КиннПорш (Сын мафии и его телохранитель)

— Это ты послал те фотки моему брату, да?! ‐ голос, гневный и злой, оглушил всю территорию загородного дома. В гостиной сидело трое мужчин, один из которых сейчас был очень зол. — Успокойтесь, Кхун Мек. — У тебя странное чувство юмора, не думаешь, Биг? Знаешь ли ты, как настрадался Таван, пытаясь забыть эту мразь!? - продолжались крики. Мек пришел в ярость, узнав, что кто-то тайком сливал информацию обо всех передвижениях Кинна его брату. Прошло больше года с тех пор, как эти двое расстались, но рана в сердце Тавана так и не зажила. Боль все еще преследовала старшего даже во снах, Мек больше не мог выносить его страданий. Не мог смотреть, как он плачет из-за человека, который с начальной школы был ему другом, а затем и первой любовью брата. — Если Кхун Мек правда желает помочь своему Тавану, не лучше ли дать ему то, что он хочет? - Биг скрыл одержимость в своих словах между строк, стоило лишь Меку посмотреть ему прямо в глаза. — Последил бы за тем, что говоришь, Биг. Я-то чертовски хорошо знаю, в каком свете ты Кинна видишь. Так что избавь Тавана от всего этого цирка, или уже я заставлю тебя страдать. — Приди в себя, брат, о чем ты говоришь? - отмахнулся третий мужчина, а Мек прищурился, глядя на то, как он небрежно прикуривал сигарету. — Ты гребаный психопат, - громко выдал Мек, не боясь стоящих в ряд позади оппонента подчиненных. — Выходит, ничем не отличаюсь от твоего брата. Его губы растянулись в злобном оскале, заставляя Мека в который раз прожечь компаньона пронзительным взглядом. — Запомни мои слова раз и навсегда. Перестань лезть к Тавану. — Но Мек, разве ты не должен для начала спросить его мнение об этом? И если он все так же хочет вернуть Кинна ... Я бы тогда смог забрать Порша себе. Пробормотал третий в этой компании, с лукавым выражением лица, проводя своими длинными пальцами по нижней губе. Мек с отвращением окинул взором двух мужчин перед собой. Человек, который предал тех, на кого работал полжизни и человек... Нет. Ядовитая змея, что готова укусить тебя в любой момент. Он знал, что эти двое тайно что-то делали, и хотел предупредить своего бывшего друга, но просто не знал, как это сделать. — Кхун Мек, советую вам хорошенько подумать об этом, - настаивал Биг, но вместо того, чтобы согласиться, Мек поднял ногу и ударил ею о нижний корпус дивана. Телохранители собирались его удержать, но их начальник запретил им вмешиваться. Мек скинул руки, которые тянулись удержать его, и вылетел из дома. Он пошел прямиком к своей машине, сел в салон и, выпуская агрессию, ударил по рулю. — Дерьмо! - сквозь зубы прошипел он, прежде чем убрать волосы с лица. Через некоторое время на дисплее высветился входящий звонок. Номер был иностранным, звонили из-за границы. — Да, Пи, - Тон Мека внезапно стал нормальным. [Нашел его?] — Только что вышел оттуда. [Ты должен сделать мне одолжение, Мек.] — Но, не должно ли это наконец закончиться, Пи? [Говоришь так, будто не знаешь меня. Я не соглашусь на легкий финал.] — Но, Пи. Я не хочу, чтобы ты снова оказался в этом гнилом водовороте. [Ты обязан помочь мне, Мек. Если же ты откажешь, мне ничего не останется, кроме как взять все в свои руки.] —... Когда ты вернешься в Таиланд? [Сейчас] *** POV Кинн - Порш... Порш... Порш! Я подчеркиваю конец предложения, чтобы привлечь внимание хмурого человека, сидящего на моем диване. Порш вздрагивает от удивления и прищуривается, смотрит на меня, перед тем как снова склонить голову к стопке документов на столе. — Чего тебе? - спрашивает он, не глядя на меня. — Я пойду поем что-нибудь. Планируешь закончить или хочешь со мной? - интересуюсь я небрежно, но Порш, застигнутый врасплох, краснеет в ответ. С какой стати, спрашивается? Я просто спросил, не хочет ли он поесть с моей семьёй за одним столом. И только. Мы проводили все свободное время друг с другом, даже больше чем раньше, но даже сейчас его реакции не переставали меня развлекать. — Л-ладно! Но давай только побыстрее, мне все еще нужно отсортировать несколько квитанций за этот месяц, - говорит Порш, на что получает кивок с моей стороны в ответ. В последнее время я стал замечать некоторые изменение в его поведении. Словно открыл совершенно новую версию Порша, более нежную и заботливую. И, нет, я не то чтобы жалуюсь, эта его сторона правда кажется мне милой, и сердце мое из-за него сбивается с ритма. Одним словом - он начал лучше меня узнавать. Но меня это до сих пор до жути смущает... — Кинн, где прошлогодняя выписка? Она должна быть прикреплена к этому документу, - спрашивает неожиданно Порш и отвлекает меня от моих мыслей. Он показывает на бумажку, и я встаю со стула, чтобы взглянуть, какой документ сейчас у него в руках. Сегодня среда, и по идее у него должен был быть выходной, но я всегда находил способ заставить его остаться. И, к моему удивлению, он без жалоб продолжал работать, не сетуя и не препираясь на часы работы сверх нормы, что граничили с рабским трудом, но никак не были похожи на то, что было оговорено в договоре. — Это из файла 2019 года, он в офисе. Их фото-копии, вроде, оставались на старом телефоне. Проверь в первом ящике стола. Он кивает и послушно идет выполнять мою команду, как хороший мальчик, каким и являлся в последнее время. Мой внутренний демон бессовестно поднимает голову и собирается притянуть парня за шею, чтобы поцеловать, но совесть наносит ему пощёчину, разрешая лишь чмокнуть в макушку и ничего более. Порша это пугает, и он поспешно отталкивает меня от себя. Он настраивается устроить мне взбучку, но я игнорирую это, слишком завороженный его покрасневшем, как яблоко, лицом. И да, знаю, что он был довольно загорелый, но этот розовый румянец на его щеках, спускающийся по бокам к шее, был для меня словно криптонит. Насупившись, он с раздраженным лицом выходит из моей комнаты. Порш по-прежнему был все таким же упрямым, хотя и не отвергал проявлений нежности с моей стороны, как ни странно. Я снова спускаюсь вниз и, к своему удивлению, вижу там своего младшего брата-изгоя, что восседает за одним столом вместе с папой и Кхуном. — Что-то ты зачастил приходить домой, Ким. Я здороваюсь и с ним, и с Кхуном, который набивает себе рот мясом. Ужин подавали в одно и то же время, поэтому мы все собираемся за обеденным столом, чтобы поесть. — Ну... знаешь, в последнее время тут стало так заманчиво. Неоднозначно отвечает за него Танкхун, на что я приподнимаю бровь при таком заявлении. — О чем ты базаришь, черт возьми? - рычит Ким на брата, что вызывает у меня еще большее любопытства. — В чем дело? - спрашиваю я их обоих, медленно накладывая рис на тарелку. — Не хотелось бы ворошить осиное гнездо, но... Кхун хлопает по столу и наклоняется ко мне чуть ниже. Я откладываю ложку, в ожидании навострив уши. — Он стал тусоваться дома из-за Че - мхмгу..! Но не успевает он закончить фразу, как мой младший брат хватает его за шею и с силой вмазывает блюдце с джемом старшему в рот. — Заткни свою пасть, чёртов бомжара! Не знаешь, когда остановиться?! Тут же папа сидит, или тебе вообще насрать? А если бы я о тебе дерьмо начал говорить перед ним, что бы ты сделал, а? Ким удерживает его за затылок, плотно прикрывая ему рот. Нам с папой остаётся только озадаченно смотреть на них и помалкивать. — Хмм! - мычит Кхун, и я слегка покачиваю головой от того безобразия, что наводят здесь эти двое, прежде чем приступить к ужину. — Хватит беситься, оболтусы! Ешьте, пока не остыло! - осаждает их папа суровым голосом. Ким понемногу расслабляет руку и указывает пальцем на лицо брата, как бы безмолвно намекая, что тот во всем виноват. — Мартышкина задница! - хмыкает Кхун. — Повзрослейте уже, мальчики! Как мне передать вам наш бизнес, если вы двое ведете себя как кучка малолетних детей?! - проговаривает папа, нахмурив брови. — Ох-х, Па! Ну вот ты снова: бизнес, бизнес, и опять бизнес! Мы же за обеденным столом, давай просто наслаждаться жизнью и едой! - возмущается Кхун, набирая целую гору еды на тарелку. — Но если не сейчас, то когда? Вы, ребята, не молодеете! У вас уже должна быть приличная работа или, как минимум, навыки, чтобы помогать мне управлять нашей компанией! Это даже не касается вопроса о наличии наследника. Когда вы, мальчики, приведёте мне в дом приличных леди, которые нарожают вам детишек? Или я все же должен сам найти их для вас!? — Кхе! Кхе! Стоило папе закончить свое заявление, как Танкхун подавился водой, и капли со слюной почти попали сидевшему рядом Киму в лицо. — Что? Наличие жены так сильно тебя испугало, что ты решил захлебнуться? - язвительно поинтересовался Ким, явно зная старшего брата куда лучше всех остальных в этой комнате. Что ж, этот малой мог открыто дерзить, но в то же время делать это лукаво. — Я ... еще не готов стать отцом, пап, - бормочет Кхун, прежде чем схватить нас с Кимом за руки и весело выпалить: — Как насчет Кима и Кинна, Па? Эти двое могут стать идеальными родителями! Ким вырывает руку из хватки Кхуна, я же закатываю глаза от разочарования. Я собирался возразить, но папа взглянул на меня так, что холодок неприятной дрожью тут же прошёлся по позвоночнику. — Могу ли я ожидать внуков от этих двоих? - со вздохом изрекает отец, прекрасно зная и о моих вкусах, и о неопределённости Кима. — Уверяю тебя, Па, Кинн такой свирепый и красивый. Внуки обязательно должны получиться симпатичными, авв! - говорит придурок, щипая меня за обе щеки. — Эй! - отбрасываю я его руки и округляю глаза. — Ах-х, ладно, если уж мы затронули эту тему. Папа ничего не сказал о твоих предпочтениях, потому что любит тебя. Но он и не уверен так же, что сможет принять это полностью. Я уже говорил, если помнишь, что папа разочаровался, когда ты начал встречаться с Таваном. Так что, думаю, тебе стоит принять решение, Кинн, прежде чем снова прыгать в новый омут отношений, - говорит Кхун, и это был первый раз, когда я услышал, как он разговаривает как настоящий взрослый. Я поворачиваюсь и смотрю на отца, на лице которого ясно отражается смущение. Он не отрицал сказанных старшим сыном слов, поэтому мне пришлось пристыженно опустить голову вниз и не поднимать глаз. — Сынок, я знаю, ты умный. Поэтому, пожалуйста, если планируешь что-то сделать, не забывай о своем окружении. Двое парней, что обнимают друг друга посреди коридора... Не все люди в этом доме смогут правильно понять твои действия. Если я еще не принимаю этого, то ответственность лежит на мне. Но когда дело доходит до посторонних, я не могу контролировать все то, что они подумают о вас двоих, - говорит мне отец, и я тут же застываю, как и все за столом. Все глаза были устремлены на меня. Тишина была оглушительной, заставляя меня осознать, что я натворил. Случай, на который намекнул папа, произошёл, вероятно, три дня назад, когда я пошел в комнату Порша.... — На самом деле, я не собирался об этом говорить, но... Попытайся обдумать мои слова. Как можно быть уверенным, что никто не видит вас, пока вы...? - добавляет отец. — Серьезно, Кинн? - стонет Ким с досадой, вынуждая меня прикусить язык. — Простите, - отвечаю я с сожалением в голосе. Вряд ли в данной ситуации они услышали бы от меня «нет, это не то о чем вы подумали!», ибо храбрости признать свои ошибки у меня все еще достаточно. — Хоть это и часть истории, которую люди видят, выглядит она не очень подобающе. Однако мне бы хотелось понять кое-что, Кинн. Ты серьёзен? О, насчет чего? Я смотрю в сторону отца, пытаясь понять, что он хочет сказать. Затем меня прошибает осознание. — Подобного больше не повторится, - увиливаю от его вопроса. Я не то чтобы не хочу отвечать, но и уверенности полноценной пока все еще нет. — Ладно. Обдумай всё хорошенько, Кинн. Я не желаю, чтобы ты снова мучился, но и в то же время не хочу, чтобы из-за тебя пострадали другие, пока ты пытаешься забыть о Таване. Все ясно? - говорит папа, и мой взгляд неосознанно начинает блуждать по комнате. Люди вокруг меня знали все время. Я никогда ничего и никому не рассказывал о нас, но с моей стороны было небрежно проводить почти двадцать четыре часа в сутки с Поршем. — Эй-эй, тайм аут! Давайте просто поедим! Мы можем обсудить это еще, но в другой обстановке. Погляди, па, чем старше ты становишься, тем больше ворчишь! Хахаха! Заливается смехом Кхун, видно из желания разрядить накалившуюся атмосфере, но мой младший брат был не настолько глуп, чтобы проигнорировать происходящее. — Ох, я потерял надежду на вас троих. Опять голова болит! - тихонько ругается отец, прижимая пальцы к вискам. — Ты в порядке, Па? - обеспокоенно спрашивает Ким. — Да... Но что насчет моих внуков? Что вы планируете с этим делать? И ты, Кхун, сможешь ли найти для меня невестку? С кем мне, по-вашему, наведываться в храмы? — Ну, Па-а! Давай поедим нормально! А потом найди себе кого-нибудь, кто будет сопровождать тебя, где захочешь, - хихикнул Кхун. — О, Будда. Их разговор закончился именно так, но я все еще не мог выбросить тень сомнения, что поселилась во время ужина у меня в голове. Все продолжили есть, но мой аппетит резко пропал еще в тот момент, когда отец впервые упомянул о Таване. Неужели я тогда действительно был так сильно раздавлен? Но папа бы никогда не солгал. Я мало что помню о себе после расставания, но ни за что не забуду ту боль, что и по сей день мешает мне построить здоровые отношения. Рана в душе оказалась настолько глубокой, что я все еще не мог открыться кому бы то ни было. — Не обращай на них внимания, Кинн, - пробормотал мой младший брат, мягко похлопав меня по плечу. — Па! Какого черта мы до сих пор говорим об этом пиявке?! Его теперь с нами нет! Их отношения уже давным-давно закончились! - нахмурившись, стукнул ложкой по столу Танкхун. Тот, кого он прозвал 'пиявкой', скорее всего, был Таван. После того дня, как мы расстались, оба моих брата резко отдалились от него. Эти две обезьянки злились на парня, будто это они с ним порвали, а не я. — Перестань повторять это, попугай недоделанный! Мы знаем! У тебя остались хоть какие-то манеры? - Ким скорчил рожу Кхуну, что вызвало начало новой ссоры. Отец, напротив, отложил ложку и встал со своего места, сигнализируя об окончании трапезы. — Этот слизняк никогда больше не ступит за наш порог! Но если он это сделает, я прикажу нашим людям убить его на месте! - выдаёт Кхун в гневе. Признаться, мне до сих пор трудно сохранять самообладание, если его имя всплывает на устах родных по неосторожности, даже, например, тогда, когда я встретил его младшего брата Мека. Чувство было такое, будто меня собственные руки душили, и я ничего не мог с этим поделать. Все в этих отношениях было настолько токсично, что я чувствовал, как что-то скручивает мои внутренности лишь об одной только мысли о нем. — Я буду в своей комнате, - прощаюсь с обоими братьями, что обеспокоенно смотрят на меня. Встреча с Поршем была словно божьим благословением, потому что он отвлек все мое внимание от Тавана. Однако в последнее время, чем дольше я нахожусь с ним, тем глубже становятся чувства к нему, и.... это меня до смерти пугает. Как будто он постепенно занимает место Тавана. Я уже направлялся к себе, как вдруг услышал знакомый голос, эхом разносящийся по ту сторону двери. Мои шаги замедлились. [Ты можешь сказать мне снова, Кинн? Таван хочет услышать это от Кинна.] [Нет] [Да ладно тебе! Почему ты всегда такой? Скажи, ну скажи, пожалуйста.] [Ахх ~ Ладно. «Я не хочу спать, на небе еще солнце¹. Но если рядом со мной есть ты, стоит ли бояться?». Теперь счастлив?] [Подожди, меня сейчас вырвет, аххах.] В тот момент, когда я услышал этот разговор, мои ноги со скоростью света понести меня к офису, а руки молниеносно выхватили старый телефон из рук Порша. — Н-не этот. Другой, - я торопливо двинулся за нужным телефоном и протянул его парню. Он ошеломленно замер на мгновение, прежде чем пришел в себя и заговорил со мной приглушенным голосом. — Я.. Мне жаль. У стола два ящика. Возможно, я открыл не тот, - он, не глядя, взял из моих рук мобильник и громко сглотнул. — Можешь сделать перерыв. Остальное я сам доделаю завтра, - немедленно закончил я разговор и отослал его вниз. На лице Порша была смесь разочарования и обиды, но он ничего не сказал, лишь молча прошел к стеклянному столу, привёл там все в порядок, извинился и ушел на улицу. Я смотрю на телефон, который минуту назад выхватил из руки Порша, и медленно сажусь на диван. Дел было так много, что убрать этот телефон куда подальше я так и не успел. Он хранит много воспоминаний о тех днях с Таваном. Прошло больше года с тех пор, как я расстался с ним. Боль прошлого возвращалась и преследовала меня каждый раз, когда я ненароком вспоминал его лицо. Три года любви закончились крахом. И он, и я отравляли друг другу жизнь. Мне хотелось забыть его. Никогда больше не вспоминать. Но проблема была в том, что я все еще влюблён в прошлое. Таван был не только человеком, которого я любил сильнее всех на свете, но и тем, кто вместо сердца оставил во мне одну гигантскую, холодную льдину. Я стал человеком, который боялся обязательств. Боялся начать все заново и влюбиться, потому что меня предал человек, которому я доверял больше, чем самому себе. Ибо все то время, что мы были вместе, у него был кто-то еще, помимо меня. Вот таким дураком я и был. Продолжал верить и цепляться за слово 'любовь'. Мне думалось, что любовь прекрасна, но на деле оказалось, что влюбляются лишь одни идиоты. Он пытался связаться со мной, но я заблокировал его всеми возможными способами. Тогда я не мог смотреть ему в глаза, отчаянно, изо всех сил старался вытравить его остатки из себя. Каждый день я менял партнеров по постели, играл с огнем, уходил в загул, и все только для того, чтобы вновь ощутить то счастье, которое у меня некогда отняли. Мне и в голову не могло придти, что я начну что-то серьёзное, пока не повстречал Порша. Будто умершее и давно похороненное сердце откопали и заставили биться. Но пока не понятно, куда меня могут завести эти чувства, время от времени они смешиваются со страхом и паранойей. Сама мысль о том, что я влюбился в Порша так же, как когда-то влюбился в Тавана, и что меня могут снова разрушить - давит на виски и парализует конечности. Я примерно представляю, насколько меня затянуло: мне хочется обнимать, целовать и все время видеть его лицо перед собой. Но что-то на задворках сознания протестует такому решению. Нечто необъятное и тёмное. И мне страшно. Словно я какой-то тинейджер, что боится любить. За последние две недели, как бы я ни старался себя сдерживать, Порш заставлял влюбляться в него все больше и больше. Это дерьмо меня доконает. Пальцы жмут на кнопку воспроизведения. Смотрю видео, на котором мы с Таваном счастливо улыбаемся и смеёмся. Меня словно затягивает в тот момент, я вспоминаю все до мельчайших деталей. Это внезапно заставило меня понять, что я не просто боюсь обязательств, но еще и боюсь использовать Порша в качестве замены. Особенно ярко это проявилось тогда, в том японском ресторане. В том любимом блюде Тавана, что так пришлось по вкусу Поршу. Тот ресторан был нашим любимым местом. Будто дежавю, все происходило так же, как и с ним, что меня не на шутку испугало. Упрямство, раздражающие истерики и наивность... Порш выглядел крутым снаружи, но внутри был еще таким пацаном. Он был тем, кого я не надеялся повстречать. Из-за его присутствия рядом у меня перехватывает дыхание каждый божий день. Я пялюсь на свой старый телефон, который был выключен в течение года, и неосознанно пролистываю фотографии, видео и сообщения, все больше хмурясь. Мне от себя противно, но я не могу не вспоминать. На самом деле, потребовалось куда больше усилий, чтобы отложить его и сомкнуть глаза, проваливаясь в сон... На следующий день я проснулся с болью в спине и ломотой во всем теле. Уснуть на диване было не самой лучше идеей. На дисплее смартфона восемь часов утра. Обычно нам нужно быть вместе, чтобы спать спокойно, но без меня рядом ... Как он там? [LINE] Порш: Я пошел к брату Он прислал мне это сообщение где-то к часу ночи. Взгляд у меня был все еще мутным, поэтому я прислонился головой к подлокотнику и расположился поудобнее перед тем, как напечатать ответ. Кинн: Прости, уснул Прошло всего несколько секунд, а мое сообщение уже успели прочитать. Порш: Ок Я в универе Кинн: Как ты туда доехал? Порш: Тэм подбросил Экзамен поставили на семь утра, нужно было приехать пораньше. Кинн: хорошо Я покидаю окно чата с Поршем и вхожу в чат-группу друзей, где неустанно всплывают уведомления, уже начиная раздражать и подбешивать. Понятия не имею, о чем они, черт возьми, говорили полночи, но когда перечитываю несколько строк, я тут же громко матерюсь во весь голос. Блять! Сегодня должна состояться встреча одноклассников, о чем я совершенно забыл. Эти говнюки вовсю обсуждали, что напялить и чего бы пожрать. Я долго сижу и думаю, идти мне или нет, прежде чем набираю сообщение в чате. Кинн: Я не смогу пойти Забыл сказать Тайм: Эй! Не еби нам тут мозги Кинн Мы планировали это уже пару месяцев Кинн: Мне лень Тэ: Так просто сиди и ешь Мью: Если Кинн не пойдёт, я тоже не пойду Тайм: Кидалы! Вы оба обязаны пойти!!! Все хотят вас увидеть, и на подготовку ушло уйму нервов Не подводите, дебилы! Тэ: И я уже сделал бронь У вас нет выбора Я закатил глаза, увидев сообщение, и бросил телефон на диван. Черт! Я чертовски не хочу туда идти! Но, как и сказал Тэ, выбора у меня нет. По идее, это даже не официальное мероприятие, а всего-то встреча выпускников. Я знаю, что они планировали ее уже довольно давно, но время сейчас и правда было не подходящее. День только начался, а энергии как будто и не было. Несколько минут я беспокойно верчусь. Пары начнутся лишь во второй половине дня, поэтому можно со спокойной совестью лежать на диване, сколько влезет. Еще пару минут я позависал в Line, прокрутил учетную запись Facebook, на которую довольно давно не заходил. И тут мои глаза неожиданно натыкаются на страничку Порша. Мы зафолловили друг друга еще с прошлой недели, но он, как и я, не особо проявлял там активность. Правда, сегодня, к моему удивлению, оставил коммент под одним из постов своего друга. Порш Питчай прокомментировал пост. Тэм Таран: И ты с этим согласен? Забудь обо всем... 😔 Порш Питчай: Какого черта ты грустишь? Тэм Таран: никакого! Порш Питчай: ты собираешься говорить или мне придётся выбивать это из тебя? Тэм Таран: не парся, чувак. Мы всегда здесь для тебя! Джом Чуккит: Божечки! Тэм Таран: Думаю Поршу срочно нужна операция на сердце. Порш Питчай: Что ты, мать твою, несёшь!? Тэм Таран: But I cant help falling in love with yo-ou ~ Пoрш Питчай: О да, продолжай петь. На том свете только это и будешь делать. Джом Чуккит: ты убит горем, Порш? Что-то приключилось на личном? Порш Питчай: Клянусь, я тебя зарежу! Тэм Таран: он мертв! О НЕТ, ДЖОМ МЕРТВ! Джом Чуккит: ну, ну, Поршик. Дай мне тебя утешить. Подумай о х**. Ну что, лучше? 😉 Порш Питчай: заткнись, извращенец! Тэм Таран: оу-у! Это так мило. Джом Чуккрит: Поршик такой милый. Тэм Таран: Милашечка Питчай Киттисават. Ваххаха Порш Питчай: заткнись! Заткнись, заткнись, заткнись! Читая комментарии, которыми обменивались Порш и его друзья, я невольно улыбаюсь. Каким бы крутым он себя не выставлял, словесно противостоять друзьям он все же не может. Их связь казалась драгоценной, и мне нравится видеть его счастливым в такие моменты. Тем более, мне еще многое предстоит прояснить в себе. Эгоистично, не так ли? Но продолжать я ныне не в силах. Хочется, чтобы все стало ясно. Его жесты и поведение были настолько прозрачны, что не было сомнений - я нравлюсь ему. То, как он реагирует на меня, как он смотрит на меня, и даже то, что каким-то образом он безошибочно может найти меня в огромной толпе людей ... С моей стороны было эгоистично скрывать свои чувства к Поршу, но мне нужно убедиться в том, что он именно тот, кто мне нужен. Что это любовь, а не очередная попытка замены. Я иду в университет, как обычно, а вечером же возвращаюсь домой, чтобы приодеться и подготовиться к ужину с бывшими одноклассниками. Порш спросил, может ли он взять отгул на сегодня, ибо ему нужно задержаться на соревновании по дзюдо, с чем я сразу согласился, беря с собой Бига и еще двух мужчин. Ресторан находился на самом высоком этаже одно из сети отелей Eight. Все за столом весело болтали, будто виделись друг с другом только вчера. Людей пришло больше, чем ожидалось. Многие прибыли со своими парами и партнерами. Наш университет был полностью мужским, так что вы, скорее всего, понимаете, к чему я клоню. — Боже мой! Ты вернулся из Англии? - пропищал кто-то и встал, чтобы поприветствовать новоприбывшего. — Один Пи пригласил меня. Я узнал об этой встрече только вчера, - Мэк подошел к столу и стал искать себе место, приветствую меня кивком. — Ты можешь сесть рядом с Кинном, - раздалось откуда-то сбоку, и у меня в горле мгновенно пересохло. Все были взволнованы прибытием Мека. Причиной тому было, вероятно, то, что он уехал за границу сразу после окончания средней школы, и редко приезжал в Таиланд. Мне оставалось только глотать смущение и сжимать в кулаке салфетку. Мек был младшим братом Тавана, а последний был на три года старше меня. Мек и я были очень близки когда-то. Наша дружба началась еще в начальной школе, продолжалась она и в средней, но все это оборвалось в тот момент, когда мы с его старшим братом расстались. Он обвинял во всем меня, не давая ни объяснить, ни очистить свою честь. Думал, это я бросил Тавана. Я не ожидал, что его брат расскажет ему, из-за кого все закончилось, но, тем не менее, мне все же хотелось, чтобы у нас была хоть какая-то возможность поговорить по душам. — Хей, а с какой стати ты не сообщил мне о встрече? - спрашивает Мек игриво, выводя из транса. — Я... Только утром вспомнил о ней, - стараюсь я не терять рассудок. — Когда обратно в Англию? - встревает неожиданно Тэ, и мужчина немедленно приподнимает бровь в недовольстве. — Прошу прощения? - ухмыляется Мек. Тайм также смотрел на меня и Мека попеременно. — Камон. Я просто спрашиваю, - пожимает плечами Тэ и делает вид, будто не пытается специально задеть моего соседа по столу. Мои друзья были в курсе произошедшего между мной и Таваном. В один день Мек просто взял и ворвался ко мне в комнату в пансионате, собираясь выбить из меня все дерьмо, так что сейчас я не уверен, что Тэ от него хотя бы мокрое место оставит. — Возможно, останусь еще ненадолго. Нужно еще позаботиться о некоторых делах, - туманно отвечает Мек, небрежно глядя на противоположную сторону. — Чем занимаешься? - не успокаивается блондин. — Почему ты так внезапно заинтересовался мной, Тэ? Что, муженёк поднадоел и ты решил переключиться на меня? Тем не менее, дорогой, будь осторожен. Мало ли какую заразу он может передать тебе, пока ходит налево, Ухмылка Мека становится шире, отчего Тэ фальшиво улыбается. — Следи за своим ртом, Мек! Лучше набей его себе чем-нибудь и сиди, жуй! - внезапно ударяет по столу Тайм, что прекращает их препирательства, но собирает все внимание присутствующих. — Да ладно вам, ребят! Мы встречаемся так редко, отбросьте драмы и поговорите как люди. - говорит один из моих школьных друзей, изо всех сил стараясь остудить пыл сидящих. Тайма и Тэ утянули на балкон, чтобы сделать парочку снимков на память. — Разве твой любимый телохранитель не с тобой сегодня? - вдруг задаёт вопрос Мек. Я хмурюсь при его заявлении, прежде чем прищуриться в сторону своих телохранителей. — Кто? — Порш. Тот, с которым ты был в прошлый раз, - уверенно говорит Мек, заставив меня недоверчиво взглянуть на него. Он выведал его имя, хотя они встречались всего один раз? И к чему ему спрашивать о Порше? — Он занят, - отвечаю коротко. Мек же загадочно улыбается и многозначительно смотрит мне за спину. От позвоночника к шее внезапно пробегает тревожное чувство, и я не знаю почему, но дрожу. Попытался нормализовать дыхание, но не выходит. Почему? Мы все едим и болтаем ни о чем. Мек, кажется, вновь теряет ко мне интерес и изредка вклиниваеся в чужие разговоры. Тэ и Тайм время от времени поглядывают на меня, пока я неподвижно сижу на стуле. Через некоторое время Мек вдруг выходит, разговаривая с кем-то по телефону, и надолго исчезает. — Кинн. Внезапно тянет меня за руку Мью, испуганно вытаращив глаза, и когда я перевожу взгляд на двух других друзей, бледность их лиц ничем не отличается от его. - Все, познакомьтесь с моим братом. Присоединяйся к нам. Все дальнейшие события идут будто в замедленной съёмке. Я оборачиваюсь, и сердце мое тут же останавливается, а тело разом холодеет, когда я встречаюсь глазами с ним. — Здраствуй. Приветствует меня знакомый голос, и я впадаю в еще большее оцепенение, глядя на человека, которого весь день стараюсь выбросить из головы. Парень колеблется, будто не знает, подходить ему или нет, но Мек сделал свой ход и подталкивает брата к стулу рядом со мной. — Таван... - шепчу я, затаив дыхание. А он слабо улыбается мне, прежде чем занять свое место. Я все еще не могу поверить, что он стоит передо мной. Эмоции - в мясо, воспоминания калейдоскопом проносятся перед глазами. Для тех, кто не видел друг друга долгое время, шрамы в сердце начинают болеть с двойной силой. — Как ты, Кинн? Его нежные черты лица охватывает нерешительность. Но я все еще был потрясён и какое-то время молчу. Кажется, все слова застряли у меня в горле и не спешат оттуда выходить. Когда он приехал? Зачем он здесь? Надолго ли? — Эй, мой брат с тобой разговаривает, - голос Мека приводит меня в чувство, и я перестаю во все глаза глядеть на Тавана. — Я.. я в порядке, - отвечаю я ровным тоном. А мысли же выходят из-под контроля, и я снова чувствую головокружение. Огромное количество моментов из прошлого наводняют в голову. В особенности отчётливо последнее, самое болезненное воспоминание ... то, как он занимается сексом с кем-то другим. — Кинн, ты хочешь пойти с нами? Мы собираемся домой, - сообщает Мью, слегка коснувшись моей руки с обеспокоенным выражением лица. — Но почему? Мой брат только что пришел. Зачем так спешить? - хитро прищуривается Мек. — Вечер уже испорчен, вот почему, - отвечает ему в той же манере Тэ. — Кинн... мое присутствие доставляет тебе неудобства? - голос Тавана дрожит, будто он вот-вот заплачет. Не одному мне от этого становится неловко. — Меня подождите, - киваю своим друзьям, прежде чем встать со стула и попрощался с остальными одноклассниками. Все сидящие за столом корчили недовольные мины и пытались удержать меня, но я не мог больше здесь оставаться. Большинство моих друзей знают, что произошло между мной и Таваном, но они не знали, почему мы расстались. Я выхожу из-за стола, ни разу не обернувшись на человека, что плетётся позади меня. Не осмеливаюсь бросить взгляд, потому что, если дам себе добро однажды, то больше не смогу контролировать свои бушующие эмоции. Я иду, пока не добираюсь до лифта, у которого уже ждут мои подчинённые. Один спускается по лестнице, чтобы подготовить мою машину, другие же придерживают дверь лифта. Но только я собираю войти внутрь, как меня останавливает бледная, тонкая рука. Он тянет меня из лифта, в который мы с моими людьми собирались войти, и не оставляет мне иного выбора, кроме как встретиться с ним лицом к лицу. Один кивок головой, и охранники убирают свои руки с его плеч. — Кинн все еще сердится на Тавана? - глаза парня наполняются слезами, а его голос дрожит. — Пи, это все в прошлом. Кинн теперь тебе никто! - кричит Тэ, но Таван не отступает. Он знает меня лучше, чем кто-либо другой, и это чертовски раздражает. — Таван может поговорить с тобой немного? Всего на минуту. Молит он, по-прежнему держа меня за руку и нежно поглаживая ее, подтверждая просьбу. Я останавливаюсь на мгновение, прежде чем повернуться к своим друзьям, стоявшим за ним. — Что тебе еще надо от Кинна? Между вами все конечно. И больше не о чем говорить - рявкает Тэ Тавану. — Дай нам минуту, Тэ, - серьезно прошу друга, но он не соглашается. — А? И это ты говоришь?! Кинн, он же нагло пытается снова манипулировать тобой! Не позволяй ему делать этого, не потакай его прихотям! Айщ! Пусти меня, Тайм! Тэ продолжает кричать, а Мью и Тайм изо всех сил стараются сдерживать его от нападения на старшего. — Пусть скажет, что хочет, Тэ, - строго говорит Тайм, а затем добавляет: — Мы будем ждать тебя внизу. Я киваю, пока двери лифта за ними закрываются. — Что случилось, Пи? - холодно интересуюсь я, вырывая руку из его хватки. — Почему ты обращаешься ко мне так официально? Кинн все еще злится на Тавана? - тихо бормочет он себе под нос, и я закрыл глаза, пытаясь придать уверенности голосу. — ... нет, - только и могу выдавить из себя. — Я скучал по те- — Когда ты вернулся? - обрываю его прежде, чем он успевает договорить. Я знал, что он собирался сказать, и у меня нет никакого желания слышать его россказни. У меня к нему не осталось никаких чувств, но шрамы, которые я весь год залечивал, начинают вновь кровоточить. — ... три или четыре дня назад. Таван хотел встретиться с тобой, Кинн. Не мог бы ты дать ему еще один шанс извиниться? — Что было, то прошло. Я не хочу этого вспоминать. — Кинн, не говори так, пожалуйста... Он крепко поджимает губы, широко раскрыв глаза. Использует старый трюк, якобы чтобы передать чувства, которые все еще испытывает ко мне. — Наслаждайтесь пребыванием здесь, в Таиланде. Как только лифт открывается, я торопливо вхожу в него, больше не слушая его мольбы и стенания. Так же отмахиваюсь от рук, что силятся удержать меня. — Кинн, пожалуйста, послушай Тавана. Мы можем встретиться вновь? - выдает он на одном дыхании. Я нажимаю номер этажа, а затем одариваю его печальной улыбкой. Не отвечаю. Позволяю его лицу исчезнуть, пока двери лифта закрываются. Но стоит только кабине сдвинуться с места, как слезы рекой вырываются наружу, стекают по обеим щекам, и я даю им волю, но только для того, чтобы через минуту вытереть их, когда достигаю нижнего этажа. Друзья ждут меня в машине, тело в изнеможении падает на одно из сидений. Знаю, что они хотят спросить меня, что случилось, но молчат и не осмеливаются напрямую задавать вопросы. Я сижу неподвижно, потираю виски, закрываю глаза и откидываю голову на подголовник. Я больше не чувствую того самого к Тавану. Но его внезапное возвращение только подстегнуло один потаенный страх. Порш показывается из тени прошлого Тавана, и я боюсь, что история может повториться. А я не хочу терять Порша. Вернувшись домой, я приказал своим людям разойтись и отдохнуть. Мне хочется побыть одному и дать себе время подумать, поэтому я направляюсь наверх, в свою комнату. Но как только я подхожу к входной двери, оттуда выбегает Порш и приветствует меня, пока я останавливаюсь и одариваю его легкой улыбкой в ​​ответ. — Только что вернулся? - мягко спрашивает он, подходя ко мне. Я опираюсь на дверной косяк и смотрю на него. — Да. Долго меня ждёшь? - поддразнивая, спрашиваю я. — У-гу, - между тем кивает он, краснея. — Итак, что мы будем теперь делать? — Хочешь пойдём покурить? Или продолжим работу, которую оставили вчера? Я абсолютно свободен, - восторженно отвечает Порш. Я же просто стою и смотрю на него. Боже, мне так хочется его поцеловать! Но я не могу, мне нужно очистить голову от дурных мыслей. Я всегда достаю его, когда он приходит, но сегодня все по-другому. Сейчас я хочу побыть один. — Кинн, ты болен? Чего корчишься? После минуты молчания он протягивает ко мне руку, но я отступаю на шаг. Он остановился в недоумении, на его лице виднеется удивление. —... пойди, отдохни. Уверен, ты устал от соревнований. Работу я закончу сам. Можешь идти, - говорю я, стараясь не смотреть прямо на Порша, который, казалось, сейчас сбит с толку. — ... Хорошо. — Пока, – говорю я и захлопываю перед ним дверь. Несмотря на то, что желание обнять его и поцеловать в щеку, как обычно, было велико, я воздержался от этого. Позволь мне для начала прояснить эту путаницу. Я даже не уверен, смогу ли воспринимать кого-либо всерьез после того, что испытал с Таваном. Порш мне нравится, и одна только мысль о его потере пугает меня до чертиков. Может быть, уже слишком поздно не причинять вреда ни ему, ни себе... Как только я переступаю порог, то сажусь на диван, зажимая виски двумя пальцами. Если бы он не вернулся сейчас, мне было бы намного легче решить. Но один только вид Тавана творит со мной немыслимое. Он вернулся, чтобы снова мучить меня. Я думал, что смогу опять открыть себя для любви, но оказалось, еще не готов идти дальше. И буду ли вообще когда-нибудь готов вновь отдать себя чувствам?...