Survivor

      Все ощущается словно в тумане. Он открывает глаза, садясь на кровати и принимает из рук девушки в белом халате таблетки. Его сосед по комнате пристально наблюдает за ним, сидя на своей кровати, но Чонин не обращает на это внимания.       Он находился в этом месте уже пару дней. А может быть недель? Он не мог точно сказать, сколько времени прошло. Все дни начинались, проходили и заканчивались одинаково. С утра и вечером Чонин принимал какие-то таблетки: врачи говорили, что без них в его мозгу будет развиваться патология. Все эти люди в белых халатах хотели помочь ему, вылечить его болезнь. Именно из-за нее Чонин и чувствовал боли во время тестов и именно она мешала ему нормально жить.       Как только ты излечишься мы отпустим тебя домой. Нужно просто принимать таблетки и слушаться людей в белых халатах. А был ли у него дом? Чонин не помнил. В голове одна каша. Он помнил лишь то, что ему нужно нажимать пальцем на цифры во время очередного теста. И то, что ему нельзя ошибаться, ведь от этого его не сильно бьет током. Еще немного и ты вернешься к своим родным и друзьям. Друзьям? А они у него были?       Как же их звали… Чонин не мог этого вспомнить. Он просто принимал очередную пилюлю, которая должна была ему помочь. Он хотел бы спросить у врачей, как они могут помочь ему, но мысли постоянно расплывались, а в голове слышался один лишь шум и чьи-то голоса. Раньше он никогда не слышал голоса.       У Чонина не было браслета здесь. Он даже спросил у врача, неужели они не боятся, что его сила может навредить им? Мы наоборот хотим помочь тебе. Как мы поможем, если ты не будешь знать своей силы?       Голова практически постоянно болела. Хотя после принятия таблеток Ян действительно чувствовал себя лучше, ведь голоса в голове отступали. Голоса. Их действительно было много, но Чонин не мог разобрать о чем они говорят. Он лишь закрывал уши руками, стараясь унять шум в черепной коробке.       Сосед по комнате вновь странно посмотрел на него, когда медсестра принесла таблетку на ночь. Он был не намного старше самого Чонина, высокого роста, у него длинные, выкрашенные в белый волосы и красивая внешность, но парни ни разу не разговаривали. Чонин и сам не знал почему. С утра их обоих забирали на процедуры, а вечером у младшего уже не было сил на разговоры.       Этим вечером Чонин также безропотно забрал таблетки из рук девушки и, собираясь выпить, поднес стакан ко рту. Взглядом он случайно встретился с соседом и на секунду они посмотрели друг другу в глаза.       Не пей. Сделай вид.       Один из голосов в голове отделился и Ян четко услышал эту фразу. Голос принадлежал парню и Чонин был уверен, что эту фразу сказал его сосед по комнате, хотя он ни разу не слышал его голоса. К тому же он готов был поклясться, что сейчас рот парня даже не пошевелился. Чонин в замешательстве перевел взгляд на медсестру, но та спокойно ожидала, пока он выпьет лекарство. «Она ничего не слышала?»       Не пей таблетки, дурная твоя голова. — Вновь эхом прокатилось в его голове.       И Чонин решил довериться этому голосу. Положив таблетку под язык, парень залпом выпил стакан воды и, кивнув девушке, поставил стакан на поднос, чуть улыбнувшись. Когда сосед проделал тоже самое со своей порцией и медсестра скрылась за дверью, Чонин отвернулся от камеры в углу, выплевывая таблетку в рукав своей кофты и делая вид, что чешет нос. Молча он лег на кровать, выпрямляя ноги. Сердце его колотилось с утроенной силой.       — Ну наконец-то, я уже думал никогда до тебя не дозовусь, — донеслось с чужой койки тем же голосом, который Чонин слышал у себя в голове минуту назад. Он медленно повернул голову, разглядывая в полутьме (свет уже выключили на ночь) лицо своего собеседника.       — Ты о чем… — лишь сумел выдавить из себя младший. Чонин все еще чувствовал туман в голове, не в силах собрать все свои мысли воедино.       — Умеешь читать мысли, а за столько дней не смог услышать моих. Неплохо же они тебе мозги промыли. — Хмыкнул сосед, не обращая внимания на вопрос мальчика. — Поговорим завтра. Когда ты будешь в состоянии. Я разбужу тебя. — Только и бросил парень, устраиваясь на кровати поудобнее и накрываясь одеялом с головой. Впрочем, Чонин был ему за это благодарен, потому что мысли его расползались по черепной коробке, не в силах собраться в кучу. Он все еще не понимал почему послушался, что заставило его не принимать таблетки. Голоса в его голове становились громче и парень надеялся, что не пожалеет о своем решении.       Он повернулся лицом к стене, тоже накрываясь одеялом. Его сосед по комнате явно был очень странным и определенно знал больше младшего, однако у Чонина не было сил думать об этом сейчас. Он лишь прикрыл глаза, забываясь тревожным сном в котором ему снились какие-то обрывки фраз и лица, что он никак не мог вспомнить.       Проснулся парень от того, что кто-то тихо зовет его. Это был его сосед. Чонин медленно раскрыл глаза, поворачиваясь на кровати. Странно, но тумана в голове он не чувствовал, как и навязчивых голосов. За секунду до того как дверь их комнаты отворилась и в нее вошла медсестра с утренней порцией лекарств, Чонин успел заметить как парень еле покачал головой. Вновь сделав вид, что принял лекарство, Чонин сел на кровать, по обыкновению делая вид, что силится проснуться.       До завтрака оставалось еще несколько минут свободного времени на утренние процедуры и Чонин только сейчас осознанно обратил внимание на комнату, в которой они жили. Здесь было небольшое широкое невысокое окно, расположенное возле самого потолка так, что в него невозможно было заглянуть. Две кровати, раковина и кабинка туалета. Единственным источником света служила квадратная лампа на потолке, что горела ярче или тусклее в зависимости от расписания. Почему он не замечал этого раньше? Что было с его головой все эти дни?       Сейчас Чонин чувствовал себя как никогда ясно. Их явно держали взаперти, кормили и отводили на процедуры строго по расписанию. Что им нужно было? Ян перевел взгляд на парня, заметив на его руке блокирующий браслет. Странно, почему же тогда ему, Чонину, сняли? Может быть сила того парня была опасной? Сосед также с любопытством разглядывал мальчика.       — Меня Хван Хенджин зовут. — Представился парень, наконец нарушая тишину и устраиваясь на своей кровати поудобнее. От его голоса Чонин вздрогнул и повернул голову на источник звука, встречаясь взглядом с парнем. — Ну наконец-то хоть еще одна светлая голова в этом темном здании. Я уж думал никогда не увижу осознанность в твоих глазах. — Добавил Хенджин, чуть улыбаясь.       — Ян Чонин, — он тоже решил представиться. В конце концов, они болтают с соседом по комнате первый раз, а живут вместе сколько? Пару дней? Месяцев? Чонин не помнил.       — Не принимай больше этих таблеток. Они делают из тебя безвольного болванчика. — Хенджин крутил блокирующий браслет на своей руке и Чонин вновь подумал о том, почему ему его не сняли. Врачи же хотят им помочь?       — Им нужно, лишь чтобы ты подчинялся приказам, вот и все. — Словно прочитав его мысли добавил Хенджин. — Сейчас ты чувствуешь себя очень ясно, но вскоре организм почувствует ломку и тебе будет больно без таблеток. Это из-за твоей силы. Лекарства немного блокируют ее, но ты и сам научишься ее контролировать со временем. По крайней мере мозг не будет затуманен всякой ересью о том, что нам здесь пытаются помочь.       — А что они пытаются сделать? — спросил Ян, не сводя взгляда с Хвана.       — Вырастить прекрасных марионеток, конечно же, — Хенджин невесело хмыкнул.       Их разговор был более чем странным, однако Чонину нравилось ощущение легкости в голове и мыслях, которое появилось после того, как он перестал принимать пилюли. Чонин встал с кровати, занимаясь обычными делами, чтобы не выдать подозрений на камеру.       — Послушай, — вновь услышал он голос Хенджина. Тот приблизился к нему почти вплотную и сделал вид, что моет руки. — Постарайся сегодня запомнить как можно больше, а вечером мы поговорим еще раз. Я попытаюсь ответить на твои вопросы. По крайней мере на те, на которые у меня есть ответ. Но сейчас на это нет времени. Делай вид, что все как обычно. Если они заподозрят что-то, плохо будет не только тебе, но и мне. И тогда уже из ловушки разума ты не выберешься.       Сам не зная почему Чонин кивнул и почти в эту же секунду дверь открылась сама по себе, приглашая всех выйти на завтрак.       Выйдя в длинный коридор, Ян подчинился толпе. Из каждой комнаты в столовую сочились десятки подростков. Они безвольно выходили из-за своих дверей по двое или трое, строились колоннами и двигались вперед. На некоторых из них, так же как и у Чонина, не было браслетов. Несколько солдат с автоматами следили за порядком.       В столовой было просторно. Десятки столов, за каждым из которых сидело по четыре-шесть человек. Все подростки. На всех одинаковые белые комбинезоны. И почему врачей так притягивает белый цвет?       Чонин сел на свое место (странно, ноги сами помнили куда идти, хотя парню казалось, будто в этом помещении он находится впервые). На возвышении в углу стояли два солдата с автоматами (куда же без них?), но завтрак проходил мирно.       Подняв взгляд на парня напротив, Чонин узнал сидящего за ним Сынмина. Он встрепенулся, захотев поздороваться с ним. Якобы случайно постучал ложкой по столу, привлекая внимание. Однако бывший одноклассник продолжал спокойно есть. Тогда Чонин решил задеть его своей ногой под столом. Это не возымело абсолютно никакого эффекта. Сынмин продолжал принимать пищу, тупым взглядом смотря прямо в стол. Неужели он, Чонин, еще вчера был похож на одного из этих марионеток? От мыслей об этом по телу парня пробежали мурашки.       После завтрака Чонина повели бесконечными коридорами в уже ставшую привычной для него лабораторию. На голове закрепили проводки. Ему снова нужно будет нажимать на кнопки. Ян не понимал в чем смысл данного исследования, ему просто нужно было нажимать на кнопку на табло в соответствии со вспышкой света, которую видел тут же на экране. Сложность заключалась лишь в том, что световые круги постоянно мерцали, сменяя друг друга с разной скрростью, а за каждый неправильный ответ Чонина не сильно било током.       Еще вчера парень тупо подчинился бы, садясь на свое место, но сегодня волнение охватило его. Его ладони начали сильно потеть и мальчик постарался сделать как можно более тупой вид, чтобы не выдать своих чувств. Однако врачи, казалось, были заняты только цифрами на экране.       После первой серии цветных кнопок Чонину дали немного передохнуть на кушетке в пустой комнате.       «Сегодня у него меньше ошибок чем в предыдущие дни. Быстро учится. — Услышал он доклад одной из врачей у себя в голове. — Если мы начнем тренировать его на следующей неделе, думаю, достигнем потрясающих результатов уже через пару месяцев».       «Пару месяцев? — Второй голос (Чонин не видел мужчину, которому он принадлежал) явно был возмущен. — У нас нет столько времени. Господин Пак поставил все на этот экземпляр и он должен быть готов максимум через три недели».       Чонин не видел их, но знал, что они стоят прямо за зеркальной стеной. Их голоса раздавались как будто одновременно оттуда и при этом в его голове. Про это чтение мыслей говорил Хенджин? Он действительно умеет читать мысли? Это его сила?       «Но послушайте! Мы не можем обучить его так быстро. Его сила уникальна и требует аккуратности. Невозможно допустить порчи данного образца». — Голос девушки звучал умоляюще.       «Ну так добейтесь таких же результатов, только за более короткий срок. Иначе нам придется пересмотреть вашу пригодность и квалификацию». — Строгий мужской голос не терпел возражений.       Образец? Экземпляр? Они говорят о нем? Чонине? Почему же Ян их слышит? Он действительно умеет читать чужие мысли? Кто такой господин Пак? Для чего он ему нужен?       Остаток дня вновь проходил для Чонина как в тумане. Из-за навязчивых голосов, вновь появившихся в голове из ниоткуда, Яну было сложно сосредоточиться, однако сейчас уже он знал, что это были не просто голоса, а чужие мысли, которые парень еще не научился блокировать. Голова из-за этого словно трещала, а потому мальчик делал гораздо больше ошибок.       Без сил завалившись на свою кровать уже вечером, Чонин мечтал лишь о том, чтобы принять вечернюю таблетку и вновь забыться. Они хотя бы глушили эту какофонию голосов в его голове.       — Даже не думай сдаваться. Это временно, пока ты не научишься блокировать. — Чуть слышно сказал Хенджин с соседней койки так, будто из них двоих это он умел читать мысли. На что Чонин лишь тихо застонал, хватая голову руками.       — Периодически у меня получается отключать это, но я не понимаю как я это делаю. — Ответил младший, зажимая уши рукой.       — Попробуй сосредоточиться на чем-нибудь. Например, на мне. О чем я сейчас думаю? — Хенджин сидел на кровати по-турецки подогнув ноги под себя. — Возможно, если ты сосредоточишься только на моем голосе в своей голове, остальные не будут слышны.       Чонин тоже подтянул к себе ноги, садясь на кровати и устремляя свой взгляд на соседа. И как же ему это сделать? Он постарался представить как залезает к тому в голову и о чем бы старший мог думать, но ничего не произошло.       — Не получается, — захныкал младший.       — Посмотри на меня, Чонин. Сосредоточься. — Не отставал Хенджин, явно пытаясь помочь.       У тебя все получится.       Чонин услышал это уже в своей голове и в эту же секунду вздрогнул от тишины в черепной коробке. Как будто во время оживленной вечеринки кто-то резко захлопнул дверь, закрывая шуму проход. Он зачарованно взглянул на Хенджина, чувствуя как ощущает каждую его мысль. Они текут медленно, лаская кожу на кончиках пальцев Яна так, будто он может в любой момент дотронуться до них рукой. Разум Хенджина был ленивым, плавно перетекал с места на место. Сам же Хван выглядел расслабленным. Он явно чувствовал, что Чонин влез в его голову.       «Вот так, молодец. — Чонин отчетливо слышал его голос, но губы парня при этом не шевелились. — А теперь мы можем с тобой и поболтать. Я отвечу на твои вопросы». — Он не сводил взгляда с младшего, мысленно передавая ему фразы.       — Откуда ты так много знаешь? — еле слышно прошептал Чонин, боясь отвести взгляда от старшего.       «Я здесь уже несколько месяцев. Родители сдали подлечиться». — На последней фразе Хенджин усмехнулся. Было в этом их одностороннем общении что-то завораживающее.       — И какая у тебя сила? Почему тебе не сняли браслет? — Чонин продолжал шептать, боясь нарушать тишину комнаты.       «Видишь ли, я умею управлять электроникой, поэтому им не выгодно снимать с меня блокиратор, если я не в тренировочной комнате. Видимо боятся, что я смогу вскрыть их электронные замки и сбежать. — Хенджин уловил непонимающий взгляд младшего и поспешил объяснить. — Мой разум каким-то образом умеет вселяться в любые электронные устройства и управлять ими. Посылать любые доступные из функционала команды. Они тренируют мои силы, но разрешают заниматься этим не так долго, как я хотел бы. И все еще боятся доверять мне компьютер. Так что я лишь заставляю будильники звенеть сами по себе, да электронные чайники закипать. Ску-ко-та». — Он вздохнул и медленно обвел комнату взглядом, словно в подтверждение своих слов.       — Ты не пытался бежать? — Чонин шептал, глядя прямо на соседа.       «Бежать? Куда? Родные сами сдали меня сюда, желая побыстрее избавиться от неправильного. В одиночку я явно не справился бы с системой, к тому же, в этом. — Он покрутил рукой в блокирующем браслете. — Тем более, тут не так уж и плохо. По крайней мере здесь кормят и разрешают тренировать мою силу. За исключением ряда некоторых неприятных тестов и ежедневных таблеток. Но я уже давно не принимаю их. Кто знает, может однажды я выберусь отсюда с твоей помощью». — Чонин все еще удивлялся, как он может слышать голос у себя в голове, смотря при этом на абсолютно неподвижного Хвана.       — Они ведь обещают отпустить нас, когда вылечат.       — А кто здесь лечит? — почему-то вслух спросил Хенджин и Чонин вздрогнул от неожиданности. «Они просто пичкают тебя таблетками, которые затуманивают разум, делая тряпичной куклой в их руках, которая готова будет плясать под их дудку». — Добавил он уже мысленно.       Чонин вдруг вспомнил Сынмина, который никак не среагировал на него, явно даже не узнавая. Хенджин действительно был прав. Никто не собирается их отпускать.       — Как ты узнал о моей силе читать мысли?       «Услышал разговор врачей над твоей койкой в первый день, как ты здесь оказался. Я уже думал, что ты бракованный, потому что никак не слышал мои мысли. Но, аллилуя, я был услышан вчера. — Хенджин прикрыл глаза, прислоняясь головой к стене. — Я все думал, как у них могут быть такие большие планы на паренька, что не в силах даже самую простую мысль прочитать. Но ты быстро учишься».       Чонин поежился, услышав от Хвана те же слова, что говорила врач в обед.       — Я все равно не умею блокировать шум в голове…       — Ты научишься со временем, — лишь коротко ответил Хван и в комнате вновь воцарилась тишина.       — И за эти месяцы ты ни разу не пытался сбежать? — вкрадчивым голосом спросил младший.       «Пытался, конечно. — Хенджину явно доставляло удовольствие общаться с Чонином мысленно. — Но как ты думаешь, многого сможет добиться подросток в блокирующем браслете против толпы врачей и военных? Мне пригрозили несколько раз, напоили таблетками и дали время подумать над своим поведением. Мы живем в мире, где подчиниться намного проще, чем идти против системы. Ты не находишь забавным то, что вся система отношений строится на подчинении?» — Старший улыбнулся, но Ян не разделял его хорошего настроения.       — Мои друзья не бросят меня, — горячо прошептал Чонин. — Я точно помню, что оставлял им пару подсказок по пути сюда.       «Как давно это было? Ты помнишь?» — Хван немного приободрился и пристально посмотрел на младшего.       — Кажется, несколько… недель назад? Сколько времени прошло? — Чонин явно задумался.       «Ты здесь всего около недели. Путаешь время. — Хенджин усмехнулся. — И у меня тоже были друзья, что должны были спасти меня».       — Нет, — Ян покачал головой. — Чан не бросит меня, он мне как старший брат. Он заботился обо мне с самого детства, он… — С каждым словом Чонин верил себе все меньше. Откуда Чан мог знать, где они? Ян ведь сам запутался в днях. Когда он начал принимать эти таблетки? Сколько подсказок до этого он успел оставить? Увидели ли парни их? Как далеко от Сеула находилось это здание?       — Нет, — Чонин старался говорить как можно тверже, пытаясь убедить в этом в первую очередь себя самого. — Они точно придут за мной. — Для убедительности парень кивнул. — У Чана очень сильная сила. Он может внушать другим делать что-то. Он сам рассказывал мне, как…       Хенджин резко подскочил с кровати, подлетая к Чонину и закрывая тому рот рукой. Мальчик вздрогнул от резкого приближения парня и вновь посмотрел соседу в глаза. Тот медленно прислонил указательный палец свободной руки к своим губам, приказывая быть тише.       «Даже у стен здесь есть уши. Будь осторожнее и думай, о чем говоришь. А еще лучше, научись передавать свои мысли другим». — Ответил он уже мысленно, медленно отпуская рот младшего и вновь отстраняясь на свое место.       Больше в тот вечер они не разговаривали.       Когда Ян опустил свою голову на подушку, он не мог перестать думать о том, что узнал сегодня от соседа. В том, что врачи здесь никого не лечат, а лишь проводят какие-то диагностики и тренируют их силы в собственных целях, уже не было сомнений. Чонину вдруг очень захотелось оказаться дома в своей кровати и даже бабушка, которой обычно никогда не было дела до внука, сейчас казалась ему самой заботливой и любящей родственницей на свете.              Но больше всего мальчик переживал о Чане. После того, как он вслух произнес слова о его силе, Чонин уже миллион раз надавал себе мысленных оплеух за свою беспечность. Что если кто-то действительно слышал об этом? Что если из-за этого у Чана будут проблемы?       Что если Хенджину нельзя доверять?       Остановившись на последней мысли, младший повернул голову, взглянув на соседа. Тот лежал на соседней кровати, накрывшись одеялом почти с головой и, казалось, уже спал, не шевелясь. Было что-то милое в привычке старшего накрываться одеялом по уши, пряча нос в подушку. Будто тот хотел спрятаться от всего мира, словно кот, свернувшийся клубком.       С достоверностью ответить на крайний вопрос сейчас Чонин явно не мог. Однако, являясь единственным в этом месте, кто хоть немного помог Чонину прийти в себя и узнать больше о том, что творилось вокруг, сосед заслуживал хоть немного доверия. К тому же, они с Чонином были, как говориться, в одной лодке, так что зачем Хенджину нужно было топить и себя тоже? Ведь если правда о том, что они не принимают таблеток вскроется, непоздоровится точно обоим.       Хенджин выглядел загадочным, когда заправлял свои светлые, недавно покрашенные волосы за уши, и пристально смотрел на Чонина, но в остальном, Ян был благодарен ему за помощь. Ведь если бы тот не достучался до него тем вечером, младший до сих пор жил бы словно в тумане. И тогда тем более не смог бы противостоять этому всему. Так что сейчас можно было с уверенностью сказать лишь одно: Хенджин был единственным в этом здании, кто был способен помочь Чонину сбежать отсюда. И его сила управлять электроникой пришлась бы как раз кстати.       Думая обо всем этом Чонин даже не заметил, как на улице начало светать. Уже под утро, когда от собственных мыслей казалось, опух его мозг, и он уже не мог думать так ясно как хотелось бы, он провалился в некрепкий, беспокойный сон, наполненный обрывками воспоминаний о Чане и Хенджине, протягивающим ему руку помощи.       Утром Ян проснулся с уже привычной ему головной болью и звучащими голосами. Он схватился за уши, стараясь прекратить шум в голове, однако это ни к чему не привело. Звук шел как будто изнутри, его невозможно было заглушить просто так.       — Постарайся сосредоточиться на чем-то конкретном, — тихо и устало шепнул Хенджин со своей кровати. — Просто думай обо мне.       Чонину хотелось рассмеяться над глупостью его предложения и ответить что-то колкое, как он обычно подшучивал над хенами в школе, однако парень понимал, что тот просто старается помочь. К тому же, вчера вечером это действительно помогло ему заглушить голоса.       Младший глубоко вздохнул, умывая лицо холодной водой. Он постарался выкинуть из головы все образы и голоса, мешающие ему спокойно жить и сосредоточиться лишь на одном голосе. Голосе красивого парня с длинными, выкрашенными в белый волосами и пухлыми губами. Парня, с которым они сейчас вдвоем противостояли всему миру.       «Ты не будешь слышать остальных, если твой мозг будет настроен только на мои мысли, — четко услышал он у себя в голове. — Мы обязательно выберемся отсюда». — Хенджин ободряюще улыбнулся, хлопая Чонина по плечу.       Конечно, выберемся. Я не буду тупо сидеть на месте и ждать, пока меня спасут. А ты поможешь натренировать мою силу и мы сбежим отсюда. Вместе.       Чонин поднял голову, взглянув на старшего. По довольному выражению его лица он понял, что Хенджин слышал сейчас его мысли.       «А ты действительно достаточно быстро учишься, Чонин», — он улыбнулся, протягивая младшему руку в знак сотрудничества.       Спасибо. За то, что помогаешь.       «Не забывай. Это и в моих интересах тоже».