piggyback for the photo

Джордж наконец переехал в Америку. Теперь Дрим Тим живут вместе. Каждый из трёх ребят чувствовал, что они никогда не были более счастливыми. Они постоянно веселились. Выбирались в разные крутые места, ели в разных ресторанах, делали штуки как для контента, так и для себя. На самом деле, парням даже не нужно было делать что-то интересное, чтобы хорошо проводить время. Они могли смеяться с собственных шуток до слëз, просто бездельничая на диване в гостиной или на заднем дворе. Им действительно было безумно весело рядом друг с другом. Дрим постоянно чувствовал, что его скулы ноют от широкой улыбки, а Джордж иногда говорил друзьям заткнуться, потому что у него болит живот от смеха. Ник обычно соглашался с ними, но сам на излишнее веселье не жаловался. Да и не может быть чересчур много веселья! Сапнап был очень рад, что его лучшие друзья, которые находились в отношениях, не слишком много флиртовали и занимались какими-то непотребствами на его глазах. Изначально он немного волновался насчёт этого, но сейчас понял, что они, хоть и были парочкой, но также были очень счастливы проводя время втроём с ним. Они же легендарное Дрим Тим трио! Ребята решили, что будет хорошей идеей устроить фотосессию со знаком "Добро пожаловать во Флориду", в честь официального переезда Гоги к ним. Он с Ником без ума смеялись, пока Клэй тащил этот громоздкий знак. Техасец даже успел снять это в тикток, пока Джордж тихонько шёл за своим могучим парнем. На самом деле, в своей голове он даже задумался, насколько тот был сильным. Потому что после того, как они полностью записали первый влог и выключили камеры, блондин схватил его на руки и закружил так, будто он был пушинкой. Это его на самом деле потрясло, каким, кажется, лёгким юноша был для младшего. Поэтому ради хорошей фотографии и своего собственного удовлетворения, он решил предложить сфоткаться, когда он будет сидеть на спине Дрима. Конечно его возлюбленный не смог противостоять его энтузиазму, пока он сам предлагает такое, мило хихикая. Сапнап лишь закатил глаза, но противостоять не стал, понимая, что им теперь действительно стоит подкармливать днф-шипперов контентом ежедневно. Будто они не делали этого раньше. Дэвидсон не мог прекратить смеяться, пока пытался вскарабкаться на спину своего парня. Тот тоже начал смеяться, наклоняясь вперёд. Они вдвоём чуть не упали, пока русоволосый над ними стебался, что они неуклюжие идиоты. У них получилось сделать задуманное, когда американец немного присел, и Гоги подпрыгнул в то же время. Первый быстро поддерживает его под коленями. Он хватается за широкие плечи своего парня и что-то глупо пищит от счастья, хихикая вперемешку. В своей голове Клэй визжит как маленькая девочка от умиления и очарования. Трио перемещается обратно для фотографии. Ник присел на корточки и вытянул ладонь в сторону, показывая на большущий знак. Британец поднял большой палец вверх, улыбаясь абсолютно счастливо. Он правда, по-настоящему счастлив со своими лучшими друзьями. Одним из которых также по совместительству был его бойфренд. И юноша сейчас сидел на его спине, поддерживаемый его сильными руками. Они точно провели пару секунд замерев, чтобы потом можно было нарезать фотки с камеры, стоящей на штативе и пишущей видео. Джордж немного ëрзает, поэтому тот перехватывает его покрепче. Техасец обратно встаёт, пока говорит что-то негромко. Дрим отвечает ему, но старший совсем не фокусируется на их речи. Его взгляд падает с камеры, на что-то, что было гораздо ближе к нему. Затылок блондина, что был весь в золотых кудряшках. Юноша не успевает даже задуматься, как его разум подчиняется мимолётному желанию пропустить сквозь них пальцы. Клэй даже ничего не может сказать, он просто тут же плавится под касаниями возлюбленного. Тот мягко массировал голову, почëсывал и гладил сквозь шевелюру, сначала на загривке, после поднимаясь всё выше и выше к самой макушке. Брюнет доверялся рукам младшего удерживающих его под коленями, не держась за плечи. Он прошёл пальцами сквозь волосы к ушам, накрывая их тёплыми ладошками. От них по телу расползались приятные мурашки. Парень уже не мог терпеть, улыбаясь так широко и абсолютно счастливо. Он мягко проурчал ласковую форму чужого имени с "и" на конце, специально протягивая гласную. Румянец на его щеках становился всё ярче. Он так влюблён, так сильно влюблён. Иногда ему хочется кричать о своих чувствах к Джорджу. Но тот усмирял этого любвеобильного зверя внутри маленькими нежностями, такими как прямо сейчас. Он плавился, таял от любого действия своего объекта воздыхания. Британец прижался щекой к его затылку, промурчав что-то ласковое, но неразбираемое. Ник где-то сбоку громко фыркнул и ушёл подальше от них, оставляя парочку наедине. Но оба даже не обратили внимание, слишком увлеченные друг другом. Они в своём собственном маленьком мирке, под своим куполом бесконечного физического выражения привязанности. Под куполом комфорта. Да даже если бы началось землетрясение, камера бы упала со штатива, а за ней и огромный металлический знак, они бы не отвлеклись ни на секунду. Любят, любят безостановочно. Джорджу проще тактильно, поэтому с его переездом стали уж совсем очевидны их чувства. Дрим снова поправляет его положение, потому что он медленно сползает по его спине, но никого это не волнует. Гоги ведет губами по волосам, вниз к его шее, прижимаясь в сухом поцелуе. И младший дрожит даже от этого, но всё ещё крепко его держит. Он знает, что он был достаточно сильным, чтобы без проблем носить своего бойфренда на руках долгое время. А ещё он знает, что тот ему в этом доверяет. И флоридец его не подведёт. Ладони брюнета легли на его плечи, будто успокаивающе поглаживая. Но зеленоглазый и так был спокоен как удав. Он расслаблен, и он тает от обожания Джорджа. Тот начал зацеловывать чувствительную кожу его шеи, от чего Клэй даже задышал неровно. Он не выдерживает такую приятную ласку долго. Он бормочет что-то невнятно и откидывает голову назад, стараясь закрыться от воздействия чужих губ. На лице неконтролируемая улыбка, которая сверкает ярче, чем флоридское солнце в самые жаркие дни. Юноша хихикает с него, такого смущённого, взъерошенного и точно абсолютно счастливого. Он разделял эти чувства с партнёром. Блондин мягко просит его остановиться. Конечно, он сам этого не хочет. Но на границе сознания мелькают причины, почему им стоит друг от друга отлипнуть. Сапнап ждёт их где-то в стороне. Они всё-таки уже сфотографировались, и им нужно идти домой. У него затекают руки и начинает ныть спина от веса Дэвидсона. Джордж не следует его просьбе. Даже не пытается удержаться. Он тыкается лицом сбоку в шею с фырканьем, от того что кудрявая шевелюра щекочет его носик. Британец обвивает любимого вокруг плеч одной рукой, пока вторая мягко-мягко, совсем не желая причинить боли, чуточку тянет за волосы, чтобы приподнять его голову. Всё это, чтобы ему было удобнее целовать младшего. Дрима почти сбивает с ног осознание, что Гоги действительно хочет его целовать. Он не провоцирует его на смущение и румянец специально, потому что тогда он бы вдобавок его дразнил. Он не делает это, чтобы позлить Ника, ведь тогда он бы остановился, когда тот отошёл и тем более отвернулся от любовников. Он целует его, потому что хочет. Хочет показать привязанность, чувства, выкладывает всю свою любовь напоказ именно тактильно. Так было всегда. Его признания томными ночами всегда содержали слова о том, как бы ему хотелось обнимать Клэя до бесконечности, целовать, пока губы не начнут саднить. Гоги звучал наиболее искренним в такие моменты. Его чувства за камерами всегда так очевидны, но в близком физическом контакте становятся совершенно кристально чисты. Британец жарко целует его шею, ненадолго зарывается носом куда-то в ключицы, под серую водолазку. Тут же продолжает зацеловывать. И уже высокий фыркает, потому что хаотичные быстрые поцелуи были чутка щекотными для него. Он ласково протягивает любимое имя, одновременно с этим борясь с желанием попросить его прекратить и попросить его не останавливаться. Джордж в этот раз ему хотя бы отвечает мягким мычанием. Он кое-как находит в себе силы оторваться от чувствительной шеи своего парня. Блондин дышит сбито, но всё-таки может говорить. Они приходят к компромиссу, хоть обоим и очень хочется продолжить, они должны прекратить. Договорились они на том, что вернутся к обнимашкам и целовашкам, как только придут домой. Всю дорогу обратно Сапнап не затыкался и ныл о том, какие они противные и влюблённые, и что он устал всегда быть третьим лишним. Парочка ему лишь слепо поддакивала, ведь оба витали в облаках, уже мечтая сплестись в клубок нежности и целоваться весь вечер. Когда техасец понял, что друзья совсем не слушают, что он говорит, он стал наглеть в край. Он стал говорить о том, что он хочет, чтобы Карл переехал к ним, чтобы ему не было одиноко. И что ему нужен собственный холодильник в комнате, который они обязаны ему купить. Потому что он терпеть не может заходить на кухню с утра и видеть, как эти горе-любовники пытаются приготовить завтрак, не отлипая друг от друга. Они лишь пробубнили согласия, блаженно улыбаясь, очевидно не будучи рядом с ним. Неожиданно Дэвидсон очнулся из своего влюблённого транса и спросил, что тот сказал про холодильник. Ник сделал невинное выражение лица и ответил, что у них должна была остаться пицца. Внутри него радовался маленький дьяволёнок, что он смог провести своих друзей, опьянëнных собственной слепой и, видимо, глухой любовью. Но на самом деле в глубине души, он был искренне рад за своих приятелей, потому что настолько счастливыми их не видел никогда раньше.