Настоящая любовь

Чонгук поправляет спадающие на глаза волосы, одной рукой держа упаковку сигарет, и вытаскивает зубами одну из них. Поджигает, делает затяжку и прикрывает глаза, шумно выдыхая горький дым и запрокидывая голову немного назад. На улице тоскливое небо и льёт дождь с самого утра. На балконе холодно стоять, но Чонгук почти раздет: на нём лишь его домашние шорты. Видел бы его Юнги. Наверное, уже отчитал бы, затащив в квартиру и укутав в тёплый плед, напоив чаем с лимоном или тёплым молоком, чтобы не заболел. Старший всегда заботился о нём, отчитывал из-за вот таких вот пустяков и грел в своих объятьях. Раньше было классно. Раньше. «До Тэхёна», наверное. Тогда кажется и солнце светило ярче, и осень не казалась такой тоскливой. Они бегали по лужам в дождь, а потом пили чай и смотрели фильмы, они шутили и разговаривали на кухне до пяти утра, потому что не хотелось спать совершенно, они жили вместе, потому что Чонгук совершенно не хотел возвращаться к тому с чего начал, а Юнги и не отпускал, потому что это он его вытащил из всего этого. Мин играл на гитаре, а Чонгук пел. Неумело, правда, но пел. Рядом со старшим он не боялся ничего и не стеснялся тоже. Лежащий на небольшой тумбочке, которая уместилась на балконе, телефон прерывает тёплые воспоминания. Чонгук открывает глаза, выпрямляется и вдыхает дождливый воздух, беря в свободную руку телефон и снимая блокировку. Сообщение от незнакомого номера — не то, что он хотел бы сейчас видеть. Чон открывает сообщение. В нём несколько фотографий, которые медленно грузятся, что немного побешивает его. Лишь когда фото загружаются, Чонгук понимает то, что не хотел бы сейчас понимать. Он бы не хотел видеть эти фото и одно видео, оказавшееся в самом конце. Ни подписи к фото, ни одного сообщения, содержащего текст не было. Да и не нужно было. Тут и так всё слишком понятно. На фото — Тэхён. Его Тэхён. С каким-то парнем. Они гуляют по какому-то парку, держась за руки, а на последних двух — целуются. Мужчина приобнимает за талию его парня, прижимая к себе. И Тэхён не сопротивляется. А на видео — доказательства, что фото не сделаны в фотошопе. Тэхён на видео сидит у какого-то мужчины на коленях и страстно его целует. Чонгука начинает трясти. В его голове пробегают всё новые и новые мысли, догадки, оправдания. Сигарета падает вниз с балкона. Хочется позвонить Тэхёну, поговорить с ним. Хочется, чтобы он сказал, что всё это неправда, ложь, что это не он, что он никогда бы не изменил Чонгуку, но сил на звонок не хватает, телефон выпадает из дрожащих рук, ударяясь о холодный пол балкона. Когда Чонгук всё больше начинает осознавать то, что его догадки подтвердились, ему хочется разбить что-нибудь от отчания. Желательно, чтобы это «что-нибудь» было лицом Кима или этого парня рядом с ним. Хочется уничтожить всё, что напоминает о Тэхёне сейчас же, а вместе с этим всем и себя, потому что пропах Тэхёном. Чон заходит в комнату, закрывая двери балкона, и даёт волю эмоциям. Он кричит, потому что его разрывает на части и трясёт, он плачет, ужасно плачет, не контролируя свою истерику. Ему бы сейчас прижаться к кому-нибудь, высказаться. Да вот только рядом никого нет, он один. Он снова один. Ему не к кому обратиться за помощью, а мысли накатывают с новой силой. В них снова фото его Тэхёна. Или уже совершенно не его. Может Тэхён никогда и не был «его»? Чонгук падает на пол, ударяясь коленками. Сил стоять не находится, сил жить, в принципе, тоже. Он закрывает своё лицо руками, пытаясь спрятаться от всего мира. Обнимает самого себя за плечи и качается из стороны в сторону, смотря на одну и ту же точку в стене, слушая где-то позади себя, за окном, звуки дождя и проезжающих машин, которые сигналят друг другу. Время будто замирает, останавливает свой бег и давит. Давит со всей возможной силой на Чонгука, не давая расслабиться и вдохнуть. За счастье когда-нибудь придётся платить. И, кажется, момент расплаты всё ближе. Ёнтан лает, оббегая Чонгука вокруг и утыкаясь мокрым носом в его коленку. Что-то щёлкает в голове именно в этот момент. Резко, необдуманно. Будто загорается красный сигнал, оповещающий о том, что нельзя больше просто бездействовать. Нельзя, потому что Чонгук так с ума сойдёт за считанные секунды. Поэтому он встаёт, прикладывая немалые усилия — силы покинули тело, после истерики. Он трепит маленькую собаку за ухом и направляется в ванну. Принимает холодный душ, стараясь ни о чём не думать, а после одевается и долго и безжалостно трёт глаза, до покраснений — лицо, стараясь смыть всё ненужное. Резкое желание курить появляется само по себе, и Чонгук не может противиться. Он идёт на балкон, стряхивая мокрые волосы, поднимает с пола телефон и закуривает, открывая фотографии, рассматривая их ещё раз.

***

Девятая по счёту сигарета тлеет, зажатая между пальцев. На улице дождь и тёмное ночное небо. Девятая сигарета только за этот час. За все полдня, наверное, уже девятнадцатая. Вот фото. Вот Тэхён. Вот он целует чужого мужчину. И так весь вечер. Чонгук просмотрел фото уже в сотый раз, выучив каждую деталь на них. Он не знал зачем, он просто не мог оторваться, не мог перестать копаться в своих мыслях и рассматривать фотографии, изучая всё новые детали на них. К горлу уже подступала тошнота от такого количества сигаретного дыма в лёгких и отсутствия еды, от истерики и слёз. Отвлекал лишь Ёнтан, которого Чонгук исправно покормил. Дверь открывается в первом часу ночи, в прихожей включается свет, и слышны шорохи Тэхёна. — Ты ещё не спишь, солнышко? — Тэхён проходит на кухню, находя там сидящего за столом и выдыхающего сигаретный дым Чонгука. — Как видишь. — Единственное, что может сказать Чонгук своим охрипшим от сигарет голосом. — Что-то случилось? — Ким подходит ближе, включая свет и на кухне, чтобы отчётливее видеть своего парня. Чонгук никогда не курил на кухне — первое, что отмечает для себя Тэхён. Вместо ответа Чон снимает телефон с разблокировки, передавая его в руки Тэхёну, потому что он не знает как сказать ему о том, что всё видел. — Солныш. — Заткнись. — Бросает Чонгук в ответ, сам не понимая откуда в нём столько злости к своему парню. Он ведь любит его. До бесконечности любит. — Зачем? — Прости, солнышко. — Ким смотрит то на фото, то на своего парня, не понимая, что ему нужно сейчас говорить. Он не был готов к такому разговору. Он хотел вернуться домой, как и каждую ночь возвращался. — Я не… — Что «ты не»? Что «не», Тэхён? — Волна злости накрывает Чонгука с головой, заставляя сорваться на крик. — Ты не хотел с ним спать? Или вы ещё не спали? Или он тебя насильно на себя посадил и сосаться заставил? Что «не», Тэхён? — Чонгук таким злым никогда не был, его никогда не трясло от злости, которой нет предела и которую некуда деть. — Мы с ним несколько лет вместе. — Единственное, что находит Тэхён в свою защиту. И это совсем не является защитой. Чонгук вдруг понимает откуда шрамы на теле его парня, о которых он так не хочет говорить. Чонгук вдруг понимает, от кого в своих снах он спасал Тэхёна. — М… Круто. — И это «круто» не предвещает ничего хорошего. Чонгук вскакивает с места и хватает Кима за плечи, начиная трясти. — Очнись, Тэхён! Это же он оставлял шрамы на твоей коже, верно? — Ким лишь кивает, съёживаясь в руках своего парня. — Это же он издевался над тобой, Тэхён! И ты хочешь вернуться обратно? Очнись! Это нездоровая любовь, Ким! — И Тэхён взрывается, пропитываясь злостью Чонгука до кончиков волос. — Замолчи! Ты собрался мне указывать какая это любовь, Чонгук? — Он вырывается из рук своего парня, давая волю злости. — Давай я сам разберусь? Это не ты все свои детские годы хотел умереть, это не тебя унижали всю жизнь, Чонгук! Тебе не понять меня, тебе не понять мою боль и мои чувства! — Мне было не легче, если хочешь знать! — Тэхён попал в точку, в шрам, который расковыривает сейчас своими словами, но ему сейчас не понять этого. И боли, которую причиняет Чонгуку тоже не понять. Глупо. Они ведь ничего не знают о прошлом друг друга. — Ты что-то про сны говорил? — Не останавливается Ким, продолжя ковырять ножом и свои и чужие раны, нанесённые на сердце. — Ты мне снился все эти годы, да. И я мечтал, что однажды ты придёшь и спасёшь меня, вытащив из этого ада, который мне приходилось испытывать. Но ты пришёл слишком поздно. Ты пришёл тогда, когда я уже сам спас себя. Знаешь почему? — Тэхён смотрит Чонгуку в глаза, не отрываясь, ища там хоть что-то, но из-за своей злости не видит ничего. — Потому что я всю жизнь ждал, что кто-то сделает меня счастливым и спасёт от себя самого, а потом в один момент во мне что-то щёлкнуло, и я понял, что никто меня не спасёт, кроме меня самого. Мне надоело ждать и терпеть то, что все вытирали об меня ноги! — Тэхёна трясёт, он смахивает со стола всё его содержимое, чтобы хоть как-то начать себя контролировать. — Это ты напридумывал себе, что всё у нас по-настоящему. Ты, а не я. — Минутная пауза настолько давит, что дышать становится тяжело. На часах час ночи, и лишь в их окне горит свет на кухне. — Чем я хуже того парня, Тэхён? — Шёпотом произносит Чонгук, пытаясь найти ответы сам, но так и не находит. — Ты не он. — Выдыхает тяжело Ким. — С ним всё по-другому. Легче как-то что ли. — Легче? Чем я не он? Почему со мной тяжелее? — Снова срывается Чонгук, разлагаясь на частицы изнутри, пытаясь дышать ровнее, но не находя сил. Хочется снова закурить, чтобы подавиться этим дымом. — Потому что я не избиваю? Потому что забочусь? Потому что люблю тебя? — Тэхён лишь молчит, ему нечего ответить, не находится и малейшего объяснения своим поступкам. — Хочешь расстаться? — Выдаёт совершенно спокойным голосом Чонгук, настолько холодным, будто ему всё равно. Тэхён мешкается и молчит. А Чонгука молчание это душит. Он хочет чёткий ответ. — Да или нет? — Да. — Выкрикивает Тэхён, не осознавая что это конец в полной мере. - Почему он? Чем я хуже него, Тэхён?! - Снова повторяет свой вопрос Чонгук, будто пытаясь услышать что-то определённое. Его начинает мелко потряхивать, что заметно по дрожи в пальцах его рук. - Ты не он. - Тихо повторяет Ким. - Я не понимаю, Гук. Ты что считаешь себя лучше других? - Где-то внутри непонимание смешивается с болью. Болью, которую чувствует Чонгук, а не Тэхён. - Я не считаю себя лучше других, но что во мне не так? - В глазах море плещется. Море из слёз, которые так старательно пытается скрыть Чонгук. - Что тебе во мне не нравится? - Да нормально всё, Гук. - Выплёвывает Ким, не собираясь нянчиться с парнем напротив и утешать его. - Ну нет. Не скажи. Ты же не меня сейчас выбираешь. - Сопоставить пазлы не удаётся. Богом бьёт, Богом издевается, Богом не проявляет такую заботу, как Чонгук. Но выбирают не Чонгука, и это въедается в мысли, не позволяя расслабиться. Чонгук так хочет докопаться до истины, что забывает о том, что ему будет больнее. - И что? Это не значит, что в тебе что-то не так. - Пытаясь адекватно мыслить, выдыхает Тэхён на грани срыва. Ему надоели эти вопросы, ему просто хочется спокойно уйти. И больше не возвращаться. - Тогда что именно тебе во мне не нравится? - Чонгуку истина эта нужна как воздух, как и сам Тэхён нужен. Он бы изменился, стал другим - только пусть ему сейчас скажут, что нужно сделать. - Ты. - Без капли жалости отвечает парень, встряхивая рукой волосы. - Глупо сравнивать тебя с тем человеком. Ты маленький, глупый, наивный мальчик. - Тэхён просто обходит Чонгука после этих слов и идёт собирать свои вещи, чтобы больше не возвращаться. Чонгук так и стоит на кухне, наблюдая за каплями дождя, стекающими по стеклу за окном, и боится пошевелиться. Докопался до истины. Узнал, что не так. Что теперь с этим делать даже не представляет. В полвторого ночи Чонгук слышит лай собаки, а после болезненный хлопок дверью. Тэхён ушёл. Он просто ушёл. Забрал с собой все свои яркие краски, оставив лишь серость. Чонгук просто стоит, а хочется орать во всё горло, сорвать голосовые связки, оглохнуть от себя же. И это желание настолько сильное, что на глазах проступают слёзы, дышать становится всё труднее и желание орать заменяется на желание задохнуться от слёз и недостатка воздуха. Силы уходят, и Чонгук вместо того, чтобы покурить, ложится на диван, закрывая глаза. Где-то внутри ломается что-то важнее костей. Уснуть не выходит даже через час. В районе груди ноет. Сильно. Хочется кожу на себе рвать, избавляясь от этой ноющей боли, хочется задохнуться этой болью. Чон кусает губы до крови, выкуривает оставшуюся пачку сигарет и решает спуститься в круглосуточный магазин возле подъезда, чтобы купить себе ещё одну. Чонгук не торопится домой, присаживаясь на лавочку в ближайшем сквере, промокая под дождём и пытаясь закурить. Сегодня он точно не уснёт. 10 октября.