Часть 4
15 июня 2023 г., 14:51
Черное кружевное платье, подчеркивающее стройную фигуру, но не опошляя образ Мии, идеально сочеталось с лакированными, в тон платью, лодочками на аккуратном каблуке и бежевой сумкой на позолоченной цепочке. Дополняющие образ ювелирные украшения, идеально выпрямленное коре и легкий вечерний макияж — все это смотрелось просто великолепно. Довольная своим «луком» Мия отходит от зеркала в прихожей, открывая флакончик любимого парфюмерного масла, наносит его на запястья и кожу шеи. Сладковатый аромат приятно щекочет нос, и девушка удовлетворенно улыбается, в последний раз кидая взгляд на свое отражение.
— Ну, с Богом. Видел бы меня отец…в жизни бы из дома не впустил, — тихо проговаривает она и поспешно выходит из квартиры. Ведь Арсений Сергеевич уже минут пять ждет ее в своей машине во дворе. «Наверняка стоит из нервно курит, сейчас опять начнет лекции читать» — думает Мия, предвкушая недовольное бурчание в свою сторону от преподавателя.
Выбежав из подъезда, девушка тут же замечает припаркованный автомобиль, возле которого, как ни в чем не бывало стоял ее преподаватель, докуривая сигарету. Его взгляд был направлен куда-то в даль, а свободная рука нервно постукивала по капоту машины, выдавая напряжение. Клуб белого дыма окутывал мужчину, из-за чего тот жмурил глаз, не отрывая взгляда от последних лучей закатного солнца, которые подсвечивали крыши домов, утопая их в оранжевых оттенках.
— Ну, наконец-то! Ты там это платье шила что ли?! Чего так долго? — выбрасывая окурок на асфальт, тут же туша его носиком явно дорогих черных туфель, недовольно высказывается Арсений, садясь за руль, закатывая глаза.
«Даже дверь не открыл, козел… а сам весь из себя, петух ряженный!» — проносится в голове Мии, и она демонстративно обходит автомобиль с другой стороны, садясь на заднее сидение. Лишь бы быть от этого манипулятора подальше. «Пусть только попробует чего-то натворить!»
Попов на подобные выходки внимание не обращает, у него сейчас голова другим забита. Совсем скоро мужчине придется встретиться со своим отцом, что уже дело не из приятных. Он не говорил Мии, что на мероприятии она появится в качестве его девушки, иначе та не согласилась бы, поэтому как именно пройдет эта встреча Попову не известно, но он искренне молится всем богам, чтобы Мия вела себя благоразумно и не выкинула чего-то, как обычно.
Дорога занимает минут тридцать. За это время ни Арсений, ни Мия ни слова друг другу не говорят. Девушка ежеминутно отписывается своим родителям, что с ней все хорошо и она уже ложится отдыхать. О сегодняшнем «выходе в свет» Мия ничего им не рассказала. Родители с утра уехали в трехдневную командировку, оставив Полину на попечительство бабушки, которая накормив на отвал внучку тихо засыпает в кресле, отвлекшись от вязания. Девушка на мгновение пожалела, что не может быть сейчас рядом с ней. Спокойно пить горячий сладкий чай, да еще и с конфеткой, рассказывать бабушке свои проблемы, прислушиваясь к мудрым советам. Смотреть на расслабленного, развалившегося на диване деревенского кота, тихо мурчавшего в темноте.
Говорить о сложившейся ситуации по телефону девушка не захотела, такое нужно обсуждать лично. «Вы мне еще никто, Арсений Сергеевич, а я уже из-за вас своей родне вру» — думает она, чувствуя вину за свою ложь, боявшись не оправдать доверие, которое любезно с самого детства предоставляли родители. Автомобиль тем временем останавливается у внушительных размеров особняка. Из панорамных окон струится мягкий желтый свет, освещая собой парковку. На улице уже довольно темно, поэтому стоящие по периметру уличные фонари, заставляют чувствовать себя спокойнее, благодаря ним все видно.
— Ну, что пора, — прочищая горло, проговаривает Арсений и поправляет свой галстук, выходя из машины. На этот раз он дверь Мие открывает и даже руку подает, помогая выбраться из машины. «Какое лицемерие! Кого ты хочешь обмануть? Джентльмен недоделанный!» — закатив глаза, бубнила про себя Мия, уже предвкушая этот «прекрасный» вечер.
— И где же ваши манеры были раньше? — не сдержавшись, язвит девушка, вкладывая свою холодную ладонь, в протянутую теплую и нежную руку мужчины.
Мия понимает, что начинает изрядно нервничать. Вся эта обстановка, люди в богатых, дорогих нарядах, которые один за одним входят в дом, заполняя его все больше, начинает давить. Девушке явно будет некомфортно среди таких личностей и ей хочется уйти прямо сейчас, но она все-таки вздергивает подбородок, пытаясь выглядеть максимально уверенно и с удовольствием пользуется подставленным локтем Арсения. «Мы это делаем, чтобы он отстал от тебя. Просто потерпи.» — настраивает себя девушка, замечая на себе косые взгляды расфуфыренных женщин в дорогущих платьях. "Наверняка жена миллионера, живет на деньги мужика" — стереотипно подумала Мия, осознав, то просто завидует красивому наряду и явно чувствует себя белой вороной в этом обществе.
— Не переживай, я буду рядом, — наклоняясь чуть ближе, шепчет Арсений, строя из себя самого добродушного мужчину на свете. Попов понимает, что сейчас он должен вести себя максимально мягко и услужливо, чтобы со стороны они смотрелись как настоящая влюбленная парочка. В глубине души надеясь, что Мия не заметит особенного поведения и не станет устраивать сцены на глазах этих людей.
Мия на его «поддержку» никак не реагирует. Самый странный способ поддержки, лучше бы он просто молчал, было бы куда приятнее. Ее, если честно, уже достали эти перепады настроения преподавателя. «То он груб и холоден, то учтив и заботлив, как беременная женщина, ей Богу.» — думает она и от этого сравнения на душе становится немного веселей.
Девушка пока не задумывается над тем, что именно вынуждает преподавателя вести себя так непредсказуемо. Она не замечает или просто не хочет замечать эту глубокую печаль в голубых глазах, которая время от времени выплывает наружу всего на несколько секунд, чтобы потом вновь скрыться за напускным самолюбием. Казалось, что что-то волнует его, но что именно, девушка не знала. Арсений оглядывает толпу, будто опасается кого-то увидеть, а Мия точно ощутила, как его ладони похолодели. Он кого-то боится, но кого и почему?
— О, Арсений Сергеевич, как я рада вас видеть! Вы просто шикарны сегодня, впрочем как и всегда! — притворно улыбается высокая блондинка с обворожительной фигурой, и медленно, цокая своими каблуками, подходит к Попову ближе.
— Мария, взаимно! Как ваш отец? Слышал у него успехи? Перешли на более масштабное производство? — наигранно заинтересованно расспрашивает ее Арсений, мысленно умоляя девушку не переходить на личные темы.
— Да, в целом неплохо, но он так распереживался из-за нашего разрыва, это даже повлияло на его здоровье. Бедный мой отец… — драматично продолжает она, кладя руку на плечо мужчины, демонстративно стрельнув взглядом на Мию, которая уверенно держалась рядом с Арсением, с легкой улыбкой, приняв выпад.
— О, мне так жаль, надеюсь, вы в прядке, — колко отвечает она, и прикладывает свободную ладонь на грудь Попова, скользя ей к навязчивой руке Марии. — Если нужна какая-нибудь помощь, мы с любимым с удовольствием предоставим ее вам, — договаривает Мия, с удовольствием наблюдая, как карие глаза девушки буквально вспыхивают от накатившейся волны злобы.
— Боюсь, помощь скоро понадобится вам, когда будете заливаться горькими слезами, после того, как этот урод и вас бросит, — яростно бросает Мария, и развернувшись на своих высоких каблуках, уходит прочь, не желая больше стоять рядом с этой парочкой.
Арсений сделав вид, что ничего не произошло, расстегнул пуговицы пиджака и положил руки в карманы, оголяя белоснежную рубашку:
— Неплохо да, любимая? — улыбаясь краешком рта проговаривает Попов, не упуская возможность зацепиться за сказанные ранее слова Мии. — Для большей убедительности тебе меня еще поцеловать нужно было, — наклоняясь к нежной шее, шепчет он, на что девушка тут же отстраняется, сверля мужчину недовольным взглядом.
— Даже не надейтесь! Я работаю по нашей договорённости, шаг в сторону — аудиозапись на столе у ректора, ясно? — прошипела Мия, упираясь ладонью в грудь преподавателя, чтобы тот не нарушал личное пространство.
— Какие мы серьезные… Посмотрим, что будет в конце вечера, — интригующе шепчет Арсений, подмигивая, чем вызывает у Мии острое желание влепить ему пощёчину, но та только закатывает глаза, убирая за ухо мешающий волосок.
Наконец-то пара входит в дом. Внутри все не менее шикарно, чем снаружи. Большие белые колонны возвышаются до самого потолка, создавая впечатление, что они пришли в какой-то театр или дворец, точно уж не обычны дом. Повсюду бегают официанты, в выглаженных белых рубашках, разнося еду и напитки. На поносах изящные бокалы с шампанским, которое наверняка стоило бешенных денег. По бокам огромного зала стоят длинные столы, на которых красуются разные закуски.
— А вот и моя крепость, — неожиданно выдыхает Арсений, в голосе которого слышится лишь некое отвращение, неприязнь к данному месту.
— Неужели я слышу нотки недовольства? Твой дом на самый настоящий дворец похож, но даже тут ты не доволен, — с явным упреком проговаривает Мия, не в состоянии оторвать взгляд от этой величественной красоты.
— Это самая настоящая тюрьма, а не дворец, — Попов отходит от девушки к одному из столов, чтобы наконец выпить чего-нибудь крепкого. Без парочки стаканчиков виски он не выдержит этот вечер. Точно не выдержит.
Мия, чувствуя явное угрызение совести за свое невежество, подходит к Арсению сзади, слегка касаясь его напряженной спины.
— Слушайте, Арсений Сергеевич, я не имела права говорить вам подобное, я не знаю, что там происходило в вашей семье, какие взаимоотношения у вас с родителями, поэтому судить о вас в таким ключе, я не имела право, — выдыхает девушка, наблюдая за тем, как Попов опрокидывает в себя первый бокал с крепким алкоголем.
— Соколова, ты уже определись как ты ко мне обращаешься. Твое: то на «ты», то на «вы» максимально путает меня, внеси в наши отношения ясности, пожалуйста, — довольно ухмыляется педагог, пропуская мимо ушей это «неуместное» по мнению Арсения извинение, проговаривает мужчина, решая как можно быстрее переключить акцент с себя на общую обстановку.
— Да, я… — только Мия хочет что-то ответить, как ее тут же перебивает грубый мужской голос, доносящийся сзади нее.
За их спинами показался солидный мужчина в возрасте, он был одет в пожалуй самый дорогой из имеющихся у него костюмов, даже волосы казалось лежали идеально, не в силах хоть немного разбавить его строгий образ. В руке он элегантно держал бокал с виски, на котором образовались небольшие капельки воды от тающего льда.
— Кого я вижу, в этот раз даже не пришлось отправлять за тобой машину с охраной? Приехал добровольно, — саркастически протягивает он, в знак приветствия приподнимая бокал, — рад видеть рядом с тобой такую милую особу, — многозначительно продолжил мужчина, осматривая с ног до головы Мию, от такого взгляда ей стало совсем неловко.
— Добрый вечер, хорошая организация, — строго и наигранно похвалил родителя Арсений, аккуратно взяв Мию за руку, придвигая ее ближе к себе, словно стараясь уберечь от хищного взгляда отца. — Хотел представить тебе эту, как ты выразился, "милую особу". Знакомься отец, это Мия — моя девушка, — как ни в чем не бывало произносит Попов, не замечая сжавшуюся ладонь девушки на его руке.
Сердце студентки рухнуло куда-то вниз, расколовшись на мелкие кусочки, на секунду ей показалось, что даже все звуки в зале пропали. "Да как он смеет? Самовлюблённый козлина, мы же не об этой совсем договаривались!" — ругалась про себя Мия, внешнее стараясь не показывать полнейшего разочарования и закипающей злости. "Вот он у меня попляшет! Зараза." — злилась она, чувствуя как сильная рука преподавателя ласково поглаживает ее бархатную кожу.
— Здравствуйте! Я так рада встретиться с вами, не представляете, как много Арсений рассказывал о вас. Сын, восхищающийся своим отцом, такое милое зрелище. А еще я в приятном шоке от масштабов события. Вы должно быть великолепный хозяин! — быстро среагировала на протянутую ей руку девушка, слегла пожав морщинистую ладонь отца.
Тот только коротко улыбнулся и дотронувшись до плеча сына, дал понять, что им предстоит ненадолго удалиться. В его взгляде чувствовалась доля презрения и разочарования выбором сына. Мию это задело, даже понимая, что она не его девушка, такое скрытое отношения хозяина испортило настроение. Арсений обернулся и бросил улыбаясь:
— Родная, не скучай, я буквально на секундочку, — приторно пробормотал он, скрываясь вместе с угрюмым мужчиной за витиеватой лестницей.
Мия на это лишь недовольно закатила глаза и прошептав по себя: "Катись куда хочешь", осталась стоять около барной стойки, разглядывая высоченные потолки с лепниной и элегантными люстрами, которые погружали все помещение в приятный теплый свет. Зал кишил людьми, увлеченно беседующими о чем-то, все сопровождалось ненавязчивой игрой фортепиано, которой Мия заинтересовалась сразу. Решив чуть отвлечься от своего "актеришки", она ловко проскользнула сквозь толпу людей и приблизилась к чарующему ее инструменту. За черным роялем с идеальной осанкой, нежно лаская бело-черные клавиши, сидел высокий мужчина, он ни на секунду не отвлекался от своей работы, как будто загипнотизированный касался клавиш, извлекая из них чувственное звучание.
Девушка посмотрела на незнакомого шатена, с милыми кудряшками, так изумительно подчиняющего себе рояль, что не заметила как за спиной появился Арсений.
— Так быстро променяла меня на какого-то музыкантишку? — как будто на полном серьезе предъявил ей Арсений, недовольно скрестив руки на груди.
— Он хотя бы не смешивает меня с грязью и не обманывает, в отличие от вас! — выдала Мия, акцентировав внимание на слове "Вы", — Выглядит он искренне, и в отличие от вас дарит людям наслаждение, а не постоянные неприятности. И вообще, как так вышло, что у такого властного отца, который больше смахивает на мафиози из какого-нибудь криминального романа, сын — обычный преподаватель в университете? Кому Вы, Арсений Сергеевич, собираетесь вешать лапшу на уши и во что опять меня втягиваете? — ткнув пальцем прямо в грудь мужчины, проговорила девушка, недовольно щурясь. Девушка смотрела прямо ему в глаза, в глубокие голубые глаза, обрамленные длинными черными ресницами, они выглядели грустными и встревоженными. Но это не вызвало жалость у Мии, она только нахмурила брови и, подняв голову, не разрывала зрительного контакта с преподавателем, по спине пробежал холодок...
— Слушай, ты работаешь по договору, и тыкаешь им в меня каждый раз, так что давай не отходи от своего плана. Не твое дело, Соколова, что здесь происходит, кто мой отец и кто я, поняла? И помни все-таки, что твое будущее образование в университете в моих руках, — уверенно произнёс Арсений, вытащив руки из карманов брюк, перехватив запястье Мии.
— А ваша дальнейшая работа в университете, в моих руках? Так по вашей логике получается?! — передразнила его Мия, вырывая ладонь из несильной хватки. Арсений на это лишь закатывает глаза, давая понять, что вся эта беседа его утомила.
— Ладно, давай так. Мы сейчас просто успокаиваемся и раз уж все равно пришли на этот вечер, пытаемся извлечь из него хоть какую-то пользу. Тут неплохая выпивка и закуски, пошли расслабимся, — на удивление спокойно проговаривает мужчина, с мольбой смотря на сверлящие глаза напротив, резко поменяв тему. — Ну, пожалуйста, хоть раз отдайся моменту, — скорчив страдальческую мордочку, проговаривает он и видя снисхождение в лице девушки, довольно улыбается.
— Хорошо, только если еще раз дотронетесь до меня — вылью вам на голову напиток, ясно?! — грозясь указательным пальцем, заключает Мия и обходит мужчину, направляясь к самому дальнему столику.
— Так мы же договорились, о следующем прикосновении ты сама меня попросишь...— заигрывая произносит шепотом, догнавший девушку, Арсений и громко смеется, ощущая удар кулачком в плечо.
Дальше вечер проходил довольно скучно. После пары-тройки бокалов виски Попов полностью погрузился в свои мысли, абсолютно не обращая внимание на скучающую Мию. Ее это собственно вполне устраивало. Никаких "неожиданных" прикосновений, пошлых шуточек, издевательств, однако видя, поникшее выражение лица преподавателя, его грустные глаза, которые уже с пол часа смотрели в пустоту, девушке становилось не по себе. Что-то внутри сжималось, в груди появился неприятный комок, почему-то она стала чувствовать себя как-то необычно...виноватой что ли? Ей неожиданно захотелось приободрить Арсения, возможно позволить ему выговориться, понять, что происходит сейчас в его душе, но Мия старательно глушила в себе это желание, боясь перейти личные границы этого человека.
— Я никогда не любил появляться на подобных мероприятиях, — вдруг произносит мужчина, облокачиваясь на свою ладонь, практически ложась на стол. Девушка обрадовалась, что звенящую тишину между ними он нарушил первый, его грусть пробудила в Мии сострадание, поэтому она тихонько приблизилась к нему и посмотрела на такого обычно серьезного и сильного человека, который теперь бессильно склонился над стаканом, наблюдая за кусками льда в напитке. — Все напыщенные, фальшивые... Нацепили свою маски дружелюбия, а сами в душе порвать готовы каждого, кому улыбаются и одаривают комплиментами. Мерзость, — морщится он и опрокидывает в себя очередной стакан виски, даже не морщась.
— Может, тогда уйдем от сюда? — осторожно произносит Мия, которая все это время внимательно слушала изречения преподавателя. — Давай повожу тебя до дома, пойдешь спокойно спать. Зачем тебе все эти люди, да и я тут совсем некстати, да и тебе особо не нужна, — не удержавшись продолжала девушка, резко замолчав, осознав, что наговорило уже порядочно.
Арсений на это лишь грустно улыбается, качая головой, и поглаживая рукой прохладный стакан. Это действует на него оживляюще и заставляет не уснуть.
— Нельзя, — выдыхает он и поворачивается лицом к встревоженной девушке. — И знаешь, пожалуй ты одна украшаешь весь этот вечер, — произносит он, и звучит это в разы приятнее и искренне, чем обычно. Казалось, он говорит чистую правду.
Сейчас он кажется Мии совсем другим. Более... настоящим? От таких слов она улыбается и в смущении отворачивается, касаясь рукой шеи.
— Почему нельзя уйти? — все так же тихо проговаривает она и придвигается ближе, кладя руку на плече мужчины. Эти разговоры шепотом создали между ними отдельный мир, ограничив их от всех посторонних. Казалось, что весь зал опустел. Остались только они и ненавязчивые звуки рояля. — Я могу нас довезти, — завершает Мия и видит на себе изумленный взгляд голубых глаз. — Отучилась на права недавно.
— Почему тогда не ездишь на машине в университет? — с необычным интересом спросил Арсений, развернувшись к ней вполоборота.
— Машина пока на капитальном ремонте. Но, разве это сейчас так важно? Пойдем, я довезу тебя до дома, — Мия уже хочет подняться со своего места, но Арсений перехватывает ее руку, разочарованно кивая головой. Мия бросила взгляд на свою маленькую ручку, на которой лежала большая, теплая рука Арсения. На удивление девушки тот видимо и не собирался убирать ее, от подобных мыслей на душе стало теплее, — мы должны досидеть до конца. Иначе отец будет недоволен, — сквозь зубы проговаривает Попов, пока в его голове всплывают реплики их недавнего разговора.
***
— Я вижу мои угрозы особо на тебя не действуют, сын, — заходя в темный кабинет, проговаривает отец, садясь в одно из коричневых массивных кожаных кресел и закинув ногу на ногу, оставив Арсения стоять в одиночестве около громко захлопнутой двери. — Не совсем понимаю, о чем ты? — Арсений уже напряженный началом этого разговора, пытается вести себя как можно непринуждённо, чтобы не выдать своего страха. — Я о Соколовой. Надеюсь, ты не забыл, что эта девчонка должна стать ключиком к ее отцу, а для этого ты должен ей как минимум нравиться. Пока я наблюдаю обратное. Если ты не видишь в ней притворства и лжи, я очень разочарован в тебе сын! — и хоть отец и выглядел достаточно спокойным, но по его выступающим желвакам и сжимающимся кулакам можно было понять, что он в шаге от того, чтобы не взорваться от злости прямо сейчас. — Изменения в завещании уже внесены, осталось только заверить этот документ в нотариусе, а дальше ты сам понимаешь... — Да, я все прекрасно понимаю! Не стоит мне каждую секунду об этом напоминать! - взрывается Арсений, делая шаг навстречу сидевшему отцу. Тот тоже на месте не сидит и поднимается, возвышаясь над сыном. Две пары голубых глаз буквально столкнулись в неравной схватке. Мужчины сверлили друг друга взглядами, ожидая кто же сдастся первым. — Не смей. Повышать. На меня. Голос, — буквально по слогам проговаривает отец, делая шаг вперед, морально и физически нагнетая обстановку, — Ты с детства не умел принимать поражения и я очень сожалею, что мой сын вырос таким сопляком, — эти слова мужчина буквально выплевывает, и не давая ни малейшего шанса что-то ответить, выталкивает сына из кабинета, давая понять, что разговор на этом окончен. —И не смей сбежать! Ты обязан присутствовать на этом вечере. Хотя бы в этом меня не опозорь.***
— Хотя бы в этом меня не опозорь... — еле слышно срывается с губ Арсения и он утыкается в локоть своей руки, срываясь на неконтролируемый истеричный смех. — Я столько делаю, столько работаю, стараюсь оправдать ожидания. И все это напрасно. Как это ужасно! — проговаривает мужчина куда-то себе в руку, медленно и тяжело выдыхая. Мия от такого внезапного изменения настроения преподавателя сначала прибывает в шоке, а после, слыша громкие всхлипывания, приникает к Попову, пытаясь приподнять его над столом. — Эй, Арсений Сергеевич, вы чего? — девушка потирает спину и плечи мужчины дрожащими руками, пытаясь растормошить его, но ничего не получается. Преподаватель продолжает сотрясаться, не желая вылезать из своего кокона рук. — Ну, все, тише, вы просто слишком много выпили, — Мия тянет безвольное тело на себя приобнимая Арсения за голову, приходясь пальцами между взмокших смолянистых волос. — Он никогда меня не любил. Я всегда был просто мальчиком на побегушках. Марионеткой в его руках. И как бы я не пытался, как бы не лез из кожи вон, я все равно был для него худшим сыном. Он ничего не замечает, не ценит ничего во всем том мире. А я для него вообще ошибка жизни, — Попов смеется и плачет одновременно. Он не может остановить себя. Столько лет в нем жила эта боль и обида на единственного родного человека. В глубине души Арсений понимал как сейчас выглядит, понимал, что проявляет самую настоящую слабость, показывает себя размазней, но он не мог больше... У него не было сил оставаться холодным и отстраненным. Оставаться шутом, который нацепил бы свою маску безразличия и надменности и продолжил бы этот спектакль. Он устал от этого притворства, он устал от этой никчемной жизни, он устал от самого себя...
