Нежно и тревожно

Голова была настолько тяжёлой, что в ней не оставалось пространства для развёртывания идей. Если в лучшие времена ее мозг представляет из себя широкую автостраду, по которой с бешеной скоростью проносятся миллионы мыслей, обгоняя, подрезая друг друга, устраивая чудовищные аварии, то сейчас он не более чем затерянная в лесу тропинка, по которой ходят только в случае крайней необходимости. Саша проснулась до рассвета, ее потревожил кот. Она приоткрыла глаза. Первое, что увидела в сонной дымке, Кирино лицо. Саша слепо прищурилась, приглядываясь. Кира спала. Ее ресницы подрагивали, уголки губ чуть приподнялись, должно быть, ей снилось что-то хорошее. В не до конца пробудившемся сознании мелькнул вопрос: «Почему же я не у себя дома?» Следом вспомнился прекрасный сон: Кира протягивает футболку, прикусывает губу, смеется, нежно целует в лоб. А ещё Саша впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему выспавшейся. Ей было так уютно. Не хотелось ни о чём говорить, а главное — не хотелось ни о чём думать. И даже отхода не испортили это утро. Картина наконец сложилась. Вчерашний день вспыхнул в памяти эмоциями и событиями. Вспомнив прикосновения ее губ и теплоту тела, Саша почувствовала, как по телу бегут мурашки. Девушка отбросила одеяло, спустила на пол босые ноги. Поёжилась от холода, поднялась с дивана, поправила мятую футболку. На столе она заметила давно остывший чай с печеньем и пачку мальборо. И у нее возникло желание тут же слиться, скрыться, убежать. Не хотелось говорить про прошедший день. Его не хотелось просто вспоминать, и даже милая улыбка барменши не изменила этого. А еще к этому желанию сподвиг разрывающийся телефон от звонков. Звонил конечно же отец. Смирившись, с тем что она опять получит пизды, решила уйти. Она быстро, стараясь не издавать лишних звуков, чтобы не потревожить сон Киры собрала вещи. И уже собиралась уйти, как вдруг на душе стало очень тяжело. Она не хотела прощаться вот так, хотела оставить напоминание, хотела чтобы Кира поняла, что девушка это не сон, а реальность. И решившись она достала из кармана давно забытый, смятый чек. И ручкой лежавшей на столе начеркала строчку из песни. — Плохо что наше с тобой время истекло. Но я знаю это точно не последнее утро, что ты мне подарила. А снизу номер. Она надеялась, что та ей позвонит. Действительно как наивный ребенок, сильно надеялась. На улице уже было светло. Небо постепенно окрашивалось в нежные розово-оранжевые оттенки, которые словно растворяются в лёгком утреннем тумане. Воздух свежий и прохладный, а легкий иней покрывает траву и опавшие листья, придавая им серебристое мерцание. Леса и парки усыпаны золотистыми, красными и бордовыми листьями, которые тихо шуршат под ногами. Вроде бы только середина осени, но уже пахло зимой. Холодный воздух после теплой квартиры, заставил поежиться. И шире некуда улыбка на лице Ни одного человека на улице И горизонт возбужденно порозовел А я замерзла, судя по всему, протрезвела И тишина, лишь деревья одни шумят Иду по городу, я довольна и помята Мимо аллей и гаражей, вот и мой дом —Извините, я спать! Побеседуем потом, —зайдя в квартиру, игнорируя отца, громко сказала Саша. Батя не понял резко возросшей смелости и хотел опять показать на практике кто главный в семье, но благо его новая пассия перевела внимание на себя.

***

Открывая глаза Кира надеялась увидеть загадочную девушку, которую вчера спасла. Уж слишком красивы были её слезы. С одной стороны она знала про нее слишком много, а с другой толком ничего. Но на кровати она увидела лишь серого кота. И воспоминания с болью ворвались в мысли.

***

— Я не разрешаю тебе общаться ни с кем, кроме меня! Ты меня хорошо поняла? — Кира прошу хватит, я устала. — навзрыд кричала девушка. — Я повторять больше не буду. — замахиваясь сказала Кира. Девушка долго принимала решение убежать и эта очередная ссора стала последней каплей. Когда Кира уснула, она тихо собрала свои вещи и убежала. Не оставив после себя ни следа.

***

— Черт, снова — ударив себя по голове сказала Кира. По привычке чтобы отвлечься от теней прошлого, она пошла заваривать кофе. На кухонном столе она заметила записку. Девушка быстро пробежалась глазами по начерканным плохопишущей ручкой буквам. Ее внимание привлекло криво нарисованное сердечко в левом углу чека, и под ним почти неразборчивый номер телефона. Кира непроизвольно улыбнулась краешками губ. От возможности снова встретиться с девушкой, или от того что её не бросили? Записывая номер, Кира не задумываясь сразу позвонила. — Привет, я та барменша, которая вчера спасла тебя. — Неожиданно, — по голосу было слышно, что Саша улыбается. Кира задумалась, зачем она вообще звонила? А ведь действительно причины не было. Ей просто хотелось услышать мягкий голос Саши, и понять что от неё никто не сбегал. — Извиняюсь за неудобства, — прерывая минуту молчания сказала Саша. — Нет, не извиняйся, у всех бывает, — как будто стараясь оправдать девушку затараторила Кира. — Я рада это слышать, и еще извини за то, что убежала. Батя выносит мозги, думаю понимаешь. — Я просто переживала за тебя, думала что тебе не будет где жить еще как минимум неделю. — хрипло произнесла Кира.

***

Переживала? Повторяя слова Киры в голове, по телу бежали мурашки. И сердце сильнее стучало. Странное чувство. И щеки покраснели. Что за хуйня?

***

— А да, все в порядке. Может встретимся сегодня? — смущенно сказала Саша. — Читаешь мои мысли, у меня как раз сегодня выходной. — Давай возле парка в 17:00? — Конечно, — уже улыбаясь во все 32 произнесла Кира. — До встречи! И вот короткие гудки оповестили Киру о прерывании звонка. А дальше обыденная рутина. Которая сегодня длилась дольше чем обычно. Факт ожидания чего-то делает это еще более увлекательным. Но оно замедляло время. И от скуки и безделания хотелось лезть на потолок. Кира уже давно собралась, надела серое пальто потому, что погода сегодня снова была паршивая. Не зная чем себя занять оставшиеся полтора часа, она решила покататься по городу, хоть и погода для этого была не предназначена. Она вышла из подъезда, закурила сигарету и медленно пошла в сторону своего любимого кавасаки. Идя по улочкам спального района, она решила написать Саше сообщение. — Одевайся теплее, сегодня холодно. Она дошла до мотоцикла, вставила ключи в замок зажигания, открыла багажник, надела черный шлем и завела байк. Кира ужасно любила адреналин, двухколесные транспорта и боль в животе от испуга, когда разгоняешься так, что уже и не можешь остановится. И вот она опять выкручивает рычаг газа на полную. На циферблате показывает 190 километров в час. Ветер дует с такой силой, что на визор прилипают мухи. Кира обгоняла, подрезала и почти попала в аварию — это было особой эйфорией. Но кайф остановила машина которая из ниоткуда появилась на встречной полосе. Резко давя на тормоза Кира засмеялась. Кира просто показывает ахуевшему водителю фак. И ей всё равно, что в этой аварии была бы виновата она, а не бедный водитель. За любимым делом она не заметила как прошел целый час. Уже было время ехать на назначенное место. Предвкушая встречу, Кира также на полной скорости поехала в парк.

***

Послушав Киру, Саша тепло оделась и собралась выходить. — Я не понял куда это ты опять собралась, — нагло доебался отец. — Подальше от этой помойки. — так же нагло сказала Саша. — Ах ты сука! Кидая тарелку крикнул батя. Но Саша не услышала, она давно уже скрылась за входной дверью. Тоже предвкушая встречу, она надела наушники и пошла в парк.

***

Стоя у входа в парк Саша оглядывалась в поисках Киры. Но на часах было всего 16:42. — Бля, чет я поспешила. — пронеслось в голове у Саши. Но мысли прервал ревущий мотор. Девушка механично повернулась в сторону звука. — Та ну блять, она гонит, — не скрывая улыбки уже вслух сказала Саша. Кира с писком затормозила прямо рядом с девушкой, эффектно сняла шлем и подмигнула Саше. — Блять, ты гонишь? — повторяя сказала Саша. — Ну как видишь да. И на Сашу сразу нахлынули воспоминания.

***

— Папа, сегодня хорошая погода, мы будем кататься? — спросила маленькая Саша. — Конечно! Бери шлем и жди меня, сегодня поедем на озеро, — нежно сказал папа. Саша побежала за шлемом. И через минуту уже с ним в руках стояла на пороге. — Давай быстрее! Саша не любит ждать. — Иду я! Саша разглядывает ещё невиданные ею пейзажи. А папа рассказывает что и где здесь раньше было. Дочка всегда внимательно слушала папу, ей было очень интересно.

***

— Ну как я поняла, наши интересы совпадают, — вырывая девушку из воспоминаний сказала Кира. — Скажи что ты меня прокатишь, — с щенячьими глазками намекала Саша. Заглушив мотоцикл, Кира открыла багажник и показала пальцем на красный шлем. Кире нравилось то, как Саша сейчас по детски радовалась. — Блять, Кира, я кучу лет не гоняла! — уже почти прыгая от счастья пропищала девушка. — Садись. И вот они несутся на 90 километров в час по городу. — Слабо быстрее? — беря на понт сказала Саша. И Кира выкрутила ручку газа на полную, маневрируя между машинами, она сигналила водителям, спидометр переваливал за сто пятьдесят километров в час. Это заставило Сашу сильнее прижаться к Кире и обвить её руками. Хорошо, что лицо белобрысой было закрыто шлемом и Клюква не увидела безумный оскал девушки. Ей нравилось то что жизнь такой хрупкой девушки, сейчас полностью подвластна ей. Захочет разобьется, захочет им придется еще один день провести в этом гнилом месте. Нет человеческой души, которая выдержит искушение властью. Поездив по городу еще минут тридцать, девушки поняли, что очень замерзли. Всё таки уже осень, скоро закрытие мотоциклетного сезона. Кира подвезла Сашу домой, но расставаться не хотелось. Они понимали, что Саше прийдется вернуться в место где она не хочет находиться, а Кире в пустую квартиру и это неизбежно. На прощание Кира обвила руками талию девушки, и тем самым подтолкнула её закинуть руки себе на плечи. Саша подошла ближе, вытесняя все пространство между ними. — До скорой встречи. — Медведева склонилась к уху красноволосой и прошептала это. От горячего дыхания девушки Сашу пробрало мурашками, и она так и осталась неподвижно стоять пока рев мотора не перестало быть слышно. Собравшись с силами, она пошла «домой». Дом, в котором некомфортно, — это не просто стены и крыша, а пространство, лишенное уюта и тепла, где даже тишина кажется гулкой, а одиночество — особенно острым.