Каждой родинке твоей поцелуи мои…

Утро началось слишком рано, такие дни Натали не любила, вот совсем. Инвентаризация в баре. Девушка уже который месяц боролась с начальством, чтобы наняли бар менеджера, ну или повысили кого-то из барменского состава. Сегодня пришлось встать в шесть утра, в свой выходной, чтобы начать делать инвентаризацию, поэтому настроение у Сорокиной было, мягко скажем, не очень веселое. Девушка зашла на работу, за барной стойкой она увидела знакомую белобрысую макушку, которая уже две недели раздражала Натали. Сорокина сняла пальто и направилась к барной стойке, на ее любимом месте уже стоял ароматный кофе в стаканчике с собой. Уже на протяжении двух недель, этот кофе в одном и том же месте, как только она снимает пальто, кладет сумку, достает одноразку и подходит к бару. Уже традиция, даже не смотря на напряженные отношения с Кирой, эта традиция радовала Сорокину. Тут даже не приходилось просить, как обычно, Медведева словно знала как смягчить утром Натали. Сев за барную стойку, брюнетка достала телефон, сделала глоток кофе и затянулась одноразкой, ритуал без которого не обходилось ни одно начало рабочего дня. Быстро прочитав чаты по работе, девушка перешла к сообщениям от Лизы. Они начали общаться две недели назад, что-то определенно в этом было. Каждое утро приятные слова, пожелания сладких снов на ночь, переписки целый день, шутки, приятные беседы. Это радовало и одновременно пугало, создавалось впечатление, что вот-вот могут начаться отношения, к которым Натали не стремилась. Нет, определенно Лиза была ей симпатична. Интересная внешность, хорошая фигура, ум, приятный юмор, ощущение, что она не такая как многие. Но есть несколько но. Первое - Натали не хотела отношений, второе - все закручивалось слишком быстро и третье - сейчас варило кофе для себя. На протяжении уже двух недель Сорокина очень часто думала о Кире, о ее голосе, который буквально впитался в ее сознание, об этих чертовых бусинах, что въелись на подкорках, об этом раздвоенном языке, при мысли о котором бросало в жар. Медведева просто поселилась в голове у Натали, расставила там свои вещи.  - Неужели ты умеешь улыбаться? - сиплый голос, от которого пробежали мурашки по телу. - Значит есть кому, - вообще Натали претила вся эта ваниль, улыбки в телефон, милые сообщения, но с Лизой это было так легко и приятно. Кира вышла из-за барной стойки. - Не против, если я тоже выпью кофе по эту сторону бара? - Надоело видеть только половины людей? - Натали развернулась на барном стуле. - Смотря чьи, Натали, - слишком близко, она находилась сейчас слишком близко. Сорокина буквально чувствовала теплое дыхание у себя на лице, зрительный контак от которого шли мурашки. Черные глаза, с расширенными зрачками, просто бездна, в которую хотелось падать, забыв обо всем. Забвение, в этих глазах было забвение, - иногда мне даже нравится. И тут резкий удар, Кира провела своим раздвоенным языком по губам, как змея, буквально в нескольких сантиметрах от Натали. Брюнетка забыла как дышать, в кафе словно включили печь, низ живота начал наполнятся теплом, мурашки пошли по всему телу, дыхание стало тяжелым. Снова контакт глазами, дикое желание, которое готово вот сейчас вырваться наружу, прям здесь, на барной стойке или на стуле, не важно. Просто желание, дикое, животное, которое заполняет все пространство вокруг.  - Сахар, - как будто из далека Натали услышала хриплый голос. - Что?  - Позволь взять сахар, - только сейчас Сорокина заметила руку Медведевой, которая тянулась ей за спину, как оказалось за сахарницей. - Не думала, что ты предпочитаешь сладкий кофе. - Иногда горечи в жизни более, чем достаточно, - философски заметила Кира, отходя от Натали на безопасное расстояние.  Сорокина смогла дышать, вот так, безопасное расстояние, но желание никуда не делось, в голове до сих пор стояла картинка языка облизывающего губы, в носу еще стоял запах Киры. Какой-то кофейно-цитрусовый, немного спертый, но такой сносящий голову. Нужно было отвлечься, Натали вскочила и схватила бланк для подсчетов, нужно было заняться делом.  В целом до обеда Натали не контактировала с Кирой, стараясь обсуждать какие-то вопросы с другими барменами. Около часа дня, от Лизы пришло сообщение: «Ужин, сегодня вечером? Я хорошо готовлю рыбу» «Если ты не против, я захвачу себе бутылку рислинга, а тебе детское шампанское:)» «Договорились, в 19.00, соседки все равно не будет сегодня» «До вечера;)» Сегодняшний вечер обещал быть хорошим, Натали собиралась долго, но на легка, внутри было очень легко от мысли про то, что сегодня будет вкусный ужин, вино и прекрасная идея компания. Сорокина отгоняла мысли о Кире и сегодняшнем утреннем инциденте, чтобы спокойно провести время с Лизой.  В квартире было давольно уютно, пахло вкусно и был приглушен свет. Разговор с Лизой был приятным, Сорокина в который раз убедилась, что Андрющенко начитанна, умеет красиво излагать свои мысли. Это очень цепляло брюнетку, интеллект, по мнению самой Сорокиной, был самы сексуальным в девушках. Натали в принципе предполагала к чему это ведет и не была против, после ужина, выпитой бутылки вина и приятной беседы уже стало легче и смелее. За поцелуем первая потянулась Лиза, уже в ее спальне. Натали следовала за ней, отдаваясь полностью ощущениям, которые были приятными. Лиза целовалась очень хорошо, глубоко, нежно, мурашки шли по телу от ее губ, алкоголь давал знать о себе приятным расслаблением в теле. Поцелуй длился долго, такой глубокий, даже нежный, девушки отстранились друг от друга, посмотрев в глаза. В голове всплы образ Киры и ее глаз, который Натали быстро отогнала, не сейчас. Сейчас всецело время Лизы, ее губ, глаз, рук и кожи. Андрющенко медленно села на кровать, держа Сорокину за руку. Натали последовала за ней, приземлившись сверху на колени, сама потянулась за поцелуем. Языки сплетались в жарком танце, переходя от нежности к страсти. Лиза обхватила руками талию Сорокиной, крепче прижимая к себе, словно хотела впитать ее в себя здесь и сейчас. Натали запустила руки в волосы Индиго, воздуха не хватало, но так не хотелось оторваться, разделяться. Через несколько минут Лиза оторвалась от Сорокиной, посмотрев ей прям в глаза.  - Ты такая горячая, - шпротом, - хочу тебя, - по шее побежали мурашки от губ Лизы.  Дальше все как в тумане, руки, губы, языки, мурашки, горячие тела. Страсть, чистая страсть, но все же чего-то не хватало, самую малость. Нет, действительно все было прекрасно, Лиза совершенно прекрасно отдавалась Натали, делала приятно ей, но чертовы бусины и змеиный язык несколько раз всплывал в голове Сорокиной.  Когда Лиза уснула, Натали очень аккуратно, чтобы не разбудить девушку, встала с кровати. Включив фонарик на телефоне, брюнетка начала искать свои вещи. У Натали был принцип - не оставаться на ночь дома у девушки, это могло привязать и Сорокину, и девушку друг к другу, а тут это просто секс на одну ночь и спать она должна дома в своей родной постели. Вещи были разбросаны везде, максимально бесшумно Натали их собирала. Как на зло под ноги попалась тумбочка и девушка ударилась об нее. Андрющенко завозилась на кровати, Натали замерла, выключив фонарик, к счастью, Лиза не проснулась и дабы не рисковать Сорокина нацепила белую рубашку, что валялась рядом, трусики и собрав последнюю деталь своего гардероба вышла из комнаты, тихо закрыв дверь. Переодеться можно и в ванной, а дверь плотно закрывается и без ключа. Натали завтра придумает историю о срочном выезде домой, если конечно Лиза спросит ее.  Уже возле ванной девушка увидела, что они в квартире не одни, из под двери горел свет и было отчетливо слышно как кто-то возится там. Натали уж было собралась ретироваться обратно в комнату, но дверь резко распахнулась и открыла ее глазам совершенно обескураживающую и в то же время потрясающую картину. Перед ней стояла Кира, мать вашу, КИРА, в топике и обтягивающих шортах, с мокрыми волосами, с которых еще капала вода. Натали так и замерла, просто не смогла пошевелиться от шока и вида, что ей открылся.