом. Напоследок они по-доброму обнялись и распрощались.       В 18.00 в танцзале появился «Сладкий пирожок». В отличие от «Малыша» он заморочился не на шутку. На нём были джинсы, раскрашенные радужными цветами, белая майка в мелкую сеточку, а поверх неё белая джинсовка, расшитая камнями. Танец «Пирожка» очень отличался от танца «Малыша». Движения были намного-намного сложнее. В глаза сразу бросалась продуманность номера, эмоции танцора. Страсть и экспрессия сопровождали танцующего всю песню. Это был даже не танец, а мини-спектакль. «Сладкий пирожок» был великолепен, и Чонгук по достоинству оценил трудолюбие парня. Он с удовольствием вручил ему диплом и так же обнял на прощание.       «Рэмбо» приехал с небольшим опозданием в несколько минут. Аджосси был в своей танцевальной одежде: спортивные брюки и маечка в облипончик, которая внизу обнажала приличное пузо мужчины.       Когда заиграла музыка, Чонгук еле сдержался, чтобы не захохотать на весь зал. Движения мужчины были забавны и нелепы. Из-за большого живота, который в какой-то момент оголился полностью, всё смотрелось ещё более комично. Но, несмотря на это, Чона очень порадовало то усердие, с которым работал «Рэмбо». Танец оказался по времени совсем коротеньким, но запоминающимся. Чонгук с улыбкой вручил аджосси диплом и поблагодарил за стремление и усердие. На прощание Чонгук поклонился мужчине и пожелал успехов в личной жизни.       «Мэрилин Монро» впорхнул в танцзал раньше своего времени на целых пять минут. Чонгук осмотрел его с ног до головы. Ну потому что этого нельзя было не сделать. «Мэрилин» был ярко накрашен, напоминая тайского трансвестита, и очень откровенно одет. А ещё от него пахло очень интенсивными и удушающими духами, явно женскими. На парне были микроскопические джинсовые шорты, расшитые пайетками, бисером и ещё какой-то сверкающей хренью, а на ягодицах — два пикантных разреза, из которых вываливались обнажённые участки задницы. Верх был вырви глаз ярким и облегающим. Кислотно-розового цвета топ из латекса с молнией спереди заканчивался практически под самой грудью, напоминая больше женский лиф. По краям топа-лифа свисали какие-то подвески из кристаллов.       Завершали образ латексные сапоги–ботфорты… на высокой шпильке, мать его. Смотрелось всё очень пошло и вульгарно.Чонгук в полном ахуе не понимал, как тот будет танцевать на таких «ходулях». В конце концов, JK обучал мужскому стриптизу, а не женскому. Но этому кадру походу было откровенно насрать на это. Он решил себя показать во всей красе, а что это будет — мужской или женский стриптиз, не имело никакого значения.       Самое смешное, что «Мэрилин» как-то странно смотрел на Чонгука. То ли томно, то ли завлекающе. А может, парня просто нервный тик шарахнул, когда он себя увидел в зеркале во всем этом обмундировании. Чон понял точно: его будут соблазнять. Весь вид «ученика» буквально кричал о том, как он хотел быть оттраханным своим «учителем».       Чонгук отвернулся от парня и, пока тот ничего не видел, закатил свои глаза. Это «чудо в перьях» реально предполагал, что таким видом сможет соблазнить JK? Смешно! Чонгуку это не нужно! Он хотел только одного парня, и тот ещё даже не появлялся сегодня в этих стенах. Такие, как «Мэрилин», никогда не привлекали Чона. Наоборот, все, что он сейчас увидел перед собой, вызвало лишь отторжение и брезгливость.       Когда зазвучала музыка, ощущения Чонгука подтвердились. Его явно хотят соблазнить. Он старался держаться отстранённо, не позволяя «Мэрилин» подходить к себе очень близко. Сам танец смотрелся откровенно похабно. Да, движения были сложными, хорошо проработанными, но это не имело ничего общего с тем, чему их учил JK. Слишком пошло, слишком грязно и развязно. Чонгуку показалось, что он смотрел на стриптизёршу в каком-то дешёвом придорожном кабаке, в том, где, откровенно говоря, женщины не первой свежести трясли своими телесами, оттягивая трусы для мелочи. Именно так смотрелось то, что изображал перед ним «Мэрилин». В какой-то момент Чон испугался, что эта «дива» себе точно что-нибудь сломает, свалившись со своих высоких шпилек. Перебор был во всём.       Слава Богу, танец быстро закончился. «Мэрилин» тяжело дышал, пытаясь смахнуть пот со лба. Чонгуку даже стало жаль парня. Он до сих пор не понимал, ради чего тот затеял это вульгарное шоу перед ним. Чтобы соблазнить его? Смешно! Смешно было думать, что JK поведётся на такое.       «Мэрилин» подошёл слишком близко к «учителю», от чего Чонгуку стало не по себе. Он сделал пару шагов назад, протягивая приготовленный диплом. Обниматься с «дивой» в его планы не входило. Ну, нахрен! Этот парень может напридумывать себе того, чего не было и быть не может. Когда «Мэрилин Монро» забрал свой диплом, то первым протянул руку JK. Тот сдержанно пожал ему её и довольно быстро разорвал это рукопожатие.       «Мэрилин» явно был недоволен таким раскладом и уже хотел было что-то сказать, но в зале появился незнакомый высокий и очень привлекательный мужчина, которого он видел впервые. Чонгук, проследив за взглядом «ученика» облегчённо вздохнул, узнав Джина. Расцеловать своего хёна в эту минуту хотелось незамедлительно.       — Добрый вечер! — поздоровался Сокджин. — Я помешал?       — Нет, хён, — поторопился ответить первым Чонгук. — Я как раз вручал диплом об окончании моего курса.       — О, понятно, — кивнул Джин. — Значит, ты закончил?       — Пока нет, у меня ещё один ученик.       — Когда? — уточнил Сокджин.       — Через, —Чонгук посмотрел на свои наручные часы, — восемь минут.       — Ну, в принципе, мы успеем поговорить.       — Хорошо! — улыбнулся Гук и, повернувшись к «Мэрилин», сказал: — Удачи! До свидания!       — Я ещё не прощаюсь, — ответил нагло «Мэрилин», состроив недовольную физиономию, и вышел из зала.       — Это что было? — удивлённо воскликнул Сокджин.       — Ты про этого парня? — уточнил Чонгук.       — И про него тоже. Почему он сколотил такую недовольную рожу? И почему он так одет? Ну прям Хэллоуин, мать его.       — Не спрашивай, — засмеялся Чон. — Походу он планировал меня соблазнить.       — А тут я обломал его планы, — громко заржал Джин.       — Не, не, хён. Это не мой вариант. Меня такие клоуны не привлекают.       — Ясно, — вздохнул старший. — Слушай, — поперхнувшись, сказал Сокджин и начал принюхиваться, — чё у тебя тут так воняет, как будто вы тут джем из цветов варили?       — Это его духи, — пояснил Чонгук.       — Фу, блядь! Давай откроем окна и проветрим, а сами выйдем отсюда.       — Отличная идея, а то сюда сейчас мой «Одуванчик» придёт.       — Это тот, с кем ты свои гениталии в моём душе натирал? — лукаво спросил Ким.       — Ага, — кивнул Чонгук. — Погоди! Что? Откуда ты узнал?       — Да брось, мелкий. Тут камеры везде. Неужели ты серьёзно думал, что я не узнаю об этом?       — В смысле, и в душе тоже?       — Нет, конечно! Ты чего, дурак?       — Да хрен тебя знает.       — Нет, в душевых нет камер. И долго ты собирался скрывать от меня тот факт, что осквернил мой душ?       — Да я и не собирался как-то скрывать это от тебя. А в зале тоже есть камеры?       — А что? — хмыкнул Джин. — Расслабься, нет тут камер. Они по периметру, в качалке и коридорах.       — Ясно! Ну что, выйдем?       — Ага.       Парни открыли небольшие окна, чтобы впустить в танцзал немного свежего воздуха и окончательно изгнать дух корейской «Мэрилин Монро», и отошли в небольшой холл недалеко от зала. В холле стояли два небольших кожаных кресла и журнальный столик, который был завален красочными рекламными брошюрками. Присев в кресла, они сдвинули их как можно ближе, чтобы их никто не слышал. Поблизости и так никого не было, но лучше перебздеть, чем недобздеть. Не хотелось, чтобы их разговор кто-то услышал.       — Слушай, спасибо тебе, — сказал Гук. — Ты даже не представляешь, как вовремя ты зашёл.       — Что, испугался, что это раскрашенное нечто набросится на тебя и сожрёт своими поцелуями?       — Упаси Бог! Ты вообще видел его?       — Ну, я не скажу, что он урод, — возразил Джин, — но видок у него больно дешёвый. Он что, реально танцевал в этих сапогах?       — Ага, представь себе.       — Слава Богу, тебе больше не придётся заниматься танцами с такими дебилами.       — Да уж, это очень радует.       — Ты подумал про Пак Хэ Чжина?       — Хён, времени прошло меньше суток, а ты хочешь, чтобы я тебе дал ответ. Я думал обо всём вчера вечером, когда ехал домой, но ни к какому решению ещё не пришёл.       — Ладно, я не буду на тебя давить. Джун обещал более подробно разузнать о его деятельности.       — Это хорошо.       — Что планируешь делать сегодня после этих экзаменов?       — Планирую провести этот вечер с моим «Одуванчиком».       — Он уже твой? Давно?       — Не цепляйся к словам, хён.       — Только вечер планируешь провести или ночь тоже?       — Как получится, — облизнулся Чонгук. — Так, мне пора! Тэтэ, наверное, уже подошёл.       — Ну, иди, насладись этим моментом в последний раз.       Чонгук поспешил покинуть своего друга. Если бы он только знал, что слова Джина окажутся пророческими не только в отношении его «учительской» деятельности, но и в отношении «Одуванчика».              

***

             Тэхён приехал в фитнес-центр в 18.40 и сразу же прошёл в раздевалку, чтобы переодеться. Натянув красные шорты и белую футболку, парень вышел из раздевалки и увидел, как в танцзал вошёл тот самый друг JK, которого он видел на прошлой неделе. Буквально через пару минут из зала вышел раздражённый и явно чем-то недовольный «Мэрилин Монро». На несколько секунд они оба остановились, чтобы лучше друг друга рассмотреть. «Мэрилин», заметив красные короткие шорты на Тэтэ, состроил такую «мину», будто жуком подавился. Тэхён лишь ухмыльнулся на это, продолжая рассматривать «диву». Тот гордо прошёл мимо Кима, даже не поздоровавшись.       — Больно надо, — прошептал себе под нос Тэхён, бросая последний взгляд на «Мэрилин». — Господи, выглядит как шаболда какая-та.       Тэхён запустил руку в карман шорт и понял, что забыл кое-что важное в сумке. Не раздумывая, он вернулся в раздевалку и полез в сумку, вынимая из неё небольшую пачку влажных салфеток и два маленьких фольгированных пакетика. Один квадратный, другой узкий, прямоугольный. Чтобы не привлекать внимания, Ким всё быстро убрал в карман шорт и повернулся в сторону «Мэрилин», чтобы удостовериться, что тот ничего не увидел. «Дива» буквально испепелял его взглядом, а затем неожиданно спросил?       — У тебя сейчас экзамен?       — Ну да, — сухо ответил Тэтэ. — «Интересно, он смог разглядеть то, что я взял?» — пронеслось в голове Тэхёна.       — Ясно, — недовольно фыркнул «Мэрилин Монро». — Придумал, что танцевать будешь?       — Ага, — всё так же без интереса сказал Тэ. — Мне пора. Пока, — быстро попрощался Ким и вышел из раздевалки.       Когда «Одуванчик» вошёл в танцзал, то встретил лишь пустоту. JK не было на месте. Тэхён осмотрел весь зал, замечая настежь открытые окна, сложенные в дальнем углу маты и ключ, который остался в дверях. Удивительно, но именно в этом танцзале не было этих новомодных навороченных замков с ключ-картами, как во многих помещениях этого фитнес-центра. Парень не спеша дошёл до матов и перетащил один из них на середину зала. Достав из кармана пачку салфеток, он вытащил парочку и тщательно протёр поверхность мата.       — Привет, — послышался сзади голос JK, и Тэхён резко повернулся в сторону двери.       «Учитель» стоит у двери, облокотившись спиной об стену. Руки были сложены на груди, а хитрый и заинтересованный взгляд сканировал Тэтэ. По правде говоря, Чонгук не ожидал увидеть такую картину, заходя в танцзал. Его «Одуванчик» стоял на четвереньках на спортивном мате в своих сексапильных коротких шортах и протирал его.       — Привет! — улыбнулся в ответ Тэхён и поднялся на ноги. — Ты так тихо зашёл, что я и не слышал. Давно ты тут?       — К сожалению, нет, — ответил JK, облизывая нижнюю губу. — Хотелось бы дольше разглядывать твою оттопыренную попку в этих соблазнительных шортах.       — Хм, это и понятно, — выдал самоуверенно Тэхён, а Чонгук на это тихо рассмеялся.       — Я так понимаю, этот мат будет играть какую-то важную роль в твоём экзаменационном танце? — спросил Чонгук и кивнул на «реквизит».       — Типа того, — начал краснеть «Одуванчик».       — Ты подготовил что-то особенное?       — О да! Только закрой дверь на ключ, не хочу, чтобы кто-то это увидел.       — Да без проблем, — воскликнул Чонгук и запер дверь на ключ, искренне полагая, что Тэтэ просто стеснялся. Он даже не подумал, что причина совершенно в другом.       — Мне нужна будет твоя помощь, — прошептал Тэхён, переминаясь с ноги на ногу.       — Какая?       — Возьми тот стул, что стоит в углу, и поставь его рядом с матом.       Чонгук, естественно, согласился выполнить просьбу Тэтэ.       — Что дальше? — переспросил Чон.       — Садись на него!       «Учитель» сел на стул и увидел, как Тэхён нажал на кнопку пульта музыкального центра. Из колонок начала звучать очень сексуальная музыка, но Тэ почему-то не спешил пускаться в пляс. Вместо этого он медленно приблизился к Чону, который уже начал ёрзать на стуле и, немного наклонившись вперёд, уложил свои руки на плечи «учителя».       Чонгук засмотрелся на лицо «Одуванчика». Тот лишь закусил нижнюю губу и смотрел в ответ. Взгляд был совсем не сексуальный, а милый и трогательный. Чонгук уже начал тянуться рукой к парню, но его тут же ударили по руке.       — Нет, нет! — заулыбался Тэтэ. — Руками трогать нельзя. По крайней мере, пока я не разрешу.       — Ох, как строго, — засмеялся Чонгук.       Тэхён отстранился от JK и повернулся к нему спиной. Упругие ягодицы оказались прямо перед лицом Гука, и он еле сдержался, чтобы не укусить их.       «Одуванчик» начал плавно двигать бёдрами, пытаясь повторить волну, которую танцевал для него JK в приват-комнате ночного клуба. Чонгук улыбнулся, но это была не издевка над «учеником». Тэтэ казался ему таким трогательным и нежным, что ему совершенно было наплевать на то, что некоторые движения у него явно не получались.       — Даже не представляешь, как мне хочется тебя потрогать, — признался Чонгук.       — Ещё рано, — сказал Тэхён, лукаво посматривая из-за плеча.       Музыка продолжала радовать слух, а Тэхён медленно и, чёрт возьми, очень сексуально развернулся к JK и сел ему на бёдра, несколько раз проехавшись задницей о пах «учителя». Чонгук не смог сдержаться, и первый стон слетел с его губ. Тэтэ словно издевался над парнем, извиваясь прямо на нём. Чонгук даже глаза от удовольствия закрыл, но буквально через несколько секунд распахнул их, почувствовав влажный мазок языка по своей ушной раковине.       — Блядь! — простонал Чон.       — Я не блядь, — засмеялся Ким. — Я — Тэтэ.       Сил терпеть больше не было, поэтому руки Чонгука очень быстро окольцевали талию «Одуванчика», а тот был совсем и не против. Одна рука JK нежно гладила спину «ученика», а вторая зарылась в копну его кудрявых волос и притянула к себе. Тэхён прекрасно понимал, что хотелось сделать JK, но только он планировал сегодня быть хозяином положения. «Одуванчик» перехватил инициативу «учителя» и первым впился в его губы. Поцелуй получился совсем не нежный. Он страстный, требовательный и очень властный, а Чонгука это только радовало.       Отстранившись от JK, Тэтэ провёл по его губам языком, а затем спустился поцелуями по шее к ключицам, по пути снимая футболку с «учителя». Тот совсем не сопротивлялся. Наоборот начал помогать «Одуванчику» раздевать себя, потому что вслед за майкой Тэтэ уже стягивал с парня спортивные штаны и нижнее белье.       — По правилам стриптиза это танцор должен оголяться, а не клиент.       — Не волнуйся, сладкий, я тоже разденусь. У меня для тебя сюрприз приготовлен, — прошептал томным голосом Тэхён, снимая обувь и носки «учителя», а вместе с ними все оставшиеся вещи.       Когда JK остался полностью обнажённым, Тэхён заметил, что у «учителя» уже крепко стоял. Он, облизнувшись под музыку, которая уже на повторе играла второй раз, медленно и сексуально снял с себя футболку и кинул её куда-то в сторону. Чонгук восхищённо наблюдал за «Одуванчиком», отмечая про себя, как начали краснеть щёки Тэтэ. Ким повернулся спиной к JK и немного прогнулся в спине, оттопырив попку к паху JK, а затем всё так же медленно и эротично начал снимать шорты вместе с бельём, обнажая аппетитные половинки. Чонгук от увиденной картины пережал свой член у основания, чтобы не кончить раньше времени. Конечно же, он догадался, к чему всё шло. Желание овладеть этим чудом росло с каждой секундой. Тэхён всё это время поглядывал на «учителя». Когда шорты с трусами оказались на щиколотках, он одним движением избавился от них, а заодно и от обуви, оставшись в одних носках. Прогнувшись ещё сильнее в спине, Тэхён развёл ягодицы в разные стороны, а Чонгук в этот момент чуть не задохнулся от увиденного. Чёрный кристалл анальной пробки, которая была вставлена в Тэтэ, заставила член «учителя» выделять ещё больше предэякулята.       Тормоза сорвало наглухо, и Чонгук притянул «Одуванчика» за бёдра, целуя сначала одну ягодицу, а затем вторую. Тэтэ взвизгнул от неожиданности и выпрямился. Затем сделал пару шагов назад и встал на мат лицом к «учителю» и задом к большим настенным зеркалам. Его обнажённое отражение начало возбуждать Чонгука ещё сильнее. Большая и красивая ладонь легла на возбуждённый член и начала ласкать его. Он больше не мог терпеть. Парень встал на четвереньки и подполз на мат к Тэтэ. Тот сделал ещё несколько шагов назад, оказываясь на середине мата, и встал уже боком к главной зеркальной стене, разглядывая безумное зрелище. JK стоял перед ним на коленях и уже вбирал в рот член «Одуванчика».       — Блядь! — застонал Тэхён.       — Я не блядь, — повторил Чонгук ту же фразу, что и сам Тэтэ несколько минут назад. — Я — JK.       — Соси, JK, — ухмыльнулся Тэхён. — Это такой кайф! — признался Тэ, поглядывая в зеркало. Ему нравится наблюдать, как JK усердно сосал его член. Он рукой перебирал фиолетовые волосы, а затем оттянул их, заставляя «учителя» выпустить ствол изо рта.       — Что? — удивлённо переспросил JK. — Я хочу продолжить!       — Ты даже не представляешь, как охуенно смотришься сейчас.       — Тебе нравится? — улыбаясь, спросил Чонгук.       — Очень. Продолжай! — скомандовал «Одуванчик».       JK продолжил ублажать Тэтэ ртом, иногда помогая себе одной рукой. Второй рукой он ласкал свой член, иногда пережимая его у основания. Когда Тэхён почувствовал, что он уже был близок к оргазму, то сам отстранил «учителя» и опустился на колени, сравниваясь в росте с JK. Тот притянул его к себе и мокро поцеловал. Тэхён почувствовал во рту JK собственный вкус, и это ещё больше его завело.       Чонгук сел голыми ягодицами на мат и усадил «Одуванчика» на себя, нажимая на кристаллик анальной пробки. Тэтэ вскрикнул от удовольствия, впиваясь губами в шею парня.       — Ты даже не представляешь, как меня возбуждает одна лишь мысль о том, что ты готовился для меня, — прошептал JK, покрывая всё лицо Тэхёна поцелуями. — Это был изначально твой план? Признавайся! — продолжает шептать «учитель», прикусывая правый сосок Тэтэ.       — Нет, — задыхаясь, зашипел Тэхён, наслаждаясь ласками JK. — Изначально я вообще не собирался приходить. Ещё на прошлой неделе я думал, что не приду в день экзамена.       — Что изменилось? — Чонгук перехватил Тэтэ за ягодицы и поменял их местами. Тэхён лежал на мате и любовался, как над ним навис JK.       — Не знаю, — улыбнулся Тэхён и увидел, как «учитель» склонился к нему ещё ближе, затем поцеловал сначала скулу, а затем и губы.       В этот раз JK целовал мягко и нежно. Его руки гуляли по всему телу «Одуванчика». Тэхён уже забросил свои длинные ноги на чужую поясницу, а руками сминал «учительскую» задницу.       — Какой же ты красивый, — шептал Чонгук. — Хочу тебя.       — Я тоже, — сказал Тэтэ. — Трахни меня, я больше не могу.       — У тебя есть…       — Всё в шортах.       Пока Чонгук обыскивал чужие шорты, Тэхён стащил с себя носки и встал в коленно-локтевую позу. Он специально встал боком к главной зеркальной стене, чтобы видеть, как член JK будет входить в него.       Гук, найдя презерватив и саше со смазкой, быстро вернулся на мат и увидел «Одуванчика», стоявшего в выбранной позе, оттопырив попку кверху. Он немного надавил на камушек анальной пробки и провернул её, а затем и вовсе вынул. Из ануса начало вытекать немного смазки и Чонгук стал разглядывать разработанную и сжимающуюся дырочку. Он размазал эту смазку о свои пальцы и вставил в Тэтэ сразу два. Тэхён блаженно заскулил, а затем тихо сказал:       — Я растянут, милый. Дома себя растянул хорошенько плюс пробка. Войди уже, я больше не могу.       JK раскатал латекс по своему члену и нанёс смазку из пакетика. Тэхён всё это время наблюдал за ним через зеркало и, видя, как тот подставил головку к анусу, постарался расслабиться. «Учитель» вошёл сразу на всю длину и замер на несколько секунд, гладя поясницу Тэтэ. «Одуванчик» только что-то прохрипел нечленораздельное, и продолжил наблюдать за всем через зеркало. Чонгук посмотрел в ответ, так же через зеркало.       — Продолжай! Всё хорошо, — заверил Тэхён и почувствовал, как JK начал в него толкаться.       Сначала фрикции были медленными и размеренными, но спустя несколько секунд JK начал наращивать темп. Они смотрели друг на друга через зеркало. Тэхён громко застонал, а Чонгуку хотелось ещё больше. В какой-то момент он посадил «Одуванчика» на колени лицом к зеркалу. Руками он обнял Тэтэ вокруг талии, а угол проникновения сдвинул немного вбок, попадая сразу по простате. Тэхён застонал, громко, сладко. Силы почти покинули его, и он закинул голову на плечо «учителю», а руками обвёл его шею. Их отражение в зеркале заставляло обоих буквально дрожать от увиденного. Оба стояли на коленях. Тэ буквально лежал на «учителе», а его член раскачивался от мощных толчков JK. Стоны Тэхёна заглушили даже музыку, которая играла на репите (сленг, регулярное повторение чего-либо) и повторялась уже раз десятый, не меньше. Тэхён был не в силах смотреть на себя, поэтому повернул голову к лицу JK и увидел встречный взгляд и довольную улыбку на чужих губах.       — Я сейчас кончу, — прошипел Тэтэ.       — Я тоже! — ответил Чонгук и обхватил член «Одуванчика», надрачивая его в такт своих толчков.       — Да, — только и успело слететь с губ Тэхёна, и он почувствовал, как сперма испачкала его живот, грудь и ноги. Когда он открыл глаза, то увидел, что небольшая порция попала и на мат.       Чонгук кончил следом в презерватив. От усталости он припал головой на загривок Тэтэ и всё ещё громко и рвано дышал. Тэхён почувствовал, как капли пота размазались по его спине, но сидел смиренно, приходя в себя после бурного оргазма. Лишь пару минут спустя JK утянул его на мат, где они лежали в обнимку и целовались. Не в силах терпеть небольшой дискомфорт, JK стянул с себя презерватив и завязал его, чтобы содержимое не растеклось по мату, а затем опустил его на пол со своей стороны.       Тэхён лежал с закрытыми глазами, уткнувшись лицом в шею «учителя». Гук заулыбался, когда почувствовал, как «Одуванчик» начал водить своим аккуратным носиком где-то около уха. Чон лежал и вдыхал чудесный запах от волос Тэтэ. Аромат масла для душа перемешался с каким-то лёгким парфюмом. Он не был слишком сладким и удушающим, как у «Мэрилин». Было что-то ванильное, но чувствовалась нота, которую Чонгук так и не смог разобрать. Сам Чонгук предпочитал свежие акватические ноты и своему Allure Homme Sport от Chanel не изменял уже много лет.       — Ты как? — нежно спросил Чонгук, легонько поглаживая спину, поясницу и попку «Одуванчика».       — Хорошо, — улыбнулся Тэтэ и уложил подбородок на грудь «учителя». — Надо нам тут всё убрать и самим обтереться.       — Я чистый, — усмехнулся Чонгук. — Давай, я помогу тебе, — он потянулся за пачкой салфеток, которая лежала недалеко от мата и, вытащив сразу несколько штук, обтёр парня. Смыв всю сперму с тела Тэтэ, Чонгук развёл его ноги и протёр лобок и промежность, а потом и опавший член. — В душ пойдёшь? — спросил «учитель». — Я приму душ дома, а тебе надо сходить. Попка вся в смазке. Хочешь, я открою тебе директорскую душевую?       — Не надо, —сказал Тэхён. — Я быстро помоюсь в общественной душевой.       — Хорошо! Я тут всё приберу, всё закрою, а ты пока иди мыться.       — Я быстро, — сказал «Одуванчик», поцеловав JK в губы.       Тэхён поднялся с места и оделся. Чонгук, абсолютно голый, встал с мата и подошёл к скамейке, на которой лежали его вещи. Улыбаясь, он достал из папки диплом и протянул его Тэтэ. Тэхён потянулся в ответ за бумажкой, но его перехватил JK и крепко прижал к себе, мокро поцеловав перед уходом.       — Никогда не забуду этот танец, — шепнул в поцелуе JK.       — Я на это очень надеюсь, — ответил Тэхён и направился к выходу.       — Погоди, не открывай, — крикнул ему Чонгук.       — Почему? — спросил Тэхён.       — Дай, я хотя бы трусы надену.       Тэтэ звонко рассмеялся и кивнул в знак согласия. Он дождался, когда JK полностью оденется и только после этого вышел из танцзала.              

***

             Пак Совон, так в реальной жизни звали «Мэрилин Монро», запал на JK больше двух месяцев назад. Будучи танцором в одном из дешёвых травести-клубов Сеула, он однажды попал в ультрамодное заведение «Sunrise». Быть главной звездой в своём клубе ему, конечно, нравилось, но желание расти в профессиональном плане его никак не отпускало. Конечно, травести-шоу и стриптиз — это разные жанры, но Совон был совсем не против попробовать себя и в оголении перед публикой.       Он внимательно следил в течение вечера за всеми танцорами, но больше всего интерес в нём вызвал именно «Король стриптиза». JK буквально влюбил в себя парня одной лишь своей пластикой. То, как он двигался в такт музыке, вызывало в травести-артисте огромную зависть и уважение. Почти целый месяц он приходил по выходным в «Sunrise» в надежде, что местный король заметит его и сделает минимум своей королевой, но JK не обращал на Совона никакого внимания.       Однажды, заметив на себе похотливый взгляд бармена, он решил, что это его шанс. Из клуба они уехали вместе, чтобы перепихнуться по-быстрому в машине незнакомца. После секса Паку удалось выяснить расписание «Короля стриптиза», а также информацию о том, что JK вёл индивидуальные занятия по мужскому стриптизу. За ещё одну совместную ночь, Джи Хёк, тот самый бармен из клуба «Sunrise» упросил Сокджина записать Совона в группу к JK.       Пак был счастлив, узнав, что ему удалось попасть на курсы к «Королю». Он искренне полагал, что своими яркими нарядами и великолепными движениями сразит JK наповал.       Когда он впервые увидел своих одногруппников, его самооценка взлетела ещё выше. Единственным соперником для себя он видел парня, который назвался «Сладким пирожком», но паника сразу прошла, когда тот во всеуслышание объявил, что танец он собирается готовить для своего парня. А вот друга «Сладкого пирожка» он даже не стал всерьёз и рассматривать. Да, Тэтэ был молодым, особенно на фоне «Малыша» И «Рэмбо», но по мнению самого Совона, страшненьким и безликим. Этакая безродная кучерявая болонка, которая никогда не понравится доберману.       Свою ошибку он понял уже на третий день занятий. JK слишком много уделял внимания этому несуразному пареньку. Слишком близко подходил, слишком нежно обнимал, слишком часто старался дотронуться. Ни с одним другим «учеником» JK так себя не вёл. В то, что Тэтэ понравился JK, Совон поверил только после выступления танцора в клубе. А ещё он видел, как загорелись глаза «Короля», когда он достал бумажку с именем Тэтэ. Что происходило в той сраной приват-комнате между этими двумя, он так и не узнал. В тот вечер Пак так разозлился на всю эту ситуацию, на JK, на Тэтэ, что решил снять стресс в постели со своим старым знакомым Джи Хёком.       Когда он увидел во вторник, как JK утянул Тэтэ в какую-то подсобку, то чуть телефон не разбил об стену от злости. А когда JK, а следом за ним и Тэтэ заявились с распухшими зацелованными губами, разбить уже хотелось чью-то лохматую голову.       Парень искренне не понимал, что нашёл JK в этом Тэтэ и почему он никак не хотел замечать симпатию Совона.       Сегодня, в день экзамена, парень решил признаться Чонгуку в своих чувствах и пригласить его на свидание. Сначала он планировал сразить JK своим танцем и, конечно же, нарядом. Почему-то он был уверен, что сможет в таком виде соблазнить «учителя». Когда, оттанцевав свой номер, Совон понял, что JK абсолютно спокойно и равнодушно на него реагировал, он разозлился. Уже хотел было пойти в атаку, но ему помешал друг JK, а по совместительству — совладелец ночного клуба и этого фитнес-центра. Да, Совон прекрасно знал, кто такой Ким Сокджин.       Он выскочил из зала и столкнулся с этой болонкой Тэтэ, напялившего свои мини-шорты, на которые в прошлый раз любовался JK. Злость только усиливалась. Он прошёл в раздевалку и стал переодеваться. Через несколько секунд появился Тэтэ и начал копаться в своей сумке. Совон внимательно начал разглядывать, что там брал этот лохматый и чуть не заорал от злости, когда понял, что Тэтэ вынул пакет с презервативом и одноразовую упаковку смазки. То есть, на такую «диву», как он, JK не обратил никакого внимания, а это лохматое бревно собрался трахать? Серьёзно?       Когда он подошёл к двери танцзала и дёрнул её на себя, та оказалась закрытой. В зале уже играла очень сексуальная музыка, и, оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого не было поблизости, Совон приложил ухо к двери. Сначала он слышал просто музыку, а затем послышались и стоны. Судя по голосу, стонал Тэтэ, хотя в одиночку он делал это недолго. Буквально через пару минут Совон услышал и стоны JK. Его догадки подтвердились. Эта парочка прямо сейчас трахалась в зале. Ненависть, ярость, зависть. Вот что испытал Совон к Тэтэ. Да, он был бы счастлив оказаться на месте этого лохмача, но его никто не приглашал туда.       — Сука, — прошипел Совон, отходя от дверей.       Он судорожно начал думать, что ему сделать. Прошло минут десять, и музыка стихла. Ещё через две минуты из танцзала вышел Тэтэ. Выглядел он уставшим, затраханным и очень довольным. Он не видел Совона и направился в раздевалку. Пак увидел, как парень взял свои банные принадлежности и направился в душевую комнату.       Совон быстрым шагом двинулся в танцзал. Как только он пересёк его порог, в нос ударил запах секса. Смесь одеколонов, пота и чисто мужского запаха даже усомниться не дали в том, что JK здесь трахал Тэтэ. А когда он увидел, что «учитель» перетаскивал мат на место, а в небольшом бумажном кулёчке сверкал порванный фольгированный квадратик, то пазл сложился воедино. Сомнений больше не было.              

***

             Чонгук перетаскивал мат обратно в угол и не заметил, что в зал кто-то вошёл. Когда он повернулся и увидел знакомое лицо, даже вздрогнул от неожиданности. Дверь немного была приоткрыта, и Чон мысленно отругал себя за то, что не закрыл её после ухода Тэтэ.       — И снова здравствуй! — сказал Совон.       — Ты что-то забыл? — без интереса произнёс Чонгук.       — Я же сказал, что мы ещё не договорили.       — О чём?       — О нас? — томно улыбнулся «Мэрилин».       — О ком? — удивился Чонгук. — О нас? О каких таких нас?       — Ты мне нравишься, JK. Я хотел бы пригласить тебя на свидание.       — Прости, но мне неинтересно, — сухо ответил Чон, собирая свои вещи.       «Мэрилин» поменялся в лице от слов «Короля».       — Ты же даже не пробовал.       — Послушай, ты хороший парень. Симпатичный, талантливый. Я уверен, ты встретишь того, кто оценит тебя по достоинству, — старался быть вежливым Гук, но его уже это откровенно бесило. — Но я не твой вариант.       — Давай, я сам буду решать, мой ты вариант или нет.       — Послушай, «Мэрилин», мне неинтересны и не нужны отношения с моими бывшими учениками. У меня есть парень.       — «Что за нахуй? — подумал Совон. — Ты же только что трахался с Тэтэ».       Никто из них не заметил, что Тэхён в это время уже подошёл к двери и услышал обрывочно фразу, которую произнёс JK. Пелена встала перед глазами, слёзы хлынули моментально, и он, не разбирая что к чему выбежал из фитнес-клуба, не обращая ни на кого внимания. Тэхён закинул сумку в салон, а сам стоял у машины, пытаясь привести дыхание в норму.       В это время в клубе Чонгук, обойдя Совона, указал ему на выход.       — Прости, меня ждут, — сказал Чонгук, закрывая танцзал на ключ.       — Хорошо! Я тебя понял, — прошипел «Мэрилин» и недовольно ушёл.       Когда Совон вышел на крыльцо, то заметил, как Тэтэ садился в свой автомобиль. Буквально через пару минут вышел и JK, осматриваясь вокруг. Чонгук заглянул в раздевалку, но не нашёл там своего «Одуванчика». Когда он сдавал ключи, то спросил администратора, не видела ли та его ученика с мягкими пушистыми волосами. Джиа ответила, что тот уже покинул здание. Сердцебиение у Чонгука участилось. Почему Тэтэ не дождался его? В надежде он вышел на крыльцо, но, блядь, единственный, кого он там увидел был «Мэрилин».       — Ты не видел Тэтэ? — спросил Чон.       — Так он уехал, — нагло соврал Совон. — Я когда вышел, он как раз отъезжал.       Сердце Чонгука рухнуло куда-то вниз. Руки вспотели? В смысле, уже уехал? Они же хотели посидеть и поговорить об их будущем? Почему Тэтэ уехал, даже не попрощавшись?       — Ты уверен, что это был он?       — Ну да. Мы помахали друг другу на прощание, и он уехал.       — Чёрт! — вырвалось у Чонгука. — Какая у него машина?       — Ты думаешь, я запомнил? Какая-то чёрная.       — Понятно! Ладно, пока! — попрощался Чонгук.       — JK, подожди. Подбрось меня до ближайшей автобусной остановки. Я немного повредил ногу на таких каблуках.       Чон вздохнул и кивнул «Мэрилин» в сторону своей машины. Если бы он внимательно осмотрелся по сторонам… Тэхён, сидя в своей белой Kia, наблюдал, как мужчина его мечты, с которым он несколько минут занимался потрясающим сексом, уходил с другим. А ещё этот самый мужчина, по всей видимости, и не собирался заводить каких-то серьёзных отношений с ним, потому что у него был парень. У JK всё это время был парень, и он врал Тэхёну. Машина «учителя» выехала с парковки, а Тэхён стеклянными глазами наблюдал, как «Мэрилин» хохотал в салоне чужого автомобиля.       С момента отъезда JK и «Мэрилин» прошло примерно минут пятнадцать. Всё это время Тэхён неподвижно сидел и плакал. Так больно ему давно не было. Немного успокоившись, он начал настраивать зеркало дальнего вида и увидел своё опухшее красное лицо. Он потянулся к сумке, чтобы достать и выключить свой телефон, понимая, что, скорее всего, ему позвонит Чимин со своими расспросами и шутками, а разговаривать ни с кем не хотелось. Сверху лежал диплом, который вручил ему JK. Он со злости разорвал его на две части и закинул в бардачок с глаз подальше. Заводя машину, он прошептал себе под нос:       — Видимо, мама была права. Меня нельзя любить. Меня можно лишь использовать…