А вас я попрошу остаться...

"Боже, ну почему именно я..." — страдальчески мычит внутренний голос Арсения, когда будильник безжалостно трезвонит на всю комнату, заставляя хозяина проснуться. — Арс, выруби ты эту хрень, пока я сам ее не сломал, — раздается откуда-то снизу голос Сережи, и Попов повинуется просьбе друга, хлопая рукой по чашечкам звонка, заставляет прибор замолчать. — Слава богу! — мычит маленький хвостатый друг, перекатываясь по мягкому, и наверняка дорогущему, ковру, меняя позу на более удобную. — Блять! Серый, я опять проспал! — взглянув на часы, ругается Попов и слишком резко подрывается с кровати, тут же проклиная себя за такие опрометчивые маневры. В виски сразу втыкаются сотни раскаленных иголок, причиняя острую боль. — Сколько же я вчера выпил, идиот, — ругая сам себя, Арсений, по стеночке, добираясь до ванной комнаты, надеясь, что холодный душ поможет ему хоть немного прийти в себя. Ледяные капли скатывались по подтянутому телу, вызывая табун мурашек. В голове одна за одной мелькали картинки прошлой ночи, вызывая тошноту и головокружение. Кажется, в этот раз Арсений запомнил абсолютно все...

***

После того как Сережа ушел "в отрыв", Попов еще какое-то время пробыл у барной стойки, заказывая все новую и новую порцию виски. Алкоголь приятно обволакивал внутренности, появлялось привычное чувство легкости и небольшой одурманенности, однако, даже это не помогало в полной мере забыть о "проблемном задании отца". В голове крутился образ этой Мии, которую нужно было "окучивать" (так об этом отзывался Матвиенко), пока она не откроет дверцу в свое сердечко и не подпустить ближе к своей любимой семейки. Арсений до сих пор не понимал сути этого "великого плана" отца, но ему было достаточно его угроз по поводу вычеркивания из завещания, чтобы не задавать лишних вопросов и просто делать то, что говорят. Единственное, что во всей этой ситуации изрядно так напрягало и разочаровывало Попова, так это сама девушка. Он искренне рассчитывал на какую-нибудь легкодоступную дурочку, которая с удовольствием упадет в его объятия, стоит ему только посмотреть в ее сторону. Но эта Мия... Она была из разряда тех барышень, которых Арсений терпеть не мог и обходил за километр. Его раздражали эти "независимые принцессы", которые ждали того самого "достойного" мужчину, который бы их и ценил, и уважал, и любил, и на ручках носил, и тапочки, как верная собачка, в нужный момент приносил. Арсений никогда не верил в эту чушь про безусловную любовь. Деньги, красота и харизма — вот три кита, на которых держался успех любого мужчины, который хотел подцепить какую-нибудь аппетитную крошку. — Господи, ну почему с тобой так сложно... — утыкаясь лбом в сложенные на барную стойку руки, протягивает Попов, привлекая внимание сидящих вокруг людей. — Проблемы, красавчик? — худенькие женские руки ложатся на плечи мужчины, начиная мягко массировать, на что Арсений довольно стонет, понимая, что трахнуть какую-нибудь "на все готовую" мадам, будет отличным завершением этого скучного вечера. Мужчина поднимается со стула, пошатываясь поворачивается к сегодняшней соблазнительнице, окидывая ее оценивающим взглядом. Сделанные губы, нарощенные ресницы, яркий макияж и неплохое стройное тело, обтянутое красным мини-платьем —все это было привычным видом для Арсения. Не отвечая на поставленный вопрос незнакомки, мужчина обходит девушку, двигаясь в сторону туалетов. Та, поняв намек, с небольшим отставанием следует за ним, прекрасно понимая, что ее ждет дальше...

***

Пробежав мимо кухонного стола и схватив бутылку холодной воды, мужчина жадно начал выпивать содержимое. В перерывах со сбившимся дыханием прикрикнул: — Твою матушку, Серый, ты можешь поднять свою пятую точку, я уже третий раз об тебя спотыкаюсь! — раздраженно пиная по ногам разлегшегося друга, ворчит Арсений, натягивая на себя узкие джинсы. — Дожили, Арс собирается на работу, а не валяется в кроватке с красивой девушкой. Что за магия? — пробубнил Матвиенко, перекатываясь с одного места на другое. — Ой, завались! Встань лучше, помоги мне собраться, — выкрикивает из коридора Попов, на что Сережа закатывает глаза, с болезненным стоном поднимаясь с пола. — Там на столе лежит синенькая папка, достань из нее мой паспорт, снилс и страховой полис, — просит Арсений, открывая дверцу шкафа. — В какую больничку тебе мандарины принести? — смеется Сережа, сонно потирая лицо, подходя к столу. — Если еще раз что-то не по делу скажешь, мандарины понадобятся тебе, клянусь! — в нервном смешке выдает Арсений, запихивая в себя найденную на кухне, уже подсохшую булочку. — Лови, пе-да-гог, — кидая в друга ту самую папку, по слогам произносит Сергей и заваливается на освободившуюся кровать, мечтая провалиться обратно в царство Морфея. — Ну, спасибо, друг! — кое-как запихав всю папку в кожаный портфельчик, недовольно бубнит Арсений, морщась от того, как сухая сдоба царапает горло. — Всегда, пожалуйста, — взбив мягкую подушку, Матвиенко зарывается под теплое одеяло, отмечая про себя, насколько прекрасна его безработная жизнь. — Ты же в курсе, да, что до моего прихода тебе нужно будет прибраться здесь? — кричит из коридора Попов и удовлетворенно улыбается, когда слышит разочарованный, страдальческий стон из другой комнаты. — Арс, ты че, серьезно что-ли? — Сережа ненавидел своего друга за подобные выходки. Попов всегда умел испортить хорошее настроение и добавить в бочку меда свою маленькую, но такую неуместную, ложку дегтя. — Я к тебе в служанки не нанимался. Пусть твоя Мия приходит и убирает тут все! Это еще эстетично выглядеть будет! — выкрикивает Матвиенко, понимая, что взболтнул лишнего. — Даже реагировать на это никак не буду. Держи свои фантазии в своей башке! — проговаривает скорее для себя, чем для друга, Арсений и выходит из квартиры, понимая, что больше задерживаться он не может.

***

Университет с самого утра был заполнен озадаченными студентами, которые втянулись в учебный процесс и окончательно погрузились в атмосферу студенчества. Арсений шел по коридору корпуса с портфелем в одной руке и стаканчиком кофе во второй, мысленно надеясь, что никто сегодня не будет выносить мозг и пары пройдут более-менее спокойно. Из потока непонятных мыслей его вырвал внезапный телефонный звонок. "Да вашу ж мать, почему все так не вовремя?!" — простонал педагог, ставя пластмассовый стаканчик целебного напитка на подоконник рядом с фикусом в горшке. Телефон настойчиво продолжал трезвонить. "Да кто такой настырный!" — вытаскивая мобильник из кармана пиджака, ругался про себя Арсений. — Боже, само его величество соизволило позвонить своему рабу, по совместительству сыну и спуститься с небес на землю? Чем удостоился такой чести? — довольно грубо пробубнил в трубку разочарованный мужчина, понимая, что сегодняшний день с каждой минутой становится все хуже и хуже. — И тебе, с добрым утром, сынок! Вижу, ты опять взялся за свое. Надеюсь, ты помнишь, о чем мы с тобой договорились? — максимальный холод и без эмоциональность в голосе отца, заставили Арсения содрогнуться всем телом. Этот мужчина, которого в детстве он ласково называл "папа", по-настоящему пугал его, особенно, когда дело касалось бизнеса. Игорь Владимирович превращался в настоящего деспота, когда что-то шло не по его планам. В такие моменты он был абсолютно неконтролируемым и шел на крайние, жестокие меры. — Не беспокойся, я уже давно взрослый мальчик и сам несу ответственность за свои поступки. Про обязанности свои тоже помню, все будет сделано в срок, — нервно стуча пальцами по стакану, проговаривает Попов, пытаясь не показывать своего страха. — Замечательно. Я знал, что ты не подведешь меня. Гены играют свое, — самовлюбленно проговорил отец, прекрасно понимая какую реакцию вызовет у сына последняя фраза. — Заткнись! Между нами нет ничего общего, — сквозь зубы цедит Арсений, сжимая руки в кулаки. — Это все, что ты хотел сказать? — Нет, не все. Сегодня вечером состоится очередная светская вечеринка, на которой ты, естественно, должен присутствовать. Поэтому делай, что хочешь, но в девять вечера, чтобы как штык был в нашем пентхаусе, понял? — сказал, как отрезал, не давая даже шанса возразить. — И давай без глупостей, а то... Мужчина мгновенно сбросил звонок, понимая, что дальнейшая информация абсолютно ему не интересна. Отхлебнув глоток уже остывшего кофе, Арсений услышал знакомое цоканье каблуков и раздраженно закатил глаза, молясь, чтобы этот "кто-то" прошел мимо него. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич! — задорный женский голосок резал уши, заставляя болезненно жмуриться, сдерживая порыв ярости. — Эй, я, конечно, понимаю, вы преподаватель, но это не дает никакого права вам меня игнорировать! — подходя к мужчине вплотную, Мия дотрагивается до его напряженного плеча, на что ее рука тут же была грубо перехвачена. — Не смей меня трогать, — проговаривая каждое слово по отдельности, Попов повернулся к девушке, откидывая ее ладонь в сторону. — Ах, вот как вы заговорили... А что, собственно, не так? Или только вам дозволено делать, что вздумается? Трогать меня, когда захочется? — скрестив руки на груди, злостно прошептала девушка, вставая на носочки, чтобы хоть как-то сравниться в росте. — Соколова, ты чего вообще добиваешься? — схватив Мию за предплечье, Арсений грубо притянул ее к себе, пристально вглядываясь в эти немного напуганные, но такие же красивые, наполненные уверенностью, глаза. — Аналогичный вопрос хочу задать вам! — парируя, отвечает девушка и вздрагивает, когда за ее спиной звучит максимально неприятный женский голос. — Арсений Сергеевич, а вы чего тут стоите, у вас разве нет пары у первого курса? — одна из преподавательниц, которая была явной сторонницей консервативного строя, скрестив руки на груди, сверлила взглядом молодого преподавателя, изредка кидая взгляд на сжавшуюся Мию. — Ирина Евгеньевна, я и сам прекрасно знаю свое расписание, вам не обязательно возлагать на себя такую ответственность и постоянно напоминать мне, какие, когда и где пары я веду. — вежливо, насколько это было возможно в данной ситуации, произнес Попов, подталкивая девушку к двери пустующей аудитории, игнорируя последующие причитания женщины. Закрыв деревянную дверь на ключ, педагог бросил портфель на стул и развернулся к Мии: — Надеюсь ты понимаешь, что подобное поведение может привести к плачевным исходам? — поправляя рукава синего пиджака, проговаривает Арсений, окидывая взглядом возмущенную Мию. — Думаете, я сильно расстроюсь, если вас уволят? Или вы боитесь более сурового наказания? Что там бывает за растление студентов? — с явным пренебрежением проговаривает девушка, вызывая у преподавателя легкую, снисходительную улыбку. — Как же ты зациклена на мне, — продолжая ухмыляться, Попов медленно наступал на забившуюся в угол аудитории, Мию, замечая на ее щеках легкий румянец и слегка сбившееся дыхание. — Мия, Мия, Мия, неужели ты думаешь, что подобные ситуации могут отразиться пагубно только на мне? Отчисление тоже никто не отменял и это вполне легко устроить, — вкрадчиво проговаривает мужчина, наблюдая за резкой сменой эмоций на девичьем лице. — Вы мне угрожаете? — слишком тихо, для уверенной в себе барышни, произносит девушка, понимая, что расстояние между ними значительно сократилось, став максимально неприличным. — Я? — брови Арсения удивленно поползли вверх, делая его взгляд максимально невинным. — Боже упаси, лишь позволяю тебе увидеть ситуацию с разных сторон, — договаривает он, соприкасаясь ладонью с бетонной стеной, на которую опиралась Мия. — Чего вы добиваетесь? — внутренняя злость и обида одолели девушку в данную минуту. Мия действительно не понимала, почему этот мужчина так ведет себя с ней. Из-за постоянных мыслей она не смогла и часу поспать сегодня ночью, а сейчас ее вновь зажимают в какой-то рандомной аудитории, выводя на эмоции, ставя в неудобное положение и даже угрожая. — Почему вы постоянно где-то рядом? Почему вы пытаетесь то понравиться мне, то наоборот отталкиваете меня? Чего вы вообще хотите? — Мия не могла больше сдерживать себя и свое негодование. Ее чувства и эмоции сейчас были на таком пределе, что малейшая оплошность, могла вывести ее на самую настоящую истерику. — И ты действительно хочешь знать, чего я хочу? — Арсений мысленно ликовал. Мужчина прекрасно понимал, что сейчас девушка в предельно уязвимом состоянии и любое его слово будет воспринято в несколько раз сильнее и серьезнее. Вглядываясь в серые глаза, Попов терпеливо ждал ответа на свой вопрос и лишь когда получил неуверенный, утвердительный кивок, продолжил. — Я сам еще не до конца понимаю, что именно меня так зацепило. Но с каждым днем я не могу справиться с сумасшедшей тягой к тебе, Мия, — медленно, опаляя своим горячим дыханием нежную кожу шеи девушки, проговаривает мужчина, уже чувствуя сладкий вкус победы. — Арсений...Сергеевич, — тихо выдыхает Мия, проводя дрожащими пальцами по мускулистым плечам преподавателя. — Ты необыкновенная девушка и я хочу быть рядом с тобой, просто я не привык выражать свою симпатию и иногда мои поступки выглядят нелогичными и странными, но это все из-за внутренней борьбы с самим собой, — опуская одну руку на лицо Мии, проговаривает Арсений, поглаживая нежную кожу, отмечая про себя, что эта девушка действительно очень красива. — Как же я вас понимаю, — вторит ему Мия, пристально смотря в потемневшие глаза. — Понимаю, как сложно иногда справиться со своими инстинктами и устоять перед моей красотой, умом и харизмой. Прекрасно понимаю, как такой самовлюбленный, наглый и бездушный мужчина, как вы не может удержать свое желание в своих штанах и начинает настолько беспардонно подкатывать к молоденьким ученицам, пытаясь завладеть их вниманием. И, знаете, со многими эти пикаперские штучки действительно прокатили бы, но явно не со мной, — Мия с удовольствием наблюдала за растерянной гримасой Арсения, понимая, что попала в самую суть всех его деяний. — Но вы не расстраивайтесь так, найдутся еще те дурочки, которые поведутся на этот спектакль. Хотя вам стоит поработать над вашей мимикой, а то как-то не убедительно, — ударяя по, все еще лежащей на лице руке, договаривает девушка и окончательно отстраняется от шокированного мужчины, выбегая из аудитории.

***

К сожалению девушки, в эту аудиторию ей пришлось вернуться практически сразу. Группа первокурсников из ее группы встретила ее у двери: — О, Мия, а ты чего там делала? Еще же не начиналась пара? Что-то случилось? — заинтересованно, с нотками переживания в голосе произносит Саша, доставая из сумки толстую тетрадь для конспектов. —Не-а, наоборот, все просто прекрасно, даже не представляешь на сколько, — уверенно бросила та, интригующе улыбнувшись, скрестив руки на груди. — Он даже не представляет, что его ждет. Он не с той стал свой характер показывать! — смело высказалась Мия, зло скосив взгляд на дверь аудитории. — Я вообще ничего не поняла, но догадываюсь, что ты меня не просветишь? — нахмурив брови обратилась к ней одногруппница, прекрасно зная, насколько Мия скрытная натура. Мия только улыбнулась, пожав плечами: — Не бери в голову, это мое бремя. Все в полном порядке! — уверенно констатировала Мия, сама в это с трудом веря. Решив отвлечься от насущих проблем, девушка открыла свои конспекты, понимая, что на этом занятии Арсений Сергеевич точно будет спрашивать чуть ли не каждого, вымещая на студентах свое недовольство утреннем разговором. Через несколько минут, преподаватель запустил студентов в проветренную аудиторию, в которой еще пахло явно дорогими, ароматизированными сигаретами. Проходя между рядами Мия маякнула Саше сесть на первую парту прямо перед учительским столом. Та сначала непонимающе посмотрела на нее, но все же приземлилась рядом, понимая, что сейчас лучше ничего не спрашивать. Коварно улыбнувшись, девушка с удовольствием наблюдала за немного растерянным педагогом, который еще некоторое время тупо перекладывал стопку бумаг, нервно отдергивая пиджак. — Доброе утро! Надеюсь, все в здравом расположении духа и готовы работать, - отвлекаясь от своего занятия, как можно громче проговаривает Арсений Сергеевич, привлекая внимание перешептывающихся студентов. — Как я и обещал на прошлом занятии, сегодня мы начнем с небольшого опроса. Проверим насколько хорошо вы подготовились к моему занятию, — он сделал паузу, осмотрев студентов, большинство из которых начали судорожно листать тетрадки в надежде хоть что-то освежить в памяти, все, кроме Мии. Девушку вальяжно сидела, демонстративно закрыв тетрадь, и смотрела Арсению прямо в глаза. — Что ж, хорошо! Может кто-то с первых рядов? Девушка, может вы? — обратился он к Мии, облокачиваясь на угол стола, складывая руки на груди. — Выходите к доске. Посмотрим, соответствуют ли знания в вашей голове, такому раскрепощенному поведению, — добавляет преподаватель, пуская по аудитории нервные смешки в сторону девушки. Натянуто улыбнувшись в ответ на ожидаемую колкость, Мия встала со своего места и медленно подошла к доске, взяв в руки кусочек сломанного мела. — Ну? — довольно нагло, проговорила она, пробегаясь взглядом по Арсению. — Итак, Соколова, нарисуйте мне схему системы государственного управления. Как мы все помним — данная схема была основной на прошлом занятии, на ее рассмотрение мы потратили большую часть занятия. Так что прошу, доска в вашем распоряжении, — показывая рукой на пустующую темно-зеленую поверхность, произнес Арсений, — как и я... — повернувшись лицом к девушке, шепнул преподаватель. Мия на этот выпад только закатила глаза и развернулась к доске, приступая к выполнению своего задания. Много времени на это не потребовалось и спустя каких-то пару минут, девушка уже довольно отряхивала руки от мела, возвращаясь на свое место. — Что ж, Мия, замечательно. Конечно, за это никаких оценок или "плюсиков" в журнал не последует, но вы все равно довольно неплохо показали себя. Надеюсь, дальше будет больше, — переключаясь на остальных студентов, Арсений Сергеевич старался больше не акцентировать свое внимание на надоедливой студентке, однако ее пристальный взгляд иногда и правда выбивал его из колеи, заставляя теряться в мыслях, нервно прокашливаясь. На удивление для Мии, пара прошла очень быстро. Студенты наконец-то смогли выдохнуть, выходя из душной аудитории, покидая придирчивого преподавателя. Следуя их примеру, девушка, вместе с остальной толпой хотела быстро ретироваться, решая, что на сегодня склок и ссор с этим мужчиной ей достаточно. Однако ее затея не увенчалась успехом, ведь место, куда они с Сашей сели, заставляло пропускать весь поток учеников, не давая выбраться самим. В итоге, Мия, как и всегда выходила в числе последних, чувствуя на себе пристальный взгляд Арсения Сергеевича. — А ну стоять! — прозвучало в почти пустой аудитории, и девушка непроизвольно зажмурилась, резко останавливаясь в дверном проеме. Мия слышала, как Попов медленно подошел к ней ближе, и решив, что терять ей уже нечего, натянула на себя обворожительную улыбку, поворачиваясь к мужчине. — Я вас слушаю, Арсений Сергеевич, — особенно подчёркивая его имя, обратилась девушка, окидывая его беззаботным и смелым взглядом. — Выебываешься? — буквально шипя произнес педагог и подошел к студентке вплотную, пытаясь снова заставить почувствовать ее уязвимой и подчиненной. — А вы? — парируя бросила Мия, делая шаг вперед, оставляя между ними всего пару сантиметров. — Да, Арсений Сергеевич, я тут подумала и осознала... Мужчина лишь вопросительно взглянул на нее, не представляя, что сейчас выдаст эта сумасшедшая. Девушка игриво провела кончиком ногтя по небольшой щетине Арсения, вставая на носочки, почти соприкасаясь с его губами. — Мия... — нервно выдохнув, преподаватель уже хотел потянутся вперед, но девушка вовремя остановила его, мило улыбаясь. — Тш, дайте договорить, — прикладывая палец к горячим губам, Мия соприкоснулась своей щекой с щекой мужчины, опаляя его шею горячим дыханием. — Я хочу вам кое-что показать, — прошептала Мия, не отходя ни на шаг от мужчины, при этом нажимая куда-то в телефоне. В следующую секунду по аудитории разнесся немного искаженный голос Арсения. "Мия, Мия, Мия, неужели ты думаешь, что подобные ситуации могут отразиться пагубно только на мне? Отчисление тоже никто не отменял и это вполне легко устроить" — обрывки их утреннего разговора вырываются из динамиков смартфона, заставляя Попова сжаться, понимая, что в этой битве он с позором проиграл. — Ой, как же так получилось? Какой знакомый голос? Где-то я его слушала, вы случайно не знаете? — издевательски добивает его девушка, скрывая за своей язвительной интонацией совсем непритворный страх. — Сучка, что ж с тобой не так-то! — выкрикнул Арсений, отстраняясь от Мии, пытаясь сдерживать рвавшийся наружу гнев. — Со мной как раз таки, все так! И если вы решили подкатить ко мне на "чисто сливочном масле", думая, что парочка комплиментов и добрый жест заботы, распахнет для вас мое сердечко, а заодно и скинет блузку с юбкой, то это уже с вами какие-то проблемы. Вернее, нет, не проблемы. Это просто ваша жизнь. Вы привыкли цеплять шлюшек в баре, привыкли, что все чего бы вы не захотели, преподносится вам на блюдечке с голубой каемочкой, а тут, к великому сожалению, грандиозный облом, — выплескивая, накопившиеся за этот сумасшедший день, эмоции, буквально выкрикивает Мия, чувствуя, как по всему телу распространяется жар. — Я не понимаю! Искренне не понимаю, ни вашего поведения, ни внимания в мою сторону, но скажу честно, мне все это осточертело! Оставьте меня в покое, иначе, я отнесу эту гребаную запись в деканат, а там уже будь, что будет! — она остановилась, громко и глубоко дыша. Сердце стучало так сильно, что перед глазами начали появляться черные пятна, оповещая девушку, что лучшим решением сейчас будет куда-нибудь присесть. — Я, надеюсь, достаточно доходчиво объяснила? Поверьте мне, Арсений Сергеевич, я не из тех, кто испугается отчисления или еще каких-то "санкций", но я не позволю так с собой обращаться, — окончательно выдыхая, Мия все-таки остается стоять на ногах, лишь облокачиваясь на рядом стоящую парту. — Предельно, — натянув на себя маску полного безразличия, произносит Арсений, скрывая свои нервные размышления о том, как ему теперь спасать свою шкуру. Мужчина понимал, что заканчивать эту игру так просто он не может, на кону стоит слишком многое, а это значит выход один — бороться до последнего, — Послушай меня, — меняя тон разговора на более нежный и располагающий, Попов пытается сформулировать, мечущиеся туда-суда мысли в своей голове. — Я предлагаю тебе сделку. Последнее тесное сотрудничество между нами, после которого я перестану делать то, чего ты так боишься, — "Боже, это действительно сейчас я говорю..." - мелькает в голове мужчины и он мысленно бьет себя ладошкой по лбу, понимая, как сейчас звучит его "предложение". Мия сначала непонимающе уставилась на мужчину, прокручивая в голове все, что он сказал, пытаясь уловить в его интонации или виде хоть что-то, что смогло бы ее смутить. Но то ли стресс так затуманил ее разум, то ли этого разума у девушки и вовсе не было, иначе как можно было объяснить, что она и на секунду не задумалась перед тем, как произнести: — Какие условия? — прокатывается эхом по пустой аудитории, и Арсений даже пару раз удивленно хлопает глазами, пытаясь понять правильно ли он все расслышал. — Сегодня ты сходишь со мной на один официальный вечер. Можешь звать это светским раутом, как угодно. В общем от тебя ничего сложного не требуется. Просто будь рядом со мной и получай удовольствие от вечера, — как можно проще произнес Арсений, надеясь, что Мия согласится. — Раут говорите... — задумчиво протягивает девушка, — Ладно, хорошо, я схожу с вами на эту вечеринку для богатеньких, однако у меня есть условия: никаких прикосновений, ваших излюбленных пошлых шуточек и всего подобного, иначе я просто уйду и расхлебывайте тогда свои проблемы сами, понятно? — сама не веря в то, что это произносит, Мия протягивает свою руку для того, чтобы скрепить их "уговор" крепким рукопожатием. — Понял. Не лапать, не флиртовать, — радостно, будто ребенок, воскликнул педагог и сжал протянутое запястье, понимая, что все не так уж и плохо и сдаваться еще рано — О следующем прикосновении ты сама меня попросишь, — отпуская девичью руку, шепчет он и смеется с недовольного лица Мии, провожая ее до выхода из аудитории.