Written in the stars

Зима в Мондштадте выдалась суровой. Ранним утром, когда солнце едва всходило над заснеженным краем, ветер резкими порывами налетал на город. Он хлестал людей по щекам и вызывал дрожь. Разумеется, в непогоду в домах всегда горели камины, и от каждого дома, куда ни глянь, исходило тепло. По словам Венти, погодные условия оказались не такими плохими, как в Мондштадте тысячелетия назад. Сяо с трудом мог поверить, что раньше эта земля представляла собой бесплодную замерзшую пустошь, но, опять же, Венти был намного сильнее, чем казался. Он собственными руками превратил эту землю в пригодную для жизни. В такую непогоду пара почти не выходила наружу. Вместо этого они усаживались у окна в своей комнате и тихо наблюдали за тем, как выл ветер и снег оседал на улицах. С течением времени в комнате постепенно мерк свет. Их глаза уставали, и они вместе погружались в сон у стекла, просыпаясь только тогда, когда взойдет солнце или когда появятся звезды. В последнем случае они любовались звездным небом. И гадали обо всем на свете. Сяо размышлял о судьбе, о том, как она удивительным образом складывалась для него. Он задумался об удаче. Венти, напротив, прикрыв глаза, вспоминал созвездия и истории, связаные с их появлением. Их толкования. Бард зарывал пальцы в волосы Сяо, молчаливо, но успокаивающе гладя их. Сяо откликался на его прикосновения и одобрял происходящее. Зимними ночами казалось, что звезды над головой ярче, смелее, и Сяо наслаждался тишиной, которую они делили. Зимой пара частенько занималась подобным. Они скучали по возможности покинуть гостиницу, хотя Сяо уверял, что холод его вполне устраивает. Однако Венти отговаривал Сяо от прогулки, заявляя, что не хочет, чтобы тот замерз на улице. Сяо думал, что Венти ведет себя глупо. Но Якша все же остался в их комнате и слушал, как парень поет. Его не беспокоило, что приходится оставаться дома, лишь бы Венти был рядом. Наблюдение за созвездиями всегда напоминало Сяо о прошлом, о утесе. И он улыбался, вспоминая прохладный ветер и сесилиях в их волосах. Он протянул руку вверх под лунный свет и тихо улыбнулся, глядя на кольцо на своем пальце. Оно напоминало о той ночи, о том дне, когда Сяо испытал столько радости, что едва мог сдержать ее в себе. Да он и не мог. Всю дорогу до дома он испытывал странное головокружение, не зная, как выразить свое счастье, кроме как сжать руку Венти крепче и широко улыбнуться. Часть его самого - тот слуга, которым когда-то он был, – утверждала, что улыбаться бессмысленно. Но даже если это и так, Сяо не собирался останавливать себя. Его переполняло незнакомое волнение. Внутри Сяо теплилась надежда, сильная, безмолвная и теплая, и он не мог поверить, что ему так повезло. Повезло быть с Венти и держать его за руку. Венти – красавец, и от одного его вида после той ночи Сяо захотелось найти еще больше сесилий, чтобы одарить барда. Венти же всю обратную дорогу в город не мог думать ни о чем, кроме Сяо. Он с трепетом взирал на кольцо на своей руке, хотя рассматривал его уже десятки раз. Оно имело настолько приятный голубой оттенок, что невозможно было отвести от него взгляд; для Венти этот камень стал неким символом той связи, которую они налаживали уже долгое время. Он прижал камень к сердцу и улыбнулся. Он постарается сохранить его как можно дольше. Разумеется, когда они наконец вернулись в Мондштадт, то не стали тратить время на то, чтобы рассказать обо всем хозяйке постоялого двора. Точнее, больше всех болтал Венти, так как Сяо был слишком нервным, чтобы произнести хоть что-то. Трактирщица выглядела несколько раздраженной, и Сяо подумал, что она, вероятно, не хочет слышать об их помолвке. Однако через пару минут бессвязной болтовни Венти она засуетилась и замахала руками. — Так он сказал "да"? Ах. У Сяо сложилось впечатление, что, возможно, женщина уже знала о предложении задолго до него. Эта мысль подтвердилась, когда она спросила Венти, как прошли его несколько встреч с ювелиром, и тот радостно кивнул, после чего завел длинный разговор о том, какой милой была та леди. Сяо ошарашенно наблюдал, как Венти объясняет, что встретился с ней, дабы проверить, как продвигается заказ. Очевидно, женщина отнеслась с пониманием ко всей этой секретности, в которой пришлось участвовать Венти, и сказала юноше, что постарается сделать дизайн колец простым, но красивым. Сяо не мог понять, удивлен он или оскорблен тем, что трактирщица узнала обо всем раньше чем он. Она не сказала ни слова. Сяо даже не догадывался. Но все же, несмотря на небольшой шок Сяо, хозяйка поздравила их. Сказала, что рада, что они наконец-то решились на подобное решение, а потом начала раздраженно бубнить о двух раздражающих гостях, которые зашли, пока их не было. Сяо почти не обратил на ее рассказ внимания, а Венти, судя по скучающему выражению лица, тоже - он уставился на трактирщицу. В конце концов, трактирщица замолчала, так как не добившись от пары никакой реакции, махнула им рукой, заявив, что занята. Чем занята, Сяо не знал, потому что на ее столе ничего не было, и в руках она не держала никаких бумаг. Так или иначе, они вернулись в свою комнату. При виде номера Сяо почему-то почувствовал, что это место стало отличаться от того, что было раньше. Парень не понимал, в чем дело. Может быть, комната стала казаться уютнее теперь, когда он навеки был привязан к Венти. Сяо даже не был уверен, сможет ли он заснуть. Сердце бешено колотилось, и он не мог перестать думать о Венти. Ни на секунду. Этот факт усугублялся тем, что Венти сразу же притянул его к себе и обнял, как только тот переступил порог комнаты. Сяо мгновенно обнял его в ответ. Дверь все еще была открыта. Кто-то мог легко выйти из своей комнаты и застать их. Сяо это не волновало. Его слишком увлекло само объятие, и он прильнул к плечу Венти так, как привык. Он расслабился в объятиях. Повсюду вокруг чувствовался запах сесилий. Сяо хотел забыться в этом запахе, впитать его как можно дольше. И сейчас он мог это сделать. — Венти. — Он проговорил сквозь одежду Венти, тихо и немного приглушенно. — Да? — Венти ответил таким же нежным голосом, прямо напротив уха Сяо. — Я люблю тебя. И... я счастлив. То, что ты сделал, я имею в виду. На самом деле я не могу справиться со всеми этими эмоциями, они меня слишком будоражат. — Сяо слегка отстранился и встретился взглядом с Венти краснея. — Не уверен, смогу ли я выспаться сегодня, я слишком взбудоражен. Венти наклонил голову, а затем улыбнулся. — Я тоже. Но уже поздно, так что, думаю, нам стоит хотя бы попытаться уснуть. Если только... — Он замялся. Венти посмотрел на что-то другое, и Сяо с любопытством проследил за его взглядом. И, что ж. Он уставился на кровать, затем совершил рукой какое-то неопределенное движение. — Если хочешь, — с озорной ноткой в голосе произнес Венти, — мы можем– Сяо покраснел и закрыл рот Венти рукой, смутившись. Он знал, что тот хотел сказать. Он не был уверен, выдержит ли он, если услышит полную фразу. Венти лишь рассмеялся, несмотря на то, что он только что предложил. Вероятно, его забавляла реакция Сяо на сказанное. Венти действительно не испытывал стыда, когда пытался смутить Сяо, и говорил все, что ему заблагорассудится. Хотя Сяо был смущен этой идеей, он не был против. После всего, что произошло несколько часов назад, Сяо просто хотел побыть рядом с Венти какое-то время. Теперь они были помолвлены. Он хотел обнять и поцеловать Венти, взять его за руку. Соприкосновение кожи с кожей - один из способов достичь этого. Венти закрыл дверь, когда Сяо смущенно кивнул. Бард взял Сяо за руку и осторожно повел его к кровати. Сяо провел рукой по одеялам, прежде чем сесть на край. С каждым днем становилось все холоднее; ночью им определенно придется закутаться поплотнее. Венти коснулся его руки, а затем бросил на него любопытный взгляд. Это был немой вопрос, Сяо знал – он спрашивал Сяо, не разденется ли он. Сяо ничего не ответил, просто кивнул и принялся за дело. Сяо позволил своим мыслям немного поблуждать. Он вспомнил, как в первый раз они делали что-то подобное, когда Сяо испытывал стыд от того, что Венти смотрит на него, такого уязвимого. У него имелись шрамы в самых неожиданных местах, происхождение которых он даже не помнил. Но Венти не стал ему говорить, что они выглядят странно, и не спросил, откуда они взялись. Он проявил уважение. Сейчас Сяо не возражал, если Венти увидит его голым. Он и правда не беспокоился. Он привык к подобному, и уже давно перестал вздрагивать при малейшем прикосновении Венти. — Ты можешь сказать мне, чего ты хочешь? — Венти обнял Сяо и поцеловал его в щеку. Оу. Сяо не задумывался об этом. Он не хотел ничего конкретного. — Я не против, что бы ты ни делал. Венти кивнул и медленно подтолкнул Сяо к простыням. Сяо не выразил недовольства. Он смотрел в потолок, а его мысли снова вернулись к утесу, пока он не почувствовал, что Венти вновь коснулся его руки. Сяо посмотрел вниз и увидел, что Венти кладет кольцо на тумбочку. Сяо поступил так же, хотя ему было немного грустно видеть, что оно расстается с ним. Затем Венти легкими прикосновениями провел по коже Сяо, по его татуировке и животу. Венти слегка улыбнулся, когда прикоснулся к Сяо, проведя пальцами по его талии. Сяо мог поклясться, что расслышал хриплый комплимент, прозвучавший над ним. Тот, в котором говорилось "Ты прекрасен", хотя Сяо не был уверен, послышалось ему или нет. От размышлений его внезапно отвлекли пальцы Венти, опустившиеся чуть ниже. Венти приступил к делу. На протяжении всего этого времени Сяо был целиком посвящен Венти. Возбуждение, которое он испытывал ранее, проявилось, главным образом, в том, как он схватился за руку Венти почти сразу после того, как тот начал двигаться. И о, сегодня Венти был чрезвычайно ласков. Он был медленным и нежным, осторожным, чтобы не причинить Сяо боль. Он не торопил Сяо ни в чем, и даже тогда он постоянно интересовался, устраивает ли Сяо то, что происходит. Он спрашивал, как тот ощущает определенные вещи, и, основываясь на реакции Сяо, либо продолжал, либо пробовал что-то другое. Ночь прошла спокойно. Сяо понадеялся, что трактирщица не слышит ничего из того, чем они занимаются, хотя, возможно, и слышала. Впрочем, она не могла их винить: эти двое только что обручились, и у них были все основания для того, чтобы при первой же возможности заняться сексом. К концу второго раунда Сяо выдохся. Он едва мог держать глаза открытыми. Он полагал, что теперь удастся поспать, и не придется так сосредотачиваться на пропасти и прочем. К счастью, Венти двигался достаточно медленно, чтобы утром ему не было больно или неприятно. Простыни были в беспорядке, когда все закончилось. Они потратили какое-то время на то, чтобы успокоиться и перевести дух. После чего Сяо позволил себе отдохнуть, пока Венти приводил себя в порядок. Сяо нежился в лучах послевкусия, пока Венти не присоединился к нему. Он перевернулся на бок и тут же поцеловал Сяо в лоб. — Как думаешь, теперь ты поспишь? — Венти негромко рассмеялся. Сяо кивнул. Он мог бы. Он слишком устал, чтобы делать что-то еще, кроме как обхватить Венти и притянуть его ближе, чему Венти, видимо, не противился. Наоборот, Сяо услышал от него веселый смешок, видимо, от того, что Сяо проявил инициативу. Юноша прикрыл глаза и затих. Он слышал тихое дыхание Венти, а когда тесно прижался к нему, то услышал биение сердца Венти. В сравнении с тем, что было несколько минут назад, сейчас оно было спокойным, определенно расслабленным. С небольшим подготовительным вздохом Сяо запустил пальцы в волосы Венти. — Спокойной ночи. Я люблю тебя. Адепт произнёс эту фразу так, словно это новое признание, хотя на самом деле это просто напоминало привычную речь, которую он привык произносить и воспринимать на слух. Он с удовольствием произнес бы ее бесчисленное количество раз в будущем. — Я тоже тебя люблю. Спокойной ночи. — Венти поцеловал его в волосы. Они задремали, погрузившись в дремоту, вместо того чтобы думать о помолвке. Безусловно, в ту ночь Сяо снились сны, в каждом из которых фигурировал Венти, но ему было позволено на миг забыть о прошедшем дне. Они проснутся поздно, – знал Сяо. Он был измотан, но в то же время ужасно взволнован. Усталый, но счастливый. Однако больше всего он был доволен тем, где находится, как физически, так и умственно. Он знал, что после обеда они, скорее всего, проснутся, наденут кольца и будут болтать о всякой всячине. Может быть, они пойдут куда-нибудь и будут лежать у костра. А может быть, будут наблюдать за звездами с молчаливым очарованием до самой ночи. Сяо не волновало, что они будут делать. Он был счастлив просто быть с Венти.

***

Сяо и Венти официально не могли вступить в брак. Они знали это. Они поняли это вскоре после помолвки, когда Венти рассказал Сяо о человеческих брачных обычаях. Бард с восхищением рассказывал о традициях: цветах, дорогих нарядах и празднествах, которые длились до самой ночи. На церемонии присутствовали разные гости, и Сяо это особенно пугало. Пара не знала ни одного человека, который присутствовал бы на их свадьбе, кроме двух человек, которые, вероятно, все равно будут заняты. Но был кое-кто, кто всегда должен вести свадьбу. Они становились между парой, говорили то, что требовалось, и именно они объявляли свадьбу законной. Кто-то, кто будет проводить церемонию. Пара не была знакома ни с кем, кто обладал бы такими полномочиями, а если бы и знала, то не собиралась тащить этого человека туда, где они собирались сочетаться браком. Для обеих сторон это наверняка окажется затруднительным. Венти казался... расстроенным тем, что их свадьба не будет рассматриваться как официальная. Для Сяо это выглядело так, будто тот хотел, чтобы все было идеально для их особого дня. Но Сяо не был горожанином Ли Юэ. Он являлся бывшим слугой, о котором мало кто помнил, а не смертным. По человеческим меркам, Сяо не смог бы сыграть свадьбу в принципе. Архонт и адепт Ли Юэ помолвлены - такое положение вещей само по себе достаточно странно, и по нормам смертных не стоило лезть в это дело. Венти, возможно, и возражал против того, что они не могут устроить "настоящую свадьбу", но Сяо это не заботило. Для него не имело значения, считались бы они женатыми или нет по меркам смертных; пока он мог быть с Венти и давать ему пожизненные обещания, его все устраивало. И если уж говорить об обещаниях, то для их брака нужно написать клятвы. Клятвы любви, признания друг другу. Фразы, повествующие об их связи, о том, что она будет длиться вечно, и... ...Сяо понятия не имел, что он делает. Зато он знал, что хочет сказать. Венти - это, безусловно, самое важное, что могло быть в его жизни. Он знал, что такое любовь, как ее определить - он научился говорить слова "я люблю тебя" и действительно иметь это в виду. Но независимо от того, что он записал в качестве клятвы, этого было недостаточно для него. Он не спал до поздней ночи, прикрыв глаза, размышляя обо всем, что он любил в Венти. Он вспоминал, что творилось, пока они находились вместе, все, чем они занимались. Сяо записывал эти мысли. Он разглядывал написанное на бумаге с пустым выражением лица. Все, что он писал, определенно можно было использовать как клятву. Обеты получались неплохими. Они были просты, но, пожалуй, их вполне хватало, чтобы сделать Венти счастливым. Однако в конечном итоге, поразмыслив над клятвами подольше, он всегда выбрасывал листы бумаги прочь. В его глазах они были недостаточно хороши. Для Сяо, такие простые и несерьезные обещания не выражали его эмоций так, как ему хотелось бы. Он остался недоволен словами, и так начался новый цикл написания клятв. В особо холодные ночи, когда Сяо занимался писательством, он засиживался допоздна, размышляя и разбрасывая бумагу. Он разочаровывался в себе и в своей неспособности написать "идеальную" клятву, морща лоб при каждой ошибке. Писать подобное было утомительно. И, возможно, Венти обратил на это внимание, потому что после того, как бард задремал, а потом проснулся и увидел, что Сяо не спит, он похлопал его по плечу, призывая заснуть. Он уговаривал Сяо перестать беспокоиться по этому поводу и повторял, что обеты - не самое важное в их свадьбе. Из-за них не стоит терять сон. В конце концов Сяо вздохнул и согласился, отложив бумагу, чтобы повозиться с ней позже. В последующие ночи они прижимались друг к другу – Венти настаивал, что им нужно "сохранять тепло тела", хотя Сяо полагал, что тот, вероятно, просто хотел почаще обниматься с ним. Сяо не волновался. Он быстро засыпал, но по-прежнему расстраивался из-за своей писанины. Ему снились беспорядочные, размытые сны о вспышках цвета и смелых словах. Ничего из этого не устраивало его. Не получалось достаточно хорошо. Венти понимал, что Сяо испытывает трудности. Он знал, что составление обетов должно быть утомительным занятием, однако не мог понять, в чем тут дело. В отличие от Сяо, он точно представлял, что собирается сказать. В голове у него уже несколько месяцев складывались фразы. Со временем он сумеет произнести речь и озвучить те слова признания, которые не давали ему покоя. Он позволил Сяо не спешить; торопиться было бессмысленно. Стояла зима, и погода все еще стояла промозглая. Весной, когда распустятся цветы и подует легкий ветер, они смогут найти место, подходящее для свадьбы. В свой следующий визит в дом Брук адепт пришел в одиночку. В этот раз он подробно рассказал о своей помолвке с Венти, и... ...Брук уже знала о том, что Венти сделал ему предложение. Ну конечно. Сяо с трудом удержался от того, чтобы не уронить челюсть, когда Брук принялась подробно объяснять, как Венти разработал подобный план для предложения. Бард поведал Брук о том, как отведет Сяо на утес ближе к закату, как будет осыпать Сяо искренними комплиментами. Очевидно, Венти испытывал сильное волнение, говоря об этой идее, и Брук помогла ему несколькими предложениями. Она помогала. Посоветовала Венти, что следовало и чего не следовало делать, в то время как Сяо мирно спал в нескольких шагах от нее. И в очередной раз Сяо не мог сказать, почувствовал ли он изумление или предательство, услышав эту новость, но на сей раз это походило скорее на предательство. Эти двое фактически находились в сговоре друг с другом и не дали Сяо ни малейшего намека на этот счет. Сяо решил стряхнуть с себя шок и перешел к сути своего визита: ему нужна была помощь. Сяо напомнил Брук, как она заштопала ему рубашку. Справилась с задачей легко и аккуратно и вернула ему рубашку в нормальном виде. Она определенно долгое время занималась шитьем. Наверняка у нее имелись соответствующие навыки...? Он задал этот вопрос с небольшой нервной улыбкой, боясь того, что она может ответить. Он откинулся в кресле, обеспокоенно наблюдая за тем, как женщина смотрит на него. На ее лице читалось недоумение, легкая растерянность и одновременно какая-то озабоченность. Очевидно, она, по меньшей мере, задумалась. Сяо следил за ней с тревогой. Он полагал, что шансы на то, что она скажет "да", составляют 50/50. А если она скажет "нет", то Сяо не представлял, что ему еще делать. Через пару секунд она облегченно вздохнула, наклонилась вперед и оперлась локтями на обеденный стол. На нем стояла пара чашек с чаем, напитком, приготовленным специально для Сяо. К своей он почти не притрагивался. — Итак... Давай проясним ситуацию: ты хочешь, чтобы я пошила для вас двоих что-нибудь на свадьбу? — Она пристально посмотрела Сяо прямо в глаза. Через мгновение Сяо медленно кивнул, не понимая, что чувствует Брук. Сейчас она казалась какой-то непредсказуемой. Кроме того, он чувствовал себя немного глупо из-за постановки вопроса, как будто это могло хоть как-то изменить ответ. Она моргнула в ответ на молчаливый ответ Сяо, а затем рассмеялась. Рассмеялась. Не насмехаясь, не ворча или что-то в этом роде. Так или иначе, женщина улыбнулась, и, очевидно, не испытывала раздражения по поводу запроса, как предполагал Сяо. — Я сделаю это. Это ведь особый случай, не так ли? Плюс это звучит очень увлекательно, честно говоря. Будет приятно знать, что в этот день на тебе будет что-то, созданное мной. — Она слегка наклонила голову. Сяо едва мог дышать. Все время, пока он добирался сюда, он предполагал, что Брук откажется. Но вместо этого она удивила его согласием. Она сделает... что-то, Сяо только не знал что именно. Он полагал, что это зависит от нее. — Хорошо, спасибо. Очень большое. Я прошу прощения, я знаю, что я многого от тебя прошу, но– Она выставила руку вверх, прерывая его. — Не нужно ни за что извиняться. Я счастлива помочь. Вы оба мне нравитесь, и я рада, что вы решили попросить меня о помощи в этом деле. И, — она одарила его улыбкой, ласково встречаясь с ним взглядом, — если хочешь, я позабочусь о том, чтобы ты выглядел настолько эффектно, что Венти покраснеет. Сяо почувствовал, как его щеки побагровели при этой мысли. Он не знал, что именно это означает, но ему нравилась идея, что Венти обрадуется, увидев его в день свадьбы, когда бы это ни случилось. Если он сможет быть рядом с Венти и быть довольным собой и своим внешним видом, он будет считать наряд идеальным. Он кивнул на слова Брук, что вызвало ее хихиканье. Затем, всего за считанные секунды, она оторвала его от кресла за столом и отвела к месту в комнате с лучшим освещением, тут же принявшись суетливо снимать с него мерки. Видимо, была его очередь быть измеренным первым. Сяо был вне себя от радости. Не теряя времени, женщина взяла измерительную ленту и принялась за работу, записывая все, что отмечала. Она упрекала Сяо, указывая ему, что тот слишком худой и должен больше есть, хотя сам он считал, что вес у него нормальный. Вокруг его талии и бюста протягивалась лента, а Сяо озадаченно смотрел на происходящее. Он не знал, что ему еще делать, кроме как ждать, пока она закончит. Однако во время всего процесса Сяо не мог отделаться от ощущения, что Брук испытывает что-то вроде материнской заботы. Оу. Он не знал, как ему к подобному относиться. Как сказал Венти давным-давно, в бессмертии есть сердечная боль - и Сяо не хотел думать о будущем Брук. Он бы задумывался о чем-то совершенно неизбежном. Он закрыл глаза, когда она наконец закончила. Он не понимал, что только что произошло, но Брук яростно писала на каком-то маленьком листке бумаги в своей руке и не обратила на Сяо никакого внимания, когда он снова сел за стол. Он секунду наблюдал за ней, любопытствуя, о чем она думает. Она могла сотворить что угодно. Она могла придумать что-то странное. Или, может быть, что-то слишком вычурное, на взгляд Сяо. Но, опять же, она пообещала придумать что-то такое, что заставит Венти смутиться, и Сяо доверял ее словам. Она подняла глаза от бумаги и пробежалась взглядом по телу Сяо, как бы оценивая его. Сяо просто заерзал на своем месте, чувствуя в себе некоторую неуверенность. В конце концов, она села обратно, ее взгляд метался между листком бумаги и Сяо. На мгновение она задумчиво хмыкнула, а затем ее глаза, казалось, загорелись. Кажется, у нее появилась идея. — Сяо. Я полагаю, тебе бы очень шел красный цвет. Разумеется, то же самое можно сказать и о белом, но красный цвет дополнит цвет твоих глаз. Тебе нравится этот цвет? — Она улыбнулась. Сяо задумался. Он не имел ничего против цвета, но он хотел оставить все это дело Брук. Он доверял ей. Он чувствовал, что в конце концов она сделает что-то прекрасное. У нее был талант. Сяо одобрительно кивнул. — Да. Но если позволишь... — он слегка наклонился вперед в своем кресле, — я бы хотел оставить все это тебе. Я тебе доверяю. — Хорошо. Я постараюсь сделать все, что в моих силах. У меня уже есть кое-какие идеи. Но ты должен сообщить Венти, чтобы он поскорее пришел сюда, поскольку я хотел бы приступить прямо сейчас. — Брук секунду смотрела на него с легким удивлением, но затем ее выражение лица расплылось в улыбке. Сяо был рад, что ей не терпится начать. Он встал со стула, быстро поблагодарил и направился к двери. — Эй. — Брук наклонилась и схватила его за запястье. Сяо повернулся к ней лицом, слегка нервничая. Он не ожидал, что его задержат у двери. — Да? — Я рада за тебя, Сяо. Правда. Я знаю, что Венти будет хорошо к тебе относиться, даст тебе то, что ты заслуживаешь. Поэтому, — она обвела комнату непонятным жестом, — я приготовлю для тебя что-нибудь красивое. Для вас обоих я подготовлю что нибудь потрясающее. Ни о чем не беспокойся, просто дай мне немного времени. Ох. Сяо вдруг почувствовал, как его захлестнуло огромное чувство благодарности. Он понял, что ему повезло - повезло, что рядом есть такая добрая женщина, как она. Она даже не попросила ничего взамен, просто согласилась. В этом плане она бескорыстна. — Спасибо. — Сяо мягко улыбнулся ей. В ответ на это лицо Брук озарилось. — О, ты улыбнулся! Тебе стоит чаще улыбаться, Сяо. Я уверена, что когда Венти видит тебя таким, то становится чуточку счастливее. Сяо кивнул и не произнес больше ни слова, после чего покинул дом и вновь вышел на холод. Он покинул теплое, гостеприимное пространство, развернувшись к городу вдалеке. Конечно, он должен был рассказать Венти о своем визите к Брук. Она оказала им огромную услугу, и Венти должен был сам навестить ее, чтобы поговорить на эту тему. Возможно, у барда возникнет более широкое представление о том, что именно ему хотелось бы надеть, и он объяснит женщине, что именно нужно пошить. Он не знал. Но что Сяо понимал точно, так это то, что ему нужно вернуться к Венти, раз уж эта маленькая встреча закончилась. Вечером он не сомкнул глаз, снова и снова записывая свои клятвы. Вероятно, Сяо и сегодня не найдет нужных слов. Вероятно, он в очередной раз собьется с мысли, сочиняя обеты, плохо отражающие его эмоции. ... В конечном счете, он все равно найдет правильные слова. Хотелось бы надеяться.

***

Спустя некоторое время после встречи с Брук по всему Мондштадту пошел мелкий снег, за которым пара любила наблюдать вместе. Когда наступала ночь и сквозь окно в их комнату проникал отчетливый холод, они ложились в постель и созерцали снегопад. Панорама давала им необходимое спокойствие, и они немного расслаблялись. Сяо внимательно разглядывал снежинки, усталость глубоко засела в нем. Скорее всего, сейчас было уже довольно поздно. В это время суток все в городе наверняка спят. Но они не дремали. Они по-прежнему бодрствовали, и Венти по-прежнему сидел на кровати, а их одежда была разбросана по полу. Рука Венти непроизвольно провела по ладони Сяо. Прикосновение было настолько нежным, что Сяо от усталости едва обратил на него внимание. Вместо этого адепт устремил свой взгляд на окно, несмотря на то, что там почти ничего интересного не происходило. Хотелось спать. Но совершенно неожиданно ладонь Венти переместилась с его пальцев и едва заметно обвилась вокруг талии. Пальцы впились в теплую кожу, и Сяо взглянул на Венти с недоумением. Он не знал, почему бард так поступает, но не мог с уверенностью сказать, что это плохо. Это были всего лишь непринужденные касания. — Скажи, Сяо... — взгляд Венти становился все более усталым. Сяо хотел ответить "Хм? но его голос звучал сонно. Звук прозвучал гораздо беспорядочнее, чем он хотел, и сопровождался сонным вздохом. — Ты знаешь, чем занимаются пары после свадьбы? — Нет? — Сяо заметно оживился. Он удостоился сонной улыбки от Венти, чьи поглаживания по талии превратились в нежные прикосновения к его бедру. — Мм, ну... — Венти провел большим пальцем по коже, - Они возвращаются домой, счастливые и довольные. И, ну, чтобы "сделать все официально", они актуализируют брак. Сяо не понимал смысл сказанного. Он не жил в среде, где такие слова являются обыденными. Он взглянул на Венти с сомнением и любопытством, и Венти, видимо, уловил это. Рука Венти не покинула бедро Сяо, и он улегся рядом с Сяо с довольной улыбкой. — Они спят вместе. То есть, они возвращаются домой и скрепляют союз тем, что занимаются се– Сяо теперь окончательно проснулся. Он приглушил Венти ладонью, бросив на него смущенный взгляд. Он хотел приструнить Венти, но одновременно не хотел перегибать палку против безобидного поддразнивания. — Венти– — Что? Я же не выдумываю. Это правда. — Венти отнял руку от рта и наклонил голову. Лицо Сяо покраснело, и он отвел взгляд в сторону, пытаясь скрыться от его пристального взгляда. Венти, судя по всему, это развеселило, и рука, лежавшая на бедре Сяо, поползла ниже, к его ляжке. Это заставило парня вздрогнуть, из его горла вырвался слабый стон, как только это произошло. — Сяо. — Ч-что. Сяо развернул голову и заметил, что выражение лица Венти смягчилось, оно напоминало то, что было у того, когда юноша подарил ему венец из цветов цинсинь давным давно. — Я не могу дождаться свадьбы с тобой. Я так взволнован. И я... — Венти схватил его за руку, — я не могу дождаться, когда смогу называть себя твоим мужем. Твоим. Это... это заставляет меня немного волноваться, но это нормально. Я хочу сделать тебя счастливым, Сяо. Постоянно дарить тебе подарки и поцелуи. У меня так много идей. Может, это звучит как перебор, но– Это было так неожиданно. — Венти. Рука, которую держал Венти, прижалась к его спине. — Ты уже делаешь меня счастливым. На протяжении многих месяцев подряд ты радуешь меня. Ты сделал для меня так много. — Выражение лица Сяо разгладилось, — Тебе не нужно больше ничего делать. Губы Венти приоткрылись. Он молчал, глядя на Сяо в полном недоумении. Казалось, он обдумывал то, что только что услышал. Однако через пару секунд он улыбнулся и покачал головой. — Может быть, я и сделал для тебя много, Сяо, но этого недостаточно. Мне еще многое нужно сделать. Ты заслуживаешь большего. — Что значит "большего"? — Сяо теперь сидел в постели, а рука на его бедре лишь слегка сжимала кожу. — Ну, больше, чем... — Венти обвел комнату неопределенным жестом, — Маленькая комната в старой гостинице, которой управляет кто-то крайне раздражительный. Ограниченное пространство. Ты заслуживаешь всего, чего хочешь, Сяо. И я чувствую, что должен дать тебе это. — Ты знаешь, чего я хочу...? — Нет. — Венти вновь взглянул на него. — Тогда почему ты чувствуешь, что должен отдать это мне? Есть только одна вещь, которую я хочу сейчас. Мы оба хотим этого. Мы оба ждали смены сезона, чтобы добиться этого. Но не думай, что ты каким-то образом обязан дать мне что-нибудь еще, чего бы я хотел. Бывают моменты, когда нужно подумать и о себе. Тебе нужно больше ценить себя, по-моему. Не все будет зависеть от того, чего я хочу. — Но что, если ты для меня важнее всего? — Венти наклонился вперед и впился сладким поцелуем в щеку Сяо. — ...Это не имеет значения. Тебе нужно больше думать о себе и не зацикливаться на моих желаниях. — Сяо склонился в поцелуе и закрыл глаза. Рука по его бедру скользнула обратно к талии, удерживая его там. Венти смотрел вниз, на талию Сяо, не встречаясь с ним взглядом. Казалось, он о чем-то размышляет. — Тогда, — внезапно сказал Венти, — есть одна вещь, которую я бы хотел. — Расскажи мне. — Сяо был рад это услышать. Венти удовлетворенно вздохнул, прислонившись спиной к груди Сяо. Сяо не выразил недовольства, а лишь притянул Венти ближе, целуя его теплое плечо. Голос Венти звучал тихо. — Я хочу, чтобы у нас с тобой был дом. Настоящий. Такой, где мы сможем декорировать интерьер и просыпаться каждое утро. В котором мы, возможно, будем ссориться по поводу того, что делать по хозяйству. — Венти повернул голову, встретив взгляд Сяо с легкой улыбкой. — Или что-то вроде этого. Сяо ничего не ответил. Он лишь удивленно уставился на Венти, не ожидая услышать нечто подобное. И сама мысль об этом - идея такого дома - взволновала Сяо. За идеей скрывался такой большой потенциал. Трудно было не представить, что можно сотворить с чем-то подобным. Там могли бы быть... о, там могли бы быть цветы в горшках, картины на стенах и повсюду царили бы приятные ароматы– Сяо ощутил на щеках слабый румянец. Казалось, что его мечта о блаженном домашнем уюте наконец-то осуществится. — Я не... — начал Сяо. — Тебе не нравится идея? Мы не обязаны делать это, если ты не хочешь. Это просто мысль, не более того. — Венти слегка повернулся. — Я... не вижу причин для отказа. На секунду воцарилась тишина, а затем Венти оторвался от груди Сяо и крепко обнял его. — Ты это серьезно, Сяо? Правда серьезно? — Сяо почувствовал, как Венти улыбается ему в плечо, так широко и счастливо. — Да. Мы можем заняться этим, если ты хочешь. — Сяо кивнул, шокированный тем, что получил такую реакцию от Венти, но, тем не менее, ему это понравилось. Венти рассмеялся и начал осыпать Сяо поцелуями. По всей шее, ключицам и рту, и Сяо почувствовал, как улыбка заиграла на его губах. Казалось, будто его согласие доставило Венти истинное счастье. — Я хочу обустроить... — Венти прекратил свои поцелуи, внезапно прервавшись. — Маленькую кухню, пожалуй. О, и камин тоже. И, может быть, ванну, как в той гостинице в Ли Юэ. Или– Сяо позволил Венти продолжать свою возбужденную болтовню о будущем доме еще долгое время после его согласия. Он кивал и слушал, как Венти говорит, радуясь, что смог вызвать такую радость у своего партнера. Но опять же, все это на время отвлекло Сяо от того, о чем он так много думал в последнее время. Он хотел вступить в брак с Венти, но до весны еще нужно было подождать. Он все еще не написал клятвы, по крайней мере, те, которые его действительно устраивали. Он не был в курсе, как у Брук обстоят дела с их нарядами. Неуверенность терзала Сяо, и эта новая идея о доме лишь усилила нарастающую в нем тревогу. Он боялся все испортить. "Испортить", то есть разрушить их отношения или сделать какую-нибудь глупость, хотя он понимал, что теперь ничто не может их разлучить. Несмотря на то, что он признавал связь, которую он разделял с Венти, его разум все еще мучили подобные переживания. Он знал как будет лучше, но не мог остановить себя от беспокойства. Он решил, что у него есть основания для тревоги. Событие предстояло судьбоносное. Если что-то пойдет не так, что ж, Сяо не представлял, что он будет делать.

***

"Я люблю тебя больше, чем когда-либо любил все на свете” — написал Сяо. Этого недостаточно. Перо крутится в руке от досады на свою так называемую неудачу, и чернила разбрызгиваются по листу бумаги, который он держит в руках. На краю бумаги образуется разрыв. Сяо замирает, заметив рваность. Она небольшая, не настолько, чтобы испортить лист. Но это все равно ухудшает ситуацию. Он уже не справляется. Бумага скомкана и выброшена, брошена в кучу на полу рядом с парнем. Сейчас там, должно быть, десятки листов бумаги, большая масса невысказанных эмоций и мыслей. Эта куча точно демонстрирует, как долго он уже этим занимается, и без Венти рядом, чтобы остановить его, Сяо не останавливается. Венти в одиночку отлучился навестить Брук. Бард ушел пару часов назад, поцеловал Сяо в лоб и попрощался. На прощание он посоветовал Сяо не тратить все свое время на то, чтобы писать брачные обеты в порыве депрессии, и посоветовал ему вместо этого вздремнуть или заняться чем-нибудь еще. Может быть, прогуляться по городу. Но без Венти город казался слишком тоскливым, поэтому Сяо остался дома. Он остался наедине со своими мыслями. Со своими намерениями. Ему хотелось писать, потому что, возможно, на этот раз он сможет правильно сформулировать слова клятвы. Он сильно сомневался, что в этот раз все получится, но все же не терял надежды. Может быть, в этот раз он все-таки составит что-то, чем будет доволен. Но в итоге у него ничего не получилось. Ничто из написанного им не подходило для столь важной вещи, как брачные речи. Они должны были быть идеальными. Нужно было в точности донести до Венти свои чувства. Необходимо высказать каждую мелочь, которую Сяо любил, и озвучить все обещания Венти. Он хотел дать слово остаться с Венти. Несмотря на все трудности, он останется. В этом не было никаких сомнений. Он хотел выразить свою любовь с помощью трепетных завитушек и сбивчивых слов. Но слова не шли. По крайней мере, не те, которые он мог бы прочесть и представить себе, как произносит их на свадьбе, независимо от того, когда это произойдет. К тому времени прошло уже несколько месяцев с момента их помолвки. Сяо привык видеть голубое кольцо на своем пальце в любое время суток. Ночью оно занимало свое место на тумбочке, пока он просыпался. Через месяц или около того наступит весна. Снег растает, на деревьях вырастут листья. Воздух снова потеплеет. Весной, через год после их первой встречи, они смогут пожениться. Погода будет прекрасной, а пейзажи - красивыми. Они могли бы найти место, которое им понравится, и собраться там. Месяц. Месяц до весны. У Сяо оставалось мало времени, чтобы написать клятву, не так ли? У него оставалось так много времени до их свадьбы, а у него до сих пор ничего не записано. Ничего. Единственное, что у него было - это испорченные клочки бумаги и чернильные пятна на кончиках пальцев. Каким-то образом это ощущалось как провал.

***

— Ты сегодня как будто немного не в себе, с тобой все в порядке? Брук задала этот вопрос с явным беспокойством о самочувствии Сяо, но тот едва ли смог заставить себя кивнуть в ее сторону. Слишком много всего происходило в последнее время. Слишком много. Он засиживался допоздна, пытаясь писать и терпя неудачу. Он слишком много спал, пытаясь так или иначе найти вдохновение, когда проснется. Он не выходил из их комнаты с Венти, даже когда его просили. Его разочарование росло. Все это беспокойство было вызвано одним: свадебные обещания. Все было неправильно. Ничего. Сяо опустился на свое место, уставился на нее и издал слабый звук. Он пытался сказать, что с ним все в порядке, но, опять же, это оказалось не совсем правдой. У него ничего не получалось, несмотря на все ласки, комплименты и объятия Венти. Он не переставал чувствовать себя бесполезным из-за того, что не мог сделать что-то настолько простое. Венти давно уже справился со своей задачей, а Сяо, даже спустя столько времени, все еще испытывал огромные трудности. Он старался изо всех сил. И Венти понимал, что он старается. Но Сяо просто не мог избавиться от непрерывного чувства страха и тревоги, нарастающего в его нутре. В нем боролись две противоречивые стороны: одна часть, которая всем сердцем обожала Венти и хотела выйти за него замуж, и другая, которая не прекращала беспокоиться о том, что что-то может пойти не так. Сяо пытался больше склониться к любящей стороне себя. Он старался сосредоточиться на самом браке. Каждый раз, когда он навещал Брук и видел, как она справляется со своей работой, он приходил в восторг от мысли о свадьбе. Он не представлял, как именно будет выглядеть конечный продукт, но, тем не менее, был полон предвкушения. Тем не менее, ничто не мешало Сяо избавиться от беспокойства. Он сам и только он был причиной беспокойства, так что– — Ты не в порядке, не так ли? Оу. Брук ожидала ответа от Сяо, а тот молчал. Он тупо смотрел на нее, не зная, что еще сделать, пока она занимала свое место за столом напротив него. Женщина слегка наклонилась вперед, опираясь локтями о деревянную поверхность, и посмотрела прямо на Сяо. — Ты можешь сказать мне, что происходит? Сяо молчал. Ему не хватало слов. Но в то же время Брук оказывала им огромную услугу; он не хотел проявлять неуважение, не желая говорить то, что у него на уме. По крайней мере, она заслуживала того, чтобы знать. — Я не могу написать свои обеты. — Он открыл рот, чтобы заговорить, но его голос был ужасно тихим. Брук моргнула, казалось, удивленная тем, что именно это беспокоит Сяо. — Твои клятвы? Почему нет? — Потому что все, что я пишу, недостаточно качественно. — Сяо со вздохом опустил взгляд на стол перед собой. Наступила тишина. В течение пары минут Сяо ничего не слышал от Брук, а когда поднял глаза, увидел, что на ее лице появилось недоверчивое выражение. — Они... недостаточно хороши? По какому стандарту ты проверяешь эти клятвы? Что заставляет тебя думать, что они недостаточно хороши? — Я не верю, что они хорошо передают мои эмоции. — Сяо вновь подавил вздох, почувствовав себя в некоторой степени глупым за то, что вообще что-либо сказал. Снова воцарилась тишина, и Сяо начал чувствовать себя немного неловко. Он не ожидал такого безмолвия от Брук, не говоря уже о явном неверии в ее голосе, когда он рассказал ей о клятве. Он не представлял, о чем она думала. — Тогда скажи мне одну. Скажи мне одну клятву, которая, по твоему мнению, недостаточно хороша для вашей свадьбы. Я выслушаю. — Брук скрестила руки и откинулась в кресле. Оу. Сяо мог придумать множество вариантов. Он выбрал одну, которую написал за несколько дней до этого. — "Ты прекрасен во всех смыслах этого слова." — Это "плохая клятва"? Я бы не согласилась. — Брук нахмурилась. — Почему? — Потому что, ну, это немного слащаво, но ни в коем случае не плохо. Это мило, я бы сказала. По мне, это похоже на обет, который я бы услышала, если бы побывала на свадьбе. А не что-то другое. Сяо боролся с желанием сложить руки. Он думал, что клятва была плохой, но теперь она вдруг стала хорошей...? По словам Брук? — Мне она не понравилась, когда я ее написал. Я выбросил бумагу к концу, так что– — Ты так поступаешь с каждой клятвой, которую считаешь недостаточно хорошей? — Да. — Сяо кивнул. Брук, казавшаяся сейчас очень уставшей, тяжело вздохнула и уставилась в потолок. Она что-то пробормотала себе под нос, а затем встретилась взглядом с Сяо. — Хорошо. Хорошо. Послушай меня на секунду. — Брук указала пальцем на него и, убедившись, что завладела его вниманием, продолжила. — На мой взгляд, ты слишком строг к себе. Ты пытаешься, не так ли? Ты пытаешься написать хорошие, на твой взгляд, клятвы. Ты прилагаешь усилия. Венти не из тех, кто будет возражать, если ты напишешь что-то "плохое". Не будет. Я не думаю, что ты заслуживаешь такого отношения к себе, ты ведешь себя так, будто ты ужасен только потому, что не можешь написать что-то идеально. Сяо открыл рот, чтобы заговорить, но Брук прервала его, подняв руку. — И прежде чем ты скажешь что-нибудь в знак протеста, ты должен понять, что я не тот человек, с которым ты должен обсуждать это. Ты понимаешь, о ком я. Иди и поговори с ним. Я говорю это не для того, чтобы показаться грубой, а лишь чтобы сказать правду. Я не та, кто может тебе помочь, хотя мне бы этого хотелось. Сяо был немного ошеломлен. Он уставился на нее широко раскрытыми глазами, не находя слов для ответа. Он не ожидал подобного. Брук казалась раздраженной, что только усугубляло положение Сяо. Но она была права. Брук была не тем человеком, которому Сяо должен рассказать об этом. Ему стоило поговорить напрямую с Венти и рассказать ему о том, что происходит. Подобная мысль... заставляла Сяо немного скучать по Венти. Он хотел вернуться домой, в их комнату, где его будет ждать Венти. Он хотел лечь в постель и обнять его, может быть. Как минимум, было очевидно, что необходимо высказать Венти свои соображения по данному поводу. Венти не должен оставаться в тени. — Да, — наконец сказал Сяо, — я обсужу с ним все. Я прошу прощения за то, что затронул эту тему с тобой. Брук пожала плечами, все еще выглядя немного раздосадованной, но, по-видимому, не подавая виду. — Не переживай по этому поводу. Просто пойди поговори с Венти, хорошо? Возвращайся, когда все наладится. Сяо кивнул, и прошло еще немного времени, прежде чем он вышел за дверь. Он не хотел больше беспокоить Брук разговорами. Вероятно, она хотела бы, чтобы ее оставили в покое. Она сдержанно помахала ему на прощание, и Сяо снова оказался снаружи, на зимнем холоде. В последнее время стало чуть теплее, но это было ничто по сравнению с весенней радостью Мондштадта. Ему казалось, что можно было бы лучше справиться с этой встречей, но ничего нельзя было изменить в том, что произошло. По крайней мере, ему объяснили, что нужно делать. Это была их свадьба, на которой Сяо так сосредоточился. Предстоящие дни не должны были проходить в беспокойстве о том, что произойдет или не произойдет. Он собирался обсудить все с Венти, высказать свои мысли и высказать свои тревоги. В этом отношении он облажался; он почти не затронул эту тему с Венти. Оставалось несколько недель до весны, а значит, и до их свадьбы.

***

К моменту возвращения Сяо Венти дремал. Ночь еще не наступила, стоял поздний вечер. Но Венти мирно посапывал, свернувшись калачиком под одеялом и, вероятно, грезя о чем-то. Сяо следил за происходящим, закрыв за собой дверь так тихо, как только мог. Он вернулся в Мондштадт раньше времени: нужно было обсудить кое-что с Венти. Впрочем, сейчас, оказавшись в этой комнате, он понимал, что, скорее всего, придется отложить беседу на потом. Он не собирался нарушать покой Венти, невзирая на то, что Сяо одновременно желал и поболтать, и обнять его. Он испытывал тревогу во время обратного пути. Естественно, адепту не нравилось, что он нервничал, но запретить себе это делать было невозможно. На секунду он уселся на край кровати, стягивая с себя сапоги. Не было желания сильно скрипеть кроватью и рисковать разбудить Венти. Сяо задумался о дальнейших действиях, когда Венти проснется. Может быть, ему следует сказать об этом прямо. Или же он попытается обойти тему неловко, пока Венти не поинтересуется, что тот имеет в виду. В любом случае, придется все время нервничать и запинаться, а объяснять, о чем он так беспокоился, - неловко. Сяо осторожно опустился на кровать рядом с Венти, нежно обхватив его рукой. Надеюсь, этого было недостаточно, чтобы случайно разбудить его. Венти грел теплом, его дыхание было мягким и медленным, и Сяо вдохнул его запах, уткнувшись ему в шею. Он все еще пах сесилиями, свежими и сладковатыми. Благоухание поразило Сяо и сразу же расслабило его. Это было хорошее успокоение после утомительного дня и встречи с кем-то другим. Сяо закрыл глаза. Он слушал тихое дыхание Венти, а его рука непроизвольно перебирала тонкие пряди на шее Венти. Волосы Венти были очень мягкими. Венти не отвечал. Но так или иначе, одно его присутствие расслабило Сяо. Кисть руки, игравшая с прической Венти, переместилась и легла на его талию. Все было тихо, пока– — Мм, ты мог бы и дальше возиться с ними. — Венти сонно вздохнул, — Я бы не возражал. Что. Венти все это время не спал, или? Венти, видимо, заметил, как напрягся Сяо, и лишь рассмеялся. Он перевернулся на спину и встретил взгляд Сяо с довольной улыбкой. — Ты сегодня такой милый, Сяо. Ты хотел, чтобы тебя обняли? Он хотел. Не задумываясь, парень кивнул, что вызвало в ответ смех и Венти устало притянул его к себе. Сяо уткнулся в плечо Венти, и внезапно все, о чем беспокоился Сяо, перестало казаться важным. Венти такой теплый, так приятно пахнущий, такой притягательный, - рука провела по спине Сяо. — Ну же, ну же. — дразняще прошептал Венти. — Я сейчас здесь. Сяо лишь кивнул в ответ, и не прошло и трех секунд, как Венти отстранился и спросил, все ли с ним в порядке. Венти, должно быть, воспринял одобрение Сяо как подтверждение чего-то плохого. Венти не спрашивал, что могло случиться. Вместо этого он поинтересовался, как дела у Сяо. Сяо откинулся назад, чувствуя себя чуточку виноватым. Если он расскажет ему о клятве, то заставит Венти волноваться. Тогда Венти укорит Сяо, не так ли? Скажет ему, что тот ведет себя нелепо, что слишком волнуется. — Я не... знал, что ты не спишь. — Сяо отвернулся, не отвечая на вопрос Венти о том, в порядке ли он. С ним не все в порядке. — Ну. Мне стало скучно без тебя, и я задремал. Я проснулся, когда ты открыл дверь, но я подумал, что было бы неплохо позволить тебе обнять меня на секунду. А потом я захотел увидеть своего жениха, и вот мы здесь. Но ответь мне на вопрос, Сяо, ты как? — Венти вздохнул и сел на кровать. Сяо понадобилось мгновение, но он покачал головой, и Венти тут же наклонился вперед и обнял его. От этих объятий стало намного легче. В руках Венти можно было расслабиться. Тяжесть, которая лежала на сердце Сяо, казалось, ушла в объятия, и от этого Сяо захотелось еще сильнее прижаться к барду. Возможно, Венти не ошибся, сказав, что сегодня он был особенно ласковым, но Сяо не нашел в себе сил на переживания. Он же помолвлен, не так ли? Он мог прижаться к Венти, чтобы получить поддержку или обнять его, когда ему это было нужно. — Ты не мог бы сказать мне, что случилось? — Голос Венти был нежен. Он мог. Сяо прильнул к нему. Рассказал. Почувствовал биение сердца Венти под своими пальцами, почувствовал, как оно немного участилось, когда заговорил. Его глаза были прикрыты, но он все время чувствовал на себе взгляд Венти. Сяо не знал почему, но это объятие и странно-напряженное признание было более интимным, чем другие моменты, которые они разделяли. Это был момент откровения со стороны Сяо; даже если бы он отказался говорить о причинах, он был уверен, что Венти так или иначе вытянет из него ответ. Возможно, Венти просто продолжал бы спрашивать Сяо о случившемся, пока последний не сдался бы. Или, наоборот, засыпал бы Сяо поцелуями, пока тот не решил бы честно признаться в своих чувствах. Но в любом случае, это не имело значения. Сяо завел об этом сейчас разговор. Сяо прервался, как только почувствовал, что закончил. Это не была длинная история, просто простое изложение, и к концу он открыл глаза. На него смотрел Венти, его глаза слегка расширились, а губы приоткрылись. Сяо не понимал, откуда у парня такая реакция. Ведь то, что он только что произнес, не было чем-то ужасающе страшным. Он лишь признался, что переживает из-за клятвы. Рука Венти слегка коснулась щеки Сяо. Его выражение лица смягчилось, стало умоляющим. — Сяо, малыш... — От этого прозвища на щеках Сяо вспыхнул розовый румянец: — Ты должен был сказать мне раньше, а не бороться с этим в одиночку. Ты ведь знаешь, что я всегда тебя выслушаю? Сяо медленно кивнул. Чувство вины кольнуло его. —Ты не должен беспокоиться о клятве... — И я знаю, что, возможно, ты уже слышал это неоднократно, но это правда. Обеты - не самая важная вещь в нашей свадьбе. Не кори себя за это, пожалуйста. Мне невыносимо видеть тебя грустным или расстроенным из-за чего-то и не иметь возможности помочь. Венти помогал. Но тот продолжил. — Не пойми меня неправильно, я не говорю, что твои переживания глупы или что-то в этом роде. Я знаю, что у тебя есть склонность иногда позволять своим переживаниям брать верх над тобой, и это нормально. Это в порядке вещей. Ничто не должно быть идеальным все время. Ничто. То же самое касается и твоих обетов. Они не должны быть "идеальными", или что это слово может значить для тебя. — Венти слегка наклонил голову, оставив поцелуй на щеке Сяо. — Это нормально, что ты беспокоишься насчет некоторых вещах, но не волнуйся. Не стоит лишаться сна из-за подобного, и плакать из-за подобного тоже не нужно. Ах. Большой палец смахнул что-то мокрое с его глаз, и Сяо понадобилась секунда, чтобы понять, что слезы вот-вот выступят. Сяо даже не обратил на них внимания, а вот Венти заметил. Он был разочарован случившимся больше, чем думал. — Но... — Нет, не надо. Здесь не о чем спорить, Сяо. Клятвы - не самое главное в нашей свадьбе. Я знаю, что это обещания, что они должны быть важны для тебя, но, пожалуйста, не заставляй себя пытаться их выполнить, если ты только разочаруешься и причинишь себе такую боль. Они не стоят такого душевного напряжения, не так ли? Пожалуйста, цени себя больше, чем их, хорошо? — Венти закрыл глаза и покачал головой. Сяо пытался протестовать. — Но они нужны для свадьбы, не так ли? Клятвы очень важны. Это обязательства друг перед другом– Венти на секунду отвернулся, открыл прикроватный комод и достал лист бумаги. Сяо практически ничего не видел. Но он мельком увидел, что на нем написано, увидел причудливую скоропись и понял, что это почерк Венти. Обеты Венти. Венти не проронил ни слова. Он просто сложил листок пополам, и Сяо услышал звук рвущейся бумаги. Звук продолжался, и Сяо в изумлении наблюдал за этим зрелищем: бумажка стремительно разрывалась на две части без всякой задней мысли. Все усилия, которые Венти приложил к их написанию, канули в небытие. Клочки бумаги упали на пол, и Сяо промолчал. Венти просто испортил ее, не так ли? Возможно, юноша планировал принести именно этот лист бумаги на их свадьбу, а из-за Сяо листок был порван. Это была вина Сяо. — Эй, эй, — Венти сделал небольшое машущее движение вокруг лица Сяо. — Я знаю, о чем ты думаешь. Это, — Венти указал на клочья бумаги, - не твоя вина. Я сделал это по своей воле, ясно? Я сделал это сам. Это не ты порвал лист. Это моих рук дело. Так что не вини себя за происходящее. Это сделал я. Венти подобрал две части бумаги, скомкал их и бросил на землю. — Они больше не имеют значения, ясно? Я знаю, что это клятвы. Это обязательства, как ты и сказал. Но они не имеют значения. Это просто слова. Я в курсе, что они могут многое значить для нас обоих, но в конце концов, это всего лишь слова. Мы не обязаны устраивать свадьбу с ними. Они не являются чем-то сверхважным. Поэтому, пожалуйста, — Венти притянул его в еще одно объятие, — Пожалуйста, не беспокойся о них. Давай просто наслаждаться нашим временем в качестве молодоженов - хорошо? Не расстраивайся и не накручивай себя по этому поводу. Я обещаю, что все будет хорошо. Сяо не нравилось, что он так сильно нуждается в поддержке, но он нуждался. Ему требовалось вновь и вновь слышать от Венти, что все в порядке, для того чтобы окончательно поверить в сказанное. Сяо беспокоился о мелочах, когда дело касалось Венти. Он с головой погрузился в объятия Венти. Все было хорошо. Он чувствовал, как Венти улыбается сквозь его локоны, и поцеловал их. — Хорошо, хорошо. Возьми паузу, Сяо. Все в порядке. Вот, — Венти немного отстранился, — хочешь поцелуй? Сяо кивнул, уже задыхаясь. И Венти тут же скользнул рукой по шее Сяо, наклоняясь для поцелуя, на который тот охотно ответил. Венти улыбнулся ему в губы, его голос звучал спокойно. — Видишь? Все в порядке. Не зацикливайся на клятвах, сосредоточься на нашей помолвке и свадьбе. Сконцентрируйся на мне. На себе. Нам осталось ждать недолго, так что давай просто проведем это время вместе. Венти не подшучивал над ним. Не смеялся над Сяо и не говорил, что он нелеп. Он был серьезен с самого начала. Он отнесся к чувствам Сяо с пониманием и сразу же обнял его, вместо того чтобы бросить на него недоверчивый взгляд или сказать, что он ведет себя как дурак. Сяо так повезло, что у него есть Венти. С кивком и скромной улыбкой, которую Сяо удалось вымучить, он согласился. Он все еще чувствовал себя не лучшим образом, но, возможно, через день-другой его наконец-то начнет отпускать прежнее разочарование по поводу свадебных клятв. В конце концов, это была глупая затея. Венти усмехнулся в ответ на слова Сяо и поцеловал его в губы. — Я рад. И, — он откинулся назад, и Сяо увидел его улыбку, — ты не хочешь пойти чем-нибудь заняться? Чтобы отойти от этого? — Например...? Венти задумчиво хмыкнул на секунду. — Мм, не знаю. Мы могли бы прогуляться, если хочешь. Не обязательно долго, достаточно короткой прогулки по городу. Это отвлечет нас от мыслей, не так ли? Ох. Сяо не высказал никаких возражений. — Мы можем это сделать. — Отлично! Тогда пойдем, пока не стемнело. — Лицо Венти засияло. Не успел Сяо осознать происходящее, как Венти, ободряюще улыбнувшись, легонько подтолкнул его за дверь. Они пошли пешком. До захода солнца и наступления темноты оставалось совсем мало времени, но это вдохнуло в Сяо больше сил, чем он думал. Все еще была зима, все еще было холодновато. Воздух охлаждал Сяо с каждым вдохом, но он не подавал виду. Он держал Венти за руку, чему был очень благодарен, когда они добрались до дома и уснули. Этой ночью ему привиделся сон. И в этот раз ему не снились цветные пятна и беспорядочные слова. Не было ни неопределенности, ни тревоги. Сяо снился Венти. Он ясно видел все вокруг.

***

Венти потребовалось всего пару дней, чтобы определиться с местом, где они могли бы связать себя узами брака, и, предложив эту идею Сяо, он получил почти восторженное одобрение. Пляж, на котором они воссоединились, по мнению Венти, должен был стать прекрасным местом для свадьбы. Это место, возможно, показалось бы обычным другим, но для сердец Сяо и Венти оно казалось близким и дорогим. Именно здесь парни встретились снова, рухнули на песок и признались друг другу. Поцеловались. Именно здесь Сяо испытал больше эмоций, чем за последние столетия. Пляж имел особое значение. Он напоминал Сяо об очень важном дне в его жизни. Ему нравилась - нет, он обожал - мысль о свадьбе в этом месте. Весной, когда подует приятный ветерок и вода в океане не будет слишком холодной, пара могла бы отправиться туда. Ночью они могли бы лежать вместе и наслаждаться звездами. Они могли бы возвращаться домой, когда им заблагорассудится, и, наверное, счастливые до нелепости. Сяо хотел именно этого. Сяо из прошлого подумал бы, что подобное - глупость, но Сяо не тот кем был прежде. Ему хотелось быть легкомысленным и, может быть, немножко дурашливым. Он предпочел сохранить подобные воспоминания об этом дне, а не тяжелые. И, судя по тому, что погода стала теплеть, этот день наступит гораздо быстрее, чем он предполагал. В последнее время ветер становился добрее. Это побуждало их чаще выходить на воздух, и они так и делали: каждый божий день без исключения выбирались из трактира и отправлялись на прогулку вместе. Иногда прогулки прерывались из-за дождя или короткого снега. В такие моменты они спешили обратно в гостиницу, причем Сяо тащил за собой Венти. Венти настаивал, что если они останутся на улице дольше, то могут "заболеть", хотя Сяо в этому сильно сомневался. Но даже если бы Сяо не промок от непогоды, Венти не теряя времени затащил бы Сяо обратно в комнату и тут же укутал его в одеяла. Это заставило парня почувствовать себя немного глупо - он представлял, что его вид позабавит других, - но он не собирался говорить об этом и, возможно, ранить чувства Венти. Это обращение не обязательно было чем-то плохим. Сяо обнаружил, что ему нравится, когда его постоянно опекают. Они гуляли. Это каждый раз отвлекало Сяо, избавляло от тревожных мыслей, которые могли возникнуть в течение дня. Да, он все еще переживал, но уже не о том, о чем раньше. Он решил прекратить думать о свадебных обетах и прислушаться к тому, что сказал ему Венти. Что все хорошо, и что они не являются чем-то абсолютно обязательным. Он не проводил ночи, пытаясь написать слова, которые не приходили на ум. Вместо этого он сворачивался калачиком в объятиях Венти, прижимался к нему, а Венти поддразнивал его за это. Дескать, в последнее время Сяо ведет себя очень ласково и мило. От этих слов на щеках Сяо появлялся неловкий румянец. В объятиях Венти они нежились вместе. Руки Венти обнимали талию Сяо. Он расслаблялся от прикосновений. Он слушал, как Венти поет, так тихо, так нежно. Он пел, не переставая, прижимаясь к волосам Сяо, и даже в те ночи, которые казались полными тоски. Сяо вглядывался в окно их комнаты. И они оба рассматривали звезды. В этот раз он думал о том, как быстро пролетел год. Он увлекся Венти и мыслями о своем соглашении, вместо того чтобы думать о смене времен года. Слишком многое произошло между нынешним днем и их первой встречей годом ранее, чтобы Сяо мог вспомнить все. Происшествий оказалось слишком много. Сяо решил, что пора угомониться. Он думал о созвездиях. О будущих домах, которые пара с любопытством приметила во время прогулки. Он думал о том, что Брук пошила ему на свадьбу, о том, что она казалась такой сосредоточенной и старательной всякий раз, когда он приходил к ней. Он наблюдал за ее работой из другого конца комнаты, молча. Он не хотел мешать. Он следил за тем, как она держит в руках полоски красной ткани, материал до странности утонченный и тонкий. Она осторожно, деликатно, очень медленно отрезала ткань. Иногда, в промежутках между случайными уколами швейной иглой, она подманивала Сяо к себе и заставляла его примерить тот участок, над которым она работала. Ткань натягивалась на его руки и талию, и Сяо неловко терпел примерку, а она, закончив работу, выпроваживала его за дверь. Он возвращался домой в замешательстве по поводу произошедшего. Брук все еще не закончила работу над их одеждой, но Сяо не злился из-за этого. Это была кропотливая работа, особенно для одного человека. Она делала это по собственному желанию и даже не просила за это никакой платы. Сяо не мог пожаловаться на ее скорость работы, и уж точно не стал сетовать, когда она предложила ему померить то или иное. Иногда, правда, он мельком видел себя в зеркале, стоявшем в комнате. Он видел себя лишь на мгновение. Но в свете ее ламп он мог видеть, как алая ткань изящно опускалась на его кожу при одном лишь легком движении запястья. В такие моменты Сяо любовался собой. Это было то, чего он не умел делать. Но просто видеть себя в незаконченном свадебном наряде, в котором он скоро будет выходить замуж... это заставляло Сяо чувствовать, что он будет блистать во время их маленькой церемонии. Он хотел быть красивым. Для Венти. Для себя. Он хотел увидеть реакцию Венти, когда он выйдет на пляж, когда красивый, красивый красный цвет подчеркнет золото его глаз. Сяо не мог дождаться этого момента. А пока он решил не навещать Брук. До свадьбы оставалось совсем немного времени, и вместо этого он проводил время с Венти. В последние недели их свадьбы в голову Сяо начали лезть слова. Это были небольшие фразы, признания, которые не приходили к нему раньше. Фразы звучали недосказанно, беззвучно. Вечером, вернувшись с прогулки, Сяо долго лежал в постели. Он поднял руку под светом луны и рассматривал, как блестит под светом кольцо. Это было красиво. Венти спал рядом с юношей, его дыхание было медленным и негромким. Сяо слушал. Он закрывал глаза, прижимал Венти чуть крепче. Если он долго сосредотачивался, то видел звезды над головой. И в его сознании, порхая среди темного неба и облаков, появлялись белые крылья. Когда Сяо проснулся, их уже не было.

***

Заключительный день их свадьбы был проведен в объятиях друг друга. Они проснулись поздно, но как только пробудились, их вдруг охватило чувство предвкушения и тревоги. Конечно, они оба были взволнованы перед финальным днем, но именно он стал ярким примером тому: они никак не могли заснуть и буквально не могли оторваться друг от друга. Венти улыбнулся, положил руку на талию Сяо, и вдруг пара увлеклась друг другом, а не другими делами. Сяо не был против. Это отвлекало его от событий, которые произойдут на следующий день, когда он в последний раз посетит Брук, когда та будет суетиться вокруг его внешности. Он отвлекся. И вместо того, чтобы беспокоиться о том, что их свадьба может пойти под откос, он смеялся, касаясь кожи Венти, и позволял поцелуям осыпать его шею. Это был последний момент близости между женихами, медленный и нежный. Сяо уткнулся в плечо Венти, стараясь не шуметь, хотя это давалось ему с трудом. В какой-то момент рука Венти мягко прошлась по волосам Сяо. Его губы сомкнулись на губах Сяо, дыхание застряло в горле и вырывалось наружу в виде напряженных выдохов. Его голос был тихим, томным, несмотря на нежную руку в волосах Сяо. — Ты прекрасен Сяо, — почти шепотом произнес Венти, — Абсолютно охуенно прекрасен. Глаза Сяо расширились, и не только от того, что Венти вдруг проматерился, но и потому, что этого его замечание было достаточно, чтобы Сяо застонал и расплылся. Он перевел дыхание и расслабился. А немного погодя Венти извинится за внезапное ругательство, сказав, что его занесло и он не подумал. Но он встретил взгляд Сяо, когда просил прощения, и жеманная улыбка мелькнула на губах барда, когда он признался, что имел в виду каждое слово. Сяо - красавец. Этого было достаточно, чтобы щеки адепта раскраснелись до такой степени, что он едва ли мог смотреть в глаза Венти, не чувствуя себя ужасно смущенным. После этого они немного поспали. Они напрочь забыли о следующем дне, о том, что должно произойти. Вместо этого парни грезили, размышляя о самых разных вещах. Спустя несколько часов они проснулись. И Венти с мягкой улыбкой предложил им пройтись по окрестностям - как они всегда это делали. Сяо, конечно же, согласился. Было бы здорово провести время на улице, а не сидеть весь день взаперти. Он решил, что небольшая прогулка - это неплохой способ завершить день перед началом нового, когда им придется потратить уйму времени на подготовку. Сяо был настроен оптимистично, когда выходил из гостиницы вместе с Венти. Очевидно, что беспокоиться было не о чем; со всех сторон прогулку можно было рассматривать как вполне нормальное занятие для них. Но позже, когда Сяо будет вспоминать поход и то, что произошло во время него, он задастся вопросом, что, возможно, следовало бы вообще не выходить на улицу. Со временем улицы стали темнее и безлюднее, а фонари, висевшие над каждым домом и подворотней, светились в ночи. Зрелище города в таком виде - темного и залитого тусклым светом тревожил. Несмотря на то, что было еще не так поздно, казалось, что весь мир погрузился в кромешную тьму. Ветерок, по крайней мере, был приятным. За все время прогулки не наблюдалось сильных порывов холода. Наоборот, время от времени дул легкий, почти фантомный поток. Сяо должен был раньше заметить, что на всей улице с ними рядом никого нет, но он был слишком занят разговором с Венти, чтобы обратить на подобное внимание. Позже он будет винить в происходящем притупленные инстинкты, утверждая, что ему, вероятно, стоило бы время от времени тренироваться, дабы не потерять способность нормально сражаться. Однако когда Сяо наконец приметил пустую улицу перед ними, он вздрогнул от неожиданности. Обычно в это время суток в городе еще оставались люди. Было много пьяных или тех, кто пытался добраться до дома. Но на целой улочке, по которой они шли, совершенно никого не было. Ни единой души. Сяо даже не мог услышать ничьего вздоха. От этого осознания у него по позвоночнику пробежала дрожь. Это заставило его остановиться на месте и протянуть руку к Венти, показывая, чтобы тот прекратил движение. Венти так и поступил, хотя и выглядел растерянным. Прошло всего пару секунд, прежде чем он заметил отсутствие людей, и тогда его взгляд сразу же начал метаться между дорогой, по которой они шли, и зданиями вокруг. Венти застыл, напрягся, встав в позу, которая наводила на мысль, что он пытается оборониться. Что-то здесь явно было не так - не существовало внятного объяснения, почему здесь, где они находились, было так тихо и так безмолвно. Однако в мгновение ока сквозь непроглядную тьму городской улицы пробился свет. Пара с любопытством посмотрела в эту сторону. Но потребовалась лишь секунда, чтобы оба парня побледнели. То, что они увидели, не поддавалось объяснениям. В конце темной улицы, на которой они находились, слабо светилась маленькая хижина, неприметная, но достаточно заметная, чтобы по позвоночнику Сяо пробежали мурашки. Невозможно сомневаться в том, что это было. Хотя прошло уже много лет, он не забыл, как это место выглядит. Внизу, на конце улицы, стояло не что иное, как хижина предсказателя. Прорицателя, который поведал им обоим, что они предназначены друг для друга. Существо, которое было окутано тайной с того самого момента, как каждый из них по отдельности познакомился с ним. В ночь перед их свадьбой. Оба переглянулись, как бы желая убедиться, что видят одно и то же. Так оно и было. Они стояли молча, размышляя, стоит ли им подходить ближе. По логике вещей, они должны пойти посмотреть, что происходит, но в то же время они сомневались, не таится ли за этой идеей какая-то опасность. Насколько они знали, этот странный и загадочный прорицатель мог оказаться кем-то совершенно непохожим на то существо, с которым они столкнулись год назад. Они могут пытаться напасть на них, или что-то в этом роде. Но в то же время, эта встреча определенно была преднамеренной. Гадатель, фактически, приглашал пару подойти. Призывал. Говорил им, что есть еще что-то, что нужно сказать или сделать. Сяо и Венти не собирались отказываться от этого приглашения. Венти взял своего жениха за руку, и они молча пошли по улице. Стояла тишина. Они не слышали ничего, кроме звука собственных шагов и, возможно, хруста и треска костра. Сяо не знал, кто может разжигать костер в такое время, но все равно звук был зловещим. По мере приближения свет становился все ярче, и Сяо тоже нервничал из-за возможности снова увидеть предсказателя. Прошло уже много времени. Может быть, они скажут что-нибудь несуразное, скажут, что ошиблись много лет назад– Сяо укорял себя за такие мысли. Такого не случится. Не может быть. И даже если бы гадатель и скажет что-то подобное, это ничего бы не изменило, чтобы разлучить его с Венти. Он останется с ним независимо от того, что будет сказано кем-то другим. В последний день их помолвки Сяо и Венти оказались перед тем, что ранее навсегда изменило их жизнь. Дверь была распахнута настежь. Сквозь щель пробивался яркий свет, озаряя улочку снаружи странным желтым свечением. Они бросили последний взгляд друг на друга и поняли, что у обоих на лицах неуверенность. Венти попятился, протягивая руку Сяо, как бы говоря ему оставаться на месте. Но Сяо не хотел оставаться на месте. В знак протеста Сяо сделал еще пару шагов к двери, затем прижал ладонь к дереву и открыл ее. Дверь со скрипом открылась, и... Перед ними предстало то же, что они видели много лет назад. Слабый огонек на столе. Кто-то сидел за столом, кто хранил мертвую тишину, безмолвную, но все равно достаточную, чтобы побеспокоить Сяо. Венти выкрикнул его имя и попытался оттащить его от двери, но Сяо проигнорировал его просьбу. Он знал, что Венти пытается защитить его на случай, если "что-то пойдет не так", но когда он снова увидел странную фигуру в капюшоне, Сяо почувствовал, что переживать на самом деле не о чем. Его былые инстинкты, возможно, и ослабли, но они все еще оставались достаточно сильными, чтобы почувствовать, что от этой личности не исходит ничего угрожающего. Два стула пустовали. Когда Сяо смотрел на фигуру в балахоне, он видел золотой блеск в их глазах, который появлялся только тогда, когда тело едва шевелилось. Гадетель не издавал никаких звуков, но Сяо видел, как они улыбнулись, заметив появление этой пары. Сяо вздрогнул. Настораживает. Он не обратил внимания на Венти, который, вероятно, все еще пытался заставить его отойти. Он сел на стул и закрыл глаза. Сяо ждал, пока Венти присоединится к нему. В конце концов дверь за Венти закрылась, и Сяо услышал ворчание, когда на стул рядом с ним нехотя сели. Сяо открыл глаза. Гадальщик все еще улыбался. Он заговорил. Голос был в точности таким же, как и во время обоих предыдущих визитов: тихим, мрачным и странным. — Вы оба довольны тем, где вы находитесь? Можно было предположить, что вопрос заключался в том, довольна ли пара тем, где они находятся в целом, а не физически - чужой взгляд был непреклонным, стальным, еще более пристальным из-за цвета их глаз. Золото было неестественным, настолько ярким, что могло бы соперничать с оттенком глаз Сяо. Во всяком случае, их глаза, голос и поведение делали до боли очевидным, что эта личность не является человеком. Один их вид вызывал вопрос: " Чем они были на самом деле? Кем?" — Кто ты? — Сяо набрался смелости и спросил, полностью проигнорировав их предыдущий вопрос. Предсказатель наклонил голову, как бы недоумевая, что тот вообще спрашивает. Как будто ответ должен был быть очевиден для него. — Я не думал, что вам будет интересно. Ну, разумеется, интересно. И ему, и Венти любопытно. — Нам интересно, — ответил Венти, — думаю, мы бы хотели знать, что или кто ты, учитывая тот факт, что ты изменил все для нас. На секунду воцарилась тишина, и чужак замер. Казалось, предсказатель... обдумывал что-то, и Сяо наблюдал за развитием событий, пока тот не заговорил снова. — Как ты думаешь, кто я? — Теперь их голос казался еще мягче. На этот вопрос было трудно ответить. Пара не знала. Было несколько вариантов, но у них не было никаких веских доказательств, чтобы с уверенностью утверждать что-либо. Все, что у них было, - это предположения, которые они строили в течение долгого времени, а не какой-то твердый ответ, к которому они оба пришли. Сяо не знал, о чем думал Венти, когда он взглянул на него; на лице парня было задумчивое выражение, казалось, он полностью сосредоточен на вопросе. Как будто размышлял, стоит ли ему отвечать. Сяо ничего не сказал. Да, у него были свои теории, но он не хотел подвергнуть себя риску ошибиться. Он полагал, что незнакомцу будет лучше ответить самому. В конце концов, Венти заговорил. — Когда я впервые встретил тебя много лет назад... разве ты не сказал, что ты посланник? Тот, кто говорит правду? Он получил короткий кивок в свою сторону. — Я действительно сказал, что я посланник, лорд Барбатос, — Венти слегка поморщился от формального титула, — Вы правы. Но если я говорю правду, то я бы сказал, что вам обоим не обязательно знать, кто я такой. Это не является самой насущной темой здесь. Венти запротестовал. Он уже давно хотел узнать, кто же на самом деле этот прорицатель, но в ответ получил лишь утверждение, что это не имеет значения. Но это было важно. Кем бы они ни были, это дало бы хоть какой-то ключ к разгадке того, почему Сяо и Венти вообще оказались вместе. Но гадальщик не ответил, кем они являются. — Не думаешь ли ты, что мы хотим знать, что нас свело вместе? Кто или что положило начало всему этому...? Возможно, в твоих глазах это не так важно, но– — Я не лгал, когда заявил, что я посланник, лорд Барбатос. Я не лгал. Это все, чем вы можете воспринимать меня, - вестником того, что я вам поведал, и ничего более. Моя роль - единственное, что имеет значение, а не моя личность. А теперь, — их взгляд стал жестким и немигающим, — ответьте на мой вопрос: Вы оба счастливы там, где находитесь? Снова этот вопрос. Казалось, они отказывались признаться, кто они на самом деле, и это только расстраивало Венти. Ему нужен был только один ответ. Одно слово, пожалуй. Что-то, что намекнуло бы на причину начала отношений Сяо и Венти. Но нет, вместо этого пару снова оставили в неведении. — Почему ты хочешь знать? — Венти напрягся. — Это не только я хочу знать. Но и кое-кто другой. Кто-то другой. Это означало, что здесь замешан кто-то другой, кроме предсказателя. Или, может быть, это был не человек. Может быть, это была сущность. Кто-то или что-то за пределами того, что пара могла постичь. Возможно, они говорили с божеством. Если кто и знал что-то об этом, так это Венти. — Отвечайте. Незнакомец требовал ответа. Ни у Сяо, ни у Венти не было времени сидеть в тишине и обсуждать, кто или что свело их вместе. — Да, — ответил Венти. Он знал, что смело готов ответить на этот вопрос, судя по тому, как сильно поменялся Сяо. И, конечно, он сам был счастлив: он был с тем, кого давно ждал. Сяо кивнул в знак согласия, и это, казалось, удовлетворило незнакомца. Предсказатель повернулся к Сяо. — Дорогой Алатус, — мягко произнесли они, — ты стал совсем другим, чем когда мы впервые встретились... Ты изменился, не так ли? Он и вправду стал другим. Сяо закрыл глаза. — Да, я думаю, что изменился. Но перемены далеко не отрицательные. Ты должен это знать. Незнакомец издал какой-то звук, и Сяо предположил, что он похож на короткий смешок. Это звучало странно. — Когда я думаю о вашем поведении много лет назад, дорогой Алатус, я вспоминаю, что ваши манеры были гораздо холоднее, чем сейчас. — Предсказатель слегка наклонился вперед, и золото их глаз, казалось, засверкало еще ярче. — Ты стал послушным, дорогой Алатус. Кажется, что ты потерял твердость в каждом своем движении. Но я не могу сказать, что это плохо; бывают времена, когда лучше отпустить то, что так долго служило тебе защитой. Сяо был поражен. Это взаимодействие, эта беседа между ними тремя была гораздо более непринужденной, чем их первая встреча. Сяо понял, что этот разговор был дискуссией, а не конфронтацией или простым сообщением. Именно беседа. — Сам Бдительный Якша стал заботливым и любящим, открытым, как его возлюбленный. Он стал мягким. Охотник на демонов со временем стал нежен. Но это заслуга и успех. Любовь дала ему то, что он не мог найти иначе. Улыбка предсказателя начала угасать. — Дорогой Алатус. Сделал ли лорд Барбатос то, что я говорил? Освободил ли он тебя от обязательств, от бремени и дал ли тебе свободу? Узнал ли ты, дорогой Алатус, что в твоей судьбе есть нечто большее, чем тяжесть битвы? Я могу только надеяться, что да - сущность, которую я вижу перед собой, действительно заслуживает утешения. Сяо не нашел, что ответить. Не мог. И все же Венти сумел заговорить рядом с адептом, но его голос прозвучал несколько неуверенно. — Ты говоришь, что Сяо заслуживает того, чтобы встретить меня? — Я говорю только правду, лорд Барбатос. Венти рассмеялся, но смех был задыхающимся и коротким. Казалось, он обдумывал все сказанное незнакомцем, а Сяо тем временем практически ни о чем не мог думать, кроме того, что предсказатель заявил, что он стал нежным. Нежным. Его больше не воспринимали как воина. В нем видели кого-то или что-то более человеческое, чем он когда-либо был за все время своего существования. — Лорд Барбатос, — начал предсказатель, повернувшись к Венти. — Стоили ли твои годы ожидания дорогого Алатуса того? Стоило ли ваше терпение— — Да, — тут же ответил Венти, прервав незнакомца. — Терпение полностью того стоило. Я ждал годы, чтобы встретиться с ним, и с радостью ждал бы еще много лет, если бы пришлось. Оно того стоило, и я серьезно. Прорицатель, казалось, слегка опешил. — Верите ли вы, что ваша любовь безгранична, лорд Барбатос? Кивок Венти вынудил незнакомца обернуться к Сяо, явно намереваясь что-то сказать, но их снова прервал Венти. — Ты говоришь, что ты посланник. Ты сказал нам именно то, что требовалось сказать, но ты ни разу не сказал нам, зачем ты здесь. Все эти годы назад ты мог бы полностью проигнорировать нас и идти своей дорогой - так почему? Почему ты решил поговорить с нами, и почему ты делаешь это сейчас? Тебе не нужно было останавливать нас во время нашей прогулки, но ты это сделал. Очевидно, ты поступил так, зная, что произойдет завтра– — Лорд Барбатос. Вы не подумали о том, что я, возможно, хотел увидеть плоды своего труда? Вы правы; я принял решение поговорить с вами как несколько лет назад, так и сейчас. Я проделал огромный путь, чтобы зайти так далеко, просто для того, чтобы обсудить это. Возможно, с моей стороны это решение было негативным - я мог бы сэкономить свое время вместо того, чтобы заниматься подобным, - но в конце концов, разве все это не было чем-то хорошим для вас? — Они откинулись назад, облегченно вздохнув. Это должно было звучать нормально, но голос был искажен так, как Сяо не мог понять. — Среди того, что чем я занимался, я никогда не совершал ничего подобного. То есть, я не искал лично людей из какого-то близлежащего будущего, которое я видел. Почти в каждом сценарии лучше просто позволить будущему произойти самому по себе и не вмешиваться. Свет в комнате, казалось, стал еще темнее. — Но если вам действительно необходимо знать обо всех моих намерениях, то я расскажу вам. Венти почти сразу же кивнул. — Если ты предлагаешь, то расскажи нам. Сяо увидел, как незнакомец молча кивнул в знак одобрения. Сам он не мог ничего сделать, кроме как тупо смотреть на фигуру в мантии, не в силах сосредоточиться ни на чем, кроме них. Все происходящее казалось ему слишком важным, чтобы Сяо мог думать о чем-то другом. — Дорогой Алатус, лорд Барбатос... — Золото в их глазах теперь казалось совершенно ненатуральным, — Вы двое - довольно маловероятная пара, не так ли? Архонт, влюбляющийся в адепта... это за пределами всего, что я видел. Вы кажетесь почти противоположностями друг другу, но так или иначе, вы оба преодолели трудности и влюбились. Именно это, — сказал незнакомец, — и привлекло меня к вашим отношениям много лет назад. Венти попытался что-то сказать, но прорицатель проигнорировал его намерение. — Я мог видеть вас обоих, много лет назад. Я видел тебя, дорогой Алатус, с нефритовым копьем в руке, сражающегося с кровью со скрежетом в зубах. Я видел тебя, лорд Барбатос, когда в твоих руках был алкоголь, а на губах - спирт. Я видел, как один из вас мучился в ночи, а другой спал в пьяном угаре. Я видел, как один из вас прячется за впечатляющей маской, а другой - за вином. Председатель закрыл глаза, и его странный немигающий взгляд наконец скрылся. На пару мгновений в комнате воцарилась тишина. — Я мог видеть, — их голос стал тише, — Все. Каждый поступок, который вы оба когда-либо совершали. Я видел, как был изранен дорогой Алатус. Я видел, как лорд Барбатос в одиночестве наблюдал за восходом солнца. Я видел, как кровоподтеки появляются на коже воина, и видел, как любовь болит в сердце бога. Я видел, как дорогой Алатус отказывался дать волю эмоциям, и видел, как лорд Барбатос тонул в печали. Их голос прозвучал с болью. Как будто они сопереживали тому, что видели. А Сяо ненавидел мысль о том, что кто-то другой мог видеть все то, что видел Сяо, испытывал то же, что и он. Судя по озадаченному и разъяренному выражению лица Венти, можно было легко предположить, что тот чувствовал то же самое. — Если присмотреться, я могу увидеть вашу боль. Ваши страдания. Моменты, когда эмоции дорогого Алатуса просачивались сквозь щели и выплескивались наружу. Моменты, когда лорд Барбатос вспоминал некоторые фрагменты прошлого и позволял себе предаться забвению. И когда я лицезрел эти моменты, — Они, наконец, снова приоткрыли веки, и золото встретилось со взглядом Сяо. — Я не мог не проникнуться необъяснимым чувством печали за вас обоих, как будто я наблюдал за страданиями дорогих старых друзей. В вашем прошлом было невыносимое количество борьбы, и вы оба из разных регионов этого мира. Поэтому, когда я заглянул дальше то заметил что-то странное, мой интерес пробудился. — Что-то странное...? — Голос Венти зазвучал напряжённо. Те слегка кивнули. — Я видел вашу судьбу, лорд Барбатос. Я видел, как она искривляется и гнется в зависимости от каждого вашего выбора. То же самое относится и к уважаемому Алатусу. Но в вашей судьбе было нечто загадочное, лорд Барбатос, и я до сих пор не могу найти разумное обоснование происходящему. Я не могу объяснить, как я увидел, что ваши нити судьбы постепенно начали сплетаться с его роком, равно как и не в силах пояснить, почему же ваши пути оказались настолько тесно связаны друг с другом, что вас невозможно разлучить. Но опять же, вы оба, кажется, побороли то, что, по природе, не должно было быть возможным - вы так крепко обвились между собой, что окончательно обескуражили меня и то, что я воспринимал как норму. Пара хранила гробовое молчание. Сказать было нечего, на самом деле. Они ничего толком не могли произнести. Очевидно, их судьбы были... как-то связаны, и теперь им просто сообщили эту информацию, ожидая, что парни в нее поверят. Этот незнакомец запросто мог лгать. Или же, если учесть, что в прошлом он говорил им истину, вполне вероятно, что слова его соответствуют действительности. Все сказанное могло быть правдой, но тогда Сяо и Венти пришлось бы жить с осознанием того, что они были какой-то странной аномалией даже для самых опытных предсказателей. С одной стороны, Сяо хотел спросить, как они оказались особенными. Как именно они запутали и заинтриговали гадальщика. Но с другой стороны, тот ответил, что ничего не известно. Незнакомец продолжил. — Я видел, как ваши судьбы переплетались друг с другом. Я испытал благоговение; я никогда не видел ничего подобного. Не было ничего столь же крепкого, как эта ваша связь. И когда я решил взглянуть, я увидел будущее, которое было удивительно мирным по сравнению с прошлым. Я узрел поцелуи и объятия на пляже. Цветы, зажатые в пальцах друг друга. Танец под светом фонарей. На секунду повисла пауза. Сяо почувствовал, как чья-то рука накрыла его руку и крепко сжала. Венти не смотрел на него. Он просто молча взял Сяо за руку, все его внимание было приковано к незнакомцу перед ними. Глаза прорицателя мелькали между парой, затем уставились на стол. Казалось, он сам был в замешательстве, запутавшись во всем о чем говорил, но при этом не давал волю эмоциям. — Я не думал, что ваше будущее окажется будничным.. Я думал, что оно прекрасно. Прекрасное, пусть я и не знаком со значением данного слова. Возможно, я слишком... эмоционален, как мне казалось. Сентиментальный. Все, что вам обоим было нужно, это небольшой толчок в правильном направлении. — Взгляд оракула снова устремился на пару, и улыбнулся. — И именно поэтому - лорд Барбатос и дорогой Алатус - я предпочел вовлечься в события. Я увидел в звездах нечто бесценное, нечто, имеющее реальную и бесценную стоимость, и я решился связать всё воедино. Прекрасным. Не будничным. Сяо растерялся. Этот предсказатель, личность, которую Сяо считал таинственной и непоколебимой с момента первой встречи, увидел красоту в обыденном деле. В отношениях, которые, скорее всего, показались бы скучными. Кем бы не являлась данная сущность ни была то она явно не была смертной, и тот факт, что они могли чувствовать красоту, был для Сяо чем-то удивительным. Выбор прорицателя свести их вместе - это то, что спасло Сяо от жизни в сражениях. Это дало ему возможность встретить того, кем он очень дорожил, хотя когда-то думал, что никогда не сумеет полюбить. Несомненно, за странным взглядом ворожея было что-то еще. Вероятно, в нем мелькнула эмпатия, эмоции, которых у них не было. В них явно было что-то человеческое, но Сяо просто не до конца понимал, что именно. Они изменили ход событий и не просили ни признания, ни благодарности за содеянное. — Ты считаешь нас привлекательными...? — спросил Сяо. — Да, хотя я не знаю почему. Мое восприятие красоты - причина, побудившая меня вообще заняться подобным делом. Наверное, так я мыслю потому, что такого я еще никогда не видел, но я не утверждаю, что это плохо. Я понимаю, что мой разговор с вами сейчас может быть воспринят как неуместность, и поэтому приношу свои извинения. Вы спросите, почему я говорю с вами именно сейчас? Краткий и убедительный ответ заключается в том, что я хотел увидеть результат своих действий, и... я рад видеть, что сделал правильный выбор. Гадальщик резко обернулся, как будто только что услышал что-то странное. Затем они уставились пустыми глазами на дверь позади Сяо и Венти, как бы сигнализируя им, что им нужно делать. — Боюсь, наше время вышло, лорд Барбатос и дорогой Алатус. Я сам видел, к чему привел мой поступок в прошлом, и это все, что я хотел сделать. Я надеюсь, что объяснений, которые я вам дал было достаточно, чтобы утолить ваше любопытство, но я намерен воздержаться от дальнейших рассказов. Ох. Их никто не предупреждал о чем-либо подобном. Ни об истории, которую им рассказали, ни о том, как переплелись их судьбы, ни, тем более, о внезапной паузе. Сяо понадобилась секунда, но он встал, неуверенно глядя на незнакомца перед собой. Они были совершенно неподвижны и пристально всматривались прямо в него, и их взгляд был чуть более чем тревожным. Но независимо от их загадочной личности и происхождения, Сяо был рад, что они решили помочь свести их вместе. Даже если их отношения и прошлое отличались друг от друга. Венти выглядел так же обескураженным, как и Сяо, но тоже встал. Гадатель замолчал и выжидающе смотрел на них, явно ожидая, когда они уйдут. Но Сяо пришлось спросить еще раз. — Кто ты? Незнакомец промолчал. Затем раздался небольшой смех. Гадальщик наклонился вперед и уставился на Сяо с такой интенсивностью, что у того пробежала дрожь по позвоночнику. Он хотел было отвернуться от этого взора, но поборол желание. — Этого, — жеманно проговорил предсказатель, — я не могу тебе сказать. Но, дорогой Алатус, есть одна вещь, которую я могу поведать тебе. Это заставило Сяо слегка занервничать. Венти рядом с ним немного сместился и посмотрел на Сяо с обеспокоенным выражением лица. — Что же...? Дверь в комнате внезапно со скрипом открылась, и этот звук заставил вздрогнуть и Сяо, и Венти. Это происшествие определенно не являлось совпадением, особенно если учесть то, что сказал оракул дальше. — Дорогой Алатус. Когда ты смотришь ночью на звезды и небо, знай, что мы взираем на тебя.

***

Брук была права, когда утверждала, что Сяо будет хорошо смотреться в красном. Он стоял перед маленьким зеркалом, которое находилось у нее дома. Он не мог полностью рассмотреть свое тело, но достаточно дабы взглянуть на плечи и лицо. Брук проделала очень хорошую работу. Сяо с трепетом взирал на красную ткань. Очень долгое время этот цвет ассоциировался у него с кровью. Это то, что он видел почти каждый день. Но сейчас, в такой важный день, как сегодня, Сяо не мог отделаться от ощущения, что его восприятие данного цвета изменилось. Алая ткань истончилась под его пальцами. Она слегка колыхалась при малейших движениях, и Сяо завороженно и взволнованно наблюдал за ней. Какая-то его часть – возможно, та, что шла вразрез со своими старыми убеждениями, – лишь на секунду отметила, что он выглядит довольно привлекательно. Венти не пришлось даже говорить ему об этом. Он сам так решил, без посторонней помощи, и Сяо счел это улучшением. Венти столько раз говорил ему, что он привлекателен, но потребовалось много времени, чтобы адепт самостоятельно пришел к такому выводу. Что ж. По крайней мере, в комнате он был не один. Когда Сяо на секунду оторвал взгляд от зеркала, он увидел Венти за обеденным столом Брук, на его лице блуждала ухмылка. В ответ на улыбку Венти посмотрел ему в глаза, и Сяо мог поклясться, что заметил, как его ноги слегка подкосились, когда они встретились взглядами. Возле зеркала стояла сама Брук и возилась с чем-то на полке рядом с собой. Через пару секунд она заметила, что Сяо с любопытством смотрит на нее, и на женщины лице появилась усмешка. Она протянула к нему руку и погладила его по голове, отчего Сяо смутился, а Венти громко фыркнул. - Удобно? - спросила она. Сяо кивнул в ответ и тут же снова посмотрел в сторону Венти. Он хотел немного поговорить с Венти, но тут Брук схватила его за руку и оттащила на несколько метров в кресло. Сяо вздохнул, но не стал жаловаться. Он немного устал; они с Венти пробыли в доме Брук уже около часа, причем Венти все это время просто следил за тем, как Сяо суетится. Брук настаивала на том, чтобы тот выглядел "достаточно хорошо, чтобы заставить Венти засмущаться", и бард, похоже, находил это очень забавным. Брук почтительно отвернулась, когда Сяо натянул на себя то, что та приготовила, но Венти с улыбкой наблюдал за происходящим, сказав ему, что тот выглядит прекрасно. ...Этот комплимент, конечно, не помог Сяо, и без того испытывающему все большее беспокойство по поводу похода в гости и дня в целом. В какой-то момент Сяо протянули влажное полотенце и велели вытереть лицо. Как только он вытерся, Брук тут же принялась укладывать его волосы назад и велела закрыть глаза. Он так и поступил. Через мгновение он почувствовал на своей коже легкие мазки, что-то сухое. Только через секунду он понял, что это какой-то макияж. Кисточка прошлась по его щекам и носу, и Сяо замолчал. Брук рассказывала о своих днях в спокойном тоне, но Сяо почти не обращал на это внимания. Он думал о другом. В основном Сяо был занят мыслями о Венти. Свадебная одежда, кольца. Но фоном для его сознания служили воспоминания о прошедшей ночи, чреватой тем незнакомцем и смятением. Он старался не думать об услышанном слишком много. По крайней мере, не сейчас. Потом у него будет время подумать об этом более тщательно. А пока он сосредоточился на том, что произойдет всего через пару часов. То, чего он ждал уже несколько месяцев. Гадатель наговорил слишком многое, чтобы парень смог переварить за одну ночь. Пара молча покинула чужака, слоняясь по улицам Мондштадта, и была вынуждена задуматься о том, что только что произошло. Им дали туманное толкование, но, по крайней мере, это было хоть что-то. Это был ответ, о котором они долго думали. Тот факт, что с ними вообще заговорили, сам по себе чудо; этот незнакомец запросто мог решить никогда больше с ними не связываться и оставить их в замешательстве до конца времен. Это было всего лишь незначительное разрешение проблемы, но, тем не менее, это был выход. Они поговорили об этой теме, как только вернулись в гостиницу. Несколько часов они болтали, размышляя о словах незнакомца и судьбе. Как так или иначе они были связаны с самого начала. Они знали, что есть что-то, что явилось причиной случившегося. Что-то за гранью понимания. Венти не мог дать никаких ответов. Он утверждал, что знает многое о божественности, но ничего о судьбе или удаче. Он казался... расстроенным, что вполне понятно. То, что ему сказали это накануне свадьбы, конечно, сделает следующий день несколько дискомфортным, но все же. В конце концов пара заснула, проснувшись уже в позднее время и взволнованная. На секунду они забыли о том, что произошло всего за пару часов до этого, и недолго обсудили свои планы с хозяйкой постоялого двора. Трактирщица в лучшем случае была равнодушна, а в худшем - раздражена. Пара понятия не имела, что она делает за стойкой, но она настаивала, что занята, и прогоняла их. На это Венти закатил глаза и ушел, прихватив с собой Сяо. И вот теперь они оба были в доме Брук спустя считанные часы, измученные, но счастливые. . Сяо не думал о предсказателе, пока кисти Брук скользили по его коже. Он предавался воспоминаниям. Он чувствовал весенний ветерок, проникающий в комнату через открытое окно. Это было приятно, приятно, и это напомнило ему о событиях многолетней давности. В прошлом каждые несколько дней шел мелкий весенний дождь. Он увлажнял землю и затруднял бой, так как трава и грязь становились мокрыми, но запах сырости странно успокаивал, и Сяо никак не удавалось обьяснить почему. Возможно, он вспоминал флейту Дихуа, измельченный речной тростник и смрад крови. А может быть, отдаленная часть его самого вспомнила войны, которые велись много веков назад, когда друзья погибали среди насилия и горя. Ему казалось, что теперь он может оставить все это позади. Конечно, он все равно будет помнить об этом. Попытается. По крайней мере, он постарается сохранить те воспоминания, которые у него есть - было бы ужасно забыть. Но в глубине души он надеялся, что всего через пару часов он сможет отпустить некоторые моменты прошлого. Сейчас не с чем было бороться. Не было нужды беспокоиться о прошлом, когда еще так много нужно думать о будущем. Брук зачесала его волосы назад и хмыкнула. Сяо открыл глаза и увидел, что она наклонилась к вазе на подоконнике и достала из нее одинокую сесилию. Всего одну - лепестки цветка были в капельках воды. Она улыбнулась Сяо, когда тот заметил растение, затем подняла руку и воткнула его в волосы. Должно быть, она сорвала сесилию совсем недавно, раз та не завяла. Возможно, она забрела на Утес Звездолова еще до появления пары, чтобы нарвать сесилий специально для этого момента. Сяо на секунду прикоснулся к растению и отдернул руку, но на кончики пальцев попала роса. Он взглянул на Венти, на что тот широко улыбнулся, и это помогло ему слегка успокоить нервозность. — Что ж. Я бы сказала, что проделала неплохую работу. Не то чтобы я постоянно помогала людям, но для такого дела, думаю, я справилась. Скажи мне, что ты думаешь, Сяо. — Брук откинулась назад, глядя на него с хмыканьем. Сяо встал, и в его ногах появилась дрожь, которой раньше не было. Он попытался стряхнуть ее. Зеркало казалось более четким, чем раньше. Сяо встал перед ним и уставился на свое отражение. По всем стандартам, Сяо полагал, что его внешность можно считать красивой. На секунду в зеркале он отчетливо увидел ресницы, разглядел очень тусклый красный блеск, которым были накрашены его губы. На его коже не было никаких пятен. Лишь алый цвет и пронзительное золото его собственных глаз, напомнившее ему о прошедшей ночи. Его взгляд задержался на зеркале еще на секунду, после чего он обернулся к Венти, который деловито приглашал его к столу. Сяо послушно подошел, а Венти тут же поднялся со стула и притянул его к себе. Он слегка откинулся назад, наклонился и обхватил лицо Сяо. — Ты такой симпатичный, Сяо. Или прекрасный. Или красавчик. Или как хочешь, чтобы тебя называли. В общем, все перечисленное. Красавчик– — Давай не будем забывать о том, кто помог тебе со всем этим, а? — Брук прочистила горло, находясь в другом конце комнаты. — Конечно. Спасибо, большое. Не знаю, как мы сможем отплатить тебе, честно говоря. Ты очень много сделала. — Венти звонко рассмеялся, что было весьма приятно. Брук пожала плечами. — Мне не нужна оплата. Просто здорово, когда есть чем заняться. Или, скорее, приятно иметь компанию, с которой мне приятно находиться рядом. Но помимо всего прочего... — Она сделала неопределенное движение рукой, — Венти, тебе, наверное, стоит подойти сюда и тоже подготовиться. Венти вздохнул, кивнул, затем чмокнул Сяо в щеку и вырвался из его объятий. Сяо остался один в комнате, и он почувствовал, как слабый румянец заливает его щеки. Мысль, которая пришла ему в голову ранее - та, когда он на мгновение подумал, что он привлекателен, – похоже, подтвердилась благодаря Венти. Этого было достаточно, чтобы Сяо засмущался, хотя он и не знал, почему так отреагировал. Он аккуратно сел на то место, где раньше сидел Венти. В нескольких шагах от себя он наблюдал, как тот напевает себе под нос, стягивая с себя вещи, а Брук вновь отвернулась. Он следил. Наблюдал, как Брук упрекала Венти точно так же, как и его несколько месяцев назад, когда женщина высказала претензии, что он слишком худой. Сяо увидел, как Венти натягивает что-то белое, и это напомнило Сяо о свадьбах смертных, о которых он читал мельком в записях или книгах. Женщина, одетая во что-то формальное и пышное. Мужчина, одетый в нечто торжественное и строгое. Их свадьба проходила под взглядами множества людей, которые являлись свидетелями их союза. Будут цветы и подарки, пожелания гостей. Сяо и Венти не хотели приглашать гостей. — Никто не должен наблюдать за нами как я считаю. Это союз, затрагивающий божественное начало, не так ли? Я не понимаю, почему смертные должны иметь возможность лицезреть нечто подобное, а тем более подходить к нам близко и разговаривать с нами после этого. — сказал Венти. Но, как и говорил предсказатель накануне вечером: Звезды наблюдали. Венти продолжал посматривать на адепта из другого конца комнаты и улыбаться ему, на что Сяо старался отвечать взаимностью. Несколько минут он вспоминал о любви. Об их первой встрече. Об океане, Ли Юэ и глазурных лилиях, стоявших в их старой комнате в гостинице. Он закрыл глаза. На мгновение он позволил себе порассуждать. Интересно, как бы сложилась его жизнь, если бы он не встретил Венти. Если бы тот не относился к нему со всей добротой, поддержкой и лаской. Если бы он ушел в тот день и не вернулся. Он позволял себе размышлять о таких вещах, но лишь на мгновение. Теперь это было в прошлом. Сяо слегка коснулся сесилии в своих волосах, пытаясь убедиться, что та не выпадет в скором времени, когда увидел, как Брук заправляет цинсинь в волосы Венти. Цинсинь. Этот цветок они специально купили у цветочника в городе, и теперь тот сочетался с белым одеянием Венти. Оба вида растений росли только на возвышенностях, в уединенных местах, там, где дул сильный ветер и воздух был разреженным. Чтобы сорвать их, требовалось немало усилий. За ними нужно было ухаживать особым образом, если они были сорваны с места их первоначального произрастания. В волосах Сяо и Венти они благоухали, и их запахи смешивались друг с другом, когда пара обнималась. Венти был еще красивее, чем обычно, он улыбался, глядя на Сяо. На вдохе Сяо уловил сладкий аромат сесилии, и на мгновение вспомнил, как покраснел, когда впервые почувствовал этот запах. Так или иначе, чуть больше года прошло, а Сяо все не мог успокоиться, позволяя выплеснуться наружу всем эмоциям и воспоминаниям, которые он всегда держал в себе. Если предсказатель был прав и нити судьбы существовали, то Сяо не мог не чувствовать, что за весь прошедший год все складывалось только в его пользу. «Он заслужил это.» — подумал он. Их объятия прервала Брук, говоря о том, как хорошо она потрудилась, хваля себя за то, что так много работала. Венти вновь посмеялся, указал на Сяо и заявил, что она абсолютно права, что Якша прекрасен. Сяо почувствовал, что снова краснеет, и, видимо, это было заметно по его лицу, потому что Брук и Венти, похоже, расхохотались еще сильнее. Наступил момент, когда им нужно было уходить. Они готовились достаточно долго; скоро, пара доберется до пляжа, где они воссоединились, и солнце зайдет. Погода будет приятной, волны - не слишком сильными и не слишком слабыми. Улыбнувшись и кивнув, Брук пожелала им всего хорошего, сказав, чтобы те держались в безопасности и удачи. Она похвалила бы их обоих, сказав, что они созданы друг для друга. Она была права. В конце концов, так было предначертано звездами. Сяо поблагодарил ее, на что Брук улыбнулась и пожала плечами. — Я не против помочь, если знаю, что поддерживаю что-то значимое. — произнесла она. Они в долгу перед ней, знал Сяо. Но он и не противился. Если уж на то пошло, она заслуживала того, чтобы ее благодарили вновь и вновь, дарили вещи, которые в будущем она, возможно, отказалась бы принять в качестве платы. Она достойна благодарности, которую пара была более чем счастлива выразить. Они вышли из ее дома, и солнце грело их спины. Женщина помахала им рукой, велев скоро вернуться и все ей рассказать. Через секунду дверь закрылась, заставив Венти крепче сжать руку Сяо. Точно так же и их нити судьбы вновь натянулись.

***

При виде пляжа Сяо вспомнил, как они воссоединились. Воздух ощущался приятным, теплым, океан был в затишье, как и год назад. Вскоре должно был наступить закат. Это напомнило Сяо о мелочах, о простых временах. Они стояли посреди пляжа на песке, и Сяо дышал. То вдыхая, то выдыхая. Что-то сродни беспокойству кольнуло его в затылке. Ведь момент был действительно важный, не так ли? Это было прямо перед тем, как они– — Эй, — Венти улыбнулся и помахал рукой перед глазами Сяо, — о чем ты задумался? Венти непременно нужно было знать, о чем именно думает Сяо. Но выражение его лица не изменилось. Наклонив голову, парень с любопытством наблюдал за бардом, и о, он был так красив. Под лучами солнца тот выглядел еще лучше, хотя Сяо и не ожидал, что подобное возможно. Сяо молча уставился на парня, не зная, что ответить. Когда Венти задал вопрос, адепт думал о многих вещах. Он думал о любви и будущем, пытаясь отпустить прошлое. О трагедии, пусть и старался не вспоминать о негативных событиях. Несколько минут парень ничего не отвечал, как вдруг его щеку накрыла чья-то рука. — Тейват вызывает Сяо. Что заставило тебя так отвлечься? — Голос Венти звучал мягким. Ох. Сяо не был уверен, что сможет ответить на вопрос. Точнее, он догадывался, что его отвлекает, но не понимал, как сформулировать то, что хотел сказать. — Ничего особо важного. Позже будет время поговорить о разных вещах. — Он прикоснулся рукой к щеке и отстранился. Венти понадобилось несколько секунд, но затем он слегка улыбнулся. — Хорошо. Мы можем это сделать. Только скажи мне, когда, хорошо? — Последовал поцелуй в лоб Сяо. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. — У Сяо перехватило дыхание. Венти засмеялся, тихо и беззаботно. Через мгновение он протянул руку Сяо и сжал ее, улыбнувшись Сяо. — Ну что, пойдем? Сяо сглотнул, предвкушение и нервозность нарастали внутри него. Он был так взволнован, что не знал, что делать с собой, и уже чувствовал, как дрожь пробирает его застывшую фигуру. Его кивок был неуверенным, а дыхание - прерывистым Сяо давно ждал этого момента. Не только месяцы после помолвки, но, возможно, и годы. Годы, с тех пор как он впервые встретился с предсказателем и ему поведали о Венти. Все в его жизни шло к этому моменту. Время пришло. Сяо было что сказать. Они начали идти по песку. Ноги Сяо сотрясались с каждой минутой все сильнее, его шаги были шаткими. Он не понимал, как Венти не услышал биение его сердца, учитывая, что оно колотилось так сильно. Однако тот никак не прокомментировал ситуацию. Он чувствовал Венти рядом с собой, чувствовал, как рука обхватывает его в районе талии, пока они шли. Пальцы слегка прижимались к его пояснице, нежно, и от этого прикосновения Сяо захотелось обнять Венти так крепко и никогда не отпускать. Венти по-прежнему бережно обращался с юношей, словно с ценным даром. Сяо настолько привык к ласковому обращению, что уже почти не замечал подобного. Гадатель оказался прав, сказав, что Сяо стал смирным. Так и есть. Его сердце больше не испытывало тяжести, оно чувствовало себя настоящим, каким раньше не было. Он не возражал быть послушным. Или нежным. От руки Венти на его талии исходило тепло, утешение, как и от ветра. То, чем Барбатос благословил эту землю так давно, овеяло его лицо, всколыхнув сесилию в его волосах. Опять вдох. Вдох и выдох. Они вышли на край океана, где вода лениво плескалась о берег и отступала. На краткий миг Сяо уставился в бескрайние водные просторы, вздрагивая, несмотря на то, что Венти находился рядом с ним. Кисть покинула его талию, ухватившись за руку. И Сяо окинул его мимолетным взглядом, молча, почему-то чувствуя себя скованно, несмотря на то, что они уже давно были вместе. Он ощущал себя так же, как и год назад, влюбившись в Венти, о чем даже не подозревал. — Я люблю тебя. — это признание, затихнув, покинуло его. — О? Я не думал, что мы так скоро будем говорить подобные вещи? — Выражение Венти перешло от спокойствия к мягкому веселью, и на его лице заиграла слабая улыбка. Сяо покраснел, и это вызвало смех. Вдох и выдох. В этот момент Сяо понимает, что дыхание Венти сбивается, когда тот смотрит на него. Держа его руку, Сяо не понимает, что чувствует под кончиками пальцев - пульс собственного сердца или сердца Венти - оно бьется ровно, уверенно и сильно. Он закрывает глаза. Сосредотачивается на ощущениях, сосредотачивается на присутствии того, кто стоит перед ним и кто собирается быть рядом с ним как можно дольше. Он чувствует, как большой палец легонько проводит по его ладони, прикосновение успокаивает, несмотря на свою несущественность. Где-то глубоко в сердце, возможно, он чувствует это - судьбы, которые были так крепко связаны друг с другом так давно. Это ностальгическое чувство, похожее на то, что он испытывал много раз в прошлом. Он открывает глаза. И сталкивается с улыбкой Венти, чей взор не покидает Сяо. Сяо делает вдох. Вдох. Отдышка. Выдох. И начинает говорить. — Я не думаю, что когда-либо существовал миг, Венти, — дрожащим голосом начинает Сяо, — когда я не любил тебя. Думаю, с самого начала – с той секунды, как я впервые увидел тебя, - меня влекло к тебе. Может, это звучит странно, но– Венти выглядел... удивленным, его глаза слегка расширились. Казалось, бард не ожидал, что Сяо что-либо скажет. — Меня привлекла каждая мелочь в тебе. Мне нравится твоя улыбка, и твой смех, и твои частые напевы. Мне нравится, что ты так безмерно дорожишь, что ты ласков и страстен. Мне нравится, что ты нежный, милый и очень красивый. Сяо чувствует, что краснеет. На мгновение он выдерживает взгляд Венти, но лишь для того, чтобы произнести еще одну вещь. — Я люблю тебя больше, чем все, что я когда-либо знал, Венти. Мое восхищение по отношению к тебе может разрушить меня, но я буду рад этому. — Он отводит взгляд, смотрит на их руки, его щеки пылают румянцем. — Я люблю тебя. Я люблю тебя так сильно. И я хочу... хочу остаться с тобой. Настолько долго, насколько мне позволит время. Столько, сколько нам отведено. Может произойти нечто, что помешает нам. Разлучит нас. Но даже тогда я постараюсь сделать все возможное, чтобы быть рядом с тобой. Клянусь, что буду. — Сяо повторно бросает на него взгляд. Наступает тишина, и Венти требуется мгновение, чтобы понять, что Сяо дает обет, а не просто говорит. Обещает. Ему требуется еще немного времени, чтобы понять, что это свадебная клятва, которую произнес Сяо. То, что Венти думал, что не услышит во время их свадьбы, было произнесено вслух и смело, с искренним выражением лица Сяо и очаровательным румянцем на его коже. Это простые обеты. Но их достаточно. Именно благодаря им Венти делает шаг вперед, нежно обнимая его, хотя ему хочется прижаться к парню еще ближе. Именно они заставляют Сяо вжаться в плечо адепта, его дыхание участилось. Вдох. От Венти приятно пахнет сесилиями и океанской солью. Сяо закрывает глаза. И понимает - понимает, что смог сказать то, что хотел сказать. То, что терзало его при попытке изложить слова на бумаге. Они не были такими сложными, как он, возможно, хотел. Но их все равно оказалось достаточно, потому что Сяо почувствовал что-то теплое на своём плече и понял, что это слёзы. Слезы счастья, стекающие по щекам Венти, которые заставляют Сяо на мгновение отстраниться и вытереть их. Глаза Венти мокрые, и он пытается говорить. — Сяо, я... — Он наклоняется ближе, сталкивает их лбами, и его голос срывается. — Я люблю тебя. Я люблю тебя так сильно, что нет слов, чтобы описать, как сильно я люблю тебя, это– — Тогда не говори ничего, — отвечает Сяо, закрывая глаза. — Тебе не нужно ничего говорить. В этом нет необходимости. Ты все ясно сказал, Венти. Я знаю, что я важен для тебя. Я знаю, что ты любишь меня. Так что если ты не в силах ничего сказать, не пытайся себя заставить. На секунду воцаряется тишина, затем раздается смех, задыхающийся. — Нет, я... — на лице Венти появляется улыбка, — я хочу сказать тебе кое-что. И я понимаю, что не так давно я разорвал свои клятвы, но... дай мне секунду на раздумье, хорошо? Сяо медленно кивает, и что-то в безмятежности лица Венти в следующее мгновение заставляет его захотеть поцеловать его. Он знает, что не может; их поцелуй должен повременить еще немного. Но то, что Венти находится так невероятно близко, то, что он может видеть мельчайшие черты его лица, заставляет сердце Сяо замирать. Наступает тишина, но лишь на миг. Она нарушается, когда глаза Венти распахиваются, его взгляд сразу же устремляется на Сяо, и он наполнен нежностью. Он протягивает руку. Его ладонь проводит по щеке Сяо, скользит по шее. Он так близко к Сяо, губы всего в паре дюймов от его губ, и Сяо хочет сократить это расстояние. Он хочет наклониться вперед, поцеловать его мягко и медленно. «Наберитесь терпения», — напоминает адепт себе. — Возможно, эти брачные обеты будут звучать не так хорошо, как твои, потому что я просто сочиняю их на ходу. Но все же я хочу кое-что пообещать тебе, Сяо. Правда, хочу. — Венти произносит слова, его голос звучит тихо и интимно, несмотря на место, где они стоят. Сяо молчит, кивая, и Венти продолжает. — Я надеюсь, что... я сумел хорошо показать тебе любовь. Если это так, то я горжусь собой. — Венти улыбается, и мир словно растворяется в воздухе. — Надеюсь, я дал тебе то, что ты заслуживаешь, а заслуживаешь ты право любить и жить так, как тебе нравится. Сяо не понимает, как реагировать. Слова звучат для него как нечто непредвиденное, хотя он уже давно слышал от собеседника подобные вещи. Он сосредотачивается на голосе Венти, на том, как тот, похоже, погрузился в любовную истому. Его дыхание дрожит, хотя парень пытается успокоиться. — Мне... — Венти на мгновение задумывается, — повезло во многих смыслах, потому что я встречал сотни и сотни людей, и ни один из них не может сравниться с тобой. И я знаю, что иногда ты можешь считать себя глупым или ничтожным по сравнению с другими, но я обещаю, что ты гораздо важнее других. Для меня ты – это ты. Раньше я думал, что влюбленность для архонта не имеет значения. Но я – бог ветра, и я вполне заслуживаю этой свободы. Как и ты. Ты заслуживаешь иметь подобную возможность, Сяо. Поэтому я рад, — говорит Венти, — что влюбился в тебя. Это... это было лучшее, что я когда-либо случалось со мной, я так считаю. И если ты не возражаешь, я хочу сказать еще несколько вещей. Могу я их озвучить?Раньше я думал, что влюбленность – это неважно для архонта. Но я – бог ветра, и я более чем способен иметь такую свободу. Как и ты. Ты заслуживаешь иметь такую возможность, Сяо. Поэтому я рад, — говорит Венти, — что влюбился в тебя. Это... это было лучшее, что я когда-либо делал, я думаю. И если ты не возражаешь, я хочу сказать еще несколько вещей. Могу я их сказать? Сяо кивает - осторожно, быстро. Он не представляет, что собирается поведать Венти, но даже с тем, что он уже выслушал, он не уверен, что сможет выдержать больше. Это слишком. Слова Венти приятны, несмотря на то, что он почти ничего не сказал, и от этого Сяо еще больше хочется его поцеловать. Было бы так легко, знает Сяо. Было бы так легко просто наклониться вперед, запустить руку в волосы Венти и притянуть его к себе. Он мог бы сделать это в один миг. Он мог бы поцеловать барда пылко и бурно, и Венти позволил бы ему поцеловать себя. Он бы не отступил, Сяо знал. Он уверен, что Венти растворится в страсти,и с протяжным выдохом отдастся ему и вернет поцелуй. О, он знает. Но все же главное - терпение. Сяо выслушивает Венти, вместо того чтобы забегать вперед и портить момент. Он глядит на Венти, и не может отделаться от ощущения, что тот необыкновенно красив, когда он так делает. — Ладно, Сяо, — тихо говорит он, — послушай меня секунду. Тебе не обязательно верить всему, что я говорю, но хотя бы попытайся довериться мне. Хорошо? Проходит мгновение, и Сяо понимает, что боится. Опасается не из-за чего-то зловещего, а потому что боится, что Венти выскажет в его адрес что-то грубое, хотя прекрасно понимает, что этого не случится. Венти не скажет ему ничего подобного, он уверен. Не сейчас, и уж точно не в будущем. Он прогоняет подобные мысли прочь. Он слушает. — Я хочу заботиться о тебе, — начинает Венти, и его голос настолько низок, что Сяо готов поклясться, что слышит, как тот ломается. — Поэтому я рад, что сумел добиться успеха. Я счастлив, что могу просыпаться по утрам рядом с тобой, и я рад, что могу обнять тебя, когда все плохо. Когда я говорю, что я счастлив, я подразумеваю это - я вне себя от радости, что могу целовать тебя, держать тебя за руку и говорить, что ты красивый. Вдох и выдох. Венти делает вдох, долгий и протяжный. — Мир стал ярче, потому что в нем есть ты, Сяо. Благодаря тебе я просыпаюсь по утрам. Из-за тебя я так часто улыбаюсь и смеюсь. Благодаря тебе. Именно за это, и за многое, многое другое, я люблю тебя. Я люблю тебя до такой степени, что не уверен, способно ли мое сердце выдержать подобное. И это нормально; меня все устраивает, пока я могу проводить время с тобой. Воцарилась тишина, за исключением их учащенного дыхания. Подул ветер, и на какое-то время на берегу воцарилось спокойствие. Как будто этот пляж принадлежит только им, и никому и ничему другому. Есть лишь порывы ветра, вода и песок, а еще - две одинокие фигуры. Они стоят в одиночестве, но они есть друг у друга. В глазах Сяо скапливается что-то незнакомое. Слезы, понимает он. Он не знает, почему это слезы; он слышал анологичные снова и снова от Венти. Но услышать в столь важный момент что-то в этом духе - абсолютно иное, по сравнению с тем, что он слышал в повседневной обстановке. Услышанное от парня пробуждает что-то внутри Сяо, нечто живое и смелое. Он не думает, прежде чем действовать. Это импульсивный поступок, он знает, но это неважно. И вот он уже набрасывается на Венти с поцелуем, как мотылек на пламя, руки адепта слепо хватаются за талию барда, и... ...Его останавливает Венти, в последнюю секунду подносящий палец к губам. Сяо встречает его улыбкой, и о, она драгоценна, даже когда Венти вежливо отстраняется. Возможно, Сяо ошибался, предполагая, что Венти согласится на поцелуй; похоже, что Венти хотел поддержать хотя бы одну вещь в том, что считается "традиционным браком" - пара не может целоваться, пока все не будет сказано и сделано. Сяо не уверен, где Венти слышал или видел о подобном во время свадьбы, но совершить это крайне сложно. Больше всего на свете Сяо хочет поцеловать его. До безумия. — Обычно я приветствую поцелуй, Сяо, но сейчас не до этого. Давай я закончу сначала? — Когда Венти заговорил вновь, на щеках Сяо появился румянец. Он говорит не сердито, а с легкой забавой. Искра появляется в аквамариновых глазах, и Сяо шепчет хриплое "Да", а затем поспешно вытирает глаза. Сяо не хочет плакать на месте, ему кажется, что слезы испортят момент. Венти поначалу ничего не говорит. Но уже через мгновение он обнимает Сяо, и Сяо тут же утыкается ему в плечо. — Я знаю, что часто это говорю, — говорит Венти, прижимаясь к волосам Сяо, - но я думаю, что ты очень красивый, и я всегда буду так думать о тебе, несмотря ни на что. И твоя улыбка... — Сяо чувствует ухмылку против его волос, — я надеюсь, что после этого события ты сможешь улыбаться чаще, ведь когда ты улыбаешься, то, на мой взгляд, это совершенно очаровательно. Сяо закрывает глаза. Старается не позволить себе впасть в эмоции сильнее, чем следует. Но он помнит прошлую ночь, слова предсказателя о том, что его эмоции просачиваются сквозь призму. Он хочет выпустить их наружу. Поэтому Сяо позволяет слезам пролиться, а не смахивает их. Он ничего не говорит, ничего не делает, только крепче обнимает Венти, поскольку это все, что он хочет сделать. — Я люблю тебя. Люблю. Мой обет тебе, Сяо, таков: Я обещаю, что всегда буду любить тебя, что бы ни случилось, независимо от того, что произойдет, и даже если ты не любишь себя. Я буду. Я обещаю, что буду. — Венти ощущает что-то мокрое на своем плече, но продолжает. Вот и все. В голосе Сяо звучит надломленность, которую он едва осознает, прежде чем его зрение затуманивается слезами. Он не собирался быть таким сердечным. Он не хочет быть таким. Но все же, этой придуманной клятвы Венти оказалось более чем достаточно, чтобы Сяо отреагировал так же, как и Венти: плакал и бормотал, уткнувшись в плечо. Он чувствует себя глупо, что плачет из-за происходщего, хотя знает, что Венти не почувствовал бы то же самое. Во всяком случае, слезы не являются чем-то плохим - они оправданы, они текут быстро и пачкают ткань одежды Венти. Сяо по большей части приглушает себя. Для всего есть свое время и место, он знает, но не может остановить себя. Возможно, какая-то его часть не хочет прекращать плакать, ведь тогда это будет конец их маленьким объятиям. Но в конце концов, независимо от того, текут у Сяо слезы на глазах или нет, Венти отстраняется. — Что случилось? — Когда парень смотрит на лицо Сяо, выражение его лица сразу же смягчается. К этому моменту Венти уже должен понять, в чем дело. Ничего. На самом деле ничего не случилось, и Сяо не знает, будет ли так когда-нибудь. Плач не всегда является чем-то плохим, но, тем не менее, Сяо чувствует себя глупо из-за плача. Адепт уверен, что его глаза сейчас выглядят усталыми, а лицо изможденным, несмотря на то, что он потратил столько времени на старания Брук придать ему хороший вид. — Все в порядке, — выдохнул Сяо, и вдруг рука снова оказалась на его щеке. — Я... потрясен, я не– — Шшш. Все в порядке. — Сяо так сосредоточен на словах Венти, что едва замечает, как вытирает слезы. — Не волнуйся ни о чем ни на секунду, хорошо? Дай себе время успокоиться. Сяо медленно кивает, соглашаясь, и мир вокруг них погружается в безмолвие. Сяо, сумев на мгновение задуматься о чем-то, кроме присутствия Венти, видит, что небо стало значительно темнее, чем было раньше. Солнце уже почти зашло, а на горизонте все еще виднеются блекло-розовые лучи. Здесь спокойно. Здесь не с чем бороться. На песке лежат ракушки, а прилив угрожающе приближается к тому месту, где они стоят. Здесь дует легкий ветер, отмечает Сяо. Наступает момент, когда Сяо наконец немного успокаивается, и тогда Венти прижимает их лбы друг к другу и улыбается. — Скажи, Сяо... — Венти закрывает глаза. — Что...? — Во время обычной свадьбы... пара надевает обручальные кольца на пальцы друг друга. Но вместо этого ты бы хотел попробовать что-то другое? Вопрос приводит Сяо в замешательство. Он не совсем понимает, что имеет в виду Венти, и то, что тот сказал за несколько минут до этого, все еще в его памяти. Но ему любопытно, к чему клонит Венти. Поэтому он кивает, и на его лице появляется широкая улыбка. — Тогда давай обменяемся чем-нибудь другим, — говорит Венти с легким волнением в голосе. — Цветами. Цветы? Сяо требуется секунда, чтобы припомнить, какие цветы были воткнуты в их волосы раньше, и его рука тут же тянется к ним. К счастью, они всё ещё там, закреплённые в прядях, с которыми суетились раньше. Он чувствует лепестки той сесилии под своей рукой и ощущает, как они трепещут от дуновения ветра. Волосы Венти по-прежнему украшает цинсинь. Он выглядит с цветком весьма привлекательно. Если парень желает обменяться цветами, то Сяо не против. Он сдерживает себя, когда протягивает руку, вынимает цинсинь из волос Венти и любуется им. Прошло пару месяцев с тех пор, как он видел этот цветок, и он напомнил ему о Ли Юэ, о месте, которое он мог бы посчитать своим домом. Он вновь поднимает взгляд на Венти. А может, дом – это Венти? Венти улыбается и проделывает то же самое. Он быстро вынимает сесилию из причёски Сяо, затем смотрит на неё. Она напоминает ему о Утесе Звездолова, о нефритовых кольцах и ночах, проведенных в объятиях друг друга. Цветок вызывает в нем положительные воспоминания, и он надеется, что и у Сяо он пробуждает такие же. Так и есть. Сяо смотрит на сесилию дрожащими руками, и цинсинь, который он держит в руках, едва не ускользает из кончиков его пальцев. Он знает, что его трясет, когда тянется и забирает сесилию из рук Венти. Он знает, что волнуется, когда заправляет ее в волосы Венти, и это вызывает у него теплую улыбку. И о, почему-то Венти выглядит еще красивее с этой сесилией в волосах. Вдохнув, он бережно берет цинсинь из его руки, любовно заправляя за ухо. И Сяо наклоняется к барду, жаждая его прикосновений, жаждая той сладкой ласки от Венти, к которой он так привык. К счастью, Венти дарит ее. Руки опускаются по бокам лица Сяо, и когда Сяо открывает глаза, его встречает искреннее и серьезное выражение. — Можно тебя поцеловать? Вопрос задан с трудом, с недоверчивой улыбкой, как будто Венти не может поверить, что он зашел так далеко. Он выглядит прекрасно. Но поцелуй - это то, что скрепляет брак, знает Сяо. В каком-то смысле, Венти спрашивает, может ли он действительно скрепить этот союз, и Сяо с радостью соглашается. Сяо молчит, но проводит рукой по шее Венти. Смотрит на него, как бы спрашивая, действительно ли они могут связать себя узами брака. В ответ тот улыбается, и Сяо наклоняется вперед и целует Венти. Этот поцелуй... он напоминает Сяо их первый, состоявшийся на пляже, где они сейчас стояли. Поцелуй напомнил Сяо о наслаждении, которое он получал, когда его утешали. Напоминает о поцелуях во время секса, грязных и страстных. Заставляет вспомнить утес, место, где Венти сделал предложение. Это всего лишь поцелуй. Но он лучший из всех, что были у Сяо. Во время поцелуя он чувствует нечто непривычное, а через секунду понимает, что это улыбка, тянущаяся с его губ, и это длится недолго. Он усмехается в ответ на поцелуй, и что-то влажное скапливается в его глазах. Он понимает, что счастлив. Что улыбаться так сильно – это хорошо и правильно, оправданно, потому что теперь они будут считать друг друга мужьями, а не женихами. Ему все равно, что другие люди не будут считать их супругами. Когда они отстраняются, Сяо сразу же обнимает Венти, а тот смеется, прижимаясь к его волосам. Он обнимает его в ответ. И знает, что, несмотря на будущее, все будет хорошо. Сяо закрывает глаза. Он тихо напевает. Слышит, как Венти вновь и вновь повторяет "Я люблю тебя", и эта фраза разожгла в нем что-то мощное. Он влюблен. Это хорошо, он знает. Поцелуи осыпают его волосы, шею и губы. Он принимает ласку, прильнув к ней непринужденно, потому что ему нужна эта любовь. Когда Сяо по-настоящему сосредотачивается на Венти и окружающем мире, он определенно чувствует – судьбы закручиваются вокруг друг друга, скрепляясь в тишине. Он не возражает по поводу происходящего. Он наслаждается этим чувством. Он наслаждается взглядом звезд, наблюдавших за ними сверху. Звезды сияют в небесах. Сяо наблюдает за ними какое-то мгновение, его глаза устали от счастливых слез. Над ними блеск, искры света, и ничего больше.

***

В самом сердце Мондштадта есть дом. Дом не очень большой, но любви в нем много. Он скрывается за магазинами и ресторанами, вдали от потенциальных любопытных глаз жителей Мондштадта. И дело не в том, что он используется для чего-то зловещего, а просто влюбленные, живущие в нем, хотят уединиться. Снаружи это жилище выглядит как любой другой дом на улице: два этажа, виноградные лозы, ползущие по стенам, маленькая труба, из которой валит дым. Невооруженным глазом заметно, что он обычный. Но за дверью дома скрывается нечто особенное. В воздухе всегда витает приятный аромат цветов или выпечки. На подоконниках стоят вазы, и на них всегда есть немного воды от растений, поливаемых отчасти безалаберно. Рядом с очагом хранится вязанка дров. В нём горит огонь, возле которого хозяева дома лежат по ночам в объятиях друг друга и дремлют. На стенах висят картины. Эти полотна изображают сесилии, подаренные на новоселье перед тем как переехать в этот дом. Полотна аккуратно выставлены и вытерты от пыли, защищены тонким слоем стекла, чтобы не повредить их. В углах картин есть подписи, надписи скорописью и тонкий почерк, свидетельствующий о художнике. На полке в углу нижнего этажа хранится нечто очень ценное. На деревянной полке стоят две высушенные и хорошо сохранившиеся цветочные венки цинсинь, к которым едва прикасаются, боясь, что они совсем завянут. Но изредка хозяева дома все же надевают их, правда, осторожно. Лампы освещают каждую комнату теплым светом, которым хозяева греются в течение всего дня. Книги стоят на книжных полках, любовные письма и стихи сложены друг на друга возле маленькой кухни. На ней всегда найдутся необходимые ингредиенты для любимых блюд, которые часто готовятся по прихоти более талантливого повара в семье. На втором этаже находится спальня. Ночью, под светом луны, на мягкой кровати спят двое влюбленных. Они часто барахтаются в объятиях друг друга, а еще больше - когда занимаются любовными утехами. Одеяла обернуты поверх пары, когда они спят, - мягкие, пушистые и уютные для обоих. Редкие слезы льются рекой, и один обнимает другого, пока тот напевает, поет, целует своего возлюбленного, пока его грусть не утихнет. Вернее, они уже не любовники – они мужья. Об этом свидетельствуют темно-синие кольца на их руках. Утром они просыпаются вместе в тишине. Или один из них просыпается раньше другого и ждет, пока второй очнется. Они обнимают друг друга, шепчутся и смеются, пока не почувствуют, что готовы начать свой день. А как только это происходит, нужно поесть, полить растения и написать письма. Письма, но не кому-то за пределами дома, а друг другу. Письма повествуют о днях, проведенных вместе, и писались из-за того, что один из мужей хотел научить своего супруга способам и премудростям письма. Его муж не очень хорошо пишет, но старается. Его стихи и рассказы с благодарностью принимает другой, перечитывает и хвалит. Он получает поцелуй, когда протягивает листок бумаги, и с удовольствием пишет просто ради такой ласки. После обеда они дремлют. Они обнимают друг друга, спят, греясь на солнце, когда окна открыты. Когда они встают, им нравится гулять вместе по улицам Мондштадта, держась за руки. Но иногда случаются вечера, когда они занимаются любовью раньше, чем обычно, на несколько часов. Они занимаются этим медленно, лениво, и если один из них обычно громкий во время секса, то другой любит шептать комплименты на ухо своему партнеру. По вечерам они танцуют. Они раскачиваются при тусклом свете камина, прижавшись друг к другу, с закрытыми глазами. Они привыкли к танцам, и для них это естественное занятие. Они танцуют до тех пор, пока солнце не скрывается за оранжевым горизонтом, отстраняясь друг от друга только для того, чтобы нежно поцеловать друг друга. Ночью они купаются вместе и смывают с себя все, что осталось от близости. Они делают это дремотно, пока вода не станет холодной и они не почувствуют, что готовы заснуть. А когда они спят, их ноги переплетаются так, как всегда. Один из них обычно прижимается к груди другого, довольный тем, что его обнимают до утра. Проснувшись, они повторяют цикл заново. Если бы они жили прошлой жизнью, то, скорее всего, возненавидели бы такой стиль существования, назвали бы его скучным. Но в настоящем их все устраивает. Их устраивает размеренная лень, они никогда не делают ничего особенного, но при этом постоянно находятся в обществе друг друга. Конечно, у них есть пара друзей – художница, которая всегда радостно приветствует их, когда они приходят к ней в гости. Она обожает говорить о цветах, флоре и фауне, смеется над шутками до глубокой ночи. Она принимает их у себя, когда они хотят остаться, позволяя им отдыхать в ее доме, пока они не попрощаются с ней утром. Другая их подруга живет в знакомом трактире, где не так много гостей, но тем не менее она всегда занята. Она проводит время в полной тишине, занимаясь своими комнатами и обязанностями и не разговаривая со многими людьми. Пара часто навещает ее. Все трое стали скорее друзьями, чем просто знакомыми, хотя это не мешает одному из них постоянно поддразнивать ее и шутить. Она никогда не находит это забавным, закатывая глаза, когда слышит что-нибудь раздражающее. Но ей нравится обсуждать историю - историю разных стран, в которых она не бывала. О Иназуме, ее правительнице и понятии истинной вечности. О Сумеру и знаниях, которые намного превосходят все, что могли бы знать жители Мондштадта. Прошло несколько лет с тех пор, как пара встретилась с этой женщиной. Но они полагают, что в конечном счете она все та же, что и прежде, - человек, готовый в любой момент огрызнуться в ответ. Однако она не угрожает мелочами и не оскорбляет их всерьез. Весной они навещают утес, покрытый сесилией. Тогда распускаются цветы, земля расцветает и бурлит новой жизнью. Они лежат в траве и смотрят на голубой океан внизу, пока солнце не сядет и не придет время возвращаться домой. Они всегда возвращаются с сесилиями в волосах, которые они приносят с собой и хранят в вазах. Летом окна всегда открыты, воздух липкий от влажности. Они не зажигают огня, но все еще танцуют по ночам. Вместо того чтобы танцевать дома, они выходят на улицы, чтобы найти какую-нибудь таверну, где можно выпить, правда, один из них пьет мало. В тавернах они любят пританцовывать под музыку, которая играет, не заботясь о том, что их видят. Иногда они выбираются за город, чтобы искупаться. Осенью они совершают долгие прогулки среди деревьев Мондштадта. Там можно найти разноцветные листья и увидеть странные грибы, поэтому они находят это развлечение приятным. Воздух становится прохладным, что дает им возможность подышать свежестью, когда это необходимо. Ночью для обогрева разжигается костер, возле которого пара засыпает, когда им особенно хочется спать. Зимой на крыше их дома лежит снег. Его никогда не бывает много, но все-таки достаточно, чтобы оба дрожали, когда выходят на улицу. Зимой они используют дополнительные одеяла, обмениваясь теплыми напитками и поцелуями. Когда приближается Новый год, они достают алкоголь, хранящийся на кухне, и участвуют в пьяных, подвыпивших танцах, которые всегда заканчиваются обжиманиями и широкими улыбками. Несмотря на то, что времена года меняются, погода меняется, а друзья становятся старше, есть одна вещь в их доме, которая не меняется. Это их любовь. Пара не должна оставаться неназванной. Их история любви - это рассказ, который они с радостью расскажут любому, кто спросит. У пары есть имена, свои истории, свои воспоминания, своя любовь. Сяо - бывший воин, тот, кто не прикасался к своему нефритовому копью долгое, долгое время. Он силен, способен победить любое зло, которое может встретиться на его пути. Но теперь в этом нет необходимости. Ему больше не нужно быть сильным ни для чего и ни для кого. Мозоли, которые раньше красовались на кончиках его пальцев, давно исчезли. Вместо этого его ладони стали мягкими и гладкими, привыкшими к чужим прикосновениям. Он редко хмурится, но не улыбается. Это обычное явление, от которого на его лице появляются ямочки. Его возлюбленный всегда ухмыляется при виде их, назвав его очаровательным и чмокнув в щеку. Его боевые инстинкты не скоро угаснут. Он ведет спокойный образ жизни, доволен собой и своей жизнью. Эта жизнь - спокойствие, которого он не знал, и за которое он благодарен, несмотря на все свои прежние опасения относительно происходящего. Сяо неоднократно показывал мужу свои крылья. Венти - это божество, которое остается в своем городе с тем, кого любит. Он обожает музыку, писательство и вино. Но больше всего на свете, больше всего на свете он любит Сяо. Венти считает Сяо красивым. Под некогда суровым внешним обликом Сяо скрывается довольно хрупкий тип, хотя Венти это не смущает. Ему нравится быть рядом с Сяо, нравится проводить с ним время. Он находит Сяо милым, красивым во всех смыслах этого слова. Венти любит сесилии и цинсинь; цинсинь напоминает ему о Сяо, и для него это прекрасный цветок. Венти любит улыбаться, но еще больше обожает видеть улыбку Сяо. Он восхищается музыкой, пением, поэзией и искусством. У Венти были свои трудности в прошлом. Но он абсолютно уверен, что его встреча с Сяо и их любовь были наградой за годы терпения. Венти много-много раз показывал Сяо свои крылья. Обычно это происходит ночью, когда Сяо расстроен из-за чего-то из прошлого. Увидев их, Сяо однажды назвал его красивым. От этого лицо Венти слегка покраснело, потому что сразу после этого Сяо зарылся лицом в пух и нежно поцеловал белые перья. Этот поступок смутил Венти больше всего, хотя он и считал его милым. С годами Сяо становился все смелее, все любвеобильнее. В конце концов крылья взметнулись вверх на всю длину, оставляя за собой перья. И в мгновение ока они исчезали. Однажды Сяо захотел заново узнать, что такое небо. Он забыл, что такое свобода полета, воспоминания, утерянные за тысячи лет, проведенных в боях. Возможно, Венти научит его этому, увлекая Сяо в нежный танец, который со временем превратится в полет. Их история не будет потеряна для времени. Они будут хранить ее в своих сердцах, бережно оберегая историю цветущего романа. Сяо и Венти – бессмертные. Их дни не сочтены. Они будут делать все, что им заблагорассудится, улыбаться и танцевать друг с другом. Их жизнь сейчас – это передышка, которую они заслужили. Моракс давно пал. Сяо радовался, что его не было рядом; он не хотел вновь переживать минувшие времена, дни, которые он прожил со страхом в сердце. Их любовь - взаимная. Она сильная, мощная, связь, которую никогда не разорвать. Их связь видна на их пальцах, скрепленных прекрасными кольцами из ночного нефрита и полированного серебра. В солнечном свете эта связь сверкает, как никакая другая. В лунном свете она сияет так же, как в ту ночь, когда они обручились. Сяо будет защищать эти узы. Всем, что у него есть в душе, он будет защищать ее. Он будет охранять ее, и с любовью. Но тихо; пусть теперь они живут своей жизнью. Их история подошла к концу. Им больше не с чем бороться. Позвольте им дремать, и танцевать, и смеяться, как будто они единственные в мире. Мы лишь свидетели этой истории и молчаливые наблюдатели. Этот конец был заслужен. И они знают. Они знают, что когда-нибудь в будущем может что-то случиться. Их может разлучить неизвестная сила. Но они знают. Они знают, что, что бы ни случилось, они всегда найдут друг друга. В этом можно не сомневаться. Однажды они полетят вместе. Они будут дрейфовать по облакам и разговаривать с богами. Они смогут доставать звезды с неба, позволяя звездной пыли осыпаться с кончиков их пальцев, когда они будут подбрасывать ее обратно в воздух. Они могут почувствовать холодный дождь на своем лице, а их щеки раскраснеются от непогоды. Они могут упасть с неба в конце своего полета, их крылья отсыреют от дождя и будут трепыхаться на ветру. Но в конце концов они поймают друг друга после этого падения. Они знают это. И в этом осознании есть нечто прекрасное. Они знают, что останутся вместе. Так и будет. Будут, потому что любовь Сяо и Венти была начертана звездами.