Губы со вкусом вина

Тёплая, летняя ночь стояла над столицей империи бога огня. Звёзды и луна освещали симпатичные дома антуража 19 века, к самому большому из которых вела дорога через лесопосадку. Заасфальтированная, с фонарными столбами по бокам, красивыми растениями, высаженными вдоль. Она выходила к золотым воротам, за которыми находилась большая площадь со статуями, цветами, мелкими фонтанами, и лестницей из черного мрамора, ведущей прямо ко входу во дворец. За забором виднелась парковка, а на всех входах стояли грозные охранники в смокингах и солнцезащитных очках, но к счастью, это не слишком портило атмосферу историзма. А само здание, ох, прекрасное место, исторический памятник эпох, выполненный в лучших традициях викторианской архитектуры, с нотками северного антуража, свойственного, скорее, стране Аквы. Да, эпоха балов и рыцарей давно прошла, уступив место современности, вместо карет давно ездят машины, свечи были заменены электричеством, электроника и прогресс заполонил жизни даже самых последних бедняков, но столица...она будто бы не менялась, её центр был живым памятником былых веков, будто бы вырванным из времен пышных балов, джентльменов, и цветущей аристократии. И сегодня элиты общества собрались здесь, чтобы отдать дань уважение былой эпохе, а может просто обзавестись связями? Первая ночь августа ознаменует начало одного из самых пышных и закрытых мероприятий в стране, светского раута с тематикой 19 века. К сожалению, феерической программы вы там не увидите, интерес к этой закрытой вечеринке создают связи, которыми можно обзавестись, пропустив с кем-то из гостей пару бокалов игристого. Никаких репортеров и лишних ушей, всё строго по приглашениям, до такой степени, что порой у телохранителей случаются проблемы с тем, чтобы попасть за роскошные двери. Для кого-то оказаться здесь честь и мечта всей жизни, а для кого-то рутина. Люциус, младший сын Агния, обязан появляться тут каждый год своей весьма длинной жизни. И это место не меняется! Он ездит на это мероприятие с 14, а ведь ему уже за 50, и каждый раз ничего нового. Конечно, у полубогов немного другое восприятие времени, да и взрослеют они куда дольше, но это и делает пребывание парня на подобном рауте ещё бессмысленней. Скучные люди в дорогой одежде говорят о скучных вещах. Пф, биржа, шоу-бизнес, политика, кому это вообще интересно? Люциус никогда этого не поймёт. Почему просто нельзя включить музыку поживее, напиться, и уронить люстру? Ах да, как же там его дорогой отец говорил? «—Это приличное мероприятие, Люциус. Веди себя подобающее», тц, глупый, старый маразматик, совершенно не умеет веселиться. Люциус стоял, прислонившись спиной к стене, недовольно болтая из стороны в сторону вино в бокале, и наблюдая за людьми в зале. «—И куда только делся Воланд? В компании этого придурка хотя бы весело, можно выстебать этих напыщенных "элит" общества». — раздражённо думает рогатый, как вдруг его глаза цепляются за человека, которого тот раньше не видел. Это было действительно странно, сюда редко попадает кто-то новый, особенно столь экстравагантный. Возле стойки с напитками стоял высокий парень, лицом не старше 25, выглядел он, как обычный человек, что заставляло задаваться еще большими вопросами. Пускай формально рабство и отменили, но до сих пор в обществе чувствуется скрытый расизм, ну, в отношении людей. Ладно, конечно, встретить человека в элитах редкость, но экстравагантным и привлекающим внимание в нём был именно наряд. Длинное, вечернее платье чёрного цвета, оно, на удивление, хорошо сидело на мускулистом теле, подчёркивая бедра и ноги, у него были длинные обтягивающие рукава и овальный вырез на груди, подол же уходил в пол, при этом имея вырез с правой стороны, тянущийся неприлично высоко. На талии сидел тонкий, серебряный поясок, без лишних изыск. Волосы юноши выглядели мягкими, сильно вьющимися, темно-каштанового цвета. В ушах были серьги, состоящим из нескольких мелких, драгоценных камней голубого цвета, и заканчивающиеся серебряной, четырёхконечной звездой. Вокруг ярко-голубых глаз были легкие, черные тени, с блестками, что мигали в свете люстры, походя на звёзды в ночном небе. Длинные ресницы, накрашенные тушью, и стрелки, также подчеркивали глаза, а губы, что медленно потягивали шампанское из бокала, украшала тёмно-бордовая помада. Шея человека была открыта, делая акцент на ключицах и родинках. Пальцы украшали серебряные кольца, одно из которых было инкрустировано тем же камнем, что и серьги. На ногах были черные каблуки, заставляющие незнакомца и вовсе казаться гигантом в толпе, достойным меряться силами с охраной. Столь интригующий гость совершенно не выглядел, как какой-то тепличный цветок, изнеженная модель, или чья-то подстилка. Нет, несмотря на симпатичное личико, и удачно скрывающее руки платье, Люциус всё равно видел широкую грудь, мускулистые ноги, шрамы, которые покрывали их, но почему-то это делало гостя только красивее. Создавался некий соблазнительно-противоречивый образ изысканной дамочки, и того, кто мог бы запросто придушить тебя. Рогатый смущенно отводит взгляд от незнакомца, как вдруг чувствует неожиданный хлопок по плечу, резко оборачиваясь. Перед ним стоял Воланд, непонимающе сверля взглядом. —Э-э, Люц, ты чего? Белку что ли словил? — в шутливой, но беспокоющейся манере спрашивает демон. М-да, на самом деле Воланда здесь быть не должно, но Люциус наотрез отказался посещать мероприятия без, не самого богатого, друга. Сам же демон был полным раздолбаем, но хотя бы умел веселиться, что скрашивало пребывание белобрысого в этом гадюшнике. Правда, сейчас он обижен на опоздание друга, да и нашел более интересное занятие, чем выходки с этим придурком. —Всё со мной в порядке! И вообще, не знаю где ты там шлялся, но мне пришлось в одиночестве торчать тут 2 часа, поэтому я поищу себе компанию получше! — гордо задрав голову, заявляет Люциус, направляясь подальше от демона. —Ой-ой-ой! Посмотрите ка, наша принцесса обиделась, ну и вали! — сердито кричит в след Воланд. Конечно, Люциус знает, что они помирятся на следующий день, но всё равно как-то неприятно, ведь даже не попытался остановить! Хотя, может он слишком утрированно все воспринимает? Всё-таки бокал в его руке не первый. Ладно, он всё ещё достаточно хорошо соображает, чтобы попытаться заговорить с тем симпатичным незнакомцем, тем более, будучи пьяным он, как правило, не испытывает стыда за сказанное, а значит будет меньше нервничать. И вот рогатый, волоча по полу хвост, доходит до стола с красивой башенкой из бокалов, видя недалеко от неё того самого парня, оперевшегося на край соседнего стола, и пристраивается возле. —Тухлое место, не так ли? — незатейливо начинает полубог. Гость, улыбаясь, прикрывает глаза, издавая тихий, мычащий звук, а затем смотрит на чужое лицо из-под полуприкрытых век. —А мне здесь нравится, много интересных людей, много выгодных знакомств, и кормят вкусно. — приятным тихим голосом говорит незнакомец, делая очередной глоток шампанского. —Хах, когда бываешь тут из года в год, одни и те же рожи начинают надоедать. Не волнуйся, можешь не притворяться, что тебе здесь нравится, пускай я и великий сын Агния, но твою скуку на пирушке моей семьи осуждать не буду. — слегка нагловато распинается полубог, жестикулируя кистью в воздухе. —Но я правда доволен. — всё так же ласково и искренне отвечает мужчина. —Не верю, да и какие связи, я долго смотрел на тебя, и ты за это время ни с кем не заговорил! — подмечает Люциус. Лололошка расплывается в, по кошачьи довольной, улыбке, смотря на полубога. Его рука скользит по столу, за талию рогатого, и мужчина, как бы нависает над ним с боку. —О, то есть ты наблюдал за мной? — с интересом мурлыкает высокий. — Видимо это место действительно неплохое, раз сам сын великого Агния обратил на меня своё внимание. — томно говорит человек, чуть ли не полубогу на ухо. —Ч-что ты такое говоришь!? — смутившись, отшатывается аристократ. —Хм? Ничего такого. — глупо моргая, отвечает гость, чем слегка нервирует Люциуса. Конечно, так полубог и поверил, что к нему сейчас не пытались подлизаться. —Если это место вас так раздражает, то не хотите ли прогуляться? Слышал здесь красивый сад, я бы хотел посмотреть на него. — решает перевести тему мужчина в платье, что неплохо ему удаётся, рогатый отвлекается от своих подозрений и кивает. —Ну, почему бы и нет? Всяко лучше, чем стоять в этом душном зале. Пошли, я знаю дорогу у которой точно не засели папарацци. Люциус направляется в сторону лестницы, пока Лошка быстро осматривает его со спины. Красная рубашка, чёрный галстук, такого же цвета жилет и штаны с высокой талией, лакированные ботинки, а также нелепый цилиндр. Мужчина хихикает про себя, похоже кто-то очень серьезно относится к атмосфере мероприятия, что бы про него не говорил. Люциус замечает, что идет один, и оборачивается, недовольно бросая — Эй, ты чего там застрял!? —Иду, иду! — извиняющимся тоном говорит человек, подходя ближе, и беря полубога под руку, тот сразу же возмущённо смотрит на парня, вынуждая объясниться. — Ну чего ты так смотришь? Это же этикет, разве ты не знаешь? — продолжает уничижительным тоном лепетать незнакомец. Люциус вовсе не хотел позволять кому-то так наглеть по отношению к себе, но этот парень слишком хорошо умел играть словами, вдобавок оказывая определенное давление своим внешним видом. По крайней мере на принца, Люциус был слишком смущён, чтобы как-то возразить. Тяжело сохранять самообладание, когда с вами под ручку, слегка прижимаясь, идёт некто в вашем вкусе, ещё и в подобной одежде. Это заставляло рогатого идти, погруженным в свои мысли, густо покраснев, не обращая внимания на незатейливую болтовню собеседника, лишь слушая стук его каблуков, отмиряющий каждый шаг, как вдруг он резко останавливается, чуть ли не врезаясь в дверь. И когда они успели до неё дойти? Стоп, разве Люциус вообще вел его куда-то? Такое ощущение, будто бы человек тащил его в нужную сторону, но откуда он знает дорогу? —Эта та дверь? — наклоняясь на уровень рогатого, спрашивает мужчина. —А?..А! Да, это она! Стой, но... неважно, извини, что задумался. — сбивчиво отвечает Люциус, будто бы выходя из транса. И что он себе надумал? Да, видимо просто не заметил, как на автомате притащился к правильному месту. «—Чертов алкоголь.» — мысленно ругается полубог, пытаясь идти ровно. —А здесь действительно красиво. — говорит человек, отпуская чужую руку и подходя к фонтану. В имении был довольно большой внутренний сад. Круглая территория, обнесённая стенами из декоративного кустарника, в центре которой располагался большой фонтан, считающийся одной из достопримечательностей, из-за сложной лепнины и технической составляющей. Цветочные клумбы были посажены таким образом, что с высоты собирались в узор родового герба, преимущественно в саду были именно они, но Лошка так же заметил несколько деревьев, и нечто, с листьями, похожими на кленовые. Они были красные, с белыми пятнами в случайных местах. Этот, предположительно, плющ красиво обвивал некоторые деревья, дополняя бело-фиолетовую палитру сада. Парень не уверен, почему это растение так зацепило его взгляд, но оно определенно чем-то напоминало его спутника. Лололошка бесцеремонно сел на край фонтана, закинув одну ногу на другую. Он пытался вслушаться в приглушенную музыку, исходящую из здания, шум фонтана, и ветер, удовлетворённо прикрывая глаза. —Здесь красиво. — прошептал он. Люциус вздыхает, стоя рядом. — Только ночью, днем это место просто безвкусица для туристов. Хотя, я думаю, всё, что меня окружает, это тупая достопримечательность! —Тебе не нравится принадлежность к семье монархов? — говорит гость, будто утверждая. —Ха, не смеши, конечно мне нравятся деньги и власть, просто...грх.. как бы сказать, иногда устаёшь от постоянного внимания. Вообще, я даже подумываю свалить куда-нибудь за границу, все равно отец найдет, кем меня можно заменить, может быть, его любимчик Ивлис соизволит побегать по бессмысленным мероприятиям, а то всё я да я. —Хм-м.. — человек встаёт с мраморного бортика, выпрямляясь, и заинтересованно наклоняя голову. — Так ты хочешь пожить для себя? —Да! — с энтузиазмом отвечает Люциус. Лололошка театрально вздыхает, отвечая — Ах, какая жалость, а я надеялся, что ты стремишься к более взрослым целям. Люциус возмущённо надувается, хлеща хвостом по земле. — Да как ты–! Да как ты смеешь считать меня ребенком!? Да ты хоть знаешь сколько мне!? Какая наглость, ты— Лололошка прерывает его, прижимая палец к губам. —Ну тогда докажи мне, что это не так. — с той же хитрой улыбкой просит парень, будто бы подбивая на какой-то иррациональный поступок или лишнюю фразу. Полубог, с насмешливой жалостью, смотрит на смертного. — Ха? Доказать? Боже, опустим тот факт, что я тебе в отцы гожусь. Может ты и воспринимаешь меня, как подростка, но знай, я прекрасно понимаю твои намёки. Знаешь, что я хотел сделать с того момента, как заметил тебя в толпе? —Хм? Ну и что же? — всё так же весело спрашивает Лошка, приподнимая бровь. Люциус, самодовольно ухмыляясь, зачёсывает волосы назад. Оперевшись руками на чужие плечи, и привстав на носочки, он прижимается к накрашенным губам своими. Ло удивленно смотрит на отстранившегося парня, но видя эту самодовольную, и слегка смущенную, морду, ещё и со следом от помады, начинает судорожно гоготать. Мужчина пытается прикрыть рот, но помогает мало, он сгибается, переходя на полноценный смех, постоянно пытаясь судорожно извиняться. Лицо полубога приобретает ещё более красный оттенок, и он, уже сердито, пытаясь оттереть чужую помаду с лица, рявкает. — Чего ржёшь!? Лололошка делает несколько вдохов и выдохов, в попытке успокоиться, такой человек на крючке, нельзя вот так все испортить. —Ахаха, ха...так это по твоему "по взрослому"? — усмехается Лошка, пироподнимая чужое лицо за подбородок, и заставляя смотреть на себя. — Малыш, позволь мне показать, как целуются взрослые. С этими словами мужчина наклоняется на чужой уровень роста, напористо прижимаясь к губам полубога. Люциус вздрагивает, но затем вспоминает, что это он тут вообще-то "взрослый, богатый сердцеед". Разумеется, именно он очаровал юношу своей несравненной харизмой, так что тоже должен что-то сделать. Неловко, белобрысый начинает двигать губами в ответ, закидывая руки за шею гостя. Лололошка действительно хорошо целовался, Люциус даже не заметил, когда чужой язык скользнул в его рот и стал по хозяйски обводить зубы, переплетаться с его, и отнимать последний кислород. А ещё от человека замечательно пахло, полубог точно не мог сказать чем, но определенно женскими духами, дорогими, с цветочными нотками. В этом запахе хотелось утонуть, как и в мокром, чавкающем поцелуе. Люциус, совершенно забывшийся в алкоголе и чужих губах, как-то позабыл, про существование правил приличия. Он потянул одну из рук к вырезу на ноге, просовывая пальцы под платье, и поглаживая чужое бедро. Лошке будто бы сигнал дали, он с неожиданной лёгкостью поднял Люциуса, усадив на высокий бортик фонтана, и навис сверху. Человек оставил чужие губы, спустившись к шее, бесстыдно кусая её и оставляя засосы. Полубог, конечно, был возмущён, но физически не мог выдавить из себя что-то кроме рваных вдохов и хнычущих просьб продолжать. Ло отстранился, с гордостью смотря на проделанную работу. Перед ним сидел растрёпанный парень, с искусанными губами, слезящимися глазами, слегка подрагивающий от возбуждения. Его шею и губы покрывали беспорядочные следы помады, что делало картину ещё более милой. Лололошка просто надеется, что никому сейчас не взбредёт в голову выйти, подышать свежим воздухом, застав сына императора в таком виде. Человек притягивает бледную руку к своему лицу, чуть ли не мыча в костяшки пальцев, обжигая кожу своим дыханием. — Не изъявите ли вы желание покинуть это скучное мероприятие и отправиться ко мне? —.... — между парнями повисает неловкое молчание, Люциус, будто бы взвешивая все за и против, пристально всматривается в чужое лицо. Может он и пьян, но инстинкт самосохранения его ещё не покинул, вот так ехать куда-то с незнакомцем, ещё и будучи известной личностью, явно не лучшая идея. Лололошка замечает чужое беспокойство. — Не волнуйся, я не собираюсь делать ничего незаконного, тем более это было бы глупо вредить члену королевской семьи. Ахаха, уверен, после такого моя участь была бы незавидна. А если бы мне было всё равно на последствия, я бы мог вытворить что-то прямо на банкете, не думаешь? Люциус тяжело вздыхает. — Ну, в этом есть логика, но! — восклицает полубог, прислоняя указательный палец к чужому носу. —Ты скажешь мне своё имя! —Ла-а-дно. — только успевает протянуть Лошка, как в стеклянных дверях показывается красная фигура. —Люциус! Куда ты блять делся!? Я понимаю, ты обиделся, и всё такое, но не с банкета же сбегать! Я тебе там рульку оставил– А? — резко прерывается Воланд, заметив вдалеке своего друга рядом с какой-то персоной в платье. —Ты чё.....друга на бабу променял!? — рассерженно кричит демон, понимая, почему его оставили в одиночестве. —Вот чёрт! — шёпотом шипит Люциус, хватая своего спутника за руку и телепортируясь к стоянке. Лололошка, изумлённо хлопая глазами, оглядывается по сторонам, а затем до него доходит. — Хах, а я совсем забыл, что для полубогов магия не регламентированная. —Пф, да, завидуй молча. — усмехается Люциус, пытаясь скрыть румянец, всё-таки позже его ждет не самый приятный разговор с Воландом. — Ну и где тут твоя машина? —А? Да, сейчас. — отвечает человек, спешно начиная рыться в своей сумочке, пытаясь выудить от туда ключи. Раздается характерный, пищащий сигнал, и Люциус, оборачиваясь на звук, удивленно распахивает глаза. Вместо привычного дорогого авто, полубог видит обыкновенную чёрную ладу. —Ты ездишь на этом!? — в искреннем удивлении восклицает рогатый. Лололошка скрещивает руки, слегка раздражённо смотря на избалованного подростка. — Уж прости, не все здесь родились в семье мультимиллиардеров. —Тц, тогда у меня много вопросов к тому, каким образом ты вообще попал на это мероприятие. — цедит Люциус, с отвращением открывая дверь автомобиля. —Таким же, каким заставил сына Агния поехать ко мне домой. —Пф-ф, соблазнил ещё кого-то? — усмехается светловолосый. —Ах, какого низкого ты обо мне мнения, — драматичным тоном отвечает Лошка. — Красноречие, и ничего более. — гордо отвечает человек. Люциус лишь хмыкает, слегка улыбаясь, после чего отворачивается к окну. Лололошка заводит машину и неспеша трогается с места. Стоило им покинуть исторический центр города, как эстетичные, кирпичные дома и роскошные дворцы сменились на высокие многоэтажки с панорамными окнами. Город сиял в ночных огнях, а за окном с бешенной скоростью проносились встречные машины. Взгляд Люциуса случайно зацепился за рекламный щит, на нем была рогатая фигура в красной мантии, держащая в руках, будто бы, земли страны. Полубог, даже не вчитываясь в текст, сразу же отвернулся. Очередная религиозная пропаганда, мол: «Славьте своего бога и создателя, великого Агния», смотреть тошно. Люциуса так же начинает беспокоить, что они до сих пор едут. Всё-таки все элитные районы они уже давно проехали, а здания на глазах стали уменьшаться, выглядя в разы скромнее. Наконец-то машина остановилась у ничем непримечательной многоэтажки, в одном из спальных районов. Ло открывает рот раньше, чем полубог успевает возмутиться. — Да, я живу здесь, и нет, это не трущобы, а вполне приличный район. Люциус молча закатывает глаза и выходит из машины. — Надеюсь, что в внутри всё выглядит лучше. — цедит рогатый себе под нос. Лололошка глушит машину, и оба парня заходят в подъезд, поднимаясь на лифте до 6 этажа. Люциус нервно виляет кончиком хвоста, ожидая когда человек наконец-то откроет дверь. Всё-таки не очень хочется, чтобы кто-то из соседей человека заметил полубога у себя в подъезде. Наконец дверь с характерным щелчком открывается, и оба парня заходят в прихожую. Лололошка включает свет, и Люц может лучше рассмотреть помещение. Скромная прихожая с жёлтыми обоями, покрытыми ненавязчивыми узорами. Маленький, декоративный столик, со всяким барахлом, среди которого Люциус замечает миленькую статуэтку кошки, покрытую ворсом, несколько фарфоровых фигурок, и крохотную свечку в виде курицы. Шкаф купе, с большой стеклянной дверью, и обувница прямо у входной двери. Не успевает рогатый до конца осмотреть интерьер, как Лошка аккуратно тянет его за галстук, заставляя посмотреть в свою сторону и подойти ближе. Он нежно проводит большим пальцем по чужой скуле, перед тем, как поднять подбородок полубога к верху, заставляя установить зрительный контакт. —Извини за всё это ожидание, — мурлычет человек, проводя свободной рукой по чужой талии. — Я надеюсь, ты не потерял интерес к тому, что мы начали. Люциус слегка неловко отстраняется. — Н-нет, не потерял. — смущенно бормочет парень, делая шаг назад, уперевшись во входную деверь. —Тебя что-то смущает? — томно шепчет высокий, делая шаг вперёд, заставляя полубога оказаться зажатым между дверью и горячим мужчиной в вечернем платье. Щеки рогатого начинают стремительно темнеть, а взгляд метаться то на парня, то куда-то в сторону. Если часом ранее он просто решил поиграть в богатого сердцееда, чувствуя какую-никакую власть над ситуацией, то сейчас просто чувствует себя жалким и маленьким, причем буквально, незнакомец был на голову выше него, может, если бы человек не был на высоких каблуках, ситуация была бы чуть честнее? Люциус судорожно и слегка испуганно вдыхает, когда чувствует, как чужие сильные руки без труда сжимают его кисти над головой, оставляя полностью беззащитным. —П-подожди! — судорожно пропищал рогатый. —Т-ты так и не назвал своё имя! —Ох, так ты не забыл, — пускай человек и не изменился в лице, Люциус подсознательно уловил во фразе какое-то раздражение. —Лололошка, меня зовут Лололошка. — шепчет кудрявый, наклонившись к чужому уху, а затем целуя. Люциус издаёт удивлённый писк, чувствуя чужой язык, и то, как усиливается хватка на его кистях. Человек грубо прижимает своего гостя к двери, жадно кусая его губы и прижимая колено к паху. Рогатый чувствовал себя абсолютно беспомощным, вжатым в твердую поверхность, без возможности уйти, но почему-то болезненная хватка на руках ему даже нравилась, колено мучительно приятно касается эрекции, а поцелуи заставляют задыхаться. Полубог довольно простонал, выгибаясь в спине, после чего Лошка отстранился от его губ. —Знаешь, я думаю, что заниматься подобным прямо у входной двери не лучшая идея. — он отпускает руки полубога, хитро сузив глаза и улыбаясь. — Я буду ждать тебя в спальне~ — мелодично протягивает человек перед тем, как скрыться в коридоре. Люциус пару секунд непонимающе моргает парню в след, его губы, измазанные в чужой помаде, удивленно приоткрыты. В пьяную голову не сразу приходит осознание того, что произошло, а когда всё же доходит, он смущенно хлопает себя ладонью по лицу, быстрым шагом направляясь к ждущему его спутнику. Полубог позволяет себе поразглядывать дом, все равно он не уверен в какой именно комнате находится спальня. Квартира выглядит на удивление мило, никак не вяжется с её владельцем, Люциус бы даже сказал, что это место очень напоминает дом какой-нибудь миленькой, молоденькой учительницы из деревенской школы, весь такой нежный, без ярких цветов, с рюшечками, симпатичными статуэтками, и вязанными вещами. Наконец-то он доходит до приоткрытой двери, за которой виднеются ножки кровати. Рогатый заходит в комнату, но она...пустая? Только он хотел окликнуть человека, как на его плечо легла чужая, теплая рука, заставляя дёрнуться и обернуться, Люциус хотел начать ругаться на такие неуместные розыгрыши, но стоило ему посмотреть на парня перед собой, как все мысли вылетели из головы. Перед ним стоял всё такой же высокий человек, но уже без туфель и платья, в одних боксерах. Кудрявые, уложенные волосы немного растрепались, но это заставляло Лололошку выглядеть ещё горячее, особенно с этой его слегка размазанной помадой. Но куда больше Люца завораживал вид чуть ниже лица. Подтянутое тело, с длинными, мускулистыми ногами, выделяющимся прессом, и грудью, в которую полубог хотел бы уткнуться. При этом, кожа парня была усыпана тревожно большим количеством различных шрамов, что рогатый невольно задался вопросом, кем, черт возьми, этот смертный работает? «—Может, телохранителем?» — раздумывает полубог, это бы объяснило его нахождение на столь элитном мероприятии. Люциус также отмечает, что Лошка следит за собой, не то что всякие волосатые хмыри с кривыми лицами, коих он видел, к счастью, только по каналам со спортивными соревнованиями. Человек не имел волос на теле, даже на ногах, единственное, что полубог заметил, это небольшую дорожку, ведущую в боксеры, но рогатый посчитал, что это даже горячо. На самом деле его спутник не выглядит, как какой-то перекаченный верзила, несмотря на более чем прекрасную физическую форму, у него неплохо выделялась талия, да и сам он был пластичным, как кошка, что в словах, что в движениях. —Ты пялишься. — усмехаясь, говорит кудрявый, заставляя полубога резко моргнуть и залиться краской. —Эм.. ну я.. а.. и-извини? — неразборчиво бормочет Люциус, чуть ли не отскакивая, когда человек аккуратно берет его за запястье, прижимая почти белую ладонь к своему, слегка загорелому, торсу. —Зачем есть меня глазами, если ты можешь потрогать? — игриво шепчет Лололошка. Хвост полубога встает дыбом, а по спине пробегают мурашки. Он шепчет ещё больше неразборчивых глупостей, но сокращает между ними расстояние, смущенно водя руками по чужому туловищу. — Почему бы тебе тоже не снять с себя лишнее? — шепчет человек другому на ухо, оттягивая его галстук. Люциус начал было копошиться, но его остановили. — Нет, позволь мне. — перехватывает инициативу парень. Кудрявый быстро разбирается с парадной жилеткой и рубашкой, останавливая руки на чужой, беззащитной коже. У Люциуса дух перехватывает от осознания того, что чужие руки почти полностью обхватывают его талию, конечно, он довольно худой, но все же, это заставляло ощутить какой-то трепет в груди. —Можно? — учтиво спрашивает Лололошка, оттягивая резинку чужих штанов. —Мгх...п-подожди, я сам. — смущенно бормочет Люц, быстро расстегивая ремень, и разделываясь со штанами. Парень неловко обнимает свои руки, оставшись почти голым. —Ну чтож, — тянет смертный, проходя мимо полубога, и устраиваясь на большой, двухместной кровати в бело-зеленых цветах, с кучей подушек. — Иди сюда, красавчик ~ — тянет он, маня пальцем полубога. Его поза выглядит слишком непринуждённой, ноги широко расставлены, рука закинута за подушку, а взгляд такой наглый, будто бы он и не с сыном высшего существа в одной комнате. Люциус нервно сглатывает ком в горле, направляясь к кровати. Как же так, он не может позволить себе поведение какой-то недотроги, особенно перед обычным человеком. Собрав оставшуюся решимость, он нависает над парнем, хватая его за запястья, и вжимая их в матрас. Губы Лололошки растягиваются в ехидной улыбке, и он незатейливо приобнимает полубога ногами. —Оу~ Кто-то решил набраться храбрости? Хах, и что ты собираешься делать? — издевается кудрявый, будто видя рогатого насквозь. Люциус сердится, грубо целуя человека и кусая его губы. С особым упоением он водит когтями по мягкой коже, оставляя легкие, красные следы на чужих боках и груди, удовлетворенно виляя хвостом от чужих томных вздохов. —Ладно-ладно, ты победил. — посмеивается покрасневший Ло, приподнимаясь, и открывая тумбочку, быстро находя в ней флакон с какой-то голубой субстанцией. Человек притягивает к себе одну из рук полубога, под непонимающий взгляд того. —У тебя очень красивые руки, — шепчет человек, перебирая чужие пальцы. — Такие тонкие и элегантные, очень мягкие. Я хочу, чтобы это сделал ты, только поосторожнее с коготками. — шепчет Лошка, вкладывая флакон со смазкой в чужую руку и откидываясь на подушки. Люциус пару секунд непонимающе смотрит, перед тем, как до него доходит, и лицо полубога не становится похожим на помидор. Он, слегка подрагивающими от волнения руками, стягивает бельё с человека, смущенно пялясь на чужое достоинство. Даже как-то стыдно за себя стало, человек явно выигрывал его по всем параметрам, но не сильно, достаточно, чтобы полубог списал все на злосчастную разницу в росте. Люциус выдавливает немного смазки себе на руку, распределяя её по пальцам. Осторожно, он вводит один из них, слегка сгибая. Рогатый заметно нервничает, всё-таки ему не хочется облажаться, хотя, судя по всему, его действия не вызывают какой-то негативной реакции у человека, более того, Лололошка даже не изменился в лице, лишь слегка заинтересованно наклонил голову. Люциус пробует ввести второй палец. «—Чёрт, а там узко». — смущенно думает полубог, раздвигая пальцы ножницами и представляя, какого было бы оказаться внутри. Проводя по стенкам, Люц чувствует небольшую выпуклость, нажимая на неё, он улавливает судорожный вдох партнёра. Лошка, прикрыв глаза, слегка опускается на чужие пальцы. —Д-да, вот так, ты попал в нужное место, просто... продолжай. — спокойно, но слегка запинаясь, объясняет Лололошка. Полубог заинтересованно виляет хвостом, сможет ли он заставить такого сдержанного человека потерять контроль? О-о, он хотел бы это видеть. Рогатый добавляет третий палец, уже целенаправленно целясь в простату. Мужчина кусает губы, делая несколько тяжелых вдохов. —Ну всё... достаточно уже играться, иди сюда. — подзывает Ло, ногами притягивая ближе. На слегка красном лице человека была все та же хитрая ухмылка, пускай и немного дрожащая. Люц использовал ещё немного лубриканта, чтобы смазать член, немного ежась от холода. Он неловко сжал в руках бёдра смертного, прислоняясь к чужому входу. Ещё раз бросив взгляд на человека, и получив утвердительный кивок, полубог слегка толкнулся внутрь, рвано вдохнув, закатывая глаза, от ощущения жара и узости. —Б-блять... — плаксиво хнычет рогатый, проталкиваясь глубже, и чуть ли не ложась на парня повыше. —Следи за языком малыш, тебе совершенно не к лицу, — недовольно бурчит Лошка. — Тем более, ты же не хочешь быть наказанным? — двусмысленно тянет кудрявый. Люциус не был уверен какое наказание его ждет в случае непослушания, возможно, ему бы даже понравилось, но сегодня он испытывать удачу не собирается, поэтому лишь кротко кивает, делая ещё пару толчков. Вскоре он задает какой-никакой темп, при этом облюбовав шею человека, с удовольствием кусая и оставляя на ней засосы, грудь ждала та же участь, Люциус наконец-то мог бесстыдно сжать чужие мышцы, слегка царапая их острыми когтями, спокойно кусая соски, и оставляя на теле следы. Стоны человека были приглушёнными и совсем тихими, от того и более ценными, хотелось услышать как можно больше. От очередного толчка, Лошка выгнувшись в спине, испускает протяжное мычание, зарывая руку в белых волосах, и сжимая их. Люциус издал удивленный писк, возмущенно вздыбив хвост, но Лололошка не обратил на это внимание, с упоением дёргая за светлые локоны в разные стороны, заставляя полубога издавать непристойные звуки и громко стучать хвостом по кровати. —Мгх!.. П-перестань! — закатывая глаза, требует рогатый, впиваясь ногтями в чужие бока. —О-оу, но почему я должен прекращать? По моему тебе нравится, когда тебя мучают. Нравиться быть маленьким мальчиком для своей мамы, да? — отвратительно снисходительным голосом тянет человек. —Н-не правда! Ч-что за мерзости ты вообще говоришь!? — почти хныча, тараторит полубог, дрожа от чужих прикосновений и слов. Лошка ухмыляется, грубо хватая его за затылок, и притягивая для поцелуя. Мужчина чувствует, как Люциус судорожно всхлипывает, углубляя поцелуй, и прижимаясь ещё ближе. Наконец отстранившись, полубог обиженно кусает плечо человека, прокусывая кожу до крови. —Ох, ну не обижайся, мгх, о боже, ты такой хорошенький, когда злишься~ Люциус, будто специально, начинает толкаться грубее, больно впиваясь ногтями в кожу и оставляя кровавые укусы на плече. Человека, кажется, это только заводит. —Боже, какой же ты милый, ах, мой маленький, хороший мальчик, мамочка так тебя любит, чёрт... — неразборчиво бормочет он, закатывая глаза, и трогая себя свободной рукой, более чем наслаждаясь смесью приятных ощущений и острой боли от укусов. Полубог с низким стоном изливается внутрь человека. Он отстраняется, тяжело дыша, Лололошка вскоре тоже достигает кульминации, пачкая свой живот. Смертный умилённо смотрит на парня над собой, Люциус выглядит просто очаровательно, такой уставший, растрепанный, красный, как рак. Лололошка принимает сидячее положение, слегка морщась от жгучей боли в плече, но игнорируя её. Он кладет руку на щеку рогатого, слегка поглаживая её большим пальцем, тот в свою очередь полностью облокачивается на чужую ладонь. —Ты устал солнышко? — нежно спрашивает человек, получая в ответ слабый кивок. — Ох, мой бедный, бедный малыш, тебе стоит поспать. — нежно воркует кудрявый, ведя большим пальцем к чужим губам, приоткрывая рот, и проводя по клыкам. — Довольно острые, не находишь? Интересно, насколько долго будут заживать следы от них? Люциус смущенно отстраняется, и мыча что-то невнятно, слегка бодает человека в грудь своими рожками. —Ладно, ладно, понял, прекращаю. — посмеиваясь, отвечает Лошка. — Ложись уже, а я вернусь, когда приведу себя в порядок. — объясняет парень, полубог послушно кивает, перед тем, как мужчина выходит из комнаты.

***

Человек, оперевшись руками на раковину, пристально всматривается в своё отражение. На его правом плече красуется множество глубоких следов от зубов, которые он прямо сейчас обрабатывает перекисью, ругаясь себе под нос. Они сильно кровоточат, и, вероятно, будут очень болеть. «—Черт, это же рабочая рука». — с досадой думает кудрявый, представляя, как "приятно" будет ей двигать. Мужчина выходит из ванной, направляясь на балкон, с любопытством слушая сирены полицейских машин и карет скорой помощи, что летят к центру города. «—Хах, видимо они и без меня довели план до конца». — думает Лололошка, невольно бросая взгляд на дверь в спальню. «—Ты даже не представляешь, как тебе повезло, маленький принц. Видимо у твоей семьи действительно хорошие связи, раз они узнали, о предстоящем покушении, и смогли предложить мне более выгодный, хах, гонорар, лишь бы я каким-то образом вытащил тебя от туда раньше, чем все произойдёт». — рассуждает человек, уже мысленно представляя утренние новости в духе: «Массовое отравление чиновников в дворце культуры, акт терроризма или спланированное покушение?» Напрягает лишь одно, раз новые наниматели знали о грядущем, то почему вообще допустили это. Кто-то свыше хотел расправиться с чиновниками? Как странно... «—О нет, нет, нет, больше в политические игры я не полезу, ещё раз эмигрировать я не собираюсь». — судорожно обрывает свой интерес мужчина, возвращаясь в спальню.