Survivor

      — Надеюсь ты понимаешь, что то, что мы наткнулись на него — чистое везение. Бинни не выкарабкался бы без его помощи. — Чей-то высокий голос неподалеку явно настаивал на своем.       Феликс медленно повернулся на бок, заходясь в кашле. Открыв глаза, он тут же прикрыл их рукой, щурясь от яркого солнечного света, проникающего в отверстия в стенах, служащие, видимо, окнами.       — Очнулся? — высокий голос приблизился и чья-то тень прикрыла собой свет так, что Ли смог открыть глаза. Над ним склонился Минхо.       — Как ты себя чувствуешь? — старший присел на корточки, помогая Феликсу сесть.       — Как ты смеешь говорить мне о таком! — Минхо вздрогнул от резкого и грубого возгласа со стороны и повернул голову, увидев неподалеку от себя вальяжно развалившегося на кресле средних лет мужчину, с сальными редкими волосами и спутанной в некоторых местах небольшой бородой. Он сидел в одном нижнем белье возле стола, на котором находилось несколько тарелок с едой. Возле него стояла милая на вид женщина, сжимая в руках поднос до побелевших костяшек на пальцах.       Сам же Минхо стоял в проходе в столовую, очевидно являясь свидетелем одной из сцен воспоминаний. Он машинально перевел взгляд в сторону, замечая свое отражение в зеркале и увидел в нем худощавого парнишку с тогда еще темными волосами и россыпью веснушек на щеках. Феликсу в этом воспоминании было не больше шестнадцати. Очевидно, тогда еще он жил с родителями.       — Я содержу эту семью и имею право выбирать то, какие блюда будут поданы на стол! — Мужчина явно был крайне зол. Слюна брызгала из его рта, когда он открывал рот.       — Я не стану подавать тебе алкоголь, — женщина пыталась сохранять спокойствие, однако голос ее заметно дрожал.       — Что ты сказала, шавка? — Мужик резко подскочил со своего места, опрокидывая стоящий рядом столик на пол. Соевый соус вытек из тарелки, темным пятном расплываясь на ковре.       Он сделал шаг в сторону побледневшей женщины, замахиваясь на нее кулаком, однако был остановлен вдруг оказавшимся между ними Феликсом, что поймал руку отца и заслонил собой мать.       — Не смей замахиваться на нее! — Воскликнул он хриплым голосом и Минхо в очередной раз удивился контрасту его милой внешности и грубоватого низкого голоса.       — Не смей указывать мне, падаль! — Мужчина вырвался из слабой хватки паренька и сделал шаг назад, чуть покачиваясь.       — Вы двое слишком многое на себя берете! В Австралии ты была не такой смелой, Лиён. А тут что? Голосок прорезался? — Он сплюнул прямо на пол, наступая на жену и сына и заставляя их сделать шаг назад. Феликс обнял мать одной рукой, пряча ее за спину и чувствуя, что она все еще сжимает в своих руках поднос, не в силах на большее.       — Ты не можешь так разговаривать с ней! — Подросток все еще продолжал защищать маму.       — Отойди, щенок! — отец грубо оттолкнул его одной рукой, замахиваясь прямо по лицу. Парень упал на пол, острая боль обожгла его правую скулу. Лиён вскрикнула, зажмуриваясь и закрывая голову подносом, однако мужчина выбил предмет из ее рук, лишая последнего средства защиты. Женщина снова вскрикнула, прерываясь судорожным вздохом и вдруг застыла, схватившись рукой за сердце и начиная медленно оседать на пол.       — Мама! — воскликнул Феликс, на коленях подползая к упавшей женщине. Та тяжело дышала, все еще держась за сердце. Длинные ее волосы, до этого собранные в пучок, разметались по полу. Феликс плакал, продолжая звать ее и легонько трясти за плечи, а мужчина в шоке отступил.              — Не уверены, что сможем спасти ее, но сделаем все возможное, — спустя полчаса уверял Феликса врач, когда тот наблюдал, как его мать, всю обмотанную проводками и в кислородной маске, погружают в карету скорой помощи.       — Я м-могу чем-то помочь? — Заикаясь спросил он у врача, заламывая пальцы на руках.       — Не думаю, что в случае ее болезни кто-то может помочь.       — Б-болезни? — Ликс явно не понимал о чем речь, страх за мать охватил его.       — У вашей матери сердечный приступ, спровоцированный на фоне невроза сердца, который лечится уже несколько лет, вы не знали об этом? — Парень отрицательно покачал головой. — С ее диагнозом ей был противопоказан любой стресс и волнение, она знала, что все это может закончиться плачевно. Мне очень жаль. — Все так же безучастно сообщил врач и развернулся, чтобы сесть в машину.       Феликс остался наедине с собой, когда скорая уехала и долго и бездумно смотрел вслед машине, прежде чем тупо развернуться на пятках и вновь направиться в сторону дома. Отец, уже сидящий за столом с бутылкой в руках, смотрел телевизор и не обратил внимания на вошедшего сына. От увиденной картины, ярость охватила младшего.       — Ты кусок паршивого дерьма! — крикнул парень, набрасываясь на отца и выбивая из его рук бутылку спиртного. Он с силой ударил его по лицу, чуть не падая с кресла, на котором им двоим места не было.       — Ты убил ее! Ты убивал ее каждый день! Ты начал убивать ее в Австралии и мы вернулись в Корею. Ты пообещал, что возьмешь себя в руки, но все равно не перестал пить! У мамы был невроз сердца и ей нельзя было волноваться, но ты продолжал убивать ее! — Подросток плакал, продолжая наносить удар за ударом. Кресло давно упало, завалившись на спинку и оба мужчины оказались на полу.       — Врач сказал, что шансов почти нет! — Парень перестал бить отца, зажимая свое лицо руками и не прекращая громко рыдать, сердце его сильно сжималось от боли. Мужчина закашлялся, переворачиваясь на бок и сплевывая на пол сгусток крови.       — Ублюдок! — выругался он, поднимаясь с пола. — Такой же никчемный как и твоя мамаша! — он оттолкнул сына ногой, пихая в бок. — Если Лиён помрет я и дня не буду держать тебя в своем доме. Полетишь в интернат, лечить свою дурную голову от всего того дерьма, что в ней находится. Но сначала ты поплатишься за то, что сделал сейчас!       Мужчина наступал на подростка, наклоняясь, чтобы взять его за ворот футболки. Феликс поднял на него взгляд, готовясь дать отпор, однако отец четко сказал, глядя прямо в его лицо:       — Минхо, приди в себя.       Голос, разнесшийся в его голове явно принадлежал Чану и Минхо заметил как комната вокруг него подернулась рябью.       — Минхо, приди в себя! — настойчиво повторил голос и комната вдруг совсем исчезла и Хо почувствовал как приземлился на пол в амбаре, весь трясясь от напряжения и страха. Около него сидел Чан, глаза его на мгновение полыхнули оранжевым. Минхо плакал, руки его тряслись, а сердце безумно колотилось. Парень зажмурился, стараясь дышать глубоко, чтобы прийти в себя.       — Хей, Хо, ты как? — заботливо спросил Чан, когда парень чуть отдышался.       — Сойдет, — только и смог он выдавить из себя, переводя взгляд на испуганного Феликса, застывшего в нескольких метрах от него.       — Ты вновь погрузился в воспоминание и не смог выйти из транса самостоятельно. — Чан тяжело вздохнул. — Мне пришлось применить силу, потому что простая тряска за плечи не помогала. Это становится проблемой, Минхо. Тебе нужно учиться контролировать себя.       — Я знаю, — буркнул Хо устало. — Это сложно. — Он прикрыл глаза, устало массируя пальцами веки.       — А еще тебе нужно извиниться перед Феликсом, ты напугал его. — Шепнул Чан чуть слышно и отошел, видя, что Минхо тяжело говорить сейчас.       Ли опустил голову, все еще переваривая увиденное. Мать Феликса попала в больницу из-за ссоры с отцом, а тот, вместо поддержки, пообещал сыну сдать его в интернат в случае ее смерти. Он вздохнул, продолжая массировать рукой виски и прикрывая глаза. Это воспоминание определенно было не тем, о чем Минхо следовало бы знать.       Пережив смерть собственного отца он как никто другой понимал, как тяжело открывать другим людям семейные проблемы и доверять им настолько сокровенные воспоминания. Сейчас Минхо чувствовал себя тем, кто сорвал занавеску в гримерке, увидев актеров без макияжа. Да, Феликс явно был хорошим актером, улыбаясь и помогая компании незнакомых парней, скрывая за душой такую историю. А ведь она была далеко не единственной из тех, что наверняка ежедневно причиняли ему боль.              Чан с Чанбином предусмотрительно отошли в лес (Чанбин все еще не мог передвигаться без помощи, так что Чан поддерживал его за плечи), оставляя парней одних и Минхо воспользовался случаем, тяжело поднимаясь и подходя к сжавшемуся в углу младшему парню.       — Прости меня, — коротко сказал Минхо.       — За что? — Феликс поднял на него взгляд, полный влаги.       — За то, что увидел твои воспоминания. Я пока еще не умею это контролировать… — Минхо присел возле него, соблюдая дистанцию.       — Что именно ты увидел? — спросил младший чуть слышно.       — Как твои родители… поругались и маму увезли в больницу, а потом вы с отцом…       — Не надо продолжать, — отрезал Феликс, шмыгая носом. — Я не люблю вспоминать об этом.       — Можно лишь один вопрос? — тот коротко кивнул. — Твоя мама, она…       — Умерла, — не дал договорить ему Феликс, отвечая на незаданный вопрос. — Отец сдержал свое обещание.       — Мне жаль.       — Мне тоже жаль. Я лечу людей, но не смог вылечить ее. — Феликс поджал коленки к груди, утыкаясь подбородком в ноги.       Минхо не знал, что на это ответить и лишь тупо смотрел в пол. В его голове даже не было ни единой мысли. Так они и сидели молча, пока с улицы не послышались голоса приближающихся парней.       — Давай просто забудем об этом. Ты не виноват в том, что еще не умеешь контролировать себя. — Подал голос Феликс, говоря хрипло.       — Спасибо. Я постараюсь быстрей научиться… — Кивнул Минхо, встречаясь взглядом с младшим.              — Я же говорил тебе, что в той стороне был куст с ягодами! — Доказывал Чан Чанбину, когда они заходили в помещение.       — Ну да, он там был, только ягоды оказались ядовитыми! — парировал младший. Заметив чуть повеселевших у стены парней, Чанбин поинтересовался как у них дела.       — Уже лучше, спасибо, — Ликс прочистил горло, глубоко вздыхая. — Так… Сколько я проспал?       — Около пятнадцати или семнадцати часов. У тебя так бывает? — В разговор вмешался Чан.       — Да, если я потрачу все силы на исцеление, — Феликс слабо улыбнулся. — Как ты? Тебе лучше? — Он оглянулся встречаясь взглядом с Чанбином.       — Спасибо, мне действительно лучше, — Чанбин оперся спиной о перевернутый деревянный поддон. Выглядел он уже не таким бледным как вчера. — Я обязан тебе своей жизнью. — Парень по-доброму улыбался.       — Мне нужно еще раз осмотреть твою рану, — Феликс медленно сел на колени, борясь с навязчивыми головокружением и намереваясь подползти к Чанбину, однако его остановила сильная рука подоспевшего Чана.       — Тебе самому нужна помощь, Феликс. Лучше поешь. — Старший протянул ему бутылку с водой и какой-то бутерброд, в мгновение ока вытащенный из сумки.       — Это же последняя ваша еда, — несмело проговорил младший, однако принял ее из рук Чана.       — Ну и что? У нас еще есть немного в запасах, поешь. — Голос старшего был убедительным.       — И вы отдаете ее незнакомцу? — Феликс держал бутылку с водой и хлеб в руках, обессиленно глядя на них, будто не зная, что с этим делать.       — Кажется, вчера мы уже успели познакомиться, когда ты ужинал, — хмыкнул Минхо, присаживаясь поудобнее.       — Х-хорошо… тогда я… просто долечу Чанбина и пойду. — Ликс медленно поднес ко рту бутерброд, откусывая небольшой кусочек.       — И куда ты пойдешь? — с вызовом спросил Чан, копаясь в каких-то железках на столе. — Тебе разве есть куда идти?       Феликс замер. Парни на самом деле подловили его.       — А что мне остается делать? — Он поднял лицо на, видимо, лидера компании, в глазах его явно читалось отчаяние. Минхо заметил как они наполнились влагой.       — Ты можешь пойти с нами, — как ни в чем не бывало бросил Чан, поворачиваясь к нему лицом и замирая, увидев слезы парня. — Если захочешь. Не могу утверждать, конечно, что с нами ты будешь в безопасности, учитывая, куда мы отправляемся, но мы были бы рады…       Феликс сидел на полу почти не шевелясь и все еще крепко сжимая маленькими ладошками еду. Голова его была опущена, слезы капали на одежду и парень шмыгал носом не в силах остановить это. Он медленно поднял руку, откусывая еще кусок хлеба, начиная при этом плакать еще сильнее.       — Ч-что случилось? — голос Минхо звучал обеспокоенным. — Ты не хочешь идти с нами? — Он поднял руку, чтобы дотянуться до плеча младшего парня, однако замер в полуготовности, а после медленно опустил ее на пол. Его сила мешала сделать это и этот жест не скрылся от проницательного Чана.       — Х-хочу… — младший вновь шмыгнул носом. — Очень хочу… Куда бы вы ни направлялись… Просто… Впервые за несколько лет… Вы первые, кто… Кто предложил помощь мне. — На этих словах он вновь шмыгнул носом. Руки его упали на колени и мальчик зажмурился, пытаясь сдержать слезы. Минхо дернулся, вновь борясь с желанием дотронуться до парня, а Чан сделал несколько шагов, присаживаясь рядом с Ликсом и заключая его в крепкие объятия. Феликс расслабленно оперся о его грудь, немного содрогаясь от рыданий.       — Спасибо вам… большое, — выдавил он из себя спустя какое-то время. Он вытер щеки тыльной стороной ладони, вздыхая и окончательно успокаиваясь.       Все в помещении молча наблюдали за ним. Парням было неловко нарушать возникшую тишину и Чан лишь молча встал, вновь отходя к столу. Феликс поднял все еще красное от слез лицо и… улыбнулся как ни в чем не бывало.       — Сейчас я доем и все-таки посмотрю еще раз рану Чанбина. Ее нужно долечить до конца, прежде чем вы… мы сможем двигаться дальше. — Заговорил он бодрым голосом, одной фразой снимая витавшее в помещении напряжение. И как этому парню удавалось быть таким солнечным даже в темные времена?       — Давай только договоримся, что ты не будешь доводить себя до обморока на этот раз! — Воскликнул Минхо, тоже аккуратно поднимаясь. Феликс еще раз улыбнулся ему, отпивая немного воды.       Спустя несколько минут Ликс подполз к Чанбину, чуть потирая ладони друг о друга, чтобы они не были холодными. Со с интересом наблюдал за его действиями и не шевелился. Феликс поджал губы и вздохнул, сосредоточенно несколько раз сжимая руки в кулаки и разжимая вновь. После этого он одним взглядом попросил у Чанбина разрешения и, когда тот кивнул, осторожно приподнял толстовку, замечая уже порядком очистившуюся и немного затянувшуюся рану. Младший положил левую руку возле раны, прикрывая глаза и накрывая рану другой рукой. Спустя мгновение Чанбин почувствовал мягкое окутывающее тепло в области живота и зачарованно посмотрел на свет, струившийся из-под ладошек мальчика.       Старший перевел взгляд на целителя, замирая при виде его спокойного лица. Феликс сидел с закрытыми глазами, выражение его было расслабленным. Солнце, проникающее лучами сквозь окна игралось со светлыми волосами парня, от чего веснушки на его лице казались еще ярче.       «Такой красивый», — пронеслось в голове Чанбина, прежде чем его глаза, поддавшись охватившему его расслабляющему теплу, закрылись и парень провалился в сон.       Когда Чанбин проснулся был уже вечер, а парни сидели вокруг костра и тихо разговаривали.       — Мы не можем бросить его. Он нам как младший брат. — Рассказывал видимо о Чонине Чан, покручивая какую-то вещицу в руках. — Когда в Сеуле начался весь этот хаос, нам удалось сбежать. Но, как видишь, недалеко мы ушли.       Чанбин попытался перевернуться, ожидая колющей боли в районе живота, однако с удивлением обнаружил, что практически не чувствует ее. Услышав шорохи за спиной, парни обернулись.       — Уже очнулся? Как ты себя чувствуешь? — Минхо выглядывал из-за широкой спины Чана.       — На удивление, — Чанбин чуть закашлял. — Как школьница, готовая прямо сейчас побежать на дискотеку. — Со сел поудобнее, вытягивая ноги и разминая затекшие после сна мышцы. — Феликс, ты просто волшебник.       — Спасибо, — Чанбин не мог этого видеть в вечерних сумерках, однако был точно уверен, что щеки младшего вспыхнули от смущения.       — Держи, — Чан протянул другу залатанные как попало очки. — Они, конечно, не идеальны. Но мы с Минхо постарались так, чтобы стекло больше не вываливалось.       — Спасибо, — Чанбин принял из его рук обмотанную изолентой оправу и машинально надел на нос, тут же жмурясь из-за кривизны изображения. Что такое? С каких пор диоптрии в его очках перестали подходить ему? Парень снял их, повертев в руках и надел обратно, не понимая, почему линзы казались очень сильными для его зрения.       — Э-э, парни… — Голос Со звучал неуверенно. — Кажется… у меня хорошее зрение… — Он все еще сидел на полу, держа очки в руках, и, чуть прищурившись, оглядывал амбар, стараясь рассмотреть что-то в самых дальних его уголках. Друзья молча обернулись на него, ничего не понимая, так что Чанбин решил заверить их:       — Нет, правда! Оно не идеальное, но я все вижу! — Его голос звучал восторженно.       — Скорее всего, это из-за лечения, — подал тихий голос Феликс, не вставая со своего места, расположенного чуть поодаль ото всех. — Так бывает, когда слишком долго лечишь какую-то рану, то излечиваются и остальные болячки. — Он пожал плечами как ни в чем не бывало, однако Чанбин был слишком удивлен, чтобы воспринять это как что-то обыкновенное. И как он с утра не обратил внимание на то, что уже хорошо видит?       — Теперь я буду каждый день просыпаться и видеть мир в full hd без дополнительных средств? Поверить не могу! — С легкостью поднявшись со своего места и отбросив очки в сторону, Бинни подошел к младшему, крепко обнимая его со спины. Феликс был миниатюрным и целиком помещался в его объятиях и от старшего не скрылось то, как он немного дернулся от неожиданности по началу. Но постепенно расслабился в его руках и ярко улыбнулся, прижимаясь к широкой груди Со словно котенок. Странное тепло разлилось на душе у Чанбина и он вдруг поймал себя на мысли о том, что хотел бы чаще видеть его улыбку.       — Спасибо огромное за то, что проделал это все для меня. — Прошептал старший ему на ухо так, чтобы услышал лишь Феликс. Щеки последнего мгновенно залились краской.       — А сейчас… — Бинни отстранился, опираясь руками о свои колени. — Я голодный как зверь. Готов съесть целого быка. — Чанбин вздохнул, медленно поднимаясь, чтобы подойти к парням поближе.       — Быков не имеем, но готовы поделиться наживой. — Чан подвинулся, освобождая место другу. — Феликс, оказывается, умеет делать ловушки для животных, так что сегодня на ужин у нас кролик. Без соли он, конечно, не так хорош, но лучше, чем вода и ягоды. — Старший протянул ему кусок мяса.       — Ох, есть ли что-то, что бы он не умел? — Мечтательно поинтересовался Чанбин, вновь вгоняя младшего в краску.       — Ну что, рассказывайте, чем занимались все это время, кроме как боялись, что я помру? — Спросил Чанбин в своей обычной шутливой манере, когда с едой было покончено. — Нашли что-нибудь?       — Только разбитый телефон и браслет Чонина, который я дарил ему несколько лет назад. Минхо нашел его вчера, пока вы с Ликсом были в отключке. — Чан покачал головой. — Ничего больше не было.       — Совсем без меня справиться не можете, — пробубнил Чанбин, вставая. — Но мы хотя бы знаем, что он действительно был здесь.       — А что вы ищете? — Спросил Феликс, оборачиваясь. Он стоял в дальнем углу амбара, разглядывая стены.       — Какую-нибудь подсказку от Чонина. О том, куда двигаться дальше. Парни ведь рассказали тебе?.. — Начал Чанбин, однако Ликс перебил его:       — Да, рассказали.       — Так что, больше ничего? Ни записки, ничего? Вы хорошо обыскали то место? — Чанбин не мог поверить, что младший не нашел способа оставить им следующую подсказку.       — Мы несколько раз обшарили амбар внутри и снаружи, надеясь найти хоть что-нибудь, но, увы, глухо. — Минхо поджал губы, ковыряя сырую землю носком ботинка.       — Может быть он зашифровал послание? — подал голос Феликс, пытаясь оттереть какую-то железную пластинку. — Как тут. — Он дунул на нее еще раз, сгоняя пыль и грязь.       Минхо подбежал к парню, протягивая руку, чтобы осмотреть находку, но вдруг резко остановился, так и не дотронувшись до младшего.       — Что там у тебя? — спросил он, заглядывая за Ликса.       — Тут что-то нацарапано на железке. — Парень подошел к остальным, показывая находку при свете огня. — Крестик, галочка, буква «к», дефис, палочка, галочка, полукруг, буква «н».       Чанбин забрал железку, внимательно рассматривая ее.       — Да, в целом, такой шифр в духе Чонина. На земле больше ничего не было, кроме этого? — Феликс лишь покачал головой.       — Но она лежала совсем не в том углу, где мы нашли браслет. — Медленно проговорил Чан, подходя ближе к парням.       — О, нет, я нашел ее за тем железом, она блестела в свете огня и я подобрал ее. — Ликс указал пальцем в противоположный угол амбара и Минхо с Чаном тут же переглянулись.       — Браслет лежал там же, — кивнул Хо.       — И, скорее всего, судя по расположению, из того же окна был выкинут телефон. — Добавил Чан.       — Ну вот и как я мог оставить вас, если вы даже элементарную записку найти не можете! — Чанбин поджал губы, легонько стукая Чана по плечу металлической пластиной в возмущении.       — Осталось только расшифровать… — Парень внимательно уставился на железку, повторяя шепотом шифр. — Крестик, галочка, «к», дефис, палочка, галочка, полукруг, «н». Что бы это могло значить?       — О, — Феликс поднял вверх указательный палец, явно о чем-то задумавшись. — Вспомнил, как в начальной школе нам давали творческое задание придумать свой собственный шифр и зашифровать какую-нибудь фразу. — Он улыбнулся своим воспоминаниям.       — Точно! Помните как Чонин говорил что-то о своем собственном языке? Это было несколько лет назад, я помню. — Воскликнул Минхо, кончиками пальцев принимая пластину из рук Бина и тоже вглядываясь в нее.       Чан вздохнул, улыбнувшись:       — Это очень похоже на Чонина, правда. Придумать очередную загадку вместо того, чтобы просто написать то, что хотел.       — Откуда ты знаешь? Может быть он просто боялся, что кто-то кроме нас будет читать это. ППИ например. — Пожал плечами Минхо. — Ну смотрите, тут точно видно буквы «к» и «н», а между частями слова дефис. — Парень взял первый попавшийся камень и начертил предполагаемую схему слова на земле. — Я думаю это название какого-то места. Если судить по количеству знаков, в первой части слова три буквы, во второй — четыре. И эти буквы. — Он указал на галочки. — Одинаковые.       — Ага, и как теперь нам угадать название, зная лишь две буквы? — По глазам Чана можно было прочитать его замешательство. Феликс молчал.       — Дайте сюда. — Чанбин выхватил из рук Минхо пластину, вглядываясь в нее. — Подайте мне мой планшет. Он еще не сдох без электричества? — Чан покачал головой, роясь в сумке и подавая гаджет другу.       — Мы выключили радио, что ты настроил, когда поняли, что за нами действительно не было погони.       Чанбин включил какую-то программу, начиная быстро печатать. Феликс заинтересованно смотрел на него.              — Я думаю, что галочки означают буквы «у». В Корее не так много городов с двумя другими повторяющимися одинаковыми гласными в таком сочетании. Получается «.Ук-.У.н». — Чанбин вздохнул, массируя пальцами кожу лба.       — Ук… Ун… — Задумчиво повторил Феликс. — Можно, пожалуйста? — Мальчик протянул руку, прося разрешения взять планшет с открытой на нем картой. Чанбин кивнул, передавая гаджет парню, касаясь при этом его теплых пальцев.       — Ук… Ун… — вновь сказал Ликс, быстро листая карту. — Мне кажется это небольшой городок… Бук-Муен. Вот здесь. — Он протянул Чанбину планшет, показывая пальцем на экран. Я жил там… неподалеку. — Он поджал губы, вспоминая о детстве.       — Бук-Муен… Возможно. Секунду. — Пальцы парня застучали по экрану.       — Там действительно есть научная лаборатория, — хмыкнул Чанбин спустя какое-то время. — Это в городке к северо-востоку от Индже. — Пояснил он для Чана и Хо. — Около ста пятидесяти километров отсюда.       Минхо присвистнул, оседая на пол.       — Не хило, — Чан разминал рукой шею. — Но как мы доберемся до туда? Ты точно в этом уверен?       Чанбин продолжал что-то молча клацать в планшете, периодически глядя на металлическую пластину с шифром и сверяясь.       — Феликс прав, это может быть только Бук-Муен. Все сходится. — Сказал он спустя какое-то время. — Пять лет назад там была организована обширная лаборатория, которая действует до сих пор. Думаю, подростков везли именно туда. Где еще им быть, кроме лабораторий? — Парни напряженно молчали.       — Значит отправимся прямиком туда, — первым нарушил молчание Чан, показывая пальцем на экран.       Феликс, завороженно следивший за Чанбином все это время, вдруг спросил:       — Твоя способность — управление электроникой? Ум? Что-то из этого? — Парни переглянулись, громко начиная смеяться. Ликс, не понимая их реакции, смутился.       — Чанбин у нас от рождения умный, — все еще улыбаясь ответил Минхо, хлопая друга по плечу.       — Эти дураки без меня бы просто не выжили! — добавил Бин.       — Эй, полегче! Мы вообще-то твои хёны! — Возмутился Минхо, в шутку толкая младшего, однако тут же сжался, словно ожидая чего-то.       — Не смей бить больного человека! — Чанбин схватился за бок, изображая боль и упал, задевая своим телом Чана. Между друзьями заварилась легкая потасовка, а Феликс сидел чуть поодаль, наблюдая за ними и лишь улыбаясь, думая о чем-то своем.       — И все же. Как мы доберемся до туда? — Спросил Чан, когда парни прекратили дурачиться.       — Пешком мы явно не дойдем, нужно искать какой-то транспорт. — Минхо прикусил губу.       — Ага, на автобусе подъедем, — съязвил Чанбин, все еще нажимая какие-то кнопки на планшете. — В городах сейчас хаос, паника. Все школы эвакуировали, объявлено военное положение, взрослые не знают, что делать. Беглецов отлавливают и доставляют в лаборатории. Нам лучше там не показываться.       — Значит придется искать машину где-нибудь по дороге. Но это будет завтра. Сейчас нам всем нужно отдохнуть, чтобы с рассветом тронуться в путь. — Чан всегда отличался рассудительностью.       Ребята согласно закивали, медленно разбредаясь по своим спальным местам. Подежурить первым вызвался Минхо. Чанбин еще какое-то время зависал в планшете, тихо переговариваясь с Чаном, но Феликс уже не слышал их разговора, вымотавшись за день и быстро погрузившись в сон.       Минхо вышел из амбара, вдыхая холодный ночной воздух полной грудью. Днем уже было достаточно тепло для апреля, однако ночи все еще морозили. Он запрокинул голову вверх, смотря на усыпанное звездами небо и обнял плечи руками, ежась от прохлады.       — Хо, — услышал он голос сзади и обернулся, увидев перед собой Чана.       — Минхо, — вновь повторил он, заглядывая тому в глаза, — дотронься до меня.       Парень почувствовал уже знакомое когда-то чувство беспомощности и удушья и увидел как рука его мимо воли поднимается вверх, протягиваясь к старшему.       — Нет! — оборвал он, резко одергивая руку и приходя в себя. — Что ты делаешь? С ума сошел?       — Хотел проверить кое-что, — чуть посмеиваясь, Чан подошел ближе, становясь рядом с другом.       — Не смей использовать на мне свои эти штучки без предупреждения, — проворчал Ли, глубже кутаясь в свою кофту.       — Но ты смог отбить мою атаку и не поддаться на принуждение! — Чан был поражен, однако Минхо не разделял его бодрого настроя.       — Минхо, что случилось? Ты какой-то дерганный сегодня. — Чан повернул голову, не сводя взгляда с друга. — Это из-за утреннего инцидента?       — Да ты прям Шерлок, — фыркнул младший.       — Это нормально, что ты еще не научился сдерживать силу. Мы не можем быть всесильны с самого начала. Неделю назад ты даже не знал, в чем она заключается, логично, что что-то может не получаться с самого начала. — Чан положил свою руку ему на плечо и Хо сгорбился, пытаясь уйти от прикосновений, словно кот выгибая спину.       — Да, однако с тобой и Чанбином все в порядке. Вы не испытываете страха попасть в ловушку разума каждый раз, когда хотите дотронуться до кого-то. — Он все-таки высвободился из-под руки Чана, делая шаг вперед и оборачиваясь.       — Хо… — Чан вздохнул, подбирая слова. — Мы с Чанбином… Нет. Пойми, я с детства знаю о своей силе. И если ты думаешь, что мне не страшно, ты глубоко ошибаешься. Практически каждый раз после того, как я использую ее, я переживаю о том, что могу навредить другим. Я переживаю о том, что могу отдать приказ случайно. Я просто… чувствую свою силу. Знаешь… каждый раз, когда я использую ее, я просто представляю силу в виде чего-то материального. Как будто… те, кому я хочу что-то внушить — это мои марионетки. Я представляю как протягиваю к ним руки и дергаю за ниточки и тогда у меня все получается. Может быть тебе тоже попробовать представлять то, что и когда ты хочешь увидеть? Ты не можешь избегать своих сил и бояться их.       — Да, но именно это и происходит, потому что я даже самостоятельно выйти из воспоминаний не могу. — Минхо опустил голову вниз, ковыряя землю носком ботинка. — Знаешь, я даже немного завидую тебе. Когда я сомневался в том, идти мне с вами или нет, Черен сказала, что моя сила может пригодиться в путешествии. Как твоя, что уже несколько раз спасла нас в трудную минуту. Однако все, о чем я думаю сейчас, это лишь о том, что за всего лишь несколько дней я уже перестал доверять самому себе, начал шарахаться от окружающих и живу с постоянным чувством вины за то, что могу случайно увидеть чьи-то секреты, даже не контролируя себя! — Минхо сорвался на громкий шепот, раздраженно пиная ногой торчащий из земли камень. — Мы оба воспользовались своей силой первый раз, мы находимся в одинаковом положении, однако почему-то ты умеешь контролировать свою силу, а все, что получается у меня — это косячить. Как будто не я обладаю силой, а она мной.       — Минхо, ты не прав… Послушай меня. — Чан взял парня за рукав, пытаясь повернуть к себе, однако тот вырвал руку, продолжая замыкаться. — Тебе просто нужно… почувствовать ее. Свою силу. Она — это часть тебя и ты не должен бояться ее или что-то вроде того. Ты не должен думать, что она управляет тобой, потому что это не так. Потому что из-за таких мыслей ты так и будешь продолжать шарахаться от самого себя. Тебе нужно посмотреть на вещи с другой стороны и понять, что Черен была права, когда говорила, что твоя сила может помочь нам. Посмотри, ты уже помог на заправке. А то, что ты сейчас считываешь воспоминания случайно, лишь вопрос времени, который ты вскоре сможешь научиться решать.       Минхо пробурчал что-то неопределенное себе под нос, вздыхая.       — Хочешь потренироваться еще раз сейчас?       — Нет, — Ли покачал головой, — я слишком устал за сегодня, чтобы пытаться концентрироваться сейчас и искать связь с космосом.       — Ладно, — согласился Чан, — но тебе не следует брать на себя так много. Ты сам говорил мне не один раз, что мы только учимся. То… что ты узнал о Феликсе. Даже если это слишком личное, это не то, за что ты должен чувствовать свою вину.       — Мгм, — буркнул Хо не поднимая взгляда.       — А сейчас иди отдыхать, я подежурю дальше, — Чан мягко подтолкнул Минхо в спину, разворачивая его в сторону амбара. Младшему парню вдруг захотелось обнять друга, прижаться к нему, напитываясь его спокойствием и рассудительностью, как он часто делал дома с Черен, когда они обнимались, заряжаясь друг от друга энергией, однако он лишь промычал в ответ:       — Спасибо, — и скрылся за дверью.

***

      На следующий день парни встали с утра пораньше. Собрав все сумки они еще раз осмотрели амбар на случай забытых вещей и наконец-то двинулись в путь. Общим решением было принято идти вдоль основной трассы, при этом отойдя от нее на несколько десятков метров и передвигаясь по лесу, чтобы оставаться незамеченными.       Каждый из парней нес по сумке, однако настроение их неумолимо падало с каждым новым привалом, когда они понимали, как ничтожны их запасы провизии, а расстояние уменьшается слишком медленно. Чанбин с Ликсом оба были еще слишком слабы, чтобы идти быстро, однако Минхо с Чаном ничего не говорили, молча плетясь рядом с младшими.              — Это был последний батончик, — Минхо не церемонясь кинул обертку прямо на землю, запивая водой. — А это последняя бутылка воды, что у нас осталась.       — Знаю, нужно достать еды где-то, — Чан чистил ножом кору на веточке, что оторвал от дерева, чтобы чем-то занять себя. Добившись удовлетворительного результата он сунул ее в рот словно чупа-чупс.       — Может быть, зайти в магазин? — неуверенно предложил Феликс, закрывая молнию на уже совсем легкой сумке с едой.       — Ага, забежим в супермаркет по дороге. Много ты их здесь видишь? — Съязвил Хо, глядя на растерявшегося Феликса, за что тут же получил подзатыльник от Чанбина.       — Он прав. Нам стоит выйти ближе к трассе. В нескольких километрах отсюда, если верить картам, есть небольшой поселок. Если повезет, в нем будет магазинчик или заправка. Туда и наведаемся. А может быть и машину удастся найти. — Чанбин сверил маршрут с картой и вновь закинул планшет в сумку. — А еще не помешало бы найти где-нибудь электричество, чтобы я мог подзарядить свои переносные батареи.       — А может быть еще пятизвездочный отель? — хмыкнул Хо, но, не увидев и тени улыбки на лицах своих друзей, вздохнул, подбирая сумку с земли и двигаясь вперед.       Чан поспешил за ним, догоняя и что-то растолковывая парню. Чанбин с Феликсом чуть отстали, медленно плетясь следом. У них обоих все еще было не так много сил после исцеления.       — Ты не думай, что Минхо грубый или что-то вроде того, — вдруг начал Бин, нарушая тишину между парнями. Феликс с интересом посмотрел на него, продолжая молча идти вперед.       — Он просто… такой. Наш Минхо. Может съязвить, пошутить грубо, задеть чем-то. Но на самом деле он больше всех нас тут готов отдать всего себя ради общего дела. У него дома осталась сестренка, ради которой он не задумываясь пожертвует собой и я уверен, что он сделал бы то же самое ради нас с Чаном. Он просто… взвалил слишком многое на себя и сейчас боится не справиться с этим. Поэтому язвит, чтобы не казаться для других слабым. К нему просто стоит привыкнуть. Хо не плохой человек. — Чанбин улыбнулся, встречаясь с младшим взглядом. Феликс не смог сдержать улыбки в ответ. Полуденное солнце играло с его веснушками. Сегодня был поистине погожий денек.       — Пойдем, догоним их, — бросил Чанбин, отворачиваясь от парня и ускоряя шаг. Щеки его почему-то покраснели, однако никто из друзей этого не заметил.       Когда солнце уже начало клониться к закату, парни все же набрели на небольшой поселок. Он оказался заброшенным. Трава в некоторых местах заросла почти по пояс, мешая пройти. Однако основная дорога, все еще оставалась вполне проходимой.       — Я думаю, вам с Феликсом лучше побыть тут, — Чан остановил Чанбина рукой, когда парни выглядывали из-за первого дома, высматривая других людей. — Тут может быть слишком опасно, а у вас мало сил. Мы с Минхо попробуем осмотреться и найти какой-нибудь еды, а вы лучше ждите нас здесь.       Феликс коротко кивнул, понимая, что действительно был слабым звеном в компании, все еще не восстановив полностью свои силы. Чанбин, попытавшись сначала возмутиться, быстро передумал, увидев, что Ликс послушно сел на землю, прячась среди высокой травы.       — Хорошо, постарайтесь не попасть в передрягу. А еще Хо, возьми пару портативных зарядок, вдруг удастся найти электричество где-нибудь.       Старшие молча кивнули, взяв по сумке и двинувшись вперед по центральной дороге. По бокам от нее расположились давно уже заброшенные и поросшие травой дома. Все в этом поселке выглядело так, словно застыло во времени. Непривычно было смотреть на пустые подъездные дорожки и наглухо забитые досками окна. Даже ветер не тревожил ничего, покорно затихнув, а птицы не нарушали тишины в этом зловещем месте. От напряжения по спине Минхо пробежали мурашки, когда легкий ветерок, поиграв с его волосами, полетел дальше.       — Похоже тут действительно никого нет, — громким шепотом сказал Чан, останавливаясь на развилке. — Как думаешь, как долго этот поселок заброшен? Куда ушли все эти люди?       — Вероятно, искать лучшей доли в больших городах еще пару лет назад. Разделимся? — Предложил Минхо, рассматривая что-то вдалеке. — Тут все равно никого нет. Думаю, в этой деревне должен быть какой-нибудь магазинчик или заправка. Давай поищем.       Чан кивнул спустя какое-то время. Он подумал о том, что разделение может быть небезопасным, однако исследовать весь поселок вместе казалось слишком долгим.       — Если что, можно будет залезть в один из домов. Думаю, там может быть что-то полезное. — Минхо закивал, показывая пальцем, что пойдет направо.       — Если что, погавкай, — засмеялся он, отойдя от Чана на несколько метров. — Вуф-вуф!       — Придурок, — засмеялся Чан, качая головой и поворачивая влево.       Минхо все еще улыбался, пройдя вдоль нескольких домов. Парень немного расслабился, обойдя весь поселок и действительно убедившись, что здесь никого нет. Увидев среди деревьев старую вывеску магазина, Ли ускорился, непроизвольно облизывая губы от нетерпения. Выглядывая из-за угла, парень на всякий случай осмотрел дорогу, и, убедившись в безопасности, засеменил к магазину.       Подбежав, Хо резко дернул ручку двери, почему-то даже не сомневаясь, что она будет открыта. Это был обычный небольшой магазинчик в котором люди могли купить продукты первой необходимости и некоторые хозяйственные товары. Очевидно, мародеры уже постарались, обчистив отдельные полки с продуктами, однако кое-чем еще можно было поживиться. Мельком глянув на сроки годности, Минхо сделал вывод, что магазин закрылся около полугода назад. Интересно, что случилось с продавцом? Почему магазин вообще продолжал работать, если поселок был пуст? Потому что находится возле дороги?       Вопросы один за одним появлялись в его голове, пока парень сметал в сумку пачки с чипсами, печенье и конфеты — словом все, что оставалось на полках и еще могло быть пригодно в пищу. Найдя одну из розеток, он чуть подрагивающими руками всунул в нее зарядку, удовлетворительно хмыкая, когда заряд пошел.       Когда со сладостями было покончено, парень повернул голову в поисках еще чего-нибудь и взгляд его наткнулся на старый поломанный холодильник. Возле него (о чудо!) ровным рядом расположилась полочка с несколькими банками тушенки на ней. Чуть не взвизгнув от счастья, Хо подлетел к стене, и, быстро сверив сроки годности, стал сметать все в сумку. Одна банка вдруг отскочила от угла, падая на пол и откатываясь в сторону.       — Черт, — выругался парень, поставив сумку на пол, чтобы наклониться за упаковкой. Вдруг он явно услышал какой-то хруст за холодильником. Медленно подняв банку с пола, Минхо взял ее в руку, поднимая словно оружие и потихоньку двинулся к холодильникам, вновь услышав хруст и последующее за ним шипение.       Шаг за шагом продвигаясь вперед, Ли аккуратно заглянул за угол, держа консервы наготове на случай внезапного нападения. Однако он явно потерялся, замечая возле полки бледного худого парня в грязной одежде. Тот прижимал к себе открытую пачку с печеньем (очевидно, она и издавала те хрустящие звуки) и шарил рукой по стеллажу, выискивая еще еду. На вид мальчику было явно не больше семнадцати лет. Или же он только казался младшим из-за своей худобы? Минхо приметил, что на парне не было браслета. Мальчик стоял к нему боком и не замечал его. Как он вообще мог не заметить, что находится в магазине не один? Видимо они с Хо оба были слишком поглощены найденной едой, позабыв об осторожности.       — Привет? — несмело спросил Минхо, выглядывая из-за холодильника и опуская руку с банкой. Парень резко повернул голову, от неожиданности дергаясь, делая шаг назад и сильнее прижимая к себе награбленное. Во взгляде его, до этого сосредоточенном, сейчас читался явный ужас.       — Ты кто? — Минхо полностью вышел из-за угла, вставая перед парнем. Тот попятился назад, спотыкаясь о только что выроненную им же банку и тут же падая на пол. Из карманов его высыпалось несколько конфет и батончиков. Парень продолжал пятиться назад, однако это было достаточно проблематично, потому что Минхо не нарочно зажал того в угол. В глазах его все еще видна была паника, а в целом создавалось впечатление загнанного в угол дикого зверька.       Минхо наклонился, поднимая несколько батончиков и протягивая их мальчику.       — У тебя выпа… — Незнакомец резко закрыл голову рукой прячась, словно от удара и Ли случайно дотронулся до его кожи. Голову его тут же прорезала резкая вспышка света.       Старший замер, увидев перед собой уже знакомую ему рябь и понимая, что проник в чужое воспоминание.       На удивление, оно было более четким, чем любое из тех, что Хо уже удалось прочитать у парней. Он оказался в пустой лабораторной комнате. Конечности его были привязаны к креслу, на котором он лежал. Минхо попробовал выпутать руки, однако ремни крепко держали их на месте. От обездвиживания им овладел панический ужас и парень задергался на месте, тщетно пытаясь освободиться. Хо вдруг вспомнил о словах, что говорил ему Чан о контроле и о том, что не нужно давать силе брать над тобой верх. Парень зажмурился думая о том, что все вокруг лишь мастерски созданная его разумом иллюзия.       Вдруг дверь в комнату распахнулась и в помещение вошел средних лет мужчина с небольшими усиками и в белом халате, держа в руках какие-то препараты. Минхо на кресле резко замер на месте, боясь даже дышать, не говоря уже о движении.       — Ну что, мистер Хан, готовы к процедуре? — Радостным голосом спросил доктор, однако названный Хан, видимо, не разделял его радости. Минхо ясно чувствовал, как колотится его сердце.       — Сегодня исследуем реакцию вашего организма на один новейший препарат. Сердечно прошу прощения за произошедшее в прошлый раз и уверяю, в этот раз должно быть гораздо меньше побочных эффектов.       Парень на кресле рвано глотал ртом воздух, задыхаясь от паники. Вместе с ним, казалось, задыхался и сам Минхо. У него уже был какой-никакой опыт чтения воспоминаний, но ни один раз из предыдущих он не чувствовал их так.       — Ну что же вы так переживаете, — длинными пальцами в белых перчатках врач положил голову пациента ровно, попутно прикрепляя к ней какие-то проводки. — Меньше крутитесь и будет меньше неприятных ощущений. Сколько можно говорить вам? Я просто хочу помочь вам вылечиться!       Мужчина отошел от кресла, набирая в шприц какое-то лекарство. Парень по имени Хан, чьими глазами Минхо сейчас наблюдал эту картину, со всех сил старался расслабить напряженные мышцы, однако у него очень плохо это получалось. Мальчик на кресле явно знал, что в каменные от спазма мышцы укол входит гораздо болезненнее, однако из-за охватившего его страха он ничего не мог поделать с этим.       Спустя время, показавшееся для Минхо вечностью, доктор приблизился к нему, приподнимая рубашку на животе.       — Всего один укольчик и будешь ты здоров! — С мерзкой улыбкой пропел он, одной рукой прижимая голову Хана к изголовью кресла, а другой резко вводя шприц в живот. Огонь тут же разлился по всему телу парня, начиная от живота и охватывая каждую его клеточку. Парень зажмурился, стараясь освободить голову из-под пальцев доктора и неестественно выгибая ее в сторону. Минхо почувствовал как он кричит, не понимая кричит ли парень в воспоминании или он сам. Ли изо всех сил стал лупить руками и ногами по креслу, внушая себе, что это лишь чье-то воспоминание и этого не происходит с ним сейчас.       Резко открыв глаза, парень увидел перед собой грязную плитку кафеля в магазине и понял, что упал на пол во время видения. Приподнимаясь на дрожащих руках, Минхо чувствовал как сильно колотится его сердце. Щеки его были мокрыми от слез, а конечности никак не хотели слушаться. Воспоминание было слишком ярким и четким, так что парню на полу сейчас казалось, будто он сам только что пережил это. Все воспоминания, что он видел до этого вдруг показались ему лишь легким и далеким миражом, чуть пощекотавшим сознание. Тело его все еще дрожало, когда парень, пытался подняться с колен. Оглядевшись по сторонам, Минхо понял, что незнакомца, этого Хана, в магазине уже не было. Лишь только легкий весенний ветерок играл с потрепанной занавеской, прикрывающей только что хлопнувшую входную дверь.