Настоящая любовь

Пасмурное небо нависает над городом с самого утра, угрожая ливнем или грозой. Пожелтевшие листья падают на землю, оставляя одинокие ветви деревьев мёрзнуть на ветру. Люди всё так же куда-то спешат, забывая наслаждаться счастливыми моментами. Кто-то смеётся, кто-то бежит, кто-то пьёт кофе, наблюдая за переменой в погоде и грея руки. Чонгук морщится от тепла, заходя в здание аэропорта. На нём лёгкая чёрная толстовка с капюшоном, чёрные джинсы и громоздкие чёрные ботинки, а на плече почти пустой рюкзак, в котором только одна маленькая бутылка воды. Он оглядывает всё вокруг, пытаясь понять куда идти, а когда не может разобраться - уточняет у какой-то девушки, похожей на работницу аэропорта. Вокруг много людей, встречающих своих родных и друзей с только что приземлившегося самолёта. Чонгук даже не пытается пробраться как-то среди них и на миг думает, что зря пришёл, но эти сомнения улетучиваются сразу же, как только он видит издалека знакомый силуэт, одетый точно так же во всё чёрное. Чон делает неуверенные шаги в сторону парня, который, увидев его, ускорил свой шаг. Чонгук забывает дышать, проваливается куда-то и не успевает одуматься, как его прижимают к себе. Чонгук замирает. Юнги жмёт крепче, придвигая ещё ближе к себе, он укладывает ладонь на затылок своего маленького мальчика, вдыхая наконец аромат его волос и прикрывая глаза. Он слышит, как Чонгук тяжело выдыхает и обвивает его талию своими руками, прижимаясь будто маленький котёнок ищет тёплого места, откуда его не вышвырнут. И мир вокруг перестаёт существовать, все люди, которые куда-то спешат, смеются или ругаются уходят на второй план, оставаясь лишь мало слышным фоном. Время замирает, останавливая свой бег и перехватывая дыхание у обоих. Всё становится таким неважным, пустым и бессмысленным. Чонгук зарывается своими пальцами в волосы Юнги, а второй рукой сжимает толстовку на его спине в поисках долгожданного спокойствия. До боли сжимает. И Юнги начинает трясти. Трясти потому что он не знает, что происходит с его любимым человеком, но понимает, что ему плохо. Юнги прижимается искусанными губами к макушке парня, вдыхая ещё раз холодный аромат, разливающий по всему телу тепло, и немного отстраняется, наблюдая за Чоном и замечая его покрасневшие от слёз глаза, в которых ничего нет. Он много плакал и, кажется, не спал ночью. Его глаза пустые и полные тьмы и боли. Его хочется укрыть от всего мира, охранять от всех и больше никогда-никогда не оставлять одного. Что же с тобой случилось, моё единственное солнце? И... Как же я мог такое допустить? - Пойдём домой? Нас уже ждёт такси. - Шепчет тихо Мин, проводя длинными холодными пальцами по белоснежным волосам, краска которых немного начала выцветать. Хочется ощутить спокойствие. О чём и умоляет мысленно Юнги. Потому что тревожность не покидает, заполняя его до самых краёв. - Я скучал, хён. - Шепчет почти одними губами Чонгук, а после кивает, отвчая на раннее заданный вопрос и переплетает свои пальцы с пальцами на руке Юнги. - Я тоже. Очень. - Мину хочется поцеловать Чонгука, рассказать о своих чувствах и удостоверить в том, что это навсегда. Но он лишь тянет парня за собой к выходу. И наступает молчание. Молчание, преследующее их в машине, пока они добирались до дома Чонгука, в подъезде, пока поднимались на нужный этаж и в самой квартире, настораживает Юнги. Молчание - самое страшное, что он может себе представить. Чонгук не ревёт, не бьётся в истерике, не улыбается. Чонгук просто молчит. Он не произнёс ни звука за то время, как они встретились в аэропорту, кроме трёх тихих слов. И Юнги даже не может вытянуть из него хоть что-то, что могло бы его успокоить. Чувство, будто Чонгуку даже дышать от внутренней боли тяжело. Юнги забывает о собственных ощущениях, ему на них плевать - Юнги боится за то, что сейчас происходит в самом Чонгуке. Ужасно боится. Юнги оставляет Чонгука сидеть в гостиной на диване и направляется на кухню. Находит в холодильнике несколько продуктов, чтобы приготовить поесть. Вокруг как-то слишком серо. На пустом подоконнике располагается начатая пачка сигарет, две зажигалки и пепельница. В самой квартире, которая светилась раньше как и её хозяин, одиноко и тихо, будто все яркие краски в мире померкли. Юнги наскоро варит куриный бульон, понимая, что это будет лучшим для желудка Чонгука, который, наверняка, не ел день точно. А может и два. - Гук, выпей. - Юнги садится рядом с Чонгуком, подгибая под себя одну ногу и держа в руках тарелку. - Ты же не ел дня два? - И Чонгук кивает в согласии, а после показывает три пальца, исправляя своего друга и пугая его ещё больше. - Сам справишься? - Пытается сохранять спокойствие Мин, но подрагивающие руки выдают его. Было ужасно больно видеть то, как Чонгук выбирает Тэхёна, но тогда было больно Юнги, а сейчас больно Чонгуку. И Мин бы всё отдал, лишь бы его мальчик улыбнулся хоть немного и заговорил. Смотреть, как твой мир рушится, а ты не можешь ничего сделать - самая мучительная вещь на свете. Ты просто стоишь, порываешься что-то исправить, но не понимаешь что и становится только хуже. Чонгук ослабевшими пальцами берёт чашку в руки и с помощью Юнги выпивает бульон, вытирая губы ладонью и прикрывая глаза, которые тут же пронзает болью. - Может ты поспишь? - Чонгук снова кивает соглашаясь с предложением. Он не спал две ночи подряд, выкуривая пачку сигарет за ночь и промокая под осенним дождём, прекратившемся только сегодня утром. - Полежишь со мной? - Подаёт наконец свой голос Чонгук, и Юнги прошибает током настолько, что он даже вздрагивает и слегка улыбается. Голос Чонгука хриплый и вымотанный, уставший и сломанный, но это его голос. - Конечно. - Юнги помогает парню расположится по-удобнее на диване и укрывает его мягким пледом, а после пристраивается с краю, приобнимая за талию и целуя в белые волосы, пытаясь подарить своё тепло и спокойствие, которого ему самому не хватает. Парень засыпает за несколько минут, немного ворочаясь, но находя минутное спокойствие, позволяющее закрыть глаза и уснуть. Юнги аккуратно встаёт, поправляет плед и уходит на кухню, присаживаясь на холодный подоконник и приоткрывая окно. Внутри что-то ноет, а в мыслях всё путается. Как помочь Чонгуку? Что он может сделать? Он бы мир перевернул с ног на голову, если бы это помогло. Юнги приподнимает толстовку и дотрагивается рукой до своих шрамов. Не здесь. Не сейчас. Сейчас нельзя. Юнги расковыривает своим ногтём одну из недавних царапин на левой ключице и не чувствует боли. Мало. Чертовски мало. Мысли покоя не дают: всё лезут, лезут и лезут. А в мыслях только Чонгук. Постоянно он там. Даже покурить не выходит. Юнги чувствует как что-то тёплое катится по его руке и понимает, что расковырял раны до крови. Как стереть память? Хотя... Даже если бы Юнги знал как это сделать, то не стёр бы. Лучше страдать, с ума сходить, но помнить о Чонгуке, знать Чонгука, думать о нём. Эту кроличью улыбку он никогда и ни за что не сотрёт из памяти. Юнги поправляет толстовку, решая закурить сигарету. Своих у него нет - кончились ещё вчера перед вылетом, поэтому он берёт сигареты Чонгука. Легче не становится. Лишь мысли немного успокаиваются, и Юнги хватается за одну их них - Тэхён. Всё как-то складывается. В доме на первый взгляд нет ни единой вещи, которая принадлежала бы этому парню. Мин вскакивает с подоконника, начиная судорожно открывать все шкафчики на кухне и пытаясь найти хоть что-то, чего не было раньше. Ничего нет. Пазл собран, картинка готова. Тэхёна больше нет в этой квартире. И Юнги бы радоваться, да вот только его пронизывает болью, которую чувствует его Зайчонок. Он чувствовал, что это не закончится ничем хорошим, знал ещё тогда, три месяца назад. Но так и не смог уберечь своего мальчика.

***

Хосок не любит осень. Он до ужаса не любит серость неба и сырость, не любит дожди и то, что руки мерзнут сильнее, не любит одиночество, поджидающее его каждый вечер в квартире, в которую он вынужден возвращаться, не любит тоску, приходящую с наступлением осени, не любит то, как горчит кофе, который является единственным спасением от сонливости, которая, кажется, с ним пожизненно. Хосок не любит осень по ещё одной причине - осень - конец. Конец лета, конец чего-то ещё очень важного. Хосок прячет руки в карманы пальто и ёжится от холодного ветра. Ещё чуть-чуть и он будет дома. В одинокой квартирке, где он всегда рад приютить любого, кому требуется его помощь. А Юнги больше звонить некому, он человек замкнутый и ему нужна помощь. Безумно нужна. Потому что одно дело, когда ему самому плохо, а другое - когда плохо его дорогому человеку. Плохо Чонгуку. А сам Юнги по профессии своей не психолог. Неожиданный звонок заставляет Хосока вытащить одну руку из тёплого кармана пальто и поморщиться ещё больше от того, как его пальцы окутывает холод. - Привет, Юн. - Первым начинает парень, пытаясь свободной рукой открыть дверь подъезда. - Мне нужна твоя помощь. Приедешь? - Юнги хриплым от сигарет голосом тихо переходит сразу к сути разговора. Это нравится Хосоку - он не любит тратить время на всякую чепуху, хоть иногда и обожает разговоры "ни о чём" за чашкой чая или сладкого кофе. Хосок смотрит на дверь подъезда, которую он так и не успел открыть, и понимает, что можно уже и не заходить домой. - Скинь адрес. Сейчас приеду. - И скидывает звонок, получая сразу же адрес и заказывая такси. Хосок надеется, что ему не откажут в горячем чае, когда он приедет, и дадут хотя бы на минуту выдохнуть. День был бурный. Парень помогал своей знакомой с ремонтом после нескольких пар в университете, а потом пришлось объясняться с родителями из-за того, что он не может приехать. На самом деле его и не так-то ждут в родительском доме в другом городе. Отец так и не принял то, что Хосок уехал в другой город на учёбу, и ещё при отъезде сказал, чтобы тот не возвращался домой, потому что бросать единственных родных людей по его мнению ужасно. Лишь мать метается до сих пор между ними как между двух огней. Ради неё Хосок, может быть, постарается на новогодних праздниках съездить домой. А пока у него своих дел полным полно. Пока он уже подъезжает к квартире милого парня, которому нужна сегодня помощь. Юнги сразу понравился Хосоку, ему захотелось помочь, его захотелось поддержать. От парня веяло холодом, одиночеством и серостью, а Хосоку так сильно захотелось помочь, подарить хоть капельку своего тепла, что он не устоял. Хосок видел порезы в районе ключиц и грудной клетки у этого парня, но пока не заострял эту тему. Ему такого не доверяли. Он просто случайно увидел, когда притащил Мина из клуба к себе домой. Увидел и ужаснулся. Что-то кольнуло в районе груди. Он сам ведь через это тоже прошёл когда-то. Хосоку тогда было лет шестнадцать. Он влюбился в одну девчонку из параллельного класса, которая не ответила взаимностью. Отец дома избивал каждый день практически, высказывая подростку какой же он ужасный сын. И Хосоку тогда порезы казались спасением. Сейчас не кажутся. Шрамы до сих пор остались на плечах в качестве напоминания о том, что так нельзя. Это не выход. И чтобы это понять Хосоку в свои шестнадцать пришлось потерять сознание в своей комнате, пока родители снова ругались. А потом пришлось прийти в себя самому, потому что дверь была закрыта и все подумали, что он спит. Пришлось в ту же секунду осознать всю глупость своих поступков. И понять всё, чего не понимал раньше. Сейчас и вспоминать, кажется, страшно о том, что было. Он всё простил и отцу, и, что самое главное, себе. Он всё отпустил и начал жизнь с чистого листа, как только переехал в этот город и начал учёбу. Он пытается жить по-новому и реализовывать свои мечты. Пусть получается так, как получается, но он пытается. Это уже многое значит. Тонкие замёршие пальцы аккуратно жмут на звонок возле двери. - Привет. Ещё раз. - Шепчет Юнги одними губами, впуская парня в тёплую квартиру и закрывая дверь. - Ты замёрз? - Замечает вдруг состояние своего сегодняшнего спасителя Мин. - Если честно, то да. Не люблю осень. - Хосок снимает пальто, вешая его на крючок, и проходит следом за Юнги на кухню. - Ты снова курил. - И, кажется, снова пытался нанести себе порезы. Замечает сразу же парень, но второй факт не проговаривает, лишь мысленно отмечая. - Помощь нужна не столько мне, сколько моему другу. - Ставит уже горячий чай на стол Юнги. Он же знал, что парень замёрзнет. - Он сейчас спит. - Как я могу помочь? Что с ним? - Чон греет руки о чашку, отпевая горячий напиток маленькими глотками. И наконец выдыхая. Юнги садится напротив и рассказывает всё, что знает сам. Мин тоже выдыхает за весь день впервые. Ему легче дышится рядом с Хосоком, который кажется максимально домашним и уютным. Будто глоток свежего воздуха. А потом просыпается Чонгук. Долго-долго смотрит в потолок, не вставая. В мыслях своих копается. Не замечает даже чужих голосов на кухне. С силой решает встать и умыться, потому что глаза начинает резать от слёз, а дышать становится труднее. Лишь когда Чонгук заходит на кухню, он понимает, что кроме Юнги в его доме находится какой-то парень, которого он видит впервые. - Привет. - Хосок начинает первым. - Я Хосок, можешь звать меня так, как тебе удобно. Рад знакомству. - Парень протягивает руку для рукопожатия, на которое Чонгук замедленно, но отвечает. - Чонгук. - Произносит своим хриплым голосом, который стал ещё более тихим после сна и слёз. Чонгук не задерживается на кухне и не пытается наладить контакт с незнакомым парнем, поэтому уходит обратно почти сразу же, ложится обратно, укутывается в плед и отворачивается на бок. - Чонгук, не хочешь поговорить? - Осторожно пытается найти подход Хосок, который пошёл за ним. Он присаживается на край дивана. - Я готов выслушать, и обещаю, что о нашем разговоре больше никто не узнает. А тебе станет легче, если выскажешь всё, что тебя так тревожит. - Я хочу ещё поспать. Мы можем поговорить попозже? - Чонгук правда хочет спать. Силы куда-то покинули его и до сих пор не приходят. А ещё Чонгуку ужасно хочется кричать и бить посуду. Но он не может себе позволить срывы, когда в квартире есть кто-то, кроме него. - Конечно. - Хосок осторожно встаёт и уходит на кухню. Он не давит и не торопит. У него уйма времени до утра, а там, если потребуется, он отпросится с пар и останется, чтобы помочь Юнги. Хосок прекрасно видит, насколько дорог для Мина этот беловолосый парень с татуировками на руке. С Юнги они ещё сидят на кухне до поздней ночи. Юнги наслаждается рассказами парня, которые почему-то успокаивают, а потом они ложатся спать. Хосок в спальне, а Юнги устраивается на кресле в гостиной, где спит Чонгук. Долго думает о чём-то своём и лишь потом засыпает от усталости.