Мышиный ловчий

      Похоже, ящер все равно планировать сливать кровь из туши, а потому не был против, чтобы я утолила свой голод. Я жадно впилась в место пореза, и пила, пила, пила, захлебываясь живой теплой кровью. Ни вонючий мех оленя, ни его хрипы, ни потенциально опасный охотник посреди ночного леса не смущали меня. Я жаждала, я хотела утолить свой голод, а потому разум молчал. Однако сытость появлялась, опьянение кровью отступало, а цоканье и щелканье ящера так и не проходило. Тот продолжал что-то говорить, теперь уже сев на землю и скрестив чрезмерно длинные черные конечности. Даже когда он ровно стоял, его руки могли легко коснуться колен, вывернутых в другую сторону, словно у лошади... Или это такая длинная стопа?... Нет, нет. Нельзя отвлекаться, надо доесть и улетать, пока он ничего не сделал. Краем глаза, замечаю, как тот роется в сумке, а потом издает чиркающие звуки, словно подтачивает дерево. Он делает кол, чтобы вонзить в мое сердце пока я отвлекалась на еду? Жалкий глупец, ничего не укроется от меня, я первая уничтожу тебя до того, как ты успеешь вонзить в меня эту тупую деревяшку, кто тебе вообще сказал , что это работает на благородных... Собираю свое свое тело для прыжка, чтобы мгновенно повернуться и вонзить клыки прямо в шею вредителю, но не успеваю повернуть головы, как чувствую, что по моей спине чем-то проводят, неприятно подергивая волоски.       - у тебця шербсть скатцалась, я расцешу, а тцы кушцай. Гце ты-с осцавила сцвои весцы? Ноцю ходецно, надцо косцерок расводиц.       В обличье я не могла говорить, но я повернулось и максимально выразительно скрючила мышиную мордень, выражая смесь негодования и изумления. Ящер вырезал простенькую расческу из тонкой деревяшки, а теперь пытался расчесать мою слипшуюся шерсть, не переставая цокать.       -...ну-с тац вотк, я ис домца ушцла, чтоб-с сцверушек посмотрец, я сживоцных оцень любцлю. Ты-с жце вампирец? А посчемуцу беленций? А мосжнцо жцивотик потцрокать? А сцубки? А я тебце дам моегцо варанца потрогцать, его Жооора совутс. Он добцый. Вооон, сидитц, ждет-с, когсца ты-с докуцаешь, он-с тожце хотчет-с. Близ ящера и правда сидел довольно крупный варан, совсем неприметный на фоне земли из-за своего блеклого серо-коричневого цвета и абсолютной неподвижности, и гипнотизировал уже обмякшее тело оленя.       Это сбило весь мой боевой настрой. От ящера, кем бы он ни был, не веяло ни каплей агрессии, напротив, его янтарные глаза словно светились, излучая чисто детское любопытство и восхищение, словно вампиреныш, которого впервые взяли полетать обращенные в нетопырей его старшие братья. Никто на меня так никогда не смотрел, может виной тому стало, что зрачки ящера были были раза в 3 больше человечьих, или что на его чешуйчатой морде не было ни единой мимической мышцы, но я смутилась. Мне стало стыдно за свое недоверие, за залитую кровью белую шесть, за то что она спутанная и грязная настолько, что еще более потертый ящер решил мне помочь. Я кивнула, словно говоря: "я сейчас". И полезла по дереву вверх, чтобы уже с его вершины суметь раскрыть крылья и добраться до брошенной одежды.       Путь за одеждой, переодевание и путь обратно охладили мои чувства. Кто я такая, чтобы стыдиться перед ящером с акцентом и моим мехом в кулончике. Это он должен быть благодарен за то что я соизволила откушать его вонючего оленя, и не прирезала его за то что он следил за мной. Вернусь просто, чтобы ему это объяснить. Вот. должен будет искупить свою вину... Должен будет мне и дальше приносить еду. Когда я вернулась, болтливый таталиец уже развел костерок об который грел лапы и абсолютно варварски жевал сырое мясо, заедая какой-то травой, коротая росла здесь в избытке.       - Ты не будешь готовить мясо?       Ящер повернул ко мне голову и ответил, немного приподнимая большие тонкие гребни на тех местах, где у нормальных существ находятся уши.       - Мне-с можнца кушац и сцырое мясцо, как-с Жоооре. Ты-с тоже наферное можес. Хочшесь попробовац?       - Нет, нет, нет. Я не буду есть сырое мясо, я же не животное. Пожарь его.       Сажусь у огня на самом чистом пяточке из найденных. Надо признать, что не будь я вампиром - уже была мертва или была присмерти, просто не пережив холодную ночь на влажной земле, или потеряла бы всякие силы от голода и обезвоживания. Подобная кончина, мне, конечно, не грозит, но путешествовать вместе с существом, которое разбирается в выживании в лесу ничуть не хуже друида, гораздо более удобно.       - Меня зовут - Наташаригонауль фон Шевцунаган, ты как червяк, можешь называть меня Госпожой, если не сможешь запомнить имя, ящер.       -Натцаашарифонау фо Шевекцуааш? Я-с неи ясцер, я-и ицу, неи гцар, по фашему девоцка. Меня-с совуц Ыши Грашек, как-с цветоцек, потомуцто чесуя похоса на-и егцо цвет.       -...что? Я сейчас вообще не поняла, что ты сказала, но допустим, что тебя зовут Ыши. Не могу сказать, что мне приятно с тобой знакомиться, но пусть будет, червяком меньше, больше... - беру самодельный гребень и пытаюсь расчесать то, что произошло у меня на голове во время пути - Как тебя занесло так далеко от Таталии? Я поняла, что тебе нужны какие-то животные, но немного странно искать что-то живое на границей с Дейей.       - Но я ше нашшлац тебця. А ешцо туут-с рядцом АвЛи, а на-с семлях эльфцев фодяца крылатцые лофадки, рогатцые лофадки, хуманцы-лофадки (загибает пальцы)...       - Ладно, я поняла, так получается у тебя нет конкретной точки назначения и ты просто бродишь по местным лесам?       - Да-с.       - Отлично, будешь меня сопровождать, пока я не найду себе пристанище поудобнее местных оврагов, а я... Позволю тебе поухаживать а мной, ты же никогда не видела настоящего вампира?       Глаза Ыши засияли - она активно закивала, похоже сделка показалась ей вполне логичной и справедливой. Тем временем она уже нанизала ломти мяса на прутик и старательно вертела его над трещащим огоньком. Наконец я смогла нормально рассмотреть ее: узкие плечи, узкие бедра, способные только на откладывание яиц, когтистые конечности словно вытянутые и поломанные каким-то безумным химерологом, иссушенное постоянным путешествием тело, вытянутая узкая морда с высовывающимся змеиным языком. Абсолютно плоская грудь, как и шея под подбородком были персикового цвета, наверно только этим она могла напоминать человека.       - Скажи, а как отличить, как их ты там сказала: гцар и ицу? Вы ж все просто как ящерицы, ну то есть, одинаково выглядите.       - У гцаров плетци болцее шширокцие, поцтому шо они-с ссильнцые, фсе воинцы. А ицу дышшцать под-с водицой умец, как-я я. Ссмотриц. - Ыши глубоко вздохнула и ее очертания резко изменились. Рубашка встопорщилась, словно под ней выросла женская грудь неприлично большого размера. - этоцо восдуцные мешоцки, как-с у рыбцок, мошешь погрогцать - они-с мягценькие.       - Нет, нет, нет! Я, пожалуй, воздержусь, - покосилась на свою единичку, - и сдуй ее, а то как-то... И отдай уже мясо, сожжешь же его!       Я выхватила шпажку и принялась жадно жевать, обычный голод не мучает таких как я так остро, однако все же доставляет дискомфорт и несколько ослабляет нас. Больше мы ни о чем не говорили, возможно она поняла мое желание помолчать, потому что вид у меня был довольно печальный - я не знаю что мне делать, куда идти и даже не знаю как правильно завязывался бантик на моем любимом платье. Видимо, ящерица не страдала душевными терзаниями, а потому доев разделась догола (хотя на что можно смотреть у пресмыкающегося?), бережно сложила замызганную одежду и свернулась черным клубочком близ своего питомца. От этого я почувствовала себя еще более одинокой и несчастной - даже у проклятой глупой ящерицы есть любящий, насколько это можно употребить к варану, компаньон.       - Эй, Ыши, - я ткнула ее носочком туфли,- мне не нравится, мне не удобно так спать. Я положу на тебя голову, а ты, а ты... не смей шевелиться! Понятно?! - И не дожидаясь ответной реакции плюхнулась рядом, прижившись к шелковистому чешуйчатому боку. Эта ночь прошла без кошмаров.