Довериться? Попробуй

— Bad Omens — The Gray —       Прошло, наверное, минут двадцать, прежде чем Кира начала постепенно успокаиваться. Всё это время она просто лежала под дверью Орлова абсолютно ослабевшая как и физически, так и морально. У неё больше не было сил сопротивляться внутренним демонам, которые мысль за мыслью убеждали девушку в собственной никчёмности и ненужности этому миру. Она просто хотела заглушить это, убежать как можно дальше и спрятаться. Забыться. Кира всё же решилась дать знать о себе Серёже, написав сообщение: Кира 01:03 где ты       Спустя некоторое время ожидания терпения у девушки не осталось, поэтому было принято решение писать до последнего. На звонок сил не осталось: истерика отобрала любую возможность внятно разговаривать. Кира 1:15 блчть среежа поэалуйста мне очеб плохо оветт ответь яне могу меня тряст я у иебя       После стольких попыток девушка наконец-то увидела входящий звонок от Орлова, однако она сбросила его, надеясь, что он поймёт и ответит в сообщениях. В этот раз ей повезло. Серёжа 1:27 Блять Кира, возьми трубку Я не могу сейчас приехать Перетерпи это, пожалуйста Милая, мне больно смотреть на то, как ты себя убиваешь Прости меня пожалуйста, я не могу тебе ничем помочь Ты же знаешь, как облегчить состояние Я позвоню парням, они должны тебя забрать Кира 1:30 заткись нахуй ты ниому не позвонишь сука я ненавиэу тебя я зна. что тее больно от этих слоы осознаватьь моё состояни идинахуй просто я найдц и похуй что это на твоей совести       Отправляя последнее сообщение, Кира пыталась максимально задеть парня, зная об его чувствах к ней, после чего её нервы достигли предела и телефон полетел в стену. Истерика накатывала с новой волной, а через какое-то время у девушки абсолютно не осталось никаких сил — организм сам по себе начал отрывать её от реальности.       Прошло ещё минут десять, когда на этаж поднялись Антон с Эдом. Они сразу подбежали к Кире, от вида которой у парней на душе кошки не скребли, а скорее резали ножами. Пока Выграновский вызывал такси, Антон пытался привести девушку в хоть какие-то чувства. Он сел, подогнув колени, и подтащил Киру так, чтобы она опиралась на него, после чего аккуратно убрал влажные от слёз пряди волос, прилипшие к лицу. Убедившись, что девушка в сознании, Антон поднёс к её рту бутылку с водой, при этом поддерживая за подбородок.       — Простите меня… Я… Я не хотела вас тревожить… Я не могу больше терпеть, мне страшно, мне слишком пусто… Простите.       — Так, хватит. Тише, тебе нужно поспать. Машина скоро подъедет, — сказал ей Эд.       Они вынесли её из подъезда и поехали домой, где помогли переодеться, а после уложили спать. Выйдя на балкон, дабы выкурить из своих голов осознание состояния их, пусть и не родной, но сестры, они начали думать, что делать дальше, но на данном этапе план заключался в том, чтобы не оставлять её одну. ________________       Середина августа. Тёплое воскресное утро сопровождалось пением птиц и яркими солнечными лучами, пробивающимися сквозь ткань занавесок, а также пробуждением маленькой Киры, закутавшуюся в простынь. Она чуть потянулась, протёрла глаза и вдруг осознала, что именно сегодня они с папой поедут по разным ярмаркам и магазинам закупаться всем необходимым для школы. Маленькая девочка с большой радостью, восторгом и приятным волнением ждала того дня, когда она пойдёт в первый класс.       Надев на себя шортики розового цвета, девочка, предвкушая первую примерку школьной формы, побежала к комнате родителей. Её мама сегодня ночевала у подруги. Они отмечали какой-то там рабочий праздник. Однако, зная её, можно было с уверенностью сказать, что она скоро приедет, потому что встаёт раньше всех, будучи жаворонком до мозга костей.       — Папа! Просыпайся! Уже десять утра, нам пора ехать!       — Вставаааай!       — Ладно, я пока умоюсь, а потом держись, не встанешь — буду скакать по тебе!       Кира быстренько почистила зубы пастой «Дракоша», умыла лицо, плеснув на него пару раз водой, и опять полетела к папе.       — Я предупреждала! — довольно выкрикнув это, девочка потянула вниз ручку двери, но та не поддалась. — Эй, ты чего закрылся то? Я же жду! Кстати, нам надо выкинуть мусор, он уже пахнет, фу!       — Пап, ну не смешно уже, просыпайся.       Попытки докричаться и достучаться до отца были тщетными, отчего девочка невольно забеспокоилась.       Кира продолжала стучать в дверь и кричать «папа, открой!». В какой-то момент она услышала из комнаты вздох и уже чуть успокоившись сказала:       — Ну наконец-то. Папа, ты напугал меня. Ты что, всю ночь не спал? Выходи давай, нам пора!       Однако ответа опять не последовало. Лишь повторный вздох через пару минут. Кире опять стало страшно. Она побежала к домашнему телефону, чтобы позвонить маме.       — Мама, вернись пожалуйста, мне папа не открывает.       — Дочунь, ну он спит просто, ты чего? Ты там что, плачешь? — ответила женщина сонным голосом.       — Мама! Я уже столько времени стучусь к нему, а он всё не выходит. Я слышала, как он проснулся, но сейчас продолжает молчать!       — А что именно ты слышала, дорогая?       — Ну, он вздохнул пару раз… Мам, мне страшно.       — Так, ладно, я приеду сейчас, только успокойся пожалуйста, зайка…       Войдя в квартиру, женщина спросила у девочки, выкидывали ли они мусор вчера, так же подметив запах.       — Так и не встал?       — Нет. Мама, что с ним такое? Я переживаю.       — Всё с ним в порядке. Должно быть, опять в берушах заснул, вот и не слышит ничего.       На самом деле она сказала это, чтобы успокоить Киру, потому что на её испуганный взгляд было невозможно смотреть. Женщина понимала, что что-то не так. Берушами он не пользовался. Она изо всех сил пыталась скрыть свою нервозность и немного трясущиеся руки.       — Керт, милый, открой пожалуйста дверь, — произнесла повышенным тоном женщина, стучась в дверь, — я отойду попить водички, — добавила она.       Подойдя к кухонному гарнитуру, женщина краем глаза заметила, что мусорное ведро было практически пустым. Осознание моментально накрыло её, и она чуть не выронила стакан.       — Кира, милая, папа сто процентов уснул в берушах. Давай подождём полчасика-часик и он проснётся, вот увидишь! — стараясь изобразить максимально естественную улыбку, женщина успокаивала ребёнка. Хотя она понимала, что это лишь отсрочит страх девочки, пока её мать будет звонить в экстренные службы. Однако надеялась, что время до приезда сотрудников она проведёт без паники. В какой-то степени у неё получилось: казалось, девочка малость успокоилась и пошла к себе в комнату.       Мама Киры же пошла на балкон. Она ощущала, как её ноги становятся ватными, в горле застрял такой ком, что ей приходилось прикладывать силу, дабы разговаривать. Поскольку сейчас она не давала абсолютно никакого выхода эмоциям наружу — её глаза буквально прожигали слёзы.       Трясущимися руками женщина набрала «01», и настолько чётким, насколько смогла, голосом описала ситуацию. На другом конце сказали, что ждать минут десять-пятнадцать.       Самые долгие пятнадцать минут в её жизни.       Звонок в домофон. Разумеется, Кира вышла из комнаты с логичным вопросом «Кто там?».       Женщина понимала, что сейчас происходящее уже не скрыть от ребёнка, но совсем не знала, что сказать. Она будто стала немой: голос просто отказывался проявляться. Девочка видела растерянное лицо матери и продолжила свои вопросы:       — Мама, что происходит? Что с тобой?       В этот момент в квартиру зашли два человека в специальной форме и сказали кому-то в телефоне быть на связи.       — Мам… Кто это? Почему они идут к папе? Мама! Не молчи, пожалуйста, мне страшно, кто они?       Женщина заревела. Она подошла к дочке, обняла её и тихонько сказала:        — Прости меня, солнышко.       Двое мужчин открыли дверь.       — Папа! Папа! — закричала Кира и уже собралась бежать к нему в комнату, но пожарный её остановил, после чего посмотрел на женщину полным сожаления взглядом.       Мать Киры больше не могла сдерживать эмоции. Сотрудники МЧС понимали, что не могут обсуждать всё при ребёнке. Нужно было что-то делать.       — Милая, давай ты посидишь с нашей соседкой? Буквально минут десять, хорошо?       — Мама, нет! Объясни мне, что происходит! — плача, срываясь на крик, умоляла Кира.       — Так, тогда побудь в своей комнате, мне нужно поговорить с дяденьками.       Девочка согласилась, понимая, что это лучше, чем идти к кому-то чужому, особенно сейчас.       Женщина подошла к сотрудникам, но встала так, чтобы раньше времени не смотреть в комнату. Она не смогла ничего сказать.             — Я соболезную.       Сквозь плохо сдерживаемые слёзы женщина задала вопрос:       — Как давно? Что случилось?       — Несколько часов точно. Причину сказать пока не можем. Только после вскрытия.       Всё это обсуждалось на тихих тонах, дабы Кира этого не услышала. Женщина на мгновение перестала плакать и, подойдя поближе к комнате, спросила:       — Можно я…?        — Конечно. Я пока вызову скорую для констатирования факта смерти и транспортировки. Мой коллега останется с вами.       Женщина кивнула в знак благодарности. Аккуратно зайдя в комнату, она прикрыла рот рукой, чтобы не издавать слишком громкие звуки. Мать девочки почти ничего не видела из-за слёз в глазах, которые ей постоянно приходилось протирать.       Отец Киры лежал на спине, а правая рука находилась на его груди. Он часто так засыпал. Мужчина был бледным, однако его лицо было таким спокойным, таким… обычным, казалось, что он сейчас откроет глаза и всё будет хорошо. Казалось. Женщина накрыла его одеялом, взяла его холодную руку и легонько поцеловала в лоб. Вскоре она вышла из комнаты и направилась к дочке, чтобы попытаться всё объяснить.       Кира была неглупым ребёнком. Она практически сразу поняла, что к чему. Истерика не заставила себя долго ждать. Мать понимала, что в комнате она не останется, поэтому позволила ей находиться на месте действия — только посадив ребёнка к себе на руки.       Отца девочки выносят на носилках. Кира плачет очень сильно, мама не может её успокоить. Она ревёт настолько громко, что срывается на кашель. Девочка не хочет верить в происходящее.       Спустя два дня состоялись похороны. Кира не могла прийти в себя. В момент, когда начали закапывать гроб, она вырвала свою ладонь из руки матери и побежала к могиле с криками: «Папа! Пожалуйста, не уходи! Я очень тебя люблю, не оставляй меня, пожалуйста!».       Душераздирающий крик маленькой девочки не смог оставить людей равнодушными — почти все начали вытирать новую порцию слёз со своих лиц. Мать сидела на корточках около Киры, которая уже не могла кричать — она просто плакала.       Девочка безумно любила папу, а он не чаял души в ней. Самая настоящая и крепкая связь дочери с отцом. У этого маленького, беззащитного ребёнка рухнула жизнь. Она была подавлена настолько, насколько вообще было возможно. Первые несколько дней Кира была будто в трансе.       Девочка очень резко повзрослела и стала серьёзной. Не такой должна быть шестилетняя девочка, у неё не должно быть такой раны на душе. Больно. Пусто. Несправедливо. ________________       Проснувшись от громкого будильника, Эд посмотрел на время. «7:00». Он поторопился к Кире, ведь этого человека ещё нужно привести в порядок. Придерживаясь своего плана, они с Антоном не собирались сводить с неё глаз, хоть и им самим было до ужаса тяжело и больно, но они перебивались витаминами и сигаретами. Сигаретами в огромных количествах. Поэтому они решили любым способом притащить её в школу, чтобы быть рядом.       Антон весьма предусмотрительно поставил перед сном формочку со льдом для Киры, дабы помочь ей хоть чуть-чуть снять опухлость и отеки с лица. Ведь ей, скорее всего, будет тяжело даже открыть глаза. Эд подготовил ей одежду, собрал сумку, которую ему же и придётся нести.       Пробуждение было крайне тяжёлым, ребята минимум дважды были посланы куда подальше, тем не менее они не сдавались и всеми силами пытались превратить Киру обратно в человека, хотя бы на пол шишечки. Им таки это удалось, так как пришёл Дима, который явно был недоволен тем, что до занятий двадцать минут, а дети ещё не на пути в школу. При его появлении девушка достаточно быстро встала, сказав, что просто долго не могла заснуть, и потопала в ванную умываться. Словами не передать, как парни были благодарны Диме за его внезапный визит, хотя он сам сейчас должен отсыпаться после смены в баре.       Из-за столь резкого подъёма весь путь до ванной Кира шла, наблюдая темень в глазах и летающие разноцветные точки. Зайдя в комнату, она оперлась руками на раковину, опустила голову вниз и дала себе минутку прийти в себя. Осмотрев себя в зеркале, она почти была готова ужаснуться своему внешнему виду, однако её это не сильно беспокоило на тот момент. Растрёпанные волосы, от которых не осталось былого объёма, падали ей на плечи; под глазами синяки настолько яркие, словно девушка не спала уже около недели. Она похудела — это отчётливо виднелось по чуть впалым щекам. Про себя она подметила, насколько жалко выглядит.       Почистив зубы, Кира стянула с себя одежду и полезла в душ. Главной задачей было справиться минут за пять, а не уставиться пустым взглядом в стену, размышляя о никчёмности своего существования. В принципе в какой-то степени она справилась с этим. Абсолютно забив даже на минимальный макияж, девушка натянула на себя огромную чёрную толстовку с каким-то непонятным принтом малинового цвета, чёрные обтягивающие джинсы и завершила образ а-ля «отъебитесь от меня» любимыми военными берцами.       Сидя за партой на скучном, как ей казалось, уроке истории, Кира листала свой плейлист, ища подходящую под её настроение песню. Остановив свой выбор на «The Twilight Sad — Reflection Of The Television», она было планировала залечь спать, однако очередное входящее сообщение от Серёжи малость поменяло её планы. Серёжа 8:26 Привет, как ты?       Вспомнить происходившее ночью у девушки вышло лишь частично, зато ненависть, которую она испытала к этому человеку в тот момент, она помнила прекрасно, поэтому, недолго думая, ответила, но уже менее резком тоном. Возможно, у неё просто не было на это сил и желания, ведь она и без того всё ему высказала. Кира 8:27 Не пиши мне, пожалуйста. Серёжа Да пойми же ты, я волновался за тебя Кира А ты так же волновался, когда упарывался со мной? Ты мне с четырнадцати продаёшь, а голову включил только сейчас. Спешу напомнить: тебе было двадцать Серёжа Что мне сделать, чтобы ты меня простила, крысь? Мне слишком больно от всей этой ситуации, ты же знаешь Кира Знаю:) Поэтому либо продай, либо отъебись Серёжа Прости       Кира вышла из диалога после последнего сообщения от Орлова и случайно заметила сообщение от незнакомого номера:       «Кира, здравствуй ещё раз…», — быстро пробежавшись по содержанию текста, девушка подняла голову и встретилась взглядом с Арсением Сергеевичем. Если же он посмотрел на неё с неким сожалением, то у Киры по-прежнему сохранился пустой взгляд. Вновь уткнувшись в телефон, она начала печатать ответ: Кира Всё в порядке, идите нахуй.       После чего она снова посмотрела в глаза учителю, только на этот раз состроив на лице весьма едкую улыбку и чуть приподняв брови, когда он таки мельком прочитал сообщение. Ответил мужчина Кире достаточно строгим взглядом, чем девушка была довольна, потому что добилась нужной реакции.       — Рихтер, задержись на пару минут после урока, — как бы невзначай произнёс Арсений Сергеевич, листая что-то в своём компьютере.