Настоящая любовь

Поздний вечер, окутанный холодом и дождём, обнятый в пасмурное тёмное небо и пожирающее каждую клетку организма одиночество. Дождь прекратился на время, но огромные лужи, отражающие в себе свет уличных фонарей и ярких вывесок, и сырой асфальт не дают забыть о нём. Чонгук пошатываясь идёт вдоль дороги по обочине, мимо проезжают машины, даже не думая останавливаться. Чонгук пьян, но не сильно. Чонгук обессиленно плачет, не останавливаясь на полпути. Он прекрасно знает, что дома его ждёт Юнги, который, наверняка, обыскал уже полгорода, но он не хочет домой. Там каждая малейшая деталь будет напоминать о Тэхёне, о котором он так старательно пытается не думать все эти дни. Парень успокаивается только тогда, когда на часах уже поздняя ночь, а он стоит на пороге ночного клуба, из которого выходит компания сильно пьяных девушек, виснущих на парнях. Чонгук морщится от этого зрелища, но в помещение проходит, чувствуя сразу смену окружающей обстановки. В клубе ярко горят огни, которые становятся ещё ярче вблизи танцпола, где проходит шоу танцовщиц в открытых костюмах, а запах алкоголя смешивается с духами каждого, кто сегодня явился в это заведение. Чонгук проходит к барной стойке, присаживаясь на высокий стул, говорит что-то бармену и оглядывается по сторонам. За барной стойкой только он и какая-то девушка, смотрящая в одну точку и попивающая свой коктейль. — Тяжёлый день? — Бармен ставит перед Чонгуком бокал с крепким напитком, интересуясь на автомате. — Или жизнь. — Кидает в ответ Чонгук, отпивая жидкость из своего бокала, чувствуя как легкие на секунду сворачиваются, а потом раскрываются с новой силой, продолжая выполнять свою основную функцию. Вести диалог сил нет, да и бармен больше не пристаёт, кивая понимающе и продолжая заниматься своим делами. Музыка бьёт по ушным перепонкам, заполняя все мысли собой, и Чонгук решает освежиться, умывшись. Он, пошатываясь, заходит в уборную клуба, не придавая значения тому, что за ним следом проходит ещё какой-то парень, ведь кабинок в помещении несколько, и даже не замечая, что тот закрывает дверь уборной на щеколду. Чонгук поправляет толстовку, в которой он уже несколько дней и смотрит на себя в зеркало, чуть встряхивая белые волосы и замечая отражение парня, стоящего у него за спиной. — Привет. — Подаёт свой голос незнакомец, улыбаясь натянуто. — День так себе? Или празднуешь что-то? — Интересуется, вызывая у Чонгука смешок. Конечно он в таком разбитом виде празднует. Танцует даже. На своём разбитом сердце. — Тебе какая разница? — Выпускает иголки Чон, не желая заводить новые знакомства, да и в принципе общаться сейчас с кем-то. — Я могу помочь тебе. — Подходит на шаг ближе парень, забрасывая что-то с ладони в рот и пытаясь делать всё аккуратно, будто охотник, выслеживающий свою жертву. — Слушай, мне не нужна твоя помо. — Чонгук оборачивается и упускает момент, когда его резко прижимают к раковине, впечатываясь своими губами к чужим, проталкивая в рот какую-то конфету или таблетку. Чонгук даже осознать не успевает, как проглатывает это нечто, заходясь в кашле. — Такому красавчику первая бесплатно. — Кидает парень, прежде чем отступить от Чонгука и скрыться за дверью. Чонгук скручивается пополам, заходясь в кашле. Его тело охватывает дрожь, связанная то-ли с паникой, то-ли с чем-то ещё. Он подходит к унитазу, пытаясь вызвать рвотный рефлекс двумя пальцами, но так и не решается. Голова начинает кружиться, а картинка перед глазами сворачивается в радужные спирали. Чонгук падает на пол, прислоняясь к стене затылком. В уборную заходят двое парней, разговаривая между собой и смеясь, но не обращая никакого внимания на парня, видимо привыкнув к тому, что это клуб и здесь может быть что угодно. Паника отступает лишь через несколько минут, дыхание приходит в норму, а голова, вроде бы, перестаёт кружиться. Чонгук головой понимает, что это, скорее всего, наркотик, который следовало бы выблевать прямо сейчас, но физически поднести пальцы к горлу не может, боясь чего-то неизвестного. Да и делать это он толком не умеет, поэтому аккуратно встаёт, держась за раковину. Смотрит на себя в зеркало и умывается ледяной водой. После чего, шатаясь, выходит сначала из уборной, а потом, пробираясь через всю толпу танцующих людей, — на улицу. Холод чувствуется уже не так сильно, а мысли о Тэхёне и вовсе отступают на второй план, когда Чонгук, шатаясь из стороны в сторону, видит разноцветные спиральки вокруг себя, а порой наблюдая и радужные конфетти. Глаза немного устают от такого зрелища, но Чонгук не прекращает расслаблено наблюдать за движущимися точками и хихикать, потому что ему кажется всё это таким смешным и классным. В какой-то момент Чонгук понимает, что ужасно устал идти, и ноги гудят от боли, поэтому он садится прямо по середине тропинки, вытягивая вперёд ноги и поднимая взгляд к небу. Почему-то ужасно хочется с кем-то поговорить, услышать хоть один родной голос, и Чонгук решает включить наконец телефон. Он смотрит на вызовы, щуря глаза от яркости, еле разбираясь в буквах, которые скачут туда-сюда, не желая вставать на свои места. Чонгук включает избранные и нажимает на один единственный контакт. Он снова почему-то хихикает, слыша гудки в трубке. — Чонгук? — Отвечает знакомый до боли голос парня, явно уставшего и взволнованного. — Да. — Гордо заявляет парень, наблюдая как небо и земля соединяются воедино, образуя странную округлую полосу. — Ты где? — На фоне слышится как Тэхён ходит туда-сюда по какому-то помещению, начиная нервничать ещё больше. Но ответа не поступает. — На улице. — Почти шепча, оповещает Чонгук, замечая яркий уличный фонарь вдалеке, который шатается из стороны в сторону. Чон почему-то думает о том, какой же он глупый, этот фонарь. — Ты пил? Много? — Обеспокоенно спрашивает парень по ту сторону телефона, прислушиваясь к звукам на фоне. — Тэ, почему ты так со мной? — Слышится вместо ответа. Чонгук падает на спину, наслаждаясь прохладой мокрого асфальта, и смеётся, но, почему-то, чувствует слёзы на своём лице. — Просто скажи где ты. — Игнорируя предыдущий вопрос, который отозвался давящей болью где-то в грудной клетке, спрашивает Тэхён. Чонгук тихо хихикает, переворачиваясь на бок и рассматривая плывущие перед его глазами многоэтажные дома и деревья. Ему смешно, ужасно смешно, но почему тогда он плачет? — Что со мной не так? — Вырывается из его уст самый главный вопрос, который в нормальном состоянии он озвучить не смог бы. И тут же добавляет. — Ты любишь его? — Скажи мне адрес! — Злится парень, потирая пальцами глаза, и мысленно отвечая одно, самое главное, самое уверенное «нет» на заданный вопрос. Тэхён не любит Богома, но осознаёт он это только сейчас, слыша такой родной голос в трубке, который опьянён, кажется, не просто алкоголем. Это ты его довёл до этого, Тэхён. — Лишь один ответ, и я скажу адрес. — Ставит свои условия Чонгук, закрывая на минуту глаза и поджимая под себя колени. — Да. — Резко отвечает почему-то начинающий хрипеть голос. Наверное, от вранья. — А я тебя люблю. — Грустно вздыхает Чонгук, диктуя после адрес того места, где он находится и сбрасывая вызов. Он сворачивается на земле в маленький комочек, давая волю слезам и уверяя себя, что яркие спирали перед глазами — весело. Не весело. Укачивает. Чонгук заставляет себя встать на ноги и идти дальше, хотя бы до конца дома. Он не удерживается на ногах и приваливается к стене многоэтажки лбом, чувствуя приятную прохладу. Через несколько минут парень слышит, как возле него останавливается машина, из которой выходит не Тэхён, которому был продиктован адрес, а Юнги, быстрым шагом направляясь к нему. — И что ты мне сделаешь? — Отходит от стены Чон. — Что? Убьёшь? — Он сам не знает, откуда столько смелости внутри, но, видя, как злость сверкает в глазах друга, даже эта смелость исчезает. А в следующую секунду в его челюсть с размаху врезается кулак, настолько сильно, что он впечатывается обратно в стену. Из машины вылетает ещё один парень, преодолевая расстояние до Юнги в два шага и хватая того за локти. Мин отмахивается от Хосока за считанные секунды, хватая Чонгука за толстовку и, потянув на себя, впечатывает всё в ту же холодную стену. — Что ты принял? — Срывается на крик растрёпанный парень, замечая расширенные зрачки напротив и продолжая дрожащими руками впечатывать Чонгука в камень. Чонгука почему-то охватывает страх, ему хочется сползти по этой стене на землю, сжавшись в комок, и просидеть так до самого утра. — Отвечай! — Щёку Чонгука тут же пронзает резкой болью. От пощёчины становится ещё более страшно. Страшно, но почему-то смешно, и Чонгук, не контролируя себя, выдавливает смешок, который не уходит от глаз Юнги. — Что ты, блять, принял? Хосок пытается оттащить Юнги от парня, но его лишь отпихивают назад, поэтому он начинает пытаться хотя бы докричаться до парней. Получается ужасно, потому что его просто игнорируют, и Хосоку не остаётся ничего, кроме как просто наблюдать за этой сценой, чтобы в случае чего помочь. — Я не знаю. — Смеётся Чонгук, заглядывая в глаза своему другу и пошатываясь немного. — И что ты мне сделаешь? — Будто специально провоцирует парень, повторяя свой первый вопрос. — Я бы тебя убил. — Рычит Мин, снова потянув парня на себя за плечи, разворачивая его и толкая в спину. — Да рука не поднимется. — Добавляет почти шёпотом, чтобы его не слышали, и скалится от своих же чувств. Чонгук шатается и почти падает, но Юнги вовремя подхватывает его под локоть и доводит до машины, грубо заталкивая на заднее сидение, присаживаясь рядом и закрывая дверь. Следом садится и Хосок, говоря водителю такси ехать обратно. — Может полегче с ним? — Оборачивается Хосок, смотря на Чонгука, еле сидящего в таком положении. Чонгук уже не уверен, что ему смешно. Радужные спирали укачали, а рядом сидит Юнги, перед которым он теперь чувствует себя ужасно виновным. — Нет. — Коротко отвечает Юнги, бросая взгляд на своего друга, который даже сидя шатается как желе. И Чонгук в этот момент сглатывает, осознавая что ничего хорошего его не ждёт. — Я не… Не сам. — Раздаётся вдруг хриплый голос парня, граничащий с срывом. — Что? — Теряется резко Юнги, хмурясь немного от услышанного. Но Чонгук уже не слышит этот вопрос, отключаясь от внешнего мира.