12
15 октября 2022 г., 23:51
феликс докуривает сигарету, а окурок сбрасывает с невысокого склона, на котором они так удачно расположились — вид просто волшебный.
— мы снова прогуливаем школьное мероприятие, — оповещает он, будто хенджин не в курсе.
— юность все прощает.
— ты всегда так говоришь. а ещё, что мы ее не простим.
хенджин повернул голову в его сторону, слабо улыбаясь.
— и?
— почему мы ее не простим? — феликс максимально сосредоточен, будто от ответа зависит что-то мировой важности.
хенджин смотрел прямо в глаза, словно пытался прочесть в них истинные мотивы, чтобы задать этот вопрос, а потом просто выдохнул:
— а зачем?
и феликс готов поклясться, что никогда в жизни не ощущал чувство, называемое «свободой», так же сильно, как в тот момент, когда хенджин сказал об этом. так, словно это не представляло особой важности: так же, как и все выкуренные сигареты, бессонные ночи и бесчисленное количество царапин и шрамов, полученных в результате «давай прогуляемся».
